Wonderbolt camp (hum)

С наступлением пятого дня и до самого его конца Рейнбоу грела уверенность в том, что чёрно-белые полосы закончились и наконец наступила серая. Весь день прошёл именно так, какой она видела жизнь в лагере до того, как она туда попала. Вчера они с Каспером ушли с дискотеки, не дожидаясь её конца. Юноша проводил её до дома, ещё раз обнял на прощание, пожелал доброй ночи и направился к себе. А она, обессиленная как физически, так и эмоционально, завалилась спать, даже забыв смыть макияж и переодеться, о чём утром пожалела. Но один плюс в этом был— она заснула достаточно быстро, и утром встала сравнительно бодрая. Сегодня на пробежке и зарядке она непонятно почему чувствовала крепатуру, пусть и не очень сильную. Правда, несмотря на это, доблестно выполнила все поставленные задачи. На занятии она стояла молча, не предлагая себя на демонстрацию и вообще не подавая признаков жизни. Она была ознакомлена с фигурой ещё день назад благодаря Соарину, и действовать на нервы Спитфайр ей очень не хотелось. Капитан не обращала на неё никакого внимания, как и её заместитель. На второго она и сама успела обидеться, твёрдо приняв решение не трогать мужчину, пока он сам не сделает первый шаг. И учитывая то, что во второй исход она почти не верила, оставался один вариант: всё таки забыть о нём хотя бы на время и не терзать себя мыслями. Расписанию она, в отличие от вчерашнего дня, следовала чётко: заплыв на речке, бассейн, в свободное время отлучилась на спортивную площадку, где встретила Кори и других ребят, так что провела время и приятно, и с пользой. За ужином Рейнбоу отлучилась на террасу и позвонила по видеосвязи Понивиллю, чтоб рассказать о недавних событиях. На костёр в этот раз Соарин не явился, поэтому обошлось без приключений: классические песенки вроде Цоя, "Вахтёрам" и "Батарейки", ставшие уже гимнами лагеря, которые потом снова сменились добровольными байками из жизни, в которых Дэш, пусть и не приняла участие, но зато узнала много интересного про товарищей, а по завершению мероприятия, напевая какую-то глупую детскую песенку, ушла с соседками домой, где спокойно уснула. День, в котором не было Соарина, новых неожиданных знакомств вроде Дирка, который, кстати, её упрямо игнорировал, не было эмоциональных перепадов, паники и приключений. Обычный серый день, и Дэш открыла для себя тот факт, что ей это нравилось. Скучно, но зато нервы в порядке. И пусть так будет до конца смены. Но, к сожалению, это оказалось всего лишь затишьем перед бурей. Ей всю ночь снились кошмары, от которых девушка несколько раз просыпалась в холодном поту и долго не могла уснуть обратно. В очередной раз после такого пробуждения она решила уже не ложиться, понимая, что не хочет больше видеть снов, да и до будильника оставалось пол часа, смысла спать уже не было. Сделав себе очень крепкий кофе, она вышла с сигаретой на террасу и встретила новый день под любимую песню в наушниках. На улице было ещё темно, и от того, что весь лагерь спал, это утро казалось таким тихим и спокойным... Ей очень хотелось, чтоб этот день прошёл так же, как и вчерашний, хотя где-то в глубине души оставалась небольшая надежда на то, что, возможно, что-то изменится в лучшую сторону. Пока девочки не проснулись, Рейнбоу тихо пробралась в душ, быстро помыла голову и привела себя в порядок. В этот раз ей даже нравилось своё отражение в зеркале: мешков под глазами было почти не видно, волосы теперь чистые, уверенная улыбка и достаточно бодрый взгляд. Где-то за стеной послышался звон будильника Мисти, что дало Дэш представление о времени. Намотав на голову полотенце, она вышла из уборной и спустилась вниз будить Лайтнинг. Наставница сегодня была на редкость в прекрасном настроении, но причину не объясняла, да и девочки из вежливости не спрашивали. Глаза Мисти прямо сияли, словно она узнала какое-то хорошее известие, и это настроение невольно передалось и её подопечным. —Так, молодёжь, кто там чайник поставил?— крикнула она, спускаясь с лестницы. Вейпор и Лайтнинг как ошпаренные отскочили от плиты, синхронно сложив руки за спиной в демонстрации невинности. —Заварите и на меня. И холодной водой разбавьте,— с улыбкой закончила Мисти, приближаясь к столу.