Неудачник

Джереми Гилберт, простой парнишка семнадцати лет отроду, был тотально невезуч. Настолько, что закон Мерфи можно было смело переименовывать в закон Гилберта-младшего: «Если неприятность может случиться, она обязательно случится именно с ним». Потерять родителей – пожалуйста, подсесть на колеса и план – за милую душу, влюбиться в вампиршу – да он первый на очереди. Джереми не фортило практически во всем: в жизни, в любви. И в пресловутых картах, в которых точно должно было бы везти (если уж с любовью не сложилось). Но не тут-то было: жизнь Джереми уже лет пять как перестала быть зеброй в черно-белую полоску и давно превратилась в одну сплошную афроамериканскую жопу. Апогеем которой стала бутылка виски, распитая в компании очередного кровососущего ухажера Елены, Деймона, и не менее кровососущего, но гораздо более импонирующего Джереми Кола Майклсона. - А не сыграть ли нам в дурака? – сия светлая мысль могла прийти в голову только Деймону Сальваторе. Впрочем, она пришла не одна, прихватив с собой еще несколько: о том, что неплохо было бы сбегать за вторым ящиком односолодового, и о том, что в карты следует играть… - На деньги, - предположил стремительно косеющий Джереми. - На раздевание, - ухмыльнулся Кол, который все лихие семидесятые провел в гробу. - На желания! – отрезал Деймон, отправившись в машину за вторым ящиком виски. Поскольку вискарь принадлежал Сальваторе, никто оспаривать его решение не собирался. - Да будет свет в конце туннеля, - произнес тост вампир и начал сдавать карты. Получив на руки свои, Джереми с трудом смог разобрать масти. Он понял, что окосел окончательно. Опечалившись, Гилберт-младший хотел было сказать, что он участвовать не будет. Но кто ж его послушает? Два бессмертных кровососа уже вовсю начали играть. - А что вы тут делаете? – в комнату зашла Елена, смерив взглядом расположившуюся на персидском ковре компанию. - Играем, - незамысловато ответил Деймон. - Во что? - В дурака. - На раздевание? – заинтересовалась Елена. - На желания, - пробормотал нетрезвым голосом Джер. Елена поджала губки, моментально потеряв всякий интерес к происходящему: - А-а, понятно. Ну, тогда я пошла, - и девушка в компании продовольственных сумок отправилась на кухню, даже не обратив внимания, что Джереми пытается ползком последовать за ней. Но Сальваторе-старший сцапал Гилберта за штанину и, прищурившись, спросил: - Куда намылился, пацан? - Эм, никуда, - запинаясь, ответил Джер. – Кто ходит? - Ты, - широко улыбнулся Сальваторе. Кошки, которые и до этого мерзко скребли в душонке младшего Гилберта, сейчас испуганно замяукали и попытались окопаться в противотанковом рве. - Хорошо, - вздохнул парень. И, конечно, эту партию он проиграл. - И кто будет загадывать желание? – обреченно спросил Джереми, разглядывая двух ухмыляющихся вампиров. Деймон с Колом переглянулись… А через секунду Сальваторе уже оттягивал клацающего челюстями Майклсона от яремной вены на шее Джера. - Давай-ка без перерывов на обед, - пожурил Древнего Сальваторе. - А что с ним тогда вообще делать? Деймон вскинул бровь, изучающе посмотрев на Кола. А Джереми вдруг подумалось, что жертвовать литром крови гораздо приятнее, чем собственной задницей. Вообще, парнишка всегда чувствовал неприятности, на эту самую задницу надвигающиеся. Но то, что их будет две, и каждая сантиметров по пятнадцать-двадцать, Джереми предвидеть не мог. «На моей могиле, наверное, напишут только два слова: «Эпик фейл». Печально», - подумалось парню, когда две пары нечеловечески сильных рук быстро поставили его в коленно-локтевую. - Эй, джинсы… не порви, - запоздало крикнул Деймону Гилберт. Про себя добавив: «Фиг с