Ледяное танго

Перелет был довольно коротким, но и за это время Наруто попытался поспать. Всю ночь до этого он себя накручивал и паниковал: не каждый день удается попасть в сборную по хоккею. И пусть почти все в ней были из его родной команды, все равно это был уже иной уровень. Киба что-то радостно проорал ему на ухо, разбудив, и стал тянуть за ремень, мол «отстегивайся, прилетели». Узумаки лениво огляделся по сторонам, где остальные спортсмены, тренера и прочий персонал уже встали на выход. Он выходил одним из последних, все еще сонно шатаясь, и не заметил, как врезался в кого-то. - Ой, простите, - произнес Наруто и поднял голову, чтобы встретиться с ледяным взглядом настолько черных глаз, что они могли поглотить целую галактику. Или как-то так, Узумаки шарил в физике только когда это касалось шайбы и бросков. Он пропустил незнакомца и вздохнул. Похоже, не он один был напряжен. - Вау, ты чуть не вытолкнул из самолета местную звезду, - прохихикала Сакура и приобняла его за плечи. Его подруга-биатлонистка иногда напоминала не профессиональную спортсменку, а девочку-фанатку с трибун. - Звезду? – Наруто сошел вместе с ней, все еще выглядывая излишне напряженную спину в толпе. - Ты не знал? Это Учиха Саске. Трехкратный чемпион мира по фигурному катанию, неприступный ледяной принц, - мечтательно вздохнула она. – Правда, говорят, что у него даже жизни, помимо льда, нет. - Как такое может быть? Я понимаю, профессиональный спорт и все такое, но свет клином на этом не сходится, - фыркнул Узумаки и попрощался с подругой, чтобы догнать свою команду. Несколько дней до и после открытия они болтались по территории олимпийской деревни, пропитывались духом соперничества. Их тренер – Асума курил сигарету за сигаретой, даже не слушая нытья от Шикамару по этому поводу. По сути, именно Нара был тем, кто составлял стратегию, план игры, кто принимал молниеносные решения, а Асума был тем, кто следил за физическим состоянием игроков, пинал, когда надо (особенно он пинал ленивого Шикамару), и просто был официальным лицом. Подошло время первой игры, и она прошла, к гордости всей команды, прекрасно. Противник был разгромлен всухую. Но все это время Наруто не покидала мысль, что за ним наблюдает не только толпа болельщиков, но и чьи-то особые глаза. Сколько бы он не смотрел на трибуны во время перерывов между таймами, никого особенного не смог заметить. Первую победу праздновать с остальными он не стал. - Ну, идешь сегодня одиночников смотреть? – Сакура налетела на него сзади и запрыгнула на спину, а он мгновенно подхватил ее, удерживая. - На каких еще одиночников? – сегодня у него был свободный день. Команда отсыпалась, а сам Наруто с утра пораньше решил прогуляться - Фигуристов, - она тыкнула рукой в здание катка, который был отведен исключительно под фигурное катание. – Я знаю, ты любишь гибких мальчиков в обтягивающих костюмах. - Сакура! Я тебя сейчас в сугроб кину, - крикнул он, краснея до кончиков ушей. - У меня в каждом сугробе спрятано ружье, так что не рискуй. Ну, идем? - Идем-идем, только перекусим для начала. *** На трибунах было полно народу, но им удалось втиснуться на один из ближайших к катку рядов. Первая шестерка уже разминалась на льду, и Сакура рядом задышала чаще. - Такие красавчики, умереть можно, - прошептала она. – Жаль, что большинство из них по твоей части. - Прекратишь ты или нет? – шикнул на нее Наруто и надулся. - Чего ты стесняешься? Вся твоя команда знает, и при этом ты все равно капитан. Пресса все равно однажды раздует из этого что-нибудь. Выставишь ты это в красивом свете или нет, зависит только от тебя, - Харуно усмехнулась и вцепилась в руку Наруто. – Все. Начинается. Узумаки без особого энтузиазма смотрел на фигуристов. Да, красиво. Да, прыгают. Да, музыка