— На пробежку сегодня не опаздываем, у Соарина для вас будут новости, и я хочу, чтоб вы их услышали лично. Десять минут до выхода, почему Клауд ещё в пижаме? —Сейчас переоденусь, мэм!— отчиталась шатенка и, отложив колбасу, умчалась к себе. —Что же там за новости?— риторически спросила Рейнбоу, завязывая высушенные волосы в конский хвост на макушке. —Давайте предположим, что я не знаю,— заговорщески подмигнула Мисти и, взяв со стола яблоко, убежала на улицу. Девочки переглянулись, словно в поисках ответа в глазах друг у друга, но каждая из них была в том же положении, что и остальные. Делать нечего— придётся быстро собраться и действительно вовремя выйти на пробежку, потому что выдвинутая вожатой интрига очень тревожила любопытство у всех них одновременно. Ровно в без десяти шесть на центральной дорожке собрались почти все курсанты. Видимо, наставники их заинтриговали ровно так же, как и Рейнбоу с девочками, потому что мало того, что никто не опаздывал, так ещё и все только и делали, что перешёптывались, выдвигая теории. Рейнбоу пыталась прислушиваться к ребятам, однако ничего дельного услышать так и не смогла. Когда подбежали последние четверо, Соарин поднял руку и обратил всеобщее внимание на себя, требуя тишины. —Итак,— с широченной улыбкой начал он,— всем доброго утра, для начала. Надеюсь, все хорошо отдохнули, потому что новость, которую я расскажу, однозначно сделает для многих из нас этот день просто замечательным. Хотя я уверен, что есть и те, кого такое событие мало заденет, но большинство точно вздохнут с облегчением, как минимум, вожатые. Итак... Мужчина сделал небольшую паузу, хитрым взглядом обвёв учеников, а затем объявил: —Сегодня, пока вы спали, наша капитан улетела в Клаудсдейл по работе. Вернётся только завтра к вечеру. И эти два дня я за старшего. В хоре свиста и апплодисментов, в которых самой громкой, наверное, была именно Рейнбоу, заместитель самодовольно поднял голову, принимая овации. Дэш готова была прямо взлететь на месте: неужели целый день ей никто не будет выносить мозг? Соарин за старшего— это уже однозначно прекрасный день, зная его характер. И ей даже на минутку захотелось воспользоваться предоставленной возможностью в личных целях, но сквозь эмоции пробился голос здравого смысла: она ведь решила для себя полностью забыть о попытках завоевать его внимание. А такой хороший шанс был бы... —Так, всё, собрались обратно,— постарался вернуть порядок Соарин.— Хоть я и намного мягче по отношению к вам, но это не значит, что сегодня "праздник непослушания". Расписание такое же, так что ноги в руки и бегом круги наматывать. Сегодняшняя пробежка прошла, как ни странно, легче остальных. Возможно, именно потому, что у Рейнбоу с самого утра задалось настроение, а может она просто привыкла к нагрузкам. Во время бега она безусловно успела обменяться с теми знакомыми, с кем получалось сравнять движение, своими мыслями на счёт отсутствия самой вредной вожатой, но ни один из них не испытывал на счёт этого равного ей восторга. Наверное, её эмоции разделяли разве что Вондерболты, которых оставила требовательная "мамочка". Для ребят это значило всего навсего уменьшенный контроль, не более. А Дэш прекрасно понимала, что сегодня перед ней открыты все возможности, прежде ограниченные лидером. Посмотрим, что из этого выйдет. Зарядка впервые прошла под музыку из колонки, которую откуда-то притащила Сюрпрайз. Интересный опыт, но не совсем понятно, почему это произошло лишь в отсутствие Спитфайр. Что такого в музыке? По завершении последнего упражнения Рейнбоу, выдохнув, направилась к домику, горящая желанием побыстрее позавтракать и помчаться на занятие, однако её неожиданно окликнул никто иной, как Сильвер Лайнинг, что достаточно так поначалу взволновало девушку. Давненько он к ней не обращался лично, да и поводов для таких разговоров вроде как было не особо много. —Можно тебя на минутку? Дэш с недоумением зачем-то оглянулась по сторонам, но в итоге кивнула и отошла от строя туда, куда указал вожатый. Когда они были вне зоны слышимости, оба остановились по воле мужчины, и он тихо спросил: —Ты сегодня идёшь на занятие? Девушка удивлённо похлопала глазами, но под выжидающим взглядом Сильвера всё же ответила: —Ну да собиралась, вроде. А что? —Не опаздывай,— удовлетворённо кивнул мужчина, сбавив напряжение улыбкой. Рейнбоу всё ещё не особо понимала, в чём была причина такой остановки и почему вообще Лайнингу есть дело до того, во сколько она явится. —И оденься потеплее,— через пару секунд добавил вожатый. —А что такое? Это всё, что Вы хотели сказать? —Ты,— исправил собеседницу Вондерболт.