ними, с джинсами. Лишь бы задницу не порвали». - Я требую еще виски, - неожиданно заявил Джер, видя, как Кол вжикает молнией своих брюк и впопыхах стаскивает их с себя вместе с бельем. - О, это мы тебе обеспечим, - хохотнул Деймон, и от этого вампирского смешка у Гилберта мороз пошел по коже. - Деймонблятьгребанныйнахуйдеймон! – заорал Джереми, когда в анус с легкой руки старшего Сальваторе вошло горлышко бутылки. Полной, мать её, бутылки виски. - Ну, ты же сам требовал еще выпивки, - елейным голосом ответил чертов вампир. – Все, как просил. Сфинктер судорожно сжался, стенки кишечника обжег алкоголь, и Джереми показалось, что в его задницу вставили раскаленную кочергу. «Что такое не везет и как с ним бороться», - это, пожалуй, было последней связанной мыслью Гилберта-младшего, перед тем как Деймон глубже пропихнул стеклянное горлышко, растягивая сфинктер. А в рот толкнулись чужие пальцы - Джереми не сразу сообразил, что принадлежали они Колу. Древний пропихнул их между верхней и нижней челюстью, даже не поморщившись, когда Гилберт впился в пальцы зубами, пытаясь хотя бы чуть-чуть прикрыть рот. Не тут-то было, конечно. Зато в рот мальчишке хлынула исцеляющая вампирская кровь - и нестерпимая резь в заднице сразу уменьшилась. Зато в рот пропихнулся толстый член: головка с нажимом прошла между сведенных судорогой челюстей и толкнулась в стенку глотки, заставив Джереми закашляться. «Господи Иисусе, какой же я неудачник!» - мимолетом подумал парень. Из глаз брызнули слёзы, на языке чувствовался отвратный привкус смегмы, а член Кола продолжал двигаться в нем, как чертов гидравлический поршень. Сзади Деймон продолжал терзать анус бутылкой: виски вытекало наружу, обжигая и так натертые мышцы у входа, стекало по мошонке на член, вялый и абсолютно не возбужденный. - Н-н, н-не, н-на…до, - пытался уговорить кровососов Джереми, но получалось плохо (ну, еще бы, с членом-то во рту). - Что он там говорит? – обратился к Колу Сальваторе. - Наверное, просит тебя присоединиться, Деймон, - ухмыльнулся Майклсон. - О, как это мило с его стороны, - оскалился вампир. А бедняга-Джереми почувствовал, как из растянутой задницы с пошлым причмокиванием выскальзывает бутылка. Только для того, чтобы её место занял член злоебучего вампира. «Почувствуй себя на вертеле, будь мужиком, блеать», - в голове пронеслась еще одна истерическая мыслишка. Все остальное Джереми помнил с трудом. Помнил, как вцепился холодными руками в поясницу Деймон, как по сокращающейся амплитуде двигался в нем Кол, помнил, как этот гребаный Майклсон приговаривал, спуская ему в рот: «Кушай, деточка», - и как он сам глотал сперму Древнего. - Ребята, отъебитесь, - это было первой репликой Джера после того, как пальцы Кола выскользнули изо рта, дав возможность сомкнуть челюсти и внятно высказать своё возмущение. - Уже, - ухмыльнулся Деймон, а затем милостиво сунул под нос мальчишке руку с кровоточащей раной на запястье. Джереми не нужно было предлагать дважды: он вцепился в руку Сальваторе, почти по-вампирски сомкнув на ней зубы. - Ты посмотри на этого кровососа, Деймон! – восхитился Майклсон, глядя на лакающего кровь парня. - А то, - хохотнул Сальваторе. – Весь в сестру, мать её. - Я больше с вами не играю, - безапелляционно заявил протрезвевший и исцелившийся во всех местах Джереми. - А тебе больше и не надо, - вновь усмехнулся Сальваторе. Добавил, обращаясь к Древнему: – Ну, что, еще партийку? Кол радостно кивнул. Джереми, даже не удосужившись натянуть штаны, лежал на заляпанном кровью, спермой и алкоголем ковре, в самобытность свою бывшим предметом роскоши в доме какого-нибудь султана, и наблюдал за двумя клыкастыми