Первый робин- леди

Внимание! Только в этой главе Барбара — мужчина. Вдохновил один арт (не связан с этой главой). .............................................................................       Это мероприятие ее тяготило. Что она вообще здесь забыла. Очередное событие в жизни Брюса. Хотя, Джейсон и Дэмиан бесились еще сильнее. Они еле сдерживались, чтобы не уничтожить тут все и вся. Вокруг Дэмиана ворковали о том, какой у Брюса сын милашка. Рикарда видела, что он готов их всех поубивать, но приходилось держать себя в руках. Тиму вообще было все равно. Иногда, а точнее почти каждое мероприятие, братья вздыхали, что Рикарда тут «как рыба в воде».        Знали бы они, что и она тоже начинала уставать от роли обаятельной девушки. Периодически к ней подходили то стайка девушек, которые хотели обсудить последние новости, то парни, пытаясь заигрывать с нею. Включала свое обаяние, а это было не трудно. Хотя на самом деле мысли ее занимал только один человек.       Плюс ко всему этому приходилось весь вечер стоять на этих шпильках. Безусловно, быть леди приятно, но она привыкла к удобной обуви с мягкой подошвой, типа кедов и кроссовок, а лучше тапочки. Она бы многое отдала, чтобы просто расслабиться и закинуть ноги на спинку стула. А еще спина задубела и захотелось размяться.       Нет, это была ее стихия, но иногда хотелось уйти. И она бы свалила отсюда. Наверное, они были отвлекающими факторами для Брюса. Пока он разбирался со своими делами. Многие ехали сюда со своими сыновьями, зная, что Рикарда будет там. Но периодически, Джейсон рычал на других, и оберегал сестру от особо надоедливых. Хотя, она бы легко справилась, но все-таки это было приятно. Ревнующий братец. Как-будто она ваза, которая может развалиться от любого прикосновения. Хотя кому, как не ему лучше известно, что она отнюдь не такая. Но приходилось играть эту роль. Она задумалась, откусывая кусочек пирожного. Стараясь как можно медленнее его пережевывать. Ей уже надоели эти танцы. А так, ее не тронут, пока она занята. Тут свет от люстр поймал оранжевый отблеск чьей-то макушки. К ней приближался молодой человек, которого она хорошо знала. — Добрый день, миледи, могу ли я вас похитить? — Барб улыбнулся ей, подавая руку. Парень был одет в темные брюки, жилетку, белую рубашку. На шее не так туго затянутый галстук и остроносые черные туфли. На руке были серебряные часы. — Как раз самое время.       Схватилась за его ладонь, пальцами касаясь его пальцев. И они со смехом выбежали из зала, не обращая внимания на удивленные вслед взоры. Джейсон поднял большой палец вверх, будто одобряя ее поступок. Возможно Брюс завтра будет недоволен. Хотя, он может и не заметит. У мотоцикла Барб протянул ее пакет. -Переоденься. — Отвернулся. В пакете лежали джинсы и футболка. В одно мгновение платье слетело с нее. Переодевшись, и надев шлем, они поехали танцевать. В один ирландский клуб. Тогда их очень хорошо запомнили. Как они отплясывали на сцене. Отбивая ритм ногами. Барб улыбался ей.

Спустя время

— Пора возвращаться. — Барб, можно, сегодня, я останусь у тебя? Там еще не скоро все закончится. И честно, я не хочу возвращаться.       Барб посмотрел на девушку. Оценил ситуацию. — Хорошо. Отца не будет до утра. У него много бюрократической волокиты.       Ри села сзади, обхватив юношу за талию, положив голову ему на плечо. И рванувшись с места, обгоняя машины, магистраль слилась в одну размытую яркую линию.       Заскрежетал ключ в замке, открывая дверь и впуская туда двоих. — Проходи. — Давно я так не веселилась.       Рикарда села на краешек кровати. Неожиданно Барб сделал шаг в ее сторону. Смотря на нее сверху вниз, из-за чего девушке пришлось запрокинуть голову. Прикоснулся пальцами к ее щеке, нежно прошелся ими вниз, и обведя средним и указательным пальцем по контуру ее губ, остановился. Рикарда замерла. — Я хотела тебе сказать, что давно… — Тшш…я знаю. Я влюбился в тебя с первой нашей встречи. Ты даже не догадалась, когда я понял, что ты не парень. Твои движения тебя выдавали.       Барб провел по ее волосам ладонями. Поставил колено между ее ног, чуть наклонившись вниз. Его губы были в дюйме от ее губ.        Эти яркие веснушки, манящие губы, дразнящие ее. Прекрасные зеленые глаза, обрамленные пушистыми ресницами, смотрели на нее. Она как-будто погружалась внутрь, в это прекрасный омут. Что ж, пожалуй, на втором и третьем месте после любимого синего, были оранжевый и зеленый. — Барб, тебе никто никогда не говорил, насколько у тебя красивые глаза? — Ты первая. — Рикарда. Я знаю. Ты боишься. — Барб коснулся того места, где у нее был шрам. — Ри слегка вздрогнула. — Но сегодня, я заберу твою боль.       Нежно коснулся губами уголка ее губ. Ри закрыла глаза, а потом, подалась вперед, обнимая парня за шею, прижимаясь всем телом и отдавая его поцелуй, только более чувственный. — Я больше не могу сдерживаться. Кажется, замок вот-вот сорвется. — И не пытайся заглушить это чувство. И в этот раз девушка сдалась, понимая, что она полностью в его власти, позволив стащить с себя футболку, параллельно расстегивая пуговицы на его рубашке и жилетке. Барб быстрым движением пальцев расстегнул крючки на бюстгальтере, и элегантным движением скинул в сторону. Прижал ее к стене, нежно кусая за нижнюю губу и зарываясь в ее иссиня-черные волосы, укусив ее за мочку уха. Оставляя нежную дорожку поцелуев, спускаясь вниз по шее, по скуле к подбородку, целуя в ключицу, яремную ямку, родинку на плече. Рикарда слегка дрожала. От нахлынувших чувств. Все приводило ее в восторг, эти прекрасные новые чувства. Тело как-будто так и просило этого так долго. - Ты прекрасна. Ты бесподобна. Целуя ее в шею. Рикарда запрокинула голову, давая больше доступа. Поцелуи перемешивались с легкими покусываниями, цепочкой опускаясь все ниже и ниже, доходя до ее груди, обхватил ее сосок губами, дотрагиваясь языком, слегка обсасывая. Она зажмурилась, ногтями впившись в его спину. Дыхание участилось. Барб замер на мгновение. - Не останавливайся.       Он подхватил ее под бедра, Ди ухватилась за его шею. Легкие прикосновения, почти невесомые, касались ее кожи, изучая каждый миллиметр. Спускаясь по спине, вниз к копчику. По ее телу бежали миллиарды мурашек, а в животе трепетали бабочки.       Они не заметили как освободились от всей одежды. Она провела ладонью по его груди, по рельефному прессу. Ниже и ниже.       А потом она уперлась в изножье кровати, и все потеряло реальность. Остался лишь головокружительный полет и непередаваемый экстаз.

Но в этот раз не было боли.