Попытка вернуть дружбу

…Девушка.       Вполне допустимо, что Кисе встречается с кем-то, он ведь так популярен, а значит, что среди этих фанаток найдется какая-нибудь особая жертва с прекрасной фигурой и милым личиком. Такая девушка и сама, наверное, пользуется популярностью среди противоположного пола, но та смотрит лишь на него, то единственного, кто выбрал ее.       Как выглядит девушка Кисе Рёты? Может, она работает вместе с ним в модельном агенстве? У этого парня, должно быть, утонченный вкус, он обращает внимание лишь на ухоженных, элегантных, следующих последним трендам моды. Проходя мимо других кабинетов, мне навстречу шли две девушки из параллельного класса. Я мельком взглянула на их внешний вид: длинные волосы, завитые на концах, ненавязчивые аксессуары в виде браслетов, ухоженные ногти, покрытые розовым лаком. Даже едва знакомые мне ученицы выглядят симпатичнее, чем я. Я явно не уделяю себе столько времени, сколько тратят на себя все остальные. Но это безразличие к собственному виду я оправдываю лишь тем, что в уставе школы есть правило, запрещающее ученицам краситься, носить какие-либо аксессуары, в том числе и сережки, красить ногти и завивать волосы. Однако, оглядываясь на этих девушек, прошедших рядом со мной пару минут назад, можно сказать, что эти правила никто не контролирует. Да никто и не соблюдает. Никто, кроме меня.       Что делать, если в воскресенье мы все-таки куда-нибудь соберемся? Притвориться серой мышью, которой я была большинство своего времени, или же попробовать попытать счастье? Я должна навести порядок в своем «женском уголке разума», начать следить за собой.       Только я подумала о мерах, которые нужно предпринять, меня тут же осенило. Но для чего мне это? Я никогда не красилась в школу, и меня вполне устраивало мое состояние. Вид других учениц не вызывал во мне ревности, я относилась к макияжу скептически. Я ведь хочу понравиться Кисе? Хочу доказать ему, что я красивая? Но мне вовсе не нужно что-то кому-то доказывать. Не нужно ведь…       Я вернулась в класс и с подавленным видом села на свое место, пряча лицо под руками и ложась на парту. — Что такое? — Маика подсела ко мне рядом, оккупировав место передо мной. — Ты такая напряженная.       Маика прекрасно исполняет роль хорошей подруги и миловидной девушки. Она делает легкий макияж, ходит ровно, сидит тихо, смеется, прикрывая рот ладонью, ест маленькими частями. Ко мне вернулась зависть. — Вы решили насчет воскресенья? — подавая тихий голос, я убираю руки и сажусь прямо. — Мы с Изуми подумали, что нам не по зубам развлечения на этой неделе. — Она виновато улыбнулась. — Тогда, как насчет обычной прогулки в парке? Мы могли бы взять бандбентон или мячи и поиграть на лужайке. — Ты про тот парк у кафе-пекарни? — она сделала вид, что напрягается, вспоминая это место. — Да, погоду обещают хорошую. я посмотрела новости, когда вернулась вчера домой. — А мальчики? — Маика тревожно на меня взглянула. — Их устроит? — Я посоветовалась с Рётой-куном и Учимией-куном. Они сказали, что обсудят это.       Подумав некоторое время, девушка объявила мне: — Хорошо. Я передам Изуми. Надеюсь, к выходным ей станет лучше.       