— Просто прошу прийти вовремя, даже будет лучше, если немного раньше. И то же самое передай подруге своей. —Какой именно? —Ну вот этой, с короткой стрижкой, я плохо имена помню. —Лайтнинг Даст?— переспросила Дэш, всё ещё шокированная непонятным поведением мужчины. И почему для этого он её отделил от строя и вообще задержал? —Да, вроде так. Светленькая такая. —Ну у нас с короткой стрижкой две в домике: Клауд с каштановым каре и Лайтнинг, у которой они светлые и ещё короче. —Ну да, да, Лайтнинг. Почти тёзка, надо запомнить,— усмехнулся мужчина. —Так а чего именно мы? Вроде как опаздывать вообще никому нельзя,— таки решилась переспросить Рейнбоу. —Ну мало ли,— пожал плечами Сильвер.— Оно ж ты знаешь как, Спитфайр нет, может вы расслабиться решили. А вы мне сегодня нужны обе. Потом увидишь. Всё, пошли, пока меня не хватились. Всё в том же недоумении Рейнбоу зашагала следом за мужчиной к домикам, обдумывая сказанное. Вариантов было не много, так что девушка остановилась на самом очевидном. Хотя что гадать, лучше действительно прийти пораньше и лично убедиться. Какой-то день загадок, ей-богу. В домике уже во всю стоял запах чего-то вкусненького, а соседки копошились на кухне. Кое-как протиснувшись между ними, Рейнбоу, стараясь никому не мешать, по-быстрому сконструировала два бутерброда с колбасой и, поставив чайник на плиту, отошла к кровати. Сверху экрана телефона мигал голубой индикатор, что свидетельствовало о новом уведомлении, и девушка с любопытством потянулась к устройству. Сообщение пришло из Дискорда, поэтому сердце Дэш волнительно заколотилось с сумасшедшей скоростью. В Дискорде ей писал только один человек, все тиммейты давно знали её мессенджеры. "На случай если Сильвер забыл подойти. Жду тебя и Лайтнинг Даст на лётной как можно раньше и без опозданий. С." Что же было такого важного в их с подругой своевременной явке на занятие, что Соарин так запарился с напоминанием об этом? Рейнбоу стала волноваться ещё больше, но это, наверное, скорее от личного сообщения кумира, чем от интриги. Хотя, если подумать, можно понять и одно, и другое: Сильвера он послал на случай, если Рейнбоу не зайдёт утром в соц сети, а написал, как и содержалось в послании, если вдруг коллега забудет о поручении. Но один вопрос оставался открытым: почему мужчина не мог подойти лично? Ей уже достаточно надоела эта курьерская доставка информации, неужели не проще подойти лично? Он её боится или что? Следом всплывало недопонимание от стиля, в котором было написано письмо. Какой-то слишком уж официальный, не в духе Соарина. Значит, он был отличительно серьёзен в данной теме. Соответственно, требовал той же серьёзности и от девочек. —Даст, подойди на минутку!— окликнула подругу Рейнбоу. Девушка, раздражённо вздохнув, отставила готовку и подошла к кровати соседки. —Тебе подойти не проще было? —Не проще,— Рейнбоу подтянула Лайтнинг за плечо поближе к себе и прошептала ей на ухо:— Не увлекайся сильно, нас с тобой попросили прийти на лётную пораньше и одеться потеплее. —Это к чему?— Даст подняла одну бровь и только хотела выровнять спину, как Дэш согнула её обратно. —Я не знаю, мне не сказали. Это от Сильвера с Соарином. Просто будь готова к тому, что минимум в без четверти восемь я тебя вытащу. Как я поняла, желательно даже ещё раньше. —А на кой чёрт ты так шепчешься? Почему при малых не сказала? Рейнбоу пожала плечами и повернула голову к соседкам. —Хрен его знает, но раз мне сообщили конфиденциально, то я и передаю конфиденциально. Лайтнинг, не понявшая ничерта из сказанного, вопросительно пожала плечами, но, не дождавшись подробностей, вернулась к завтраку. Дэш последовала за ней, чтоб заварить себе кофе. Вышли обе девочки действительно вовремя, даже немного раньше, чем планировала Рейнбоу. Постепенно приходило понимание того, почему Сильвер просил одеться потеплее: поднялся холодный ветер, что точно будет не кстати на занятии. Поёжившись от холода, Дэш застегнула ветровку под горло, невольно заставив Лайтнинг сделать то же самое. Да уж, надо было бы ещё теплее. Когда их сейчас посадят в самолёты, что вроде как очевидно, они совсем окоченеют. —Когда успела так упасть температура?