ФСБ

Утро Евы началось с порыва свежего ветерка, который принес запах весны и совершенно преобразил квартиру. Милана ушла в университет ещё до пробуждения агента, где как раз начиналась вторая пара, а Ева, зная девушку, решила не следить за ней и заняться наконец своими делами. Впрочем, дел было не так уж много и в основном они казались рутинными, но Ева несмотря ни на что наслаждалась возможностью быть нормальным человеком, даже если многие считали иначе. Музыка, пусть и едва уловимая, создавала непринужденную атмосферу, а сама девушка чувствовала эйфорию, которая нарастала с каждым разом всё больше. В какой-то момент Ева сама того не замечая начала двигаться в такт и подпевать такие знакомые слова. Даже когда монитор сообщил о звонке на номер Миланы она, доверяя любимой, не попыталась узнать о цели данного разговора, ведь считала, что секретов между ними быть не может.

***

Телефон завибрировал в кармане джинс в тот момент, когда Мила покинула аудиторию с окончанием лекции. Полностью уверенная в том, что звонить ей может только Ева, ведь друзей, которые о ней заботились — не было, родители давно отпустили дочь восвояси, не говоря уже о более дальних родственниках. Поэтому волнение, как и неуверенность не появились и девушка спокойно ответила: — Привет. Прости, что не предупредила о столь раннем уходе. Ты так слад… — Скучала? — мужской голос говорил уверенно и даже сквозь телефон можно было почувствовать грубость в его голосе и что-то вроде волчьего оскала, ведь иначе он не умел улыбаться. — Нет, не скучала. Оставь меня в покое, — Милана сама того не осознавая побледнела и начала дрожать, но бросить трубку не решалась, ведь не знала наверняка, какая последует реакция. Тишина затянулась, а когда коридор опустел, по щекам девушки начали катится слёзы. Мужчина что-то говорил, говорил долго, а позже также спокойно произнес слова, которые несли угрозы. Но Милана была настолько напугана, что не могла различить смысла сказанного. — Я задал вопрос, — вывел из ступора такой же холодный голос и теперь в нём явственно отражались садистские наклонности, хотя вряд ли кто-то другой услышал бы их, но Милана даже не сомневалась в этом. Глубокий вдох и девушка сбрасывает принятый вызов. Дрожит, но не на секунду не колеблется ускоряя шаг и покидая здание ВУЗа. Сердце бешено стучит, а время тянется медленно. Троллейбус всё не подъезжает к остановке, и как кажется Милане уже не появится. Девушка постоянно оборачивается, дабы не терять прохожих из виду, а каждая машина содержит в себе огромную угрозу, а водители превращаются в маньяков и убийц. Садится в общественный транспорт, считает остановки, находится как можно ближе к контролёру и тем самым к выходу из транспорта. Дорогу домой помнит отлично, да и не смотрит уже по сторонам. Быстрые шаги переходят в бег, а сама девушка падает наталкиваясь на небольшой камень. Впрочем, сейчас её не волнуют ни разорванные джинсы вместе с кровоточащими коленками, ни повреждённая рука. Всё это можно будет решить уже дома. Вбегает в квартиру, запирет дверь на всевозможные замки, а затем оставляет ключ в двери. Квартира позволяет Милане отдышаться и немного прийти в себя в то время, как Ева отрывается от готовки и входит в прихожую. — Мила, что случилось? — спрашивает агент помогая девушке войти в гостиную. Пока та, со слезами на глазах, стягивает джинсы Ева берёт из аптечки нужные для дезинфекции медикаменты и возвращается обратно. Впрочем, медикаменты отходят на второй план, когда Милана обнимает девушку, а поток слёз увеличивается. Пока девушки наслаждаются друг другом и в то же время помогают друг другу прийти в себя от произошедшего кровь сворачивается и колено болит уже не так сильно. Звонок телефона заставляет Милану напрячься в то время, как Ева совершенно не понимает намерений девушки, да и не может понять, ведь девушка ничего не сообщила. Впрочем единогласно решают пока что отложить любые телефонные разговоры и заменить их обсуждением произошедшего. — Солнце, что случилось? — Всё так же спокойно задаёт вопрос Ева, ведь не желает вызывать у Милы какие-либо новые негативные эмоции. — Да всё нормально, — отмахивается девушка, — немного повздорили в универе. А потом я упала и тогда уже решила вернуться домой, — всё с той же милой улыбкой произносила Милана, намеренно скрывая правду. — Хорошо, будешь есть?

***

Остаток дня девушки провели довольно спокойно, а вечером смотрели одну из комедий. Нежность помогла забыть Еве о недавнем инциденте, а вот Милана боялась, да и уже часами позже не могла уснуть всё больше ворочаясь, а потом и вовсе скрываясь на кухне. Чашка кофе только усугубила состояние, но всё было уже не важно, ведь телефон вновь завибрировал и Милана всё снова взяла трубку: — Да… — Прогуляемся? Если конечно не желаешь увидеть меня в квартире номер тридцать четыре прямо сейчас, — снова этот оскал, который не скроют даже миллионы километров, которого так долго избегала и боялась девушка. — Тим, ну зачем тебе это? Шаги, дверь подъезда закрывается настолько громко, что слышно даже здесь, на шестом этаже. Раздумья больше ни к чему, ведь на кону жизнь любимой, ведь Милана не скажет ей о своих проблемах. Она жила в другом мире, где за тебя не заступятся, не помогут и оставят в одиночестве. Она жила в мире, где мужчина гораздо сильнее и даже оружие будет против тебя. Она жила в мире, где не знала, что такое собственное мнение, что такое защита и жизнь без страха. Поэтому тихо, но четко девушка произнесла: — Я выйду через двадцать минут. Устроит? Знает, что устроит. Вновь дверь подъезда так же громко закрывается, а Милана в спешке надевает тёмные джинсы и простую футболку нежного розового оттенка. Пытаясь не разбудить Еву, покидает дом, после чего садится в черный Ford Mondeo. Авто исчезает в красках ночного города сливаясь с множеством подобных автомобилей и быть может, с множеством таких же наивных девушек, как Милана, которых так долго воспитывали мужчины вроде Тимура...