Только сейчас я заметила, что юной баскетболистки нет на месте. — Где Изуми-чан? — У нее температура после вчерашнего дождя. Вчера, когда мы почти добежали до станции, Изуми споткнулась о бордюр и упала в лужу. И потом всю дорогу ехала в мокрой одежде. — Маика показала мне легкую улыбку, вспоминая моменты этого происшествия. Я улыбнулась в ответ, представляя эту картину. — Тогда договорились! Сообщишь Изуми-чан, чтобы она подумала?       Девушка кивнула в ответ.       Бедная Изуми.       Оставшиеся уроки прошли мирно, я лишь сидела и вникала в тему. После всех пройденных мучений, самым большим из которых были попытки не заснуть на истории, я чувствовала свободу и усталость вместе. Я подошла к доске и взглянула на расписание уроков. Завтра будет физкультура. Наконец-то можно будет размяться на улице, а не сидеть в этом душном кабинете.       Я направилась к шкафчикам с обувью, составив компанию Маике. У дверей в школу стояли два парня, ожидавших, как потом выяснилось, нас. Мы вышли к Кисе и Учимие, поприветствовав их еще раз, и вместе с ними медленно пошли домой. — Мы согласны на парк. — Учимия первым подал голос, оповещая нас о своем решении. — Встречаемся в 10? — спросила Маика. — Не слишком ли рано? — парень заныл, показывая неприязнь к идее Маики. Та лишь закатила глаза и легонько толкнула его в бок.       От ворот нам нужно было расходиться в разные стороны. Остановившись там, я поклонилась Маике и Учимие и была готова уже идти домой, как меня схватили за локоть и остановили. — Мы не за этим вас ждали! — Кисе обиженно посмотрел на меня. — Ась? — его слова не несли никакого подтекста, поэтому мне сложно было понять, о чем он хотел сказать. — Рё недоволен, что его просьбу отклонили. — выглянув из-за спины товарища, дополнил черноволосый парень. — Я про караоке. — Кисе уточнил предмет обсуждения. — М-мне очень жаль!       Рука Кисе, поддерживающая меня за локоть, перескачила на талию и потянула совершенно в другую сторону. — Вот поэтому мы идем туда сейчас! — он сообщил это слишком громко, оглушив мое ухо. — Зачем это? Я не певица и удовольствие от этого не получаю! — Тебя никто не заставляет петь! Хотя это было бы неплохо… просто составь нам компанию! — парень загадочно улыбнулся, показывая всю свою искренность. — Эм. Между прочим, дел у меня не в проворот! — Ты сама говорила, что никаких дел у тебя не намечается! — Постой-ка! — я тормозила ногами как могла, буквально цепляясь носками обуви за асфальт. — Я такого не говорила! Лишь «не знаю»! — Говорила-говорила. — Вмешался Учимия, угождая своему другу наглой ложью. — А-а как же Кинеки-кун и Сатору-кун? Разве мы можем их бросить? — У них дела уже намечены. Кроме того, нас и четверо уже много. Меньше народу, больше кислороду. — Хватит упираться, идем уже! — Кисе потянул меня еще сильнее. — Ах, но я не брала с собой денег. — Маика озадаченно посмотрела на баскетболистов. Не знаю, говорила ли она правду или пыталась мне помочь, но я решила воспользоваться предоставленной идеей. — Я тоже! — Я решила нагло соврать, лишь бы освободиться из лап этого хитрюги. — За наш счет! — радостно объявил блондин.       Всяческие поводы отменить нашу посиделку кончились, и ничего больше не оставалось, кроме как подчиниться. Я тяжело вздохнула и позволила парню тянуть меня в нужную сторону, что он делал с удовольствием.