— возмутилась Лайтнинг, обхватившая себя двумя руками в попытке согреться.— И вообще какого чёрта? Лето на дворе! —Боги гневаются,— хихикнула Дэш.— Слушай, раз нам всё равно скучно по дороге, задам такой вопрос: ты в детстве что думала на счёт того, как погода делается? —Ой, да я в детстве и в деда Мороза очень рано верить перестала,— хмуро ответила Даст.— Ну типо меня воспитали достаточно реалистично, в раннем возрасте рассказали, как дети делаются, про половое созревание и всё такое. У моих родителей были свои принципы воспитания. И второе ещё можно понять, лучше от них узнать, чем от дибилов со сперматоксикозом во дворе, но вот почему меня лишили сказок в детстве— до сих пор не понимаю. —То есть на Новый год тебе просто родители дарили подарки? Без церемоний? —Ну да. И я потом ходила ещё всему двору рассказывала правду, о чём сейчас жалею. А про зубную фею! Прикинь какое у меня было лицо, когда дети наперебой рассказывали, какие конфеты им фея в обмен на зубик под подушку клала, а мне зубы отец вырывал и выбрасывал сразу. Так обидно. Рейнбоу даже стало почему-то грустно от такого рассказа подруги. Как-то это совсем жестоко было по отношению к ней. И почему-то сразу полезла в голову мысль о том, что Спитфайр, скорее всего, воспитывали ещё жёстче, раз выросла такая мымра. —Ну у меня всё традиционно было,— осторожно взяла инициативу диалога на себя Дэш, стараясь не смотреть подруге в глаза.— А на счёт погоды. Я чего вообще спрашиваю. Хотела рассказать кое-что забавное. Я когда малая была, долгое время думала, что над Клаудсдейлом на небе существует некий облачный городок, где работают пегасы. Прикинь, крылатые лошадки делают дождь, радугу, облака. При том, знаешь, вполне себе убеждена была. Мне даже как-то снилось, что я сама была такой лошадкой. Мы разгоняли облака с Вондерболтами, которые тоже были в виде пегасов, ещё в таких костюмах забавных. Ну как, в их обычной форме, но представь её на лошадке! —А по чему не единороги?— усмехнулась Лайтнинг. —Ну а как единороги бы на небо забрались? А пегасы летать умеют. Единороги больше по магии, а погодой занимаются те, кто летает. Лётная площадка была открыта, и девочки, решив не ожидать восьми, сразу зашли на территорию и направились к видневшимся в центре силуэтам в синей форме. Их ведь позвали раньше не для того, чтоб они просто постояли, а раз их никто не встретил, значит стоило подойти самим. Когда расстояние было сокращено, Дэш смогла различить в силуэтах Соарина, Сильвера и Рэпидфайра, рядом с которыми стояли Дэн и, кажется, тот парень с позапрошлого занятия, Дастин. Ну, значит, не только их вызвали, уже интереснее. —Хей!— воскликнул Соарин, подняв руку в приветствии, когда они почти подошли. Рейнбоу улыбнулась и помахала рукой в ответ. Вот, сегодня он, видимо, опять хороший. Что же влияет на его перепады настроения? —Так, отлично, почти все в сборе,— кивнул Рэпидфайр и шагнул вперёд, по очереди пожав руки подошедшим девушкам. Лично со старшим из Вондерболтов Рейнбоу ещё не была знакома, но точно знала, что мужчина был достаточно строгим и требовательным к дисциплине в рамках аэробатики. Каким он был в неформальной обстановке— можно было лишь предполагать из интервью, но на первый взгляд он создавал впечатление "нормального мужика". —Может хоть сейчас вы нам объясните причину такого разношёрстного собрания?— как-то не особо вежливо спросила Лайтнинг, глядя почему-то именно на Соарина. —Я объясню,— кивнул Рэпидфайр, почесав рыжий щетинистый подбородок.— Пока Спитфайр нет, мы отклонимся от программы. Сегодня и завтра по плану должна быть последняя фигура, затем композиции. Спитфайр вернётся завтра ближе к вечеру и не будет контролировать обе тренировки, поэтому мы поступим вот как: сейчас я вам лично проведу краткий инструктаж о том, что из себя представляют композиции и как правильно объединять элементы, потом вы в темпе вальса прыгаете с наставниками по самолётам и запускаетесь в небо, пока Соарин проводит остальным экскурс по нашей истории и теории новой фигуры. Кто-нибудь из вас её сразу им покажет, следующий час вы— на земле, в самолётах желающие. Вопросы? —Ну, первоначально, в чём наша особенность, что Вы так изменили программу?