прикольная. Но где же накал? Где соперник, который может вжать со всей дури в бортик? Где раскрасневшиеся лица товарищей, которые сейчас мало чего понимают, кроме «шайба», «свои», «враг», «ворота», из-за адреналина в крови? Да уж, одиночные виды спорта совершенно не для него. Даже у Сакуры было поинтереснее. - Ох, вот он, - с надрывом произнесла она и вцепилась в Наруто еще сильнее. – Посмотри. Боже, какой он красивый. Ох, а это его брат и тренер. Узумаки покосился на подругу, которая от волнения ерзала на месте, и промолчал. - Это сам Хатаке Какаши. Он раньше выступал в парном катании, но однажды на соревнованиях лезвие его конька попало в ямку на льду, он уронил партнершу, а когда она падала, задела своим лезвием его лицо. Он лишился глаза, и теперь всегда носит повязку. Правда, это не мешает ему тренировать таких гениев, как Саске, - она с таким восхищением это рассказывала, что Наруто сжалился и решил дать ей выговориться. - А медицинская маска ему зачем? Губу ему тоже порезали? - Нет, наверное, просто боится подхватить что-нибудь. Людей-то сколько. Ох, а его брат чемпион мира по бальным танцам, он Саске хореографию всегда ставит. Тоже безумно красивый. Даже красивее Саске. Наруто закатил глаза и постарался абстрагироваться от восторженного щебетания Харуно. Это белый или светло-голубой? Сложно сказать из-за идиотского блеска пайеток. Но цвет определенно шел этому Саске. Холодный, как лед - вот такое впечатление создавалось от всего вида Учихи. И что в нем можно было найти? Некоторые хоть излучали драйв и тепло, а этот был как робот. Фыркнув, Наруто покачал головой. Наконец объявили Учиху, и Сакура рядом замерла. - Учиха Саске из Японии. Музыка из балета «Снежная королева», - разнеслось по залу, и все как-то слишком притихли. Вот это было что-то новенькое. Ни на одном выступлении фигуриста зал не переставал дышать. Узумаки и сам затаил дыхание, глядя, как изящно скользит по льду тонкое гибкое тело. Он не знал элементов, но понимал, что вот это сейчас было что-то необычное, потому что зал взревел и тут же затих. И так повторялось несколько раз. Наруто видел на катке не фигуриста, а человека, чье сердце обледенело, чья душа лишилась страсти, эмоций, любви. Учиха так вжился в образ, двигался так, будто музыка была не дополнением к программе, а будто он был сам продолжением этой мелодии, и блондину захотелось вскочить на спину Шикамару (олень же, ну) и поскакать спасать несчастного. Финальное вращение, и зал вскакивает с мест, оглушая воплями, кидая игрушки и цветы на лед. Учиха с холодным выражением лица всем поклонился и на секунду замер. Наруто мог поклясться, что эти черные глаза направлены на него, но это могла быть всего лишь больная фантазия. На лед вышел следующий фигурист. Оценки Узумаки уже не слушал, ему не было никакого дела до них. - Я… Мне нужно идти, Сакура, - он поднялся, чувствуя, что дышать все еще сложно. - Все нормально? Может, ко врачу? – Харуно взяла его за руку и кивнула, когда получила в ответ неуверенную улыбку и отрицательное покачивание головой. На воздух он буквально выбежал. Морозный ветер колко прошелся по лицу, и Наруто закашлялся. Что это было? Почему сердце так колотилось? Он приземлился прямо в снег и потер руками лицо. Кошмар. Ну и состояние. Надо позвонить родителям. Он всегда так делает, если что-то идет не так. Вернувшись к себе и усевшись на постель, он достал планшет и потер переносицу. И как он задаст вопрос? Мам, пап, я увидел фигуриста, и у меня чуть сердце не остановилось? Отец-кардиохирург будет хохотать от души. Пока он раздумывал, на экране высветилась иконка звонка, сообщая, что родители решили звякнуть первыми. - Привет, мам, - он улыбнулся в камеру. - Курама! А ну перестань