Напиши мне формулу любви

Всё то время, пока Маринетт плакала, стоя рядом с любимым, за дверью находился Габриэль. Он слышал каждое слово, гнев постепенно сходил на "нет", но обида на сына всё же осталась. Когда девушка вышла из комнаты, мужчины там уже не было. Синеволосая поставила себе цель : вытащить Адриана и не дать своей мачехе затащить себя в больницу на аборт. С этими мыслями Дюпен-Чен пошла домой к лучшей подруге, поскольку идти сейчас к себе небезопасно как для самой старшеклассницы, так и для её малыша. Стоило Маринетт выйти из участка, как её тут же прижали к стене, приставив нож к горлу. — Ты идешь со мной! — прошептал Натаниэль и грубо схватил девушку за запястье. — Нат, пожалуйста, не надо... — из голубых глаз потекли слезы, — Отпусти! Его рука забралась под футболку синеволосой, а сам парень начал покрывать её шею поцелуями, пока... — Никто не смеет трогать мать моего будущего внука! — сильная мужская рука ударила Куртцберга в глаз. Нож выпал из руки рыжеволосого, а его обладатель свалился без сознания. Дюпен-Чен испуганно подняла глаза. — Месье Агрест... Я... Спасибо... Мужчина остановил её жестом. — Это не ради Адриана, а ради жизни внутри тебя, — ответил он, а затем резко развернулся и пошел в противоположную сторону. Маринетт быстро побежала на остановку, пока Натаниэль не очнулся.

***

Оказавшись у Алии, девушка позвонила Сабрине, ведь отец у неё работал полицейским, которая через несколько минут уже сидела в спальне шатенки и успокаивала одноклассницу. — Маринетт, я поговорю с отцом. Возможно, он что-то сможет сделать. Если ничего не получится, то месье Агреста придется освобождать только за деньги, — грустно произнесла рыжуля. — У меня есть необходимая сумма, — заверила девушку Дюпен-Чен. Этой ночью она так и не смогла уснуть. Сердце болезненно сжималось, чувство вины пожирало изнутри, хотелось рыдать, что синеволосая и делала. Нет, она не сдастся! Она обязательно вытащит Адриана оттуда! Никто не посмеет разлучить их! Телефон очередной раз завибрировал. Уставшая старшеклассница всё же решила взять трубку. — Маринетт, ты где!? — послышался обеспокоенный голос отца девушки. — А тебе какая разница!? — огрызнулась синеволосая, — Иди к своей любимой Сабине! Совет вам да любовь! А я больше не позволю этой курице и пальцем меня тронуть! Слышишь!? Она не убьет его ребенка! Я ей не позволю! — Мари, доченька, вернись домой. Мы всё обсудим и... — Как всегда запрете в комнате и сделаете всё по-своему! Мой ответ : "Нет! ". Ты всегда думал только о себе! Ты слабак! Ты не можешь возразить женщине, которая с тобой только из-за денег! Она для тебя дороже родной дочери! А на маму тебе всегда было плевать! Я ненавижу тебя! Ненавижу! — у старшеклассницы снова началась истерика. — Что мне сделать, чтобы ты меня простила? — сдался Том. — Вытащи Адриана! Он ни в чем не виноват! Я сама позволила ему это сделать! Я легла под него! — Маринетт начала потихоньку успокаиваться, поскольку у неё резко закружилась голова, и ей стало плохо. — Я сделаю все, что смогу, — произнес мужчина. Девушка сбросила трубку и очередной раз посмотрела на фотографию Адриана.

***

На следующий день Маринетт вновь пошла в полицейский участок. Стоило ей только зайти, как она увидела Тома, который забирал какие-то документы, и орущую на него Сабину. Отец Сабрины, увидев девушку, поздоровался с ней и, встав со своего места, протянул ей ключ. — Иди спасай свою любовь, — тихо произнес он. На лице синеволосой тут же появилась улыбка, и она побежала в уже знакомую комнату. — Адриан! — старшеклассница подбежала к решетке и дрожащими руками вставила ключ в замочную скважину. Мужчина тут же посмотрел на неё. Замок щелкнул, и девушка оказалась в теплых и таких родных объятиях Агреста. — Я скучала, — произнесла она сквозь слезы. — Я тоже безумно скучал, — прошептал блондин и начал успокаивающе гладить ученицу по спине и целовать в макушку. Рубашка Адриана уже давно была мокрой от слез старшеклассницы. Он продолжал крепко обнимать возлюбленную, он чувствовал дрожь её тела и старался отвлечь синеволосую от всяких грустных мыслей, шепча на ухо всякую ерунду. — Мерзавка! — в комнату врывается разъяренная Сабина. Маринетт испуганно прижалась к мужчине, лицо которого в ту же минуту стало серьезным. — Мелкая шалава! Ты нас всех денег лишила из-за своей тупой любви! — женщина гневно посмотрела на Агреста, — Я доберусь до тебя, а потом до твоего жалкого отпрыска! Такие как вы не должны размножаться! Мачеха уже хотела накинуться на падчерицу, но её остановил строгий голос отца Сабрины. — Мадам, прошу вас немедленно покинуть эту комнату! Сабина повернулась и кинулась с кулаками на полицейского. Через пару минут её скрутили и признали невменяемой. Адриан вынес уснувшую в его объятиях девушку на руках и, решив пройтись пешком, направился к себе домой. Ведь теперь это и её дом тоже. По крайней мере, так сказал Том.

***

Маринетт проснулась только к вечеру. Оглядевшись, девушка поняла, что находится в спальне Адриана, а её владелец сейчас лежит рядом с ней и смотрит на неё, глупо улыбаясь. — Привет, — тихо прошептала синеволосая. — Привет, — так же тихо ответил Агрест, — Выйдешь за меня? Старшеклассница лишь поближе подвинулась к мужчине и уткнулась лицом ему в грудь. — Дурак, конечно же да, — прошептала она. — Почему я дурак? — блондин прижал Маринетт к себе поближе и поцеловал её в носик. — Не знаю, — ответила та, — Напиши мне пальцами на спине формулу любви. Агрест тепло улыбнулся и начал выводить на спине возлюбленной, едва касаясь кончиками пальцев, " 128√е980". Когда он дописал последнюю цифру, то заметил, что девушка вновь заснула.

***

Через неделю Адриан начал преподавать в другой школе. Маринетт сдала все экзамены на отлично и сейчас сидит дома, поскольку все оставшиеся деньги ей отдал отец. А сам Том уехал в Германию после свадьбы дочери, чтобы начать жизнь с чистого листа. Сабину положили в психиатрическую больницу. На свадьбе Маринетт Алия поймала букет, после чего нашла в своем очередном шоколадном букете алую бархатную коробочку с кольцом. На данный момент синеволосая сидит в обнимку с Адрианом на диване и смотрит какую-то комедию. — Адриан... — голубые глаза резко отрываются от экрана. — Да, малышка? — Агрест обеспокоенно посмотрел на жену. — У меня воды отошли! — Что!? Уже!? Через пару часов Маринетт держала на руках двойню: мальчика и девочку. Мужчина, стоявший всё это время у двери ворвался в палату. — Ты сделала меня самым счастливым человеком в мире! — прошептал он и нежно поцеловал в макушки обоих детей