— с поднятой чисто для вида рукой спросил Дастин, по сути, сняв этот вопрос со всех языков одновременно. —Да, прости,— вожатый закашлялся и виновато пожал плечами.— С этого мне стоило начать. У Спитфайр какие-то свои методы тренировок, многие это видели на примере курсанта Дэш. Она распределяет условия для всех равномерно, даже, честно говоря, больше времени уделяет лентяям. Либо у неё там всё подвязано на личностях, тоже чем чёрт не шутит. Я же лично считаю, что нужно больше тренировать самых способных и готовить их к экзамену. Те, кто отлынивает, сделали свой выбор. Мы же, посовещавшись, отобрали четвёрку тех, кто не пропускает занятия и чуть ли не ежедневно берёт тренировки, показывает хорошие результаты и амбициозно рвётся в команду. На этом моменте Рейнбоу поймала на себе взгляд Соарина, который почти незаметно подмигнул ей. Тело вмиг обдало жаром: он действительно настоял на её кандидатуре в ряд лучших? Это вызвало у Дэш даже не столько гордость за себя, сколько очередную искру надежды на то, что, возможно, это не только заслуженно, но и как-то подвластно душевному желанию мужчины видеть её в команде и... рядом с собой. Очень не хотелось трезво оценивать ситуацию и считать, что он просто не настолько слеп, как лидер, и правда видит в ней талант. Ну а вдруг? Вдруг он и правда что-то к ней чувствует? А она только отошла от этих мыслей, только смирилась и начала привыкать жить без него. И вот, опять. Стоит красивый, смотрит на неё, как на самую достойную, снова запуская в её сердце шестерёнки. Ну и пусть смотрит. Сегодня хотя бы не будет со Спитфайр танцевать после этого. —Я нацелен на том,— продолжал тем временем Рэпидфайр,— чтобы больше времени уделять тем, кто подаёт надежду. Вам экзамен важнее, у вас больше шансов быть в команде. В этих рядах, конечно же, были ещё кандидаты, вроде Шедоу Флай и Кори Блейда, но, к сожалению, самолётов у нас четыре, так как на одном из них улетела Спитфайр, чтоб не тратить почти сутки на поезд. В любом случае, у нас есть ещё завтрашний день, а там разберёмся. Что я сегодня хочу от вас: вы начинаете объединять уже известные вам фигуры в композиции, из которых на экзамене вам нужно будет слепить представление. Рассматриваться будет не только техника, но и шоу как таковое. В общем, говоря ближе к делу, так как времени у нас не особо много: вам уделено больше времени и внимания, как кандидатам на место в команде, и пока нет Спитфайр, мы уделим вашей подготовке почти половину занятия. Также готовьтесь к тому, что гонять мы вас будем почти каждый день, что уже от капитана зависеть не будет, так как я говорю про внеурочные. Если кто-то против того, чтоб ваше время занимали аэробатикой, попрошу сказать сейчас. Рейнбоу тихо обвела взглядом присутствующих, убеждаясь в том, что никто не решился оспорить выбор своей персоны к углублённому обучению, а затем с готовностью повернулась обратно к Рэпидфайру. —Так, хорошо, раз вопросов больше нет, решаем, кто хочет рискнуть выполнить новую фигуру без демонстрации,— подразумевая вопрос, произнёс Вондерболт. Рейнбоу сразу же устремила руку наверх, как и остальные ребята. —Неплохо,— одобрительно улыбнулся Рэпидфайр.— Рад видеть много желающих. Это значит, что мы в вас не ошиблись. Но всё же я попрошу определиться, потому что рация, по которой Соарин сообщит о том, когда показывать фигуру, у нас одна. Ребята конкурирующе переглянулись, но никто из них руку не опустил. —Пусть Дэш,— внезапно предложил Соарин.— У неё всё сходу получается. Глаза Рейнбоу удивлённо округлились и она медленно повернула голову на мужчину. Тот улыбнулся и подмигнул ей, тем самым ещё больше вводя девушку в недоумение. —Да мне-то всё равно, Дэш так Дэш,— Рэпидфайр пожал плечами, достал из кармана рацию и протянул её Сильверу.— Да, и ещё одно. На счёт наставников.Так как у нас две девочки из одного домика, Рейнбоу будет с Лайнингом, а Даст с Мисти Флай. Остальные со своими. Файер и Мисти сейчас должны подойти. Мужчина поднёс левую руку к лицу, сверяясь с часами. —Вон они идут, успеваем,— произнёс Сильвер, кивая головой куда-то в сторону. Все присутствующие одновременно обернулись: и правда, опаздывающие Вондерболты уже бежали к ним от ворот. —Так, тогда мы по самолётам,— Рэпидфайр указал рукой на четыре рядовых, стоящих сзади в полной готовности.