***

      Завораживающий мужской голос, приятные мелодии из колонок, стол, полный еды и бесплатных напитков — мы уже полчаса сидели в одной из комнат с караоке-оборудованием и срывали голоса. Самыми активными участниками, как казалось мне, были парни — что, естественно, ведь это они нас сюда позвали -, Маика спела пару песен в компании с Кисе, полным восторга и счастья, я еще ни разу не притрагивалась к микрофону. Да мне и не хотелось. Мое отношение к пению хоть и было скептическим, по возможности я старалась избегать этого.       Но сегодня такого не провернешь. Пока я читала один из журналов, что лежал на столе еще до нашего прихода, Рёта исполнял песню *, которую я просто не могла игнорировать. Оригинал саундтрека мне не особо нравился, однако сам текст и музыка пробуждали во мне неугасающее желание подпевать. Но когда я услышала вариант, исполненный Кисе, мое дыхание просто перехватило. Его сладкий голос, очаровывающий с первых минут как услышишь, ловко подхватывал нужные ноты, аккуратно переливая одно слово в другое. Голос мужчины, исполняющего это творение, вовсе исчез из моей памяти, и сейчас мне казалось, что голос блондина — это первоначальный голос. Я отложила журнал в сторону и прикрыла глаза, вникая в текст песни. Маика удивленно посмотрела на меня — ведь я впервые обратила свое внимание на происходящее внутри комнаты. Кисе не отводил взгляд от монитора, иногда выкручиваясь или запрокидывая голову в наиболее прекрасные моменты. Такие песни не в его стиле, я думала, он поет более веселые…       На последнем припеве, который звучит как самый волнующий, я не удержала свой порыв и тихо повторила слова песни. Мои губы их почти прошептали, однако небезразличие к пению парней все же привлекло внимание всех трех. «Это твой голос?» каждый смотрел на меня с неподдельным удивлением, прожигая уста взглядом. Вдруг я пропою еще что-нибудь, они хотят убедиться, что звук шел от меня. Чрезмерное любопытство после минуты молчания сподвигнуло парней с молниеносной скоростью подвинуться ко мне и приставить микрофон к моему рту, ожидая продолжения. — Песня еще не кончилась! — они всячески пытались подтолкнуть меня. Я лишь отмахивалась от них, пихая их в плечи. — Не хочу я петь! — в конце концов я не вынесла и прокричала прямо в микрофон. Мой голос эхом раздался из колонок, журнал упал мне на колени, когда я задела его рукой. Я прикрыла рот руками и спрятала глаза под челкой, скрывая смущение. Не хочу ничего говорить!       Музыка продолжала звучать из колонок, окутывая всю комнату. Мои ноги сами понесли меня прочь, откладывая микрофон и журнал в сторону. Выйдя наружу, я вдохнула как можно больше воздуха, пусть и не самого чистого, но так мне сейчас необходимого. Сердце забилось сильнее, когда я вспомнила как Кисе прикоснулся ко мне, пытаясь вынудить спеть хоть одну ноту. Он прикасался ко мне. Разве нечто подобное может заставить меня волноваться? Всего лишь прикосновение. Как выражается сам Кисе — «Дружеский жест». Я все слишком близко принимаю к сердцу. Нельзя, нельзя, нельзя! Нельзя! Я хотела подать голос, закричав на всю улицу. Снова набираю в легкие воздух и выпускаю всю боль сегодняшего дня: мой внешний вид, компания Рёты, вокал — я выкрикиваю каждое поодиночке и после издаю какой-то душераздираюший вопль умирающего зверя, который в первые секунды пугает меня саму. Редкие прохожие оборачиваются на мои крики, искренне недоумевая, что могло вызвать такую боль. Мне плохо. Стоит ли вспоминать о прошлом средней школы? Зачем я согласилась идти? Если не смогла придумать отговорку, то стоило рассказать истинную причину. Но тогда пришлось бы ворошить прошлое. Они бы просто так, без объяснений, не отстали.       Я облокачиваюсь на ограждение от кустов, вдыхая аромат роз, которые цветут на клумбах. Они ведь вовсе не пахнут. Не издают никакого аромата. Какой бы он был, если бы они что-либо источали? Я прикрыла глаза, вспоминая знакомые мне запахи. Мой самый любимый? Но вместе цветочного благоухания в моей голове всплывает серый пиджак, которым я прикрывалась от дождя, и вместе с ним — запах одеколона. Мой любимый запах?..       Нет же. Нельзя. Я снова чувствую тяжесть в груди, голову посещает мысль покричать еще раз, но она улетучивается, когда парень, о котором я так долго думала, кладет мне руку на плечо. — Уж больно долго тебя не было. — Я дышу свежим воздухом. — Насколько «свежим» он тебе кажется? — Кисе показывает легкую улыбку. — Не придирайся. — Я отвернула голову и надула губы. -… У тебя очень милый голос… — после некоторого молчания произнес парень. -…Когда ты пела. — Я говорила это почти шепотом. — Не скажи, — Кисе повернулся ко мне, показывая свой серьезный настрой; он готов спорить. — Как настоящая певица! Ты так тянула ноту! Меня это немного удивило. Твой голос действительно звучал очень круто. — Круто-некруто… как бы я хорошо не пела, мне это не нравится. — я попыталась поставить на этом разговоре точку, чего парень искренне не понял, или же он не хотел понимать. — Ты умеешь петь? -…       Я хотела проигнорировать его вопрос. Как я могу честно ответить? Это породит еще больше вопросов, и на них я уж точно не захочу отвечать. «Когда ты научилась?», «Ты занималась этим раньше?», «Почему тогда не любишь?» — так ведь? — Да. — я через силу отвечаю ему. — Тогда… — Ни слова больше, иначе я уйду сейчас же! — моя угроза прозвучала более грубо, чем мне хотелось, но так даже лучше: поменьше интереса будет с его стороны. — Неужели мне ничего нельзя знать о тебе? — его голос тоже повысился, отчего я вздрогнула. — Я и так о тебе ничего не знаю! Разве я не стараюсь узнать тебя лучше, восполнить пробелы за три года? Я же уже говорил, что хочу быть для тебя настоящим другом! Но раз ты мне не позволяешь…       Он повернулся ко входу в здание и направился обратно. Внутри меня разгорелась ненависть к собственным словам, я хотела остановить парня и объясниться в своей грубости. Но рана, которая заныла от одних воспоминаний, болела сильнее, чем чувство вины перед Кисе. Постояв еще немного, я направилась обратно в комнату. Только я подошла к нужному месту, Рёта вышел оттуда с сумкой. Пройдя мимо друг друга, мы виновато опустили глаза. Маика и Учимия тоже начали собираться, так и не поняв ранневременный уход друга.

