Часть 1. О том, как все начиналось
25 марта 2018 г., 10:40
Это был тяжелый день. Очень долгий, тяжелый съемочный день. В который раз по павильону разносился искаженный рупором вопль:
— Внимание! Тишина на площадке!
И «улей диких пчел» тут же стихал, словно по волшебству.
— Камера! Мотор! Начали! — разрывался «матюгальник».
И только актеры, занявшие свои позиции, принимались за лицедейство, как раздраженный Питер Джексон снова выкрикивал ненавистное всем: «Стоп! Стоп! Стоп! Ребята, это никуда не годится!» А эту долбанную сцену снимали уже десятый час…
В один из пятнадцатиминутных перерывов сидел в гримерке во всем великолепии и величии короля лесных эльфов Ли Пейс, разглядывая в зеркале свой неотразимый вид. В дверь тихонько поскреблись — и на пороге возникла молодая ассистентка. Это была эффектная блондинка с пышной шевелюрой из крупных локонов, ниспадающих ниже лопаток. Ее огромные синие глаза каждый раз жадно пожирали Пейса, а большая грудь в откровенном декольте вздымалась от волнительного вздоха. А звали ее — Мэри Сью. Она была безответно влюблена в Ли, и была готова исполнять любые его прихоти, безнадежно выбирая наряды с еще более глубокими вырезами, и непременно подчеркивающие ее осиную талию. Но красавца привлекали лишь рельефные бицепсы и грудь Ричарда Армитиджа. И девушка об этом, конечно же, знала.
Мэри с опаской выглянула из гримерки и стремительным рывком захлопнула за собой дверь. И Ли, увидев ее, тут же расплылся в совершенно искренней, довольной улыбке. Но не вошедшие в гримерку перед девушкой сиськи так порадовали актера, а бумажный стаканчик из-под кофе в ее руках.
— Я могу что-нибудь еще для тебя сделать? — обаятельно улыбнулась Мэри, протягивая стаканчик Пейсу.
— Спасибо, дорогая! — улыбнулась в ответ звезда. — Это все, что мне сейчас нужно. Ты можешь идти!
И остался прекраснейший из мужчин наедине со своим отражением в зеркале. Он не спеша отхлебнул из стаканчика, ощутив вкус отборного, немного терпкого сухого вина, и расслабленно откинулся на спинку стула. Да-да, Мэри была без ума от Пейса до такой степени, что готова была покрывать его маленькие слабости даже во время съемочного процесса.
— Кто красивый? — спросил Ли у отражения, проведя рукой по золотой пряди волос и подмигнув своему голубоглазому, вторящему во всем собеседнику. — Я красивый!
«Эльф» поставил стаканчик и игриво поменял позу, закидывая ногу на ногу. Он оценивающе смотрел на себя, прищурившись и вытянув губы «уточкой».
— Кто на свете всех милее? — не унимался Пейс.
Довольный собой актер потянулся к стаканчику и снова хлебнул винца, но, поперхнувшись, выплюнул в «собеседника» бордовую жидкость: его отражение держало в руке не бумажный стаканчик, а изысканный кубок тонкой ювелирной работы, инкрустированный рубинами и изумрудами.
Кашель душил до слез, а отражение по-прежнему невозмутимо взирало на мужчину. Ли вскочил на ноги и, надергав из пачки несколько салфеток, принялся усердно вытирать поверхность зеркала, изо всех сил надеясь, что «обман зрения» испарится сам собой. Но не тут-то было! Царственный двойник оставался неподвижным, даже и не думая никуда исчезать.
— Ты прекрасен, — приятным бархатистым голосом отозвался мужчина по ту сторону стекла, — спору нет…
И Пейс осел на стул, растерянно открыв рот. Он взял стаканчик и подозрительно понюхал его содержимое: что за бормотуху принесла ему ассистентка? Но отражение лишь ухмыльнулось. На актера взирал не кто иной, как Трандуил — собственной персоной.
— Отчего-то Зеркало показало мне тебя… И я стал наблюдать, — говорил настоящий Владыка Лихолесья. — Я видел, как ты устал от суматохи и постоянного пребывания в гуще событий. Я же устал от унылой, размеренной жизни в королевских чертогах…
— Я с удовольствием позависал бы в твоих… чертогах, — усмехнулся актер. — Вот бы поменяться…
— Ну так нет проблем! — Трандуил протянул вперед кубок. — Согласен?
— Согласен! — совершенно необдуманно воскликнула звезда, чокаясь своим бумажным стаканчиком с отражением.
И в мгновение ока Ли оказался в величественном дворце Лесного Короля, а Трандуил — в тесной гримерке в Новой Зеландии.