драть подушку! Ой, привет, Наруто, - раздалось в ответ. Кушина широко улыбнулась и помахала, а потом наклонилась и подняла на руки лиса. – Эта рыжая морда без тебя тут с ума вообще сходит. Никого не признает за авторитет. Лис вжался носом в экран, увидев хозяина, и пронзительно залаял. - Надо было взять его с собой в качестве талисмана команды, - Узумаки рассмеялся. Пару лет назад Кушина принесла домой полудохлого лисенка, которому от силы была пара недель. Выхаживали его всей семьей, а зверь уж очень полюбил Наруто и другого хозяина не признавал. Да и сам блондин любил лиса. Сейчас особенно не хватало теплой тушки под боком. - Ага, и искал бы ты его потом по всему свету, - крикнул откуда-то Минато. - Мы смотрели игру вчера, - Кушина убрала лиса от экрана и попыталась удержать его на руках. – Вот чтоб с остальными играли точно так же. - Постараемся. А я чего хотел-то… - Ой, и в прямом эфире сейчас смотрели фигурное. Твой одноклассник просто нечто! - Одноклассник? – Наруто недоуменно уставился перед собой. Там же был только один японец, нет? - Ну да. Учиха Саске. Вы же в начальной школе вместе учились и пару классов средней, пока серьезно спортом не занялись. У Наруто, кажется, случилась аварийная перезагрузка мозга. - Да, дрались вечно. Нас в школу постоянно вызывали, не помнишь? – Минато наконец появился перед камерой и сел рядом с женой. – Ой, а какая у тебя истерика была, когда он тебе шоколад прислал на День Святого Валентина. Это когда было?.. Узумаки наконец вспомнил. Да. Саске. Даже в детстве они дрались всерьез. Никто не мог сказать, почему, даже они сами. Просто так надо было. А потом спорт вытеснил учебу и все остальные конфликты. Учиха перешел на частное обучение, чтобы не отвлекаться от фигурного катания. А Наруто просто забивал, считая, что всегда сможет прокормить себя хоккеем. И как-то раз прямо посреди тренировки его подозвал тренер. Рядом стоял курьер с букетом цветов и коробкой шоколада. Как же над ним потешались, все пытались выяснить, кто же эта смелая барышня. А он смял карточку с изящными иероглифами и отшутился. Только дома позволил себе проораться, возмущаясь в ответ на такую откровенную насмешку. Кем себя этот Учиха возомнил? Шутник, ага. Он был выше этого, поэтому отвечать не стал. Так они больше никогда и не пересекались, а занятый своей жизнью Наруто совсем позабыл про Саске и все с ним связанное. - А если предположить, что это не была издевка? – Наруто говорил аккуратно, стараясь не выдавать волнение. Родители затихли и переглянулись. Даже Курама перестал вырываться. - Так это… Люди не шутят с таким, Наруто. А если и шутят, то не подписываются, - Минато приподнял брови. – Мы думали, ты был возмущен тем, что Саске не пришел лично тебе это вручить, поэтому обиделся и не стал отвечать. Узумаки замолчал. Так вот, что это был за взгляд в самолете. Учиха был зол до сих пор? И это выступление мальчика с ледяным сердцем? Это как-то относилось к ситуации, или Наруто теперь просто надумывал? - Это… Мне надо на тренировку. Был рад поболтать, - он натянуто улыбнулся. - Давай! Постарайся там! – крикнула Кушина. Наруто отключил планшет и завалился на спину, уставившись в потолок. Твою ж мать, он что, просто давно был влюблен и сам этого не знал, а сегодня понял это? «Только с тобой вечно случается всякая хрень», - любил говорить Киба. Он накрыл голову подушкой и завыл. *** Саске в очередной раз упал и шлепнул ладонью по льду, зло сопя. - Ну, и что это такое? – Какаши даже отложил очередной порно-романчик и выехал на лед к ученику. – Нравится лежать на льду? Ну, полежи, остуди голову. - Саске, ты не попадаешь в музыку совершенно, - прокомментировал Итачи, почти ложась на бортик животом. – Это же Мулен Руж, как можно не попадать в