Глава 7
17 марта 2018 г., 09:34
Время идёт, оно течёт, как потоки воды, смывая все на своём пути, как крупицы песка которые просачиваются сквозь пальцы, и его никак не удержать. Время — все, что осталось у человечества, это то, что апокалипсис не может отнять. И оно лечит раны, столь глубокие, ещё свежие, они зарубцуются, но о них нельзя забыть.
Группа выживших продолжает своё существование, они выживают и верят. Долбанная вера. Вера во что-то лучшее. И каждый день, преподносит сюрпризы, иногда не самые сладкие. Они потеряли Ноа. Мальчишка, совсем юный, так и не вернулся с вылазки. Его постигла не самая лучшая участь — быть заживо съеденным, от такого только мороз по коже. Единственным свидетелем его смерти был отец Габриэль, который ещё не отошёл от шока увиденного. И снова людям приходится пережить потерю, снова нужно простится. Они решают выкопать могилу, опять пустая яма без тела, рядом с той, что уже чернеет горкой, под деревом. Это невыносимо, просто так тупо терять людей. Это подкашивает. Отцу Габриэлю приходится взять себя в руки, чтобы провести церемонию, они должны оставить хоть что-то из старого мира, в дань уважения мертвым. После церемонии все разбрелись по своим углам, всем нужно единение, нужно время, которое залечит раны. На следующее утро жизнь продолжается, она должна, если ты хочешь выжить. Нужны припасы, нужен караул, нужно выживать. Диксон с Граймсом уехали ещё засветло в северную сторону пригорода Атланты на поиски топлива. Глен, Тара и Саша в противоположную сторону, чтобы попытаться забрать то, что уже собрали на прошлой вылазке, когда толпа ходячих неожиданно прервала их работу. Когда они потеряли Ноа. Эти припасы просто жизненно необходимы, скоро зима, и еда кончается очень быстро, а их много. Остальные занимаются укреплением дома, ловушками перед его территорией и запасными, отходными путями. Мэгги и Роз паркуют пикап, на котором погружён байк, неподалеку от убежища, пряча его за густотой орешника, у просёлочной дороги. Предварительно погрузив в рюкзаки вещи первой необходимости и спрятанные там же. Тоже самое, они проделывают с минивэном, который в экстренном случае поедет по главной аллее и уместит в себе большую часть группы. У них всего четыре машины, выбор не велик, и всегда должен быть запасной план. К полудню мужчины заканчивают укрепления окон на фасадах, старые сетчатые заборы и доски идут в ход, есть обзор и не один гнилой ублюдок не просунет голову. Дом почти готов к зимовке, но никто не уверен в том, что тут можно задержаться, как бы не хотелось, сколько бы сил не было вложено. Женщины решили приготовить сытный ужин по возвращению групп с вылазок, всем нужно это, жить нормальной жизнью или хотя бы сделать вид. Кэрол взялась быть главной по кухне. Розита и Мэгги на подхвате, они о чем-то разговаривают пока святой отец не появляется в дверях, он молча садится за стол. Его лицо напряжено, видно как скулы выписывают свои движения, как залегла глубокая складка между бровей.
— Все нормально? — интересуется Эспиноза.
— Это было как на картине Отто Реппа, его вид был словно его срисовали, свисающая плоть с лица, продавленный череп, эти хрипы, эти хрипы… — тихо шепчет Габриэль.
— Проигрыш — констатирует Мэгги, понимая от чего на лице священника сейчас такая гримаса. Она прекрасно помнит большой том с работами художников на библейские темы, что хранил Хершел в гостиной.
— Отец, вам давно пора привыкнуть к виду крови — Холодно произносит Кэрол, женщина даже плечом не повела, полностью сконцентрировавшись на готовке.
— Мэгги я бы хотел тебе кое-что передать, пойдём со мной — Он встаёт из-за стола, протягивая девушке руку, указывая пройти с ним. Они скрываются из вида, оставляя двух в недоумении.
— Ты как? — Роз мягко кладёт ладонь на плечо Кэрол, та только кивает головой, не отвлекаясь от кастрюли, женщина лишь подмечает, что пальцы той, нервно перебирают, ровно нарезанные кусочки овощей.