***
За несколько часов до этого. Новая Зеландия… Ли проснулся от навязчивого луча раннего солнца, пляшущего на его прекрасном лице. Он сладко потянулся, не открывая глаз, и провел рукой по смятой простыне подле себя. Но Ричарда рядом не оказалось. Вдруг хлопнула дверь, и небольшую комнату начали заполнять приятные ароматы утреннего кофе. Ли медленно открыл глаза — Армитидж стоял с небольшим подносом, на котором были пара чашек горячего напитка и аппетитные ломтики белого хлеба с арахисовым маслом. То, что нужно! Пейс блаженно улыбнулся: «Ах, Ричи!.. Он всегда такой заботливый!» Мужчина поставил на столик поднос и, хищно оскалившись, забрался к любовнику под одеяло. Ли захихикал, Ричард же зарычал, точно дикий зверь, наваливаясь на него всем телом и подминая под себя. — Рич! — изворачивался Пейс. — Я не могу сегодня опоздать снова! Пи Джей и так уже просто беснуется! Покидать это теплое мягкое ложе так не хотелось… но ехать на съемки было просто необходимо. И ехать как можно скорее, ибо психическое равновесие режиссера готово было нарушиться в любую минуту промедления. Лихолесье… В огромных великолепных чертогах, на своем законном месте — рогатом троне — восседал Владыка Трандуил. Он угрюмо посматривал то налево, то направо, словно выискивая — чем же себя можно было занять, но его скучающий взгляд так и не находил ничего интересного. Вскоре явился посыльный и с опаской протянул Его Величеству несколько увесистых свитков. Король бегло просмотрел первый документ — очередное торговое соглашение с Дейлом. «Снова цену повышают…» — Трандуил удивленно вздернул бровь. Владыка оценивающе посмотрел на лист бумаги и, прищурившись да прикусив язык, сосредоточенно начал придавать посланию некую причудливую форму, старательно разглаживая на коленях все сгибы. — Но что мне им передать? — немного сбитый с толку поведением короля, эльф в недоумении наблюдал за своим повелителем. — А передай-ка им вот это! И Трандуил протянул посыльному аккуратно сложенную бумажную фигурку то ли оленя, то ли лося… но, определенно, какого-то рогатого существа. Снова оставшись в одиночестве, король лесных эльфов тяжело вздохнул. Нехотя он взял еще один документ из небольшой стопки бумаг, лежавшей на царственных коленях. Это был годовой отчет доходов и расходов Лихолесья. Немного повертев его в руках, синда ловко смастерил весьма громкую хлопушку, эхом зазвучавшую в тронном зале. Третий же документ он просто смял в подобии снежка и что было силы швырнул вперед. И, снова вздохнув, подпер руками подбородок, опираясь на подлокотники трона. Когда в чертоги наконец явились двое слуг, Трандуил заметно оживился. «Ну наконец-то!» — пронеслось в белокурой королевской голове. А принесли эльфы Зеркало Галадриэли, которое Владыка Лихолесья повелел нагло стырить. И, пока Владычица не заметила пропажи, задумал он за миром поподглядывать…***
Новая Зеландия… Едва Лесной Король окинул взглядом тесную гримерку, как в нее внезапно впорхнула Мэри Сью. — Давай, дорогой, пора! — кокетливо защебетала блондинка, настойчиво выталкивая удивленного эльфа. — Питер уже извергает пламя ярости, подобно дракону! — Дракон? — насторожился Трандуил. — Какой еще дракон? — Ну… это я образно! — Мэри быстро подхватила мужчину под руку, увлекая из гримерки. — Давай скорей! — Дева, — деловито заявил самозванец. — Прикрой-ка свои перси! Не испытывай пределы моего самообладания! — Ли, — лукаво улыбнулась ассистентка, засияв при этом, словно Аркенстон. — Ты чего? Шутишь? Приложив некоторые усилия, Мэри все же вытолкала эльфа наружу, прихватив с собой бумажный стаканчик с оставшимся вином. Конечно, она была настолько без ума от Ли Пейса, что сокрыла бы любые улики, свидетельствовавшие о нарушениях режима любимого актера. Девушка с опаской понюхала содержимое стаканчика и, не найдя объяснения подозрительному поведению обожаемого мужчины, пожала плечами, покидая гримерку вслед за ним. В скором времени Трандуил уже стоял на съемочной площадке и настороженно осматривался по сторонам. — Итак, Ли, — бесцеремонно крикнул размашисто шагающий к нему Питер Джексон, — ты в своих чертогах! Продолжаем снимать сцену, ладненько? — Ну и шутки у тебя, гном! — снисходительно протянул Владыка эльфов, воззрев огромное зеленое полотно позади себя. Совершенно не обидевшись, режиссер лишь развел руками — как-никак звезда вживается в свою роль. Откуда ни возьмись на площадке возникла рыжеволосая эльфийка, и Трандуил недоверчиво уставился на маленькую и шуструю «эллет». — Камера! Мотор! Начали! — прозвучал сдавленный, искаженный рупором голос. — Мы зачистили лес, как вы и велели, Владыка! Но с юга пришли еще пауки… — затараторила Эванджелин. — Стой, дева! — перебил