музыку? Ты где витаешь? - Заткнитесь оба, - крикнул он, поднимаясь и отряхиваясь. Время, отведенное для утренней тренировки, подходило к концу, а он так и не смог нормально сделать ни одного четверного прыжка. Чертов Узумаки со своим тупым растерянным лицом так и вставал перед глазами. - Скажи, Саске. Ты за кого катаешься в этой программе? За Роксану или за несчастного мужчину? Потому что изначально мы ставили Роксану, а сейчас ты выглядишь как жалкий, побитый жизнью, отвергнутый неудачник, - Итачи вздохнул. – Сходи переспи с кем-нибудь, что ли. Восстанови свое самолюбие. Какаши рядом усмехнулся и качнул головой. - Совет неплохой, но времени до вечерней тренировки не хватит, чтобы наш малыш гордость собрал силами чужих гениталий. - Как же вы оба меня бесите, - произнес Саске, сжимая кулаки. - Так, слушай сюда. Чтобы к вечеру ты начал чувствовать себя роковой красоткой, «продающей тело ночи», понятно? Что изменилось-то? Раньше ты прекрасно справлялся, - Хатаке кивнул в сторону выхода с катка, и ученик покорно последовал за ним, все еще злясь. На себя, на лед, на чертового блондинистого идиота. Он молился, чтобы они не пересеклись, чтобы не бередить старые раны. И вот. Сразу в самолете. Почти нос к носу. Он споткнулся на ровном месте под гробовое молчание тренера и брата. - Только слово скажите, - процедил Саске сквозь зубы. *** Он неторопливо прогуливался, морщась от ледяного ветра. На катке холод не чувствовался, но стоило выйти за его пределы, Учиха надевал все самое теплое, что мог достать, укутываясь так, что видны были только глаза. Чертова произвольная была катастрофой. Он был тщательно настроен, а теперь все в голове смешалось, а тело отказывалось правильно двигаться. Саске четко представлял, как он выходит на каток, и все его хотят, он купается в чужих взглядах, весь мир смотрит и хочет-хочет-хочет. И это было приятно, это было правильно. Прямо под музыку. А теперь ему было плевать на весь идиотский мир, лишь бы эти голубые глаза смотрели, а их обладатель хотел. Только он, на остальных было плевать. Громкий смех вывел его из оцепенения, и Саске повернулся на звук. Ну, конечно. Кто же еще. Этот недоумок в компании своих дружков. Вот этот со страшными светло-серыми глазами… Хьюга Неджи или как-то так. Весь мир знал его как «Хьюга 360», потому что у парня будто глаза на затылке были, а реакция – нечеловеческая. Лучшего вратаря пожелать было сложно. Саске бы его не запомнил, если бы его кузина не была многообещающей фигуристкой-одиночницей. Парень с татуировками на лице, до невозможности шумный, и между ними причина завтрашнего провала Учихи. Вот это будет скандал. Он действительно чувствовал себя как ревнивый неудачник, влюбленный в вечно окруженную другими мужчинами Роксану. Ревность… Саске натянул шапку, чтобы закрыть и глаза. Вообще скрыться из этого мира. Завтра будет величайший крах его карьеры фигуриста, а все потому, что он не смог взять себя в руки и вообразить себя девицей, которую хочет весь мир, но в которую влюблен только один, который ревнует так сильно и отчаянно. А если воображать не придется? А если Узумаки действительно будет его хотеть? Он не смог добиться этого раньше, а почему не попробовать сейчас? Они стали взрослее, опытнее. Да и что он терял? Выдохнув, Саске снял шапку и выпутался из шарфа, чтобы открыть лицо. Догнав троицу сзади, он положил ладонь на плечо Наруто, и тот обернулся с широкой ослепительной улыбкой. Эта улыбка сползла с лица, когда он понял, кто перед ним. Саске только ухмыльнулся и шагнул ближе, стремительно сократив расстояние между их лицами. Под тихое удивление остальных, Наруто ответил на поцелуй и даже попытался обнять Учиху, но тот резко отстранился и холодно посмотрел в глаза, будто не сам это