Король вечеринок

      На прошлом острове Усопп прибарахлился, а вытащил все из загашника только ко дню рождения Санджи. На уставленном угощениями столе перед командой теперь красовался аккуратный чемоданчик, внутри которого в прозрачных пузырьках плескались разноцветные жидкости — изумрудно-зеленая, солнечно-желтая, цвета морской синевы, черная, как крыло ночи. Баночек было больше, чем собравшихся накама, Усопп был рад, по крайней мере никто не передерется. Санджи, как звезда вечера, получал право выбирать первым. — Что-то меня не тянет это пить, — сказал он с сомнением, тянуть в рот что ни попадя — плохая привычка для кока. — Совершенно безопасно! Гарантия от самого Капитана Усоппа, покорителя семи морей. И потом, так сказал продавец на Фестивальном острове, — скомканно закончил речь под пристальным взглядом кока Усопп. — И что будет? — радостно вклинился Луффи, и Усопп воспрял, видя, что нашел более благодарную публику. — О, этого никто не знает! Это набор «Король вечеринок», каждое зелье обладает неожиданным, но безобидным эффектом, который длится пару часов. Написано: «Веселье нового уровня!» и «Вы еще никогда так не смеялись!», — зачитал Усопп дешевые рекламные слоганы, прилепленные на бок чемодана. Слоганы, однако, возымели на капитана и доктора сильнейший эффект. — Сугеее! Это будет круто! — Не будет! — вклинилась Нами. — Да ладно тебе, Нами, это же специальный безопасный набор для вечеринок. И потом — сегодня день рождения, давайте сделаем что-то запоминающееся. Приказ капитана, каждый выпивает по одному зелью! Праздник в честь Санджи, потому он выбирает первым! — заявил Луффи и важно сложил руки на груди, подчеркивая безапелляционность.       Все накама немного волновались, один Зоро не особо обращал внимания, он ел. А если капитан что-то прикажет, он сделает и продолжит есть. Против воли ставший первым добровольцем кок неуверенно выбрал пузырек с золотисто-желтым, будто светящимся изнутри зельем. Он выглядел как солнышко в банке, то есть наиболее безобидно. Понюхал — пахло одуванчиками, это вселяло уверенность, и залпом опрокинул его в себя. — А вот как раз вариант для Маримо! — Санджи поставил перед Зоро изумрудно-зеленый флакончик, чтобы мечник под шумок не избежал своей доли «веселья». Кто же всегда поможет, как не верный накама, да? Зоро фыркнул и вылакал этот флакончик между укусами онигири.       Усопп выбрал приятный синий флакон, Робин — таинственно-черный, Нами — великолепный пурпурный, Луффи выдул первый попавшийся перламутровый, постепенно каждый накама и страдалец альянса Ло выпили по одной склянке, и все начали ждать.       Ничего не происходило. Луффи со скуки потащил в рот онигири, которое было даже без мяса, и получил по руке от Зоро. — Это мое. — Хаха, вот придурок, я наготовил пир, всем хватит, — добродушно расхохотался Санджи. — Ребята, смотрите, смотрите, я парю! — быстро перебирая копытцами, маленький доктор парил в воздухе, пытаясь подлететь поближе к столу. — Сугеее! У тебя крутая способность! Я тоже хочу! — восхитился капитан. А добродушный Санджи схватил ленточку от одного из подарков и привязал ее к ноге Чоппера, чтобы тот случайно не упарил в раскрытую дверь и не разбился, когда эффект зелья закончится. Правда, когда он закончил он выглядел словно мальчик с воздушным шариком, только шариком был Чоппер. — Пффф! Я будто в Лунапарке побывал, ахахаа, — закатился опять Санджи. — Так, понятно. У Санджи зелье смеха. У Чоппера левитации. Что у тебя, Робин? — быстро смекнула Нами. — Мяу, мяу, мяу, — сказала Робин и удивленно замолчала. Все уставились на нее, судя по всему ей выпало мяу-зелье, и теперь вместо речи она мяукала как кошка. — Мяу, — сказала Робин убийственным тоном и весьма жутко посмотрела на Усоппа, тот полез под стол.       Он давно хотел полезть под стол, так как к его неудаче он выпил зелье трусости. Теперь он был труслив в квадрате, и боялся даже сидеть рядом с накама во время праздника. Мало ли какие свойства у них проявятся. Хотя в случае с Робин, он весьма разумно ретировался. — Мое! — Зоро хлопнул опять пытавшегося украсть еду Луффи по руке. — Ну Зоро… — протянул капитан, как вдруг удивленно сморгул. А потом еще раз. А потом еще. — РЕБЯТА! Смотрите, у меня глаза-лазеры! Сугеее!       К счастью для всех, у Луффи были не глаза-лазеры, из его глаз и правда исходило направленное белое свечение, будто луч из лазерной указки, но он ничего не резал. Его взгляд прыгал по накама, стенам, еде, больше всего по еде. Но когда Зоро хлопнул Луффи по руке — остановился на Зоро. — Ничего себе, — потрясенно проговорила Нами. — Я тебе завидую, капитан, это суууууупер-извращенная способность, — прокомментировал Фрэнки то, что в том месте, где взгляд Луффи падал на кимоно мечника, оно становилось абсолютно прозрачным и всем была видна голая грудь со шрамом. — Ахахаха, иметь способность видеть голого Маримо, ахахахаа, бедный Луффи, — заходился Санджи. Шарик-Чоппер счастливо парил над столом, освоившись с маневрами в воздухе. — Я привяжу ленту от Чоппера к твоему стулу… — Мое! — рыкнул Зоро, разворачиваясь и жадно прикрывая руками спинку своего стула, как маленький ребенок любимую игрушку. Зоро выпил зеленый флакон — зелье жадности, и теперь был не намерен делиться и крошкой чего-то своего. Санджи прыснул, Зоро, ревностно оберегающий стул — это было смешно и без зелья хохота. — Ох. Санджи-кун, у меня, кажется, — и Нами намеренно дернула плечиком, — слетела бретелька, не поправишь? — Нами угораздило выпить зелье флирта, и не то чтобы она ощущала себя не в своей тарелке. — Ахахах, Нами-сан, это так весело, ахахаха, всенепременно.       