***

      Следующий день начался с облачного неба и несильного ветра. Неспокойная погода давила на самочувствие, предвещая ученикам тяжелую физкультуру. Я так хотела пробежаться по полю без кофты и ощутить лучи солнца. Теперь это желание откладывается до следующего урока. На перемене перед алгеброй я (по поручению учителя) занесла необходимые бланки в соседний класс. Меня окликнул знакомый голос: — Андо-сан!       Я повернулась к девушке, примечая для себя, кто именно позвал. В глаза сразу бросились светло-розовые локоны волос, завязанные в два хвоста, длинные ресницы, явно приукрашенные тушью, и школьная форма, пиджак которой был заменен на бледно-желтую кофту. — Оомори-сан! Рада тебя видеть. — Я тоже. Пойдешь сегодня в клуб? — Да. надо бы. Вчера не смогла из-за планов. — я сразу начала разговор с оправданий, рассказывая ей о своих друзьях. — Меня насильно втянули в это. Рёта-кун даже опомниться не дал! Прости. — Рёта-кун. — ее щеки вмиг заалели, она задумчиво отвела глаза в сторону, прикоснувшись пальцами ко лбу. — Ты с ним близка? — Я. ну, не скажу, что мы просто знакомые, но и друзьями тоже нас трудно объявить. Что-то среднее. — Я показала ей свое недоумение, для чего этот вопрос? — Везет… — она тяжело вздохнула, погасив свою улыбку. — Я с ним даже заговорить не могу, он лишь избегает меня. «Впрочем, как и многих, для него ты лишь очередная поклонница», — пронеслось у меня в голове. — Вы друзья со средней школы? — Нет, средние школы у нас были разные. Да и в городах мы жили разных. Мы знакомы с детства, наши семьи близки. — Вот как… — она снова вздохнула. Ее алые щеки делали ее образ еще милее. — Я бы хотела с ним подружиться, как и с тобой…       В моей груди на миг потяжелело. Что это? Она искренна? В чем именно? Хочет ли она действительно подружиться со мной, или же ее целью является только Рёта? Мой взгляд на миг погас, я не обращала внимания на стоящую передо мной девушку, погрузившись в воспоминания. Предательство, обман, искренние намерения, скрываемые под милым личиком. Как правдоподобно. — Эм… — я наконец подала голос, выйдя из раздумий. — В это воскресенье наша компания с Кисе-куном собираются погулять в парке. Если ты не против, думаю, никто не обидится, если ты присоединишься. — Правда? — ее лицо вновь озарила улыбка. — Я буду только рада! Могу я называть тебя по имени? — Конечно, ничего такого в этом нет… — Что мне сделать для тебя, Мисаки-чан? — не дослушав меня до конца от волнения, девушка схватила меня за руки и посмотрела в глаза, терпеливо ждав ответа. — Я… — мысль сразу появилась в моей голове. — Я была бы счастлива, если перед прогулкой в воскресенье ты помогла бы мне с макияжем…       Действительно, осматривая Аки, ты в первую очередь обращаешь внимание на ее ухоженную кожу и красиво уложенные волосы. Она знает, что такое «красота». — Тогда договорились! Позже обсудим поподробнее. — она мило улыбнулась, смущенно хихикая. — Только вот… — кто-то за моей спиной обратился к нам, вмешиваясь в разговор. Обернувшись одновременно на голос, мы увидели Сатору, который стоял в двух шагах. Похоже он учится в одном классе с Аки, и он слышал наш разговор. — Похоже, что сам Кисе не пойдёт. — Почему это? — Меня опередила Оомори, задав вопрос баскетболисту. — «Перехотел, вот и все», как-то так, — он повторил за Рётой ответ, демонстрируя странное выражение лица.

Из-за меня?

— Аки, еще увидимся. — я помахала ей рукой, чуть ли не выбегая из-за класса. — Угу… — я лишь услышала ее короткий ответ.

Все из-за меня?

      Да, я его обидела. Ведь он действительно старался понять меня, испытать то, что я испытывать не хочу.       «Ты была единственной, кто видел во мне настоящего друга» — И поэтому ты старался показать, что ты тоже достоен моего доверия.       Я остановилась у двери, над которой висела табличка «2-2». Я вдохнула побольше воздуха, пытаясь унять волнение. Коснувшись ручки двери, я тут же отдергиваю руку, услышав шаги с другой стороны, и отхожу на пару шагов назад. Дверь медленно открывается, я вижу перед собой знакомый образ, человека, которого я искала. Он тоже удивлен моему присутствию, мы оба молчим. Наконец, я снова осознаю, зачем пришла, и первая подаю голос. — Поговорим?..