начал. Молча развернувшись, он натянул шапку обратно и пошагал прочь, чтобы никто не увидел пятна румянца от волнения. «Он ответил». - И что это было? – прошептал Неджи. - Сам бы хотел узнать. *** Сакура рядом чуть ли не подпрыгивала от ожидания. На этот раз времени ни на какие перекусы тратить они не стали и заняли места в первом ряду. - Он будет в последней шестерке, - шепнула она. – Но остальные тоже такие классные. - Ты знаешь, под какую музыку выступает Саске? – он тоже нервничал, но признаваться себе в этом не собирался. - Танго из мюзикла Мулен Руж. Он с этой программой выступал на чемпионате мира в прошлом году. Просто божественный. Глядя на него в этой программе, можно забеременеть, - она покивала, ухмыляясь. - В каком смысле? – Узумаки нахмурился. - Увидишь. Когда он выступает под эту музыку, ты не можешь его не хотеть. Он как соблазнительный кусок мяса для голодных псов, так и притягивает, просит, чтоб на него накинулись, - она помахала на себя руками, разгоряченная даже воспоминаниями об этой программе. - Ты шутишь? Не может такого быть. Хочешь сказать, что все присутствующие на трибунах будут на него облизываться? - Не только. Онлайн-трансляции никто не отменял, - Сакура пожала плечами, не заметив, что ее спутник впал в прострацию. Зачем был этот поцелуй? Вообще ни с того, ни с сего. Дразнил? Или сообщал, что все помнит. Может, мстит? Точно мстит. Будет тут красоваться перед всеми, зная, что Наруто изводит себя мыслями о сумасшедшем поцелуе. Узумаки поджал губы. Ну да, ревнует, и что теперь? Он хотел нормально поговорить, объяснить свой давний поступок, может, пригласить на ужин. А теперь сидит и нервничает сильнее, чем перед собственными матчами. Три часа. Три часа он сидел и царапал себе мозги изнутри, почти не глядя на выступающих. Ну, у француза зад отличный. Американцы молодцы или это китайцы? Не имеет значения. Он уже был на грани нервного срыва, когда на лед, наконец, вышла последняя шестерка. Саске был первым и мгновенно вычленил из толпы нужный взгляд, открыто ухмыляясь Наруто. Вот козел. Узумаки смотрел, как соблазнительно двигается брюнет в этой своей идиотской полу-распахнутой красной рубашке. И весь зал будто ощупывал тело фигуриста, мысленно раздевал, в воздухе чувствовался голод. Наруто машинально облизал пересохшие губы, поймав финальный взгляд Учихи перед тем, как тот ушел с катка под оглушающие овации. Наруто снова вылетел на улицу, на этот раз чувствуя, как горит все с головы до пят, а перед глазами мелькают неприличные картины. Чертов Учиха, за что так? Мститель сраный. Хотелось засунуть голову в сугроб, чтобы остудить пыл, но завтра была игра, а болеть Асума им категорически запретил. В зале толпа ревела, а Саске ухмылялся новому мировому рекорду в произвольной программе. *** Итачи недовольно поморщился от вопля сидящего рядом болельщика и склонился к уху брата. - Ты же никогда не увлекался хоккеем, зачем мы здесь? - Патриотические чувства, Итачи. Надо болеть за свою страну, - усмехнулся Саске и напрягся, когда канадец в очередной раз со всей дури вжал девятый номер японцев в бортик. Но Узумаки чужому напору не поддавался и спокойно вывернулся из тисков. Ребра целы и хорошо. После игры его все равно отправили к медикам, на всякий случай, так что от команды он снова отстал. Уже покидая кабинет, Наруто не заметил у стены тонкую фигуру. - О чем ты думал? Узумаки вздрогнул и чуть не упал, запнувшись о дурацкий коврик в коридоре. - Чего? – он повернулся к Саске. - О чем ты думал, когда смотрел на меня? – Учиха отлип от стены и подошел ближе. – Только честно. - Честно? – Наруто улыбнулся и шагнул ближе, почти вплотную. – Я думал, что ты придурок. Кто без единого слова целует людей, а потом строит из себя невесть что? - Это