— Инструктаж уже в небе, у нас нет времени. Дэш, Сильвер, останьтесь. Отдав старшему честь, Рейнбоу с мужчинами отошла в сторону, наблюдая за тем, как ребята и остальные Вондерболты рассаживаются по самолётам. Мисти и Файер Стрик подошли как раз вовремя и, ни на секунду не задерживаясь, заняли и свои места. Сильвер оттащил Рейнбоу за рукав в сторону, переходя на бег, и девушка последовала его немому указанию. Соарин остался стоять на месте, чтоб подавать сигналы с земли. Один за другим самолёты с курсантами за управлением взмыли в небо, оглушая оставшихся на земле громким рёвом моторов и окружая туманом из поднявшейся пыли, от которой Рейнбоу сразу же закашлялась. —Так, позволь мне,— проговорил подбежавший Соарин, схватив Рейнбоу за руку. Как-то всё происходило слишком быстро, девушка не успевала даже удивляться. Она ещё до конца не поняла, чего от неё хотят первоначально, а синеволосый уже давал ей инструктаж по новой фигуре. —Смотри, предупреждаю сразу, права на ошибку у тебя нет. Рядом будет Сильвер, если что, проконтролирует. Слушай внимательно, и рекомендую сразу после того, как взлетишь, хоть пару раз прогнать её перед тем, как создавать композицию. Её пока не используй, лучше отработай сегодня днём или завтра. Нового для тебя толком ничего нет: винт вниз. То же, что я тебе показывал позавчера, только вертикально. Считай, что выполняешь фигуру с соревнования, так будет проще. Только при этом вращай самолёт так же, как позавчера. Рейнбоу кивнула, осознавая, что она совершенно не готова без репетиции сразу продемонстрировать фигуру, о которой знает только на словах. Не ошибся ли в ней мужчина? А вдруг и правда не стоило спешить? Пусть бы показали Дэн или Дастин, да уже Лайтнинг на худой конец. Но нет же, надо было ей руку поднять. Перед Соарином повыделываться захотелось? Молодец, повыделывалась, он тобой гордится. Что дальше? Она же вполне легко может подвести его. И всё, конец. —Братан, у Рейнбоу пару раз были проблемы с дыхалкой наверху,— тем временем обратился мужчина к Сильверу.— Если ей станет херово— перехватывай управление и опускай аппарат. —Ей точно можно летать?— Лайнинг посмотрел на девушку с сомнением, и она в тот момент действительно была готова убить Соарина. —Можно, чувак. Ты блять видел её в действии? Она отлично справляется, плохо ей становилось при одном и том же факторе, который сейчас отсутствует. Это я сказал сейчас только тебе и на всякий пожарный, понял? —Понял,— кивнул блондин.— Гарантия минимальная? —Минимальная!— обиженно воскликнула всё это время молчавшая Рейнбоу.— Я в полном порядке. Я вас не подведу. —Всё, кыш в самолёт, чтоб я вас тут не видел. Мне ворота открывать уже надо,— раздражённо бросил Соарин и побежал к выходу с площадки. Рейнбоу в панике от того, что всё происходило слишком быстро, не сразу поняла, что Сильвер уже направился к последнему рядовому, но, опомнившись, догнала его и юркнула на кресло первого пилота. —Надень,— произнёс наставник, протягивая девушке наушники.— Меня слышно лучше будет. Они отрезают внешний шум, оставляя только мой голос. Дэш, не задавая лишних вопросов, нацепила устройство на голову, следом надела очки и, пока Сильвер делал то же самое, быстро завела самолёт. Не теряя времени, она выехала на взлётную полосу и, разогнавшись, оторвалась от земли. —Лети как можно выше и держи курс на восток,— раздался в ушах первый указ Вондерболта.— Правильно Клиппер сказал, попробуй для начала винт, потом приступим к композиции. —Так точно,—отчеканила девушка, резко дёрнув рычаг на себя, направляя самолёт вверх. Она примерно понимала, что от неё хотят, остальное уже зависило только от её мастерства и удачи. Вроде бы ничего плохого не должно было произойти: Сильвер в её глазах был скорее учителем и хорошим знакомым, вряд ли её начнёт паничить. Остальное уже дело техники. Девушка взлетела как можно выше, пока второй пилот не подал знак стопа, затем выровняла траекторию, отдалилась на восток и по сигналу дугой понеслась вниз. Сейчас было самое сложное: вращение вокруг оси. Страшнее всего было понимать, что она почти не видит высоты падения, поэтому может не успеть выровнять полёт перед землёй. Но думать об этом не было времени. Уверенно вздохнув, она принялась вращать устройство, и буквально через несколько секунд резко дёрнулась под углом в сторону, опасаясь не успеть. —Хорошо,— раздался в наушниках голос Сильвера.