— Все в порядке — Уже в слух озвучивает Пелетье.
К вечеру возвращаются две группы, практически одновременно, Дэрил и Рик, привезли свой улов хоть и небольшой, но сейчас, даже капля бензина бесценна. Пока они грузили канистры в гараж, приехали Глен, Тара и Саша, все в грязи и крови, тяжелый денёк, подмечает Граймс.
— Мы забрали все! — Чеканит Ри, указывая на багажник полностью забитый пакетами, и жестом подзывает всех выгружать их.
— И даже больше! — радостно подмечает Тара остальным, которые уже столпились у машины для выгрузки.
— Пф-ф, опять пойло? — Аб тяжело выдыхает, нагружая на себя большую коробку, которая звенит стеклом при каждом движении.
— Не просто пойло, Форд, не просто… — Чамблер подмигивает рыжему вояке.
— Где Мэгс? — Азиат удивлён отсутствием своей супруги.
— Она в доме, разболелась голова — Мягко улыбается Кэрол, забирая последние пакеты из машины.
— Иди мы закончим! — Говорит, откуда-то из глубин багажника, та.
Ри быстро пересекает дворик и направляется прямиком на второй этаж, в одну из спален, которую они заняли. Он видит, как его жена мирно лежит свернувшись калачиком. Мужчина подходит ближе, чтобы присесть на край кровати. Ему так нравится вид мирно спящей супруги, когда её лицо спокойно, и нет той морщинки, которая постоянно ложится между бровей, потому, что этот мир постоянно заставляет её хмурится. Он убирает выбившуюся прядь волос со лба, и видит, как та морщит нос, почувствовав его прикосновение. Уголки губ девушки, сразу же натягиваются в улыбку.
— Привет, как ты? — Обеспокоенно спрашивает он.
— Теперь в порядке, и вообще лучше, чем за последние месяцы. Только голова раскалывается.
Глен вопросительно поднимает бровь, не отводя взгляда от супруги. Та лишь достает из-под подушки серый, потрёпанный блокнот на пружинке, и его глаза округляются от удивления.
***
Мэгги сидела на крыльце в полном одиночестве, как всегда в своих тяжелых думах. Девушка ни с кем не разговаривала с утра, голова трещала по швам ещё со вчерашнего дня, казалось, ни одна таблетка мира не поможет от этой боли. Кэрол вышла к ней с большой кружкой чая, которая была бы, наверное, кстати, но Грин отказалась, буркнув что-то наподобие все ок. Женщина села рядом и поставила горячую кружку возле печальной девушки. Взгляд у Пелетье добрый и понимающий, какой-то заботливо-материнский, Мэг сразу же захотелось прислониться головой к её плечу. — Милая, как ты себя чувствуешь? — Не стоит беспокоиться. Грин попыталась натянуть улыбку настолько правдоподобно, насколько позволяли силы. — Я видела вчера, как вы с Дэрилом разговаривали о чем-то. — Да я хотела с ним поговорить, пока нас не отвлекли — Она слабо пожимает плечом. — Он тебе что-то рассказал о ней? Грин только опустила взгляд, рассматривая свои ботинки, будто бы там происходит что-то интересное. Она глубоко вздохнула. — Толком ничего не сказал, не успел, но я уверена, что он был готов… — Может быть, вы оба когда-нибудь будете готовы к этому разговору — Задумчиво произносит Кэрол. — Может, хотя теперь я нашла ответы на свои вопросы. И без того красные глаза девушки, вновь наполнились солеными ручьями, Кэрол протянула ей чашку и очень настоятельно сунула той в руки. — Выпей, тебе полегчает, вот увидишь! Еле-еле улыбаясь, девушка продолжала мусолить чашку. Чай с мятой немного успокаивает больную голову, а резкие спазмы переходят на тихий ритм. — Я сначала думала, что он меня ненавидит. — Что?! Брось, ты же знаешь Диксона — Мы уже выяснили это, и да, теперь я знаю, это его защитная реакция. Я просто сложила два и два. — Что же он? — Он просто злится на себя, я это вижу. И злится за то, что мы хотели уехать в Вашингтон, и чуть не уговорили его на это. Женщина с грустью убирает взгляд от девушки, понимая, что сама была готова все бросить и ехать. — Кэрол, ты что-то знаешь, ведь так? Женщина тяжело вздохнула, увильнуть от этой темы не получалось, Грин пристально смотрела в её глаза, так будто от неё ничего не утаить. Кэрол молчала и смотрела куда-то в пол, Мэгги придвинулась к ней еще ближе. — Я знаю, ты что-то хочешь сказать, но не говоришь, почему? — Мэг, я ничего не знаю, это всего лишь догадки, Дэрил ничего не говорил мне, также как и остальным, просто его поведение сильно изменилось после того… — Она не стала уточнять после чего, старшая Грин была и так на грани всемирного потопа слез. — Можешь говорить это вслух, я уже потихоньку привыкаю к тому, что её больше нет. От своих же слов Мэгги расплакалась, она что-то лепетала о том, какая она плохая сестра, Пелетье прижала её к себе, гладя по плечу. — Ну, ну… Думай теперь о том, кого тебе нужно защитить. У тебя есть муж, есть мы… Тебе нужно быть сильной. — Она мне велела оберегать его… — Кого? Кто? Кто велел? Женщина уставилась на девушку вопросительно, не понимая, что за чушь она несет, Грин, хлюпая носом, продолжала говорить. — Бэт велела мне оберегать Диксона. У Пелетье округлились глаза, она прислонила тыльную сторону ладони ко лбу Мэг, проверяя, нет ли у нее горячки. — О чем ты, когда она тебя об этом просила? — Она написала это в своём блокноте. Девушка достала из кармана помятую записную книжку, серую и потрепанную, ту самую на пружинке, и протянула её женщине с изумленным видом. — Стокс дал мне его вчера, сказал, что Ноа хранил дневник, и по каким причинам не отдавал, он не знает. Но я рада заполучить это, хотела показать Дэрилу, но не смогла. — Почему не смогла? Почему показываешь мне? — Вечером я была уверена что скажу ему, но после того как нас отвлекли, передумала. Я не хотела делиться этим ни с кем, понимаешь? — Мэгги неуверенно протягивает потрёпанный блокнот. — Да, милая, я понимаю… Кэрол приняла его из рук Грин, уже на открытой страничке, видимо то что предназначено для чужих глаз, она начала бегать глазами по строчкам, изредка поглядывая на Мэг, которая смотрела на неё так, будто ждала какого-то одобрения. Маленькие буковки воспоминаний Бэт Грин, тянущиеся цепочкой красивого почерка.•
Не знаю, может быть кто-нибудь и прочтёт мой дневник и узнает историю выживших людей. Мой папа всегда говорил что история — это фундамент, мы должны помнить людей, что они сделали, хорошее и плохое. И я пишу. Пишу от безызвестности и безысходности, потому что уже не уверена в завтрашнем дне. Возможно завтра меня уже не станет, и я хочу увековечить это на бумаге, что бы стать частью истории.•
Мы с Дэрилом нашли алкоголь, это так глупо и смешно, в нынешней ситуации. Я думала он покрутит у виска от моей выходки, но он пошёл и привёл меня сюда. Дом самогонщика, я и не думала, что такие места существуют. Мы ссорились, орали друг на друга, наверное под воздействием алкоголя. А потом щелчок. Переломный момент. Он открылся мне, Дэрил Диксон обнажил свою душу. Через слезы, через боль, которую я буквально почувствовала кожей. Но мне было его жаль, тем более, что жалость ему не нужна. Ему лишь нужно тепло, и я дала это тепло. Попыталась заразить его верой. И кажется, что мы сдвинулись с мертвой точки. Я в это верю. Прочитав эти строки, Грин забрала блокнот, чтобы перевернуть достаточно много листов с историями, которые не касаются даже её. На лице девушки проступила легкая улыбка, и в какой-то момент, можно было наблюдать легкий румянец на мокрых щеках. А потом её лицо резко приняло маску безразличия, с пустыми глазами. Она открыла нужные страницы и передала Кэрол.•
Ситуация тут напряженная, сегодня попыталась бежать с Ноа, но меня схватили, а он смог бежать, и теперь есть надежда. Может он вернётся за мной? За свои проступки приходится подставлять лицо Доун, чтобы та насладилась своей властью. Я переживу эти шрамы, мне плевать, пусть делает, что хочет.•
Гормон. Я надеюсь ты сдох самой мучительной смертью.•
Мэгги, как же я хочу увидеть тебя хотя бы ещё раз, теперь я знаю, что ты жива! Я верила в это всем сердцем, и господь услышал мои молитвы. Я так хочу посмотреть в твои красивые глаза, хочу увидеть в них нашего отца, ведь вы так похожи. Я так мечтаю поговорить с тобой, услышать твой голос, который льётся тихой мелодией в моей душе. Мне нужно сказать тебе столько всего, потому, что не успела. Просто пообещай мне быть сильной! Пожалуйста, прости меня за все мои глупости, прости, что обижалась на тебя, только сейчас понимаю, что ты защищала меня! Береги Глена и присматривай за всеми… и еще хочу попросить тебя оберегать Дэрила… Ри — самое лучшее, что происходило с моей сестрой в её жизни! Я это знаю! Ибо не видела Мэгс такой светящейся, никогда.•
Хочу увидеть всех живыми, безумно. Рик, не теряй надежды и веди наших людей дальше! Мы все выжили благодаря тебе. Все на тебя надеются, и я тоже, и больше не переживай за Карла, он стал взрослым мужчиной, ты видишь его еще маленьким ребенком, а он уже доказал свою самостоятельность поступками! В будущем он будет таким же лидером, как ты.•
Дэрил, я знаю, ты меня ищешь, чувствую это всем нутром, Не знаю, встретимся ли мы снова, но я надеюсь на это каждую секунду! С каждым ударом моего сердца в висках пульсирует мысль о побеге! Я должна сбежать, чтобы вновь быть с тобой! Ночью я практически не сплю, просто не могу, потому что тебя нет рядом. Тошно сидеть в этой больнице, это самая настоящая тюрьма. Я бы, наверное, никому не смогла признаться в том, что ты для меня значишь, но теперь боюсь, что никто не узнает о том, какую любовь испытала Бэт Грин. Я знаю! Ты любишь меня, Дэрил Диксон! Хоть и делал вид, что безразличен, будто никогда не знал меня. Ты молчал, хотя тебе было много чего сказать! Ты отталкивал меня, когда хотел обнять. Я чувствовала это, Дэрил, чувствовала всё в твоем взгляде, в твоей улыбке, в теплоте твоих рук! И мне плевать на твой паршивый характер, Я просто люблю тебя! Хочу, чтобы все шли дальше, если со мной что-то случится, не надо больше ни о чем сожалеть! Я буду держаться! Я буду сильной! Кэрол вернула письмо девушке, чувствуя как подступает ком к горлу, у Мэгги вовсю текли слезы, картина была тяжелая. Грин теребила и без того мятый уголок бумаги в своих руках. Женщина не знала, как помочь ей. — Господи… Она же просто попрощалась. — Прошептала она. Мэг оторвалась от блокнота и подняла зареванный взгляд на собеседницу. — Да, но это дало мне сил идти дальше. — Сквозь слезы она еле улыбнулась, и в этой улыбки промелькнула надежда. — Она была сильнее, чем мы думали — Да… И теперь я знаю, что она любила, и я счастлива от этого… Она успела испытать это. — Я думаю, еще она была любима. Лицо Грин немного переменилось, она перестала плакать, а губы ещё сильнее поползли вверх, Мэгги засияла, как и раньше. Как когда-то на ферме, даже через всю свою строгость в движениях и мимике, девушка всегда сияла, как и её сестра. Их семейная особенность. — Думаешь, он любил ее, так же как она его? — Уверенна! — Кэрол обняла только ту покрепче. — Я обязательно отдам ему, не сейчас, но скоро…