все? – он смотрел в голубые глаза и прекрасно знал, что еще там было. - Еще я думал, как сдеру с тебя этот облегающий костюмчик и отымею прямо на льду, - Узумаки произнес это почти в самые губы. - На виду у всех? - На виду у всех. *** - Нихрена себе, - выдохнул Наруто без особого труда заведя ноги Учихи чуть ли не за голову. – Вот это растяжка. Тот закатил глаза и коснулся пальцами нескольких синяков на загорелой коже. Захотелось выпотрошить канадца. Всех их. - Ты долго еще собираешься играться с моими ногами? – Саске освободил одну и заехал пяткой в нос блондина. - Эй, больно же, - Наруто усмехнулся и укусил парня за икру. Тело фигуриста было тонким, сухим. Мышцы были четко очерчены, плечи узкие, как и бедра, ни единой жиринки, чтобы легче было делать прыжки. У Наруто же был широкий разворот плеч, мощное тело с бугристыми крепкими мышцами, чтобы не быть размазанным по льду соперниками. И Учиха с довольной ухмылкой думал, что это сильное тело теперь принадлежит ему. После искрящего разговора у медицинского кабинета, они все же сходили на ужин, вспомнили былое, объяснились, и Саске теперь не страдал от неразделенной любви. Он страдал от того, что был влюблен в недоумка все эти годы. - Я сейчас засну, если ты не начнешь делать уже хоть что-то, - закатил он глаза и попытался пихнуть Узумаки другой ногой, но и она была перехвачена. - Это прелюдия, Саске. Такая штука, которая случается между людьми, когда они не просто по-быстрому перепихнуться хотят. - Ты говорил мне это час назад, когда растягивал для проникновения. И где оно? На всех видах шпагата я могу посидеть для тебя в другое время. Давай уже к делу, - он сложил руки на груди, будто не лежал сейчас на спине в ожидании нормального секса, пока это придурок восхищается его растяжкой. - Чувствую себя на тренировке, - буркнул Наруто и все же подался бедрами вперед, устроив длинные ноги Учихи у себя на плечах. - Ну наконец-то, - на выдохе произнес Саске, чуть выгибая спину и закусывая губу. Ладно, растяжка и прелюдия действительно пошли на пользу. Таким расслабленным он не чувствовал себя очень давно. Узумаки провел губами по боковой стороне голени и прикусил кожу на колене, плавно двигаясь. - Оставь мои ноги в покое, - вздохнул Учиха и поманил его руками. Наруто спокойно наклонился, складывая фигуриста пополам, и ответил на жадный поцелуй. Саске убрал ноги с широких плеч и обхватил ими любовника за талию, а руками обнял за шею, не позволяя отстраниться и снова отвлечься. Взятый в такие своеобразные тиски Узумаки усмехнулся в поцелуй и стал двигаться сильнее, ловя губами тихие вздохи и стоны. Утром Наруто проснулся первым, отфыркиваясь от темных волос, лезущих в рот. Измотанный Саске прижимался спиной к широкой груди и крепко спал. Да, это вам не прыгать и вертеться на льду. Наруто привык по целому дню болтаться туда-сюда в тяжеленной форме, и его выносливость была, мягко говоря, получше, чем у тонкотелого фигуриста. Так что утро для него было безболезненным, а вот разбуженный поцелуями в шею и руками, лезущими в самые интересные места, Саске закряхтел и кое-как повернулся к наглому блондину. В пояснице что-то щелкнуло, и он даже не успел начать язвить. - Может, тебе пластырь согревающий принести? Он еще и обезболивает, - Наруто приподнялся и потер горячей ладонью пострадавшую поясницу Учихи. - На лоб себе его наклей, а мне лучше кофе раздобудь, - Саске завалился обратно и застонал в подушку. - Эй, Саске, - он прижался губами между выступающих лопаток. – Мы же теперь встречаемся? - Нет. Я уеду отсюда и никогда больше тебя не вспомню, - прорычал Учиха. – Конечно, встречаемся. Ты мне должен три года свиданий, идиот. - Я отработаю, честно, - Узумаки тихо рассмеялся и сгреб его в крепкие объятья.