Как звезды

      Глубокая холодная ночь. Разве кому-нибудь придет в голову выбираться из теплой постели? Разве что человеку, которого мучает бессонница на протяжении многих лет. А, может, заботливому человеку, который каждую ночь приходит на одно и то же место, по одной и той же причине.       — Капитан, Вам стоит что-то с этим делать, — сказал из-за спины девичий голос.       Мужчина не стал отвечать или хотя бы разворачиваться. Он прекрасно знал, кто там стоит, и что сейчас будет говорить этот человек. Рыжеволосая подошла к своему капитану, облокотившись на деревянные перила крыльца.       — Вы же простудитесь, — посмотрела на сидящего Леви девушка.       — Это неважно, — монотонно ответил капитан.       Облака рассеялись, позволяя увидеть далекое чернильное небо, покрытое маленькими фонариками, до которых дотянуться, увы, нельзя. Такая же ситуация и с людьми. Глядя на этого человека, создается такое же впечатление, как и от этих одиноких звезд. Кажется, каждая друг от друга совсем рядом — рукой подать, — но на самом деле между ними лежит расстояние в несколько миллиардов световых лет. До этого человека так же тяжело дотянуться, как и до звезд. Он так же непонятен, далек и закрыт на тысячи замков ото всех.       Петра отвлеклась от своих запутанных мыслей, которые так и норовили обжечь душу.       — Вам стоит больше заботиться о себе, капитан, — подошла к черноволосому девушка. — Вы практически никогда не спите.       — Ты тоже, — поднял голову мужчина.       — Кто-то же должен загонять Вас в постель, — улыбнулась Петра, присев рядом с начальником.       — Звучит как-то двусмысленно, — с претензией на шутку заметил Леви, поворачиваясь к девушке.       Та лишь улыбнулась.       — Te amo, капитан. Te amo...       Петра перевела взгляд со стены на рядом сидящего.       — А ты посмелела, — довольно отметил мужчина, обведя взглядом собеседницу с ног до головы. — Не краснеешь даже.       — Ну... Прошло довольно много времени, — снова улыбнулась рыжеволосая, переведя взгляд обратно на стену.       — Почему ты постоянно улыбаешься? — немного помолчав, вдруг решился на вопрос Аккерман.       — А почему нет? Я жива, дорогие мне люди живы. Зачем грустить?       — Я не заставляю тебя грустить, — Леви покачал головой поднял взгляд на небо. — Если ты перестанешь улыбаться, перестанет улыбаться целый штаб.       Тихий ветер неспешно перебирал короткие черные волосы и более длинные рыжие, уходя куда-то в сторону стены.       — В том числе и я, — чуть тише добавил он, вновь повернувшись к подчиненной.       — Но Вы же никогда... — договорить Петра не успела.       Мужчина крепко обнял руками талию девушки, медленно сокращая расстояние между лицами.       — У тебя есть шанс остановить меня, — почти беззвучно произнес Леви.       — Тогда я им не воспользуюсь, — так же тихо ответила девушка, глядя в глаза своему капитану.       Сердце бешено стучало о ребра обманчиво хрупкой девушки, которая, казалось, по ошибке попала в отряд разведчиков, но никак не по собственной воле. Леви преодолел расстояние в несколько сантиметров и остановился в паре миллиметрах от губ своей подчиненной.       — Te amo, Петра, — еле слышно сказал он, после чего прильнул к ней губами.       Петра робко ответила на поцелуй, от которого мелко трясло. Леви несильно прикусил нижнюю губу девушки и переместил одну руку ей на затылок, немного надавив на него, призывая открыть рот. Петра послушно выполнила немую просьбу. Горячий язык скользнул по ряду зубов, по небу. Когда воздуха стало не хватать, Леви пришлось отстраниться от девушки на пару сантиметров, разрывая тонкую нить слюны. Легкие стали жадно глотать воздух, производя на выдохе холодный пар.       — Уже довольно холодно, — Леви встал со ступенек, протягивая руку подчиненной. — Зайдешь ко мне?       — Только если у Вас до сих пор бессонница, — сказала Петра, принимая помощь капитана.       — Она самая, — чуть теплее сказал Леви, убирая прядь рыжих волос за ухо.       — В таком случае, конечно, — слегка улыбнулась девушка, мягко положив руку на плечо мужчины.       — Рад слышать, — а, чуть погодя, добавил, кивнув на плечо: — И видеть.       Теперь выражение «Сорвать звезду с неба» приобрело материальный характер. Не так ли?