Снимать напряжение нужно только сексом

      — Арсений, — неожиданно сказал Антон, откладывая ручку в сторону, — Задержись на пару минут, нам надо кое-что обсудить. У Арсения всё внутри сжалось, но уходить он не собирался. Он всё так же сидел за последней партой, смотря в пустоту. Ученик дернулся, когда услышал щелчок ключа в замочной скважине двери. Арсений сглотнул. Юноша порой хотел послать всё к чертям и поцеловать этого «садиста» Антона, но в тоже время ему хотелось выпрыгнуть в окно на каждом его уроке, но он предпочитал остаться, ведь класс находился на 4 этаже и Попов не хотел вот так прощаться с жизнью. Чтобы как-то расслабиться, он достал свои наушники и телефон, вставляя наушник лишь в одно ухо. На удивление в наушниках играла песня Стрыкало «Всё решено»*. Руки предательски дрожали и потели. Но стоило ему прикрыть глаза в попытке расслабиться и успокоиться, как вдруг он почувствовал обжигающие слова над его правым ухом: — Снимать напряжение нужно только сексом… — вдруг промурлыкал Антон, в мгновенно покрасневшее ухо Арсения, отчетливо выделяя два последних слова. Громкий выдох вырвался из уст Арсения, когда Антон слегка прикусил мочку его уха, вбирая её в рот, слегка посасывая. Арсений не хотел больше скрывать своих чувств, хоть и спорных даже для него самого, и, повернув голову, сам впился в такие желанные губы, неумело и неловко целуя. Антону нравилось это. Нравилось, что его малыш так неловко проникает своим горячим и обжигающим язычком к нему в рот, щекоча нёбо, засасывая язык мужчины и оттягивая нижнюю губу. Антон сходил с ума от такого поцелуя. На Арсении была бежевая рубашка с лиловым галстуком и нереально узкими штанами, которые показывали все прелести красивых и стройных ног. Антон же был в черной футболке со странной надписью «#Ангеляпошутил», которая гармонировала с длинным алым пиджаком и «недоджинсами» бордового оттенка. Антон отстранился от мальчика и просто восхищался своим творением: истерзанные припухшие и покрасневшие влажные губы, сбитое дыхание, которое будоражило кровь, тяжело вздымающаяся грудь, красные от смущения щёки и блестящие, чуть затуманенные глаза… Шастун больше не мог сдерживать свое возбуждение, он притянул младшего за галстук, вовлекая в страстный и требовательный поцелуй, где теперь вёл сам. В таком положении он довел его до своего большого учительского стола. «Он, что, специально такой огромный стол покупал?!..» — пронеслось в голове Арсения, но эти мысли тут же ушли на второй план, когда Антон усадил мальчика на стол и немного затянул галстук на его шее, тем самым делая из него…ошейник. Хороший котенок всегда ходит с ошейником, не так ли?.. Он притянул его за галстук и нежно укусил брюнета в ямку между ключицей и плечом, тут же зализывая место укуса. Арсений стонал и в прямом смысле мурлыкал от таких будоражащих действий, всхлипывая и ёрзая от ощущений, которые испытывал впервые в жизни. Шастун не скрывал своей власти над учеником. Бежевая рубашка скрывала изящное юное тело Арсения, поэтому Антон безжалостно срывает ее с парня вместе с пуговицами, которые со стуком рассыпаются вокруг стола. Несколько секунд Антон любовался телом своего мальчика, смотря на него с пошлой ухмылкой, а после припал к уже затвердевшим соскам. Он нежно оглаживает языком, кусает и оттягивает сосок, уделяя внимание обоим. Арсений чуть ли не мурлычет от такого наслаждения, сводя ноги из-за приятного ноющего чувства внизу живота, и с его губ неосознанно срывается самое развратное слово, которое Антон мог только услышать в своих пошлых снах и мыслях: — Папочка-а-а-а… — простанывает брюнет, цепляясь тонкими пальцами за плечи Шастуна. У Антона приятно тянет внизу живота от такой картины. Мужчина прекрасно знал, что он у Арсения первый, и ему хотелось доставить, как можно меньше боли. Антон спускается поцелуями по желанному телу, быстро расправляясь с ремнём и ширинкой Попова, аккуратно приподнимая его, заставляя встать на стол на колени, стягивая с него штаны вместе с нижним бельём, поворачивая его спиной к себе, слегка надавливая на худые плечи, заставляя встать в коленно-локтевую, и теперь мужчине открывался чудесный вид на девственную, еще не растянутую, пульсирующую дырочку, которая нереально возбуждала Антона. Шастун поднёс два пальца ко рту Попова, и парень сразу же жадно вобрал их, облизывая и посасывая, обильно смачивая своей же слюной, издавая тихий стон и прикрыв глаза. Антон закусил губу от такого зрелища, всё же нехотя вытаскивая пальцы с тихим хлюпанием, растягивая тонкую ниточку слюны. Он осторожно и нежно вошел в Арсения одним пальцем на одну фалангу, но даже это заставило Попова с непривычки сжаться от не очень приятных ощущений. — Расслабься… — хрипло проговаривает Шастун, ожидая, пока брюнет всё же выполнит это, а после плавно вводит палец глубже в поддатливое тело, касаясь ягодиц холодным металлом колец. Антон аккуратно, не торопясь, продолжает растягивать парня, вскоре задевая небольшой бугорок, из-за чего Арсений резко выгибается, запрокидывая голову, и издаёт достаточно громкий стон, и Шастун продолжает движение под нужным углом. Арсений чуть ли не кричал от такого возбуждения, но Антону не хотелось, чтобы кто-то их услышал, поэтому он подобрал его боксеры и, нежно облизывая щеку юноши, вставил их в его шаловливый ротик. У самого мужчины в джинсах было невыносимо тесно, поэтому вскоре он аккуратно вытащил пальцы, расправляясь со своей ширинкой, спуская джинсы вниз, и плавно входя в подрагивающее от возбуждения тело мальчишки, начиная плавно двигаться, слыша приглушённые стоны и всхлипы наслаждения. Вскоре Антону снесло крышу и он начал постепенно ускорять темп, доводя себя до оргазма, изливаясь прямо в Попова. Изнывающий член Арсения просил разрядки, и Антон, не успев и отдышаться, начал надрачивать своему мальчику. Не прошло и минуты, как Попов с громким стоном кончил в руку мужчины, выгибаясь, сводя лопатки. Они лежали на одной парте, сплетя пальцы вместе. Долго всматриваясь в лица и глаза друг друга, будто изучая их. Будто таких моментов больше не будет. Но они ошибались. Таких моментов будет очень много…