Saveur

Song : B.A.P - Coffee Shop После того знаменательного для них обоих дня, Кибом и Джонгхен пересмотрели отношение друг к другу. Джонг больше не считал Кибома просто привлекательным для себя телом, простым красивым омежкой. Он нашел то, что и не надеялся найти. Полное взаимопонимание. Кибом тоже понял, как круто он ошибался. Теперь, когда он понял, что Джонгхен более чем нормальный для него альфа, он мог начать раскрываться во всей красе, как и делают обычно все омеги, дабы привлечь альфу. Он специально выбрал время, чтобы ничего не мешало. Течки на горизонте не видно, Джонгхен под присмотром родителей, сам Кибом все для этого умеет. И теперь, все намного проще. Осталось лишь дождаться удобного момента, и все будет в его руках, в том числе и сердце Джонгхена. Кибом просчитывал все возможные шаги и варианты решений, которые он будет принимать, ведь соблазнение своей пары – дело нешуточное, и к нему подходить нужно очень ответственно. Самое главное – постараться не дать ему повод думать, что Кибом потерял от него голову. Пусть это будет тайной для альфы, Кибом не собирался посвящать его в свои планы и чувства. Пока что. *** Джонгхен пришел в школу раньше остальных. Непонятно, почему, что его сподвигло прийти в эту обитель зла, но он был в классе уже за 15 минут до начала занятий. Ему что-то подсказывало внутри, что сегодня особенный день. Непонятно, почему, но у альфы было такое предчувствие со вчерашнего вечера. В классе собрался весь народ, не хватало всего пары человек. Дверь в кабинет уже была закрыта, но звонка еще не было, как и, собственно, учителя. За пару минут до звонка дверь в кабинет открылась, и в помещение вошли двое. Джонгхен рефлекторно обернулся на звук, не надеясь увидеть что-либо интересное. Ошибался парень, ох как ошибался. Вокруг этого человека кружила аура царственности и осознания собственной важности. Ким Ки, а это был именно он, величественной походкой шевствовал прямо к своему месту, не глядя на других людей, а лишь в стены и в пол. Лишь единожды улыбнувшись Джонгу, омега, со свойственной ему грацией, сел на свое место, начиная готовиться к уроку. Пока все остальные были в шоке от такой королевской особы, Джонгхен разглядывал своего омегу и улыбался, потому что знал – только он имеет право прикасаться к этому совершенству. Только он имеет право созерцать это тело без одежды, в будущем. Но и сейчас, в этом дорогом шмотье, Кибом смотрелся истинной омегой, такой, которая несет в себе всю сексуальность этого чертового мира. Кибом был поистине великолепен в белом пуловере, низко посаженном, открывающим эти соблазнительные ключицы, в этих белых джинсах, слегка мешковатых, но не сумевших скрыть стройность ног и округлость бедер. Весь его вид говорил о том, что он здесь – царь. «Или царица», - с усмешкой подумал Джонгхен, поглядывая на Кибома и открывшийся его глазам вид. Кибом смотрел на остальных из-под длинных пушистых ресниц, слегка подкрашенных подводкой глаз и из-под белой челки. Волосы лежали слегка небрежно, но от этого - не менее красиво. Кибом сегодня постарался. Он видел, как дернулся кадык его альфы, когда он только вошел в класс, он прекрасно заметил, как тот облизал его взглядом с ног до головы. И был доволен, ведь это и было его основной целью – сделать так, чтобы альфа забыл о том, кто он и как его зовут, лишь бы обладать таким сокровищем. Сокровищем с прекрасными пальцами, ключицами, взглядом. И такие детали его прекрасной внешности можно перечислять вечно. А ведь его партнер полностью ему соответствовал. Кибом мог сказать с уверенностью - они идеально подходят друг другу, счетаясь, как белый и черный шоколад. Ведь, если одежда омеги почти полностью сливалась с кожей, то альфа, наоборот, сыграл на контрасте. Джонгхен был одет в шикарную, явно – заоблачно дорогую, черную рубашку и такие же черные классические брюки. Озираясь вокруг, девушки думали, что попали на неделю моды. Ведь вокруг столько парней, обычных, но эти двое… ничего такого, вроде бы, но будто сошли со сцены. Удивил