— Но слишком рано. Голова не кружится? —Немного,— не стала отрицать Рейнбоу. Сделав пару больших кругов для того, чтоб собраться с новыми силами, она снова набрала высоту и повторила фигуру, в этот раз выдержав падение немного дольше. Страх расшибиться, не заметив землю в винте, поднимал уровень адреналина в крови, но выпендриваться в таких обстоятельствах всё же не позволял здравый смысл. Хотя от того, что оба раза фигура получилась, ей теперь хотелось повторять её снова и снова, укорачивая расстояние до земли по завершению. Надо будет как-нибудь взять внеурочное и потратить его только на винт. —Всё, хорошо, не трать время,— прокричал Лайнинг.— Делай круг, объясню пока композицию. Рейнбоу послушно вернулась на нормальную высоту и, сбавив скорость, выполнила указание. Сердце билось настолько сильно, что казалось, будто оно готово в любой момент вырваться из груди. —Соедини в голове несколько уже известных фигур в любой рисунок,— продолжал вожатый.— Учитывая то, что времени продумывать у тебя нет, твоя задача сейчас— импровизировать. Если помнишь наши шоу, можешь повторить что-то оттуда. К экзамену тебе предстоит составить и отработать композицию на десять-пятнадцать минут, можно в паре. Если готова, начинай. Можешь с чего-то лёгкого. —Так точно,— кивнула Рейнбоу и понеслась ещё выше. А дальше всё как на автопилоте: девушка вновь почувствовала объединение с устройством, будто его крылья— продолжение её рук, будто они— одно целое. Словно танец, только в небе. Самолёт провернул петлю, выравнял траекторию и исполнил горизонтальный винт, из которого резко ушёл вниз в очевидное завершение: её любимый угол с ускорением и дымом. Ближе к земле девушка дёрнулась обратно вверх, каким-то образом вращая самолёт вокруг оси, и повторила рисунок. В течение всей композиции Сильвер кратко одобрял её действия, лишь изредка что-то подсказывая. А у неё мысленно отрезался второй пилот, что мешало восприятию информации. Только она и небо. Она— птица. Стальная птица. И это— её танец, в который с каждым новым разом Дэш добавляла новые элементы, некоторые из которых придумала сама. Приходилось делать небольшие перерывы, когда начинала кружиться голова, и летать по кругу, но в целом она гордилась собой. И только она вошла в азарт, как из уединения в этом прекрасном мирке её вывел хриплый голос из рации. Не будь он голосом Соарина— девушка бы и не обратила внимание, однако произошло обратное: она подскочила на месте и едва не сбилась с полёта. Сердце в очередной раз пропустило пару ударов: ещё секунда— и они бы упали, если бы она не успела схватиться за рычаг. —Следи за третьим самолётом,— тем временем командовал Соарин.— Спускается второй. После третьего выходи в нижний винт, сохраняй дистанцию от земли, без лишних действий ровняйся и иди на посадку. —Вас поняли,— за обоих пилотов ответил Сильвер и положил рацию обратно в карман пиджака.— Третий идёт на спуск, готовься. —Полная готовность!— подтвердила Дэш, направляясь к присмотренному месту примерно над центром лётной площадки. —Выполняй! Мысленно отсчитав до трёх для моральной стабилизации, девушка рванула вниз, начиная быстрое вращение. На этот раз помимо азарта и адреналина в ней снова закипело желание что-то кому-то доказать. Думать получалось плохо, учитывая её перпендикулярное земле вращающееся положение, но буквально за мгновение до того, как в ней вспыхнула страсть, что-то словно остановило её. Будто какая-то невидимая рука коснулась её плеча, и беззвучный голос прошептал прямо на ухо, вторя словам Соарина: "Без лишних действий". Она вздрогнула, но под какой-то накатившей волной спокойствия вернулась к трезвому рассудку и чётко на идеальном расстоянии до земли прекратила "хоровод", вышла в угол и плавно посадила самолёт. Когда она проехала по земле до остальных четырёх рядовых и ловко припарковалась сбоку, её словно разбудил восторженный голос Сильвера: —Ай да птичка!— воскликнул мужчина, одобрительно хлопая её по плечу.