ее Трандуил. — Ты кем будешь? — Стоп! — заорал Питер. — Ли, что случилось?! — Кто эта эллет? — прищурившись, спросил синда. — Кто ты, дитя? — добавил он, слегка смягчившись, но не утратив своей подозрительности. — Вообще-то, — с долей раздражения заметил Джексон, — Тауриэль — начальница твоей стражи! Ли, сейчас не время для твоих шуточек! Давай, пожалуйста, по тексту! — Еще чего! — возмущенно воскликнул эльф. — Нет у меня никакой начальницы стражи! Да и не место девам среди моих воинов! — По тексту! — настоятельно потребовал режиссер. И, заняв свое кресло, прорычал в громкоговоритель оглушительное: «Камера! Мотор! Начали!» — Из какого ты дома? — никак не унимался Владыка, продолжая «с пристрастием» допрашивать Тауриэль. — Неужто из дома Феанора такая огненно-рыжая? Но я уверен — потомков в этом доме не осталось… Так из каких же Земель ты родом? — Стоп! Стоп! — снова орал Питер Джексон. — Ну в самом деле! — Ли, дорогой, — мягко заговорила рыжеволосая. — Ну, ты уже перестарался… Ты совсем рехнулся со своим перевоплощением? — Я? Рехнулся?! — удивился Трандуил. — Отрубите ей голову! Немедленно!!! Король лесных эльфов резко развернулся и гордо зашагал прочь, шелестя дорогими тканями серебристого кафтана. Благородный синда и впрямь принял бедную Эванджелин Лилли за эллет: гримеры, право, творили настоящие чудеса! — Плохо дело, — покачал головой режиссер. — Так и быть, на сегодня закончили… Лихолесье… Ли осмотрелся по сторонам в «своих» чертогах — и сразу же обнаружил его. Огромный величественный трон, словно возведенный декораторами специально для роли Пейса. Едва актер радостно уселся на него, водрузив на лицо гордую аристократическую маску, как, почтительно поклонившись, в тронный зал явился высокий светловолосый эльф. Пейс сорвался было с места и пожал руку обалдевшему гостю, но тут же, опомнившись, поспешил вернуться на трон. — Мой король! — докладывал новоприбывший. — На наших землях был схвачен отряд гномов! Если вы пожелаете — я приведу их на допрос сейчас же! — Гномов? — задумчиво произнес самозванец, что-то соображая. — Да, мой господин… — Мистер, как мне вас называть? — Я — Нифредил… Начальник стражи Вашего Величества, — мягко говоря, охреневший эльф уставился на своего короля. — Да ладно! Не гони! — удивился актер, звонко хлопнув ладонями по коленям. — А куда Тауриэль делась? — Какая Тауриэль? — аккуратно спросил подчиненный. — Ну как?! Начальница стражи моей! — Но такой нет… — Ладно, хорош травить! — заулыбался Ли Пейс. — А ну-ка, позови Эванджелин! Страж, решив больше не спорить, лишь коротко поклонился и поспешил ретироваться. Но не прошло и пары минут, как в королевские чертоги прибыл прекрасный лихолесский принц, озадаченно взирая на отца и, на всякий случай, осматриваясь по сторонам в поисках припрятанного дорвинионского. — Ох, Орландо! — обрадовался Ли знакомому лицу. — Этот Нехердил — реально странный! — Нифредил… — Что? — Его имя — Нифредил. А я — Леголас… Отец, с тобой все хорошо? — не на шутку встревожился наследник. — Ну конечно! Леголас, я понял! Ты в роли! — закивал актер. — Скажи мне еще, куда Эванджелин подевалась? А то этот эльф из массовки походу не шарит… Ну Тауриэль! Как не понимаешь? Твой персонаж еще запал на нее… Но белокурый принц Лихолесья лишь хлопал ресницами, выпучив на мнимого Трандуила свои огромные голубые глаза, и не находил слов для ответа — ибо тупо не понимал, на какой из вопросов ему нужно отвечать. — Ладно, не парься! — почесал начавший напрягать за целый день парик Ли. — До меня дошло — мы реально махнулись! — Отец… — совсем уж нерешительно пролепетал Леголас. — Гномы… их необходимо допросить… Но если ты неважно себя чувствуешь, я могу разобраться с этим сам! — Гномы… — задумался Пейс, припоминая сценарий. — Ну конечно! Ведите, сынок, ведите! Гномов привели очень быстро. Возглавлял их невысокий (не более полутора метров), но, для своих плачевных антропометрических данных на фоне двухметровых эльфов, излишне горделивый Торин. Ли медленно привстал со своего места. Его прекрасные голубые глаза, обрамленные густыми ресницами, казалось, по меньшей мере вдвое увеличились, рот изогнулся в подобии скорбной улыбки, а нижняя губа предательски задрожала. — Рич! — всхлипнул актер, бросаясь к ногам низкорослого гнома и захватывая его в крепкие объятия. — Рич, что они с тобой сделали! Как они это сделали?! — Отец! — принц поспешил оттащить короля от пленного. — Отец, пожалуйста! Но печаль Ли Пейса была поистине велика. Настолько, что вконец обалдевший Леголас, едва справившись с чувственным порывом «папеньки», коротко приказал увести пленников и, подхватив под руку всхлипывающего Владыку, потащил его в королевские покои.