садистами, азартно режущимися в дурака. - Деймон, сука! – разочарованный вопль Кола на последнем ходе ознаменовал появление победителя. - Нееет, - мерзенько протянул Сальваторе. – Сукой сейчас будешь ты. Где твоя любимая металлическая бита, мистер Майклсон? Она нам сейчас пригодится не по назначению. - Иди в жопу, Деймон! – возмутился Кол. - Всенепременно, радость моя, - мурлыкнул клыкастый садист. – Но сначала все-таки бита. Кол издал обиженный вопль, а лежащий на полу Джереми неожиданно подумал, что с бутылкой ему еще очень даже повезло. Легко отделался. Впервые в жизни Джереми осознал, что ему, тотальному неудачнику, хоть в чем-то повезло. И на душе посветлело. «Интересно, это он так на всех отыгрывается за то, что Елена не дает? Или он просто псих?» - размышлял Гилберт-младший, наблюдая, как Деймон обильно поливает хромированную биту лубрикантом. - Ой, а что вы тут делаете? – в комнату вновь заглянула Елена. - Исполняем желания, Ленок, - ухмыльнулся во все тридцать два Деймон, медленно приближаясь к Колу с битой наперевес… Кол краснел, бледнел, пятился – но напор Деймона был неумолим. Смазка с хромированных боков биты оставляла за собой дорожку из густых розовых капель, Деймон улыбался, Джереми за происходящим наблюдал с философским пофигизмом выебанного неудачника. И только Елена никак не могла предвидеть очевидное. - Деймон, а может, не надо? – слабо пробормотал Кол. Сальваторе плотоядно облизнулся: - Надо, Майклсон, надо. Снимай штаны. Все было не так уж страшно. Сначала. Сначала Деймон, мазнув по лоснящемуся боку биты пальцами, аккуратно ввел их в задницу Кола, разминая, растягивая напряженные мышцы, и тому даже подумалось, что все может закончится не так уж плохо. Но потом он обернулся, наткнувшись на совершенно безумный взгляд Сальваторе, и понял, что ошибается. Глубоко ошибается. Деймон растягивал его неторопливо, аккуратно, можно даже сказать, вдумчиво. К двум пальцам прибавился третий, затем уже вся ладонь, сложенная пикой, терзала растянутые мышцы у входа. Наконец, задницу Кола оставили в покое. И все, что оставалось младшему из чокнутой семейки Древних, – это слабо пробормотать: - Уговор есть уговор. Деймон лишь ухмыльнулся в ответ: - Давай без этих прелюдий, солнце. Кол слабо кивнул. И развернулся к стене, спрятав лицо в изгибе локтя и плотно зажмурившись. - Ааа! – заорал Майклсон. - Ох! – испуганно выдохнула Елена. - Пур-пур-пур, - ухмыльнувшись еще шире, прокомментировал Сальваторе. - Гребаные кровососы. Долбанутые на всю голову кровососы, - философски резюмировал Джереми. Все-таки Деймон Сальваторе был чертовым садистом: бита вошла в растянутую дырку тяжело, почти как стальной поршень в неотлаженном механизме. Кол заскулил от непосильного даже для тысячелетнего вампира чувства предельной растянутости: в анусе жгло, как огнем, а затем Майклсон почувствовал острую боль в мышцах - это, не выдержав издевательств, порвался сфинктер. Хотелось плакать, скулить, просить Сальваторе вытащить чертову биту, но вместо этого Майклсон только впился в собственную руку зубами и тихо завыл… А бита продолжала поступательные движения в окровавленной заднице. Деймон улыбался. Елена уже давно грохнулась в обморок. И только Джереми, удосужившись-таки натянуть штаны, злорадно хмыкнул: - Почувствуй себя неудачником, Кол Майклсон. Хоть раз в жизни. Мораль сей басни такова: алкоголь – зло, азартные игры – зло, вампиры – зло. А азартные игры под алкоголем с вампирами – это весьма экстремальный способ времяпрепровождения. Если вы не любитель БДСМ, конечно. Ах да, и еще одно: никогда не смейтесь над неудачниками. Потому что в один прекрасный день вы можете оказаться на их месте.