— Просто великолепно и, считай, почти без подготовки! Красотка! Вот знал, что у Клиппера есть вкус в девках! Рейнбоу, окрылённая похвалой от кумира, после последней его фразы внезапно остолбенела на несколько секунд с полустянутыми с глаз очками, а затем, прокашлявшись, натянула их обратно, чувствуя, как краснеет. Сильвер, видимо, заметил это, потому что тут же рассмеялся и, положив руку ей на плечо, добавил: —Не зря он тебя выбрал на демонстрацию, ой не зря! Талантище! Но Дэш уже не слышала похвалы на счёт её мастерства, потому что в её голове засела фраза о вкусе в девках. Сильвер же что-то знал, она это давно поняла. Он был самым близким другом из команды для Соарина, неужели он... —Дышишь?— усмехнулся наставник, очевидно, ссылаясь на предупреждение зама капитана о её здоровье. —Порядок,— немногословно ответила всё ещё смущённая Рейнбоу и таки сняла с головы оборудование. —Посидишь или выйдем на свет божий? —Да, можно выйти,— пожала плечами Дэш и, отстегнув ремни безопасности, почти синхронно со вторым пилотом выбралась из самолёта. Когда они подошли к толпе курсантов, девушка сразу же вопросительно взглянула на Соарина, мол, как справилась? Мужчина заметил её внимание к своей персоне, но, видимо, не хотел отвлекаться от проводимого занятия, поэтому лишь кратко кивнул ей в ответ, сдержанно улыбнувшись, и продолжил свою речь. Рейнбоу отошла к соседкам, смешалась с толпой и вжала голову в плечи, будто это помогло бы ей спрятаться. Отобрав четверых ребят на повторение вертикального винта, Соарин дождался, пока те рассядутся по самолётам, что-то произнёс на ухо Рэпидфайру, очевидно, оставляя его за старшего и, выискав в рядах курсантов разноцветную башку, нагло протолкнулся к ней, молча взял её за руку и повёл в сторону. Рейнбоу от такого странного поведения мужчины словно дар речи потеряла, поэтому оставалось только послушно следовать за ним, всё больше и больше отдаляясь от рядов юных лётчиков. В какой-то момент Соарин остановился, стал ровно напротив девушки, гордо взглянул на неё с высоты своего немалого роста и, ослепительно улыбаясь, протянул ей руку. Всё ещё ошарашенная Дэш приняла рукопожатие, хоть это и получилось у неё до жути неловко из-за волнительной дрожи во всём теле. —Это было невероятно!— наконец заговорил вожатый.— Я знал, что не ошибся в тебе. Хоть я и проводил занятие, но ты же понимаешь, не мог я удержаться и не смотреть в небо. Я заметил, что твой самолёт на востоке, и иногда поглядывал как на композицию, импровизацию которой ты... буквально словила на лету, так и, конечно же, демонстрацию винта. У тебя талант, веришь? Это уже даже не мастерство, у тебя толком не было времени отработать. И ты не подвела меня. Рейнбоу стояла вся красная, как вареный рак, и уже не пытаясь скрыть влюблённый взгляд, вникала каждому слову мужчины. Он ей гордился. ОН. ЕЙ. ГОРДИЛСЯ. —Ты проделала шикарную работу. И знаешь, у тебя большое будущее, малышка!— добавил мужчина и подмигнул ей, что окончательно снесло девушке крышу и она, совершенно не думая об уместности, рванулась к нему в объятия. Было заметно, что Соарин по началу опешил, но затем тоже забил на все правила субординации и ласково укрыл девушку крепкими руками. На эти долгие несколько секунд совершенно не хотелось думать о том, что их может быть видно остальным и что о них после такого подумают. Она сейчас это заслужила. Она молодец. Остальное уже совершенно не имело значения. Самый важный на данный момент человек в её жизни не только оценил её старания, но и не отверг её объятия даже в такой формальной обстановке, как общее занятие. Ей было так тепло, что невольно снова начало казаться, что она способна на всё. Как же было хорошо без Спитфайр. Будь она здесь— не было бы всего этого, включая сам выбор её на демонстрацию. —Как ты себя чувствуешь, мышонок?— нежно произнёс Соарин, всё ещё не отстраняясь. —Лучше, чем когда либо,— едва слышно отозвалась Рейнбоу. С занятия он её отпустил, так как в очередной раз делать там ей было абсолютно нечего. Девушка решила оставшийся час скоротать на спортивной площадке, расположенной как раз возле входа в лётную, и она точно увидит, когда курсанты будут выходить. —Ты сегодня свободен?— перед прощанием спросила у Соарина Рейнбоу, но, внезапно покраснев, тут же добавила:— Для внеурочного, я имею в виду. Хочу отработать до идеала оба винта. —Прости, сегодня нет,— словно с извинением