Нами услужливо выгнулась в спине, подставляя Санджи роскошный вид на плечо с упавшей бретелью майки. Пытающийся из последних сил не смеяться, когда в его жизни наконец происходит ТАКОЕ, Санджи склонился к ней. — Ох, благодарю, Санджи-кун, ты настоящий джентльмен, — Нами посмотрела вверх на стоящего у ее плеча кока, очаровательно хлопая ресницами, и благодарно положила руку ему на пресс. — МОЕ! — заорал Зоро, вскочил и схватил кока поперек туловища. — Ха-ха-ха, Маримо, вот ты умора, — хохотал прижимаемый спиной к груди Зоро кок. — Санджи-бро, тебе надо будет прикрыть руками задницу, — выдал вдруг Фрэнки, открывший после розового зелья в себе талант видеть недалекое будущее. Однако Зоро об этом не знал, услышав, что Завитушке нужно беречь тылы, он всполошился еще больше — кто-то будет претендовать на кока, которого Зоро давно считал своим (пусть сам кок об этом и не знал)? — МОЕ! — взревел Зоро, и закинул не способного сопротивляться из-за дикого хохота Санджи себе на плечо. Голова Санджи свесилась за спиной Зоро, почти утыкаясь ему в зад. Это вызвало еще один приступ смеха у обычно вспыльчивого кока. — Зоро, ты не можешь унести Санджи, это же его праздник! — Луффи устремил на мечника с ношей наивный взор. Наивный раздевающий взор, который остановился на обтянутой брюками заднице Санджи. Но для всех остальных — уже нет. — Я же говорил, Санджи-бро, — пожал плечами Фрэнки, и взял в руку ленту от летающего Чоппера, чтобы он не выпорхнул, когда Зоро пнет через минуту дверь. — МОЕ! — взревел Зоро, сам с силой хватая Санджи за зад в том месте, где взгляд Луффи сделал его нагим. Зоро не рассчитал сил из-за переполняющих его собственнических эмоций, и с силой шлепнул кока по заднице. Тот ойкнул и расхохотался с новой силой. — Никто не против того, что мечник уносит кока? Потому что семь из десяти, что если он его унесет, все закончится растлением, — Трафальгара тоже заставили выпить зелье. Он выбрал светло-серое, надеясь, что его просто на пару часов покроет шерстью волка и он отсидится в уголочке. Но нет, он вскоре обнаружил у себя невероятные математическо-правдивые способности. Он чувствовал острую нужду выдавать математические вероятности событий и озвучивать их максимально честно вслух. — При этом в текущем состоянии Ророноа-я и Блеклэг-я десять из десяти, что сверху будет Ророноа-я.       Зоро с силой пнул дверь, так как руки были заняты, и покинул камбуз с хохочущим виновником торжества. Тарарам на камбузе не прекращался. Нами наклонилась под стол и нашла там прячущегося Усоппа. — Аре, если бы я знала, что ты тут будешь сидеть, то надела бы туфельки покрасивее. И не только туфельки, — она кокетливо подмигнула Усоппу. Тот сжался в комок. Наверху над столом все замерли, потому что Луффи направил свой рентгеновский взор прямо на Нами. — Я вижу, тут никому не принципиально, — устало заключил Ло. — Мяу, — не выдержала Робин, явно собиравшаяся молчать весь вечер.       Тем временем Зоро старательно пер в воронье гнездо вверх по лестнице ухахатывающегося кока, словно он был Кинг-конг, потому что в руках у него была определенно блондинка. Для полноты образа он иногда порыкивал «Мое» несмотря на то, что в зубах у него был стул. Потому что стул тоже был ЕГО, а Зоро не собирался отдавать ничего своего.       Усопп не знал, что инструкция к набору лежала на дне чемоданчика, под этими бутылочками — ну, не самое верное маркетинговое решение. Однако в листовке говорилось, что для проверки эффекта достаточно пары капель, вы можете сделать один глоток, если эффект вас устроит. Выпившая по бутылочке команда не могла прийти в себя до утра.       Из вороньего гнезда доносилось: — Ахаха, Зоро, не могу, ты меня уморишь, поставь меня на место. — МОЕ! — Ахахаха… — МОЕ! — Ахахаха, ты чего это одежду с меня снимаешь? Точно, давай обменяемся одеждой, чтобы завалиться на камбуз так, и я буду вести себя, как ты! Ахахаха, я — Маримо, только представь.       И Санджи в вороньем гнезде тоже стал торопливо сдирать с мечника его кимоно, хихикая. В этом и была его стратегическая ошибка, будто Зоро собирался отпускать что-то свое. Зато дата удобная, он всегда мог припомнить, что его жизнь приняла коренным образом новое положение ровно на его двадцать второй день рождения. — Ахахаха, мне же щекотно, — донеслось до камбуза из Гнезда. — Девять из десяти, что до следующего острова Ророноа-я будет отлучен от выпивки, — озвучил Ло.