Джонгхен, который, подхватив сумку от D&G, пересел за парту к Ки, предварительно согнав тихого омегу. Удивил Кибом, который этому ничуть не возражал, а даже наоборот, чуть подвинулся. Девушки думали, чего еще ждать, не будут же эти двое срывать уроки. Нет, не будут. Учеба – важнее всего. Но едва прозвенел звонок, оба тут же поднялись, не роняя ни слова. Кибом просто пошел к выходу из класса, захватив телефон, но возле двери обернулся, дожидаясь Джонгхена. А тот, подхватив две сумки: свою черную и белую – Кибома, неспешно пошел к нему. Пропустив омегу вперед, альфа вышел из класса, направляясь на урок искусствоведения. Они просто шли по школе, но народ перед ними расступался, образуя ровный коридор для шествия пары. Все удивлялись, как быстро смог этот омежка приручить самого сильного альфу школы. А Кибом лишь подстроился под ритм шагов своего парня, держа в руке свою сумку, которую чуть ли не силой вырвал из рук старшего. Вокруг тонкой талии обвилась сильная мужская рука, прижавшая парня к не менее сильной груди. Девочки-омеги тут же начали распускать слухи, мол, это ненадолго, это спор, это временно, у Кибома просто течка и так далее. Зависть – плохая вещь. Парни-альфы лишь поздравляли Джонгхена с удачным выбором пары, желая приятного времяпровождения – если вы понимаете, о чем я – поддерживая, стесняли комплиментами Кибома, улыбаясь, когда омега слишком мило краснел. А Джонг лишь кивал, принимал рукопожатия и не выпускал талии Кибома из-под своей ладони. Так нужно, так правильно. Кибом не решил окончательно, что делать дальше, но одно он знает точно – Джонг именно тот, кому можно доверить себя. Кто поймет. После той ночи на обрыве у моря, когда его теплое дыхание щекотало шею Кибома, заставляя тихо смеятся и принимать легкие поцелуи в шею. Сейчас все не стало проще. Джонгхен понимает, что на нем колосальная ответственность за такое чудное существо, что теперь он не имеет права дать слабину, особенно перед Кибомом. Сложно представить, что будет дальше, ведь у Кибома в планах – карьера, а не воспитание детей. Это сложно, но понять его тоже можно. Джонгхен справится со всеми испытаниями, будет опорой для него, и, возможно, он сменит решение и предпочтет работе семейный уют. Все это Кибом обдумывал, стоя у окна дома, после школы, когда никто не мешал и не донимал расспросами о том, был ли у них с Джонгхеном секс, предохранялись ли они, надолго ли это. Никто не смел войти к нему в комнату, потому что Кибом попросил оставить его одного. И родители понимали, что перед омегой трудное испытание и выбор. Но все решилось в один момент. Когда альфа, будучи за несколько километров, почувствовал, что его омеге плохо и поспешил набрать его номер. Да, это не телесный контакт, но так приятно знать, что он чувствует, когда тебе плохо. Что он может и хочет помочь. - Кибом-а, ты слишком много думаешь. - Знаешь, это сложно… Я стараюсь принять то, что надлежало принять уже давно. - Я не тороплю тебя, малыш. Ты же знаешь, я приму любое твое решение. - Ты… спасибо. Другой бы не понял. Джонгхен? - Да? - Ты нужен мне. И стоит ему сказать одну фразу, и альфа через пять минут стоит за его спиной, нежно обнимая. Шепчет о том, что все хорошо и что он рядом. Кибом верит, отпускает все переживания. И, чувствуя, что объятия стали еще крепче, прижимается сильнее. Сейчас ничего не важно. Есть лишь одна вещь, достойная внимания. Даже не вещь, фраза. Три самых важных слова, которые они могли сказать друг другу. В один голос, не торопясь, не крича. Обдумывая каждое слово. Запоминая, чувствуя. Будто пробуя эти слова на вкус. Не потому что так надо, не потому что играет природа, а потому что сердце само тянется к другому, отстукивает с другим в унисон. Потому что так надо. - Я люблю тебя. The end. Спасибо всем, кто был со мной и простите те, кто ждал nc-17. Лично мне кажется, что она здесь не очень-то и нужна, но вам решать. Спасибо, что были со мной. Поддержать автора, купить наркоты и котиков можно здесь: http://vk.com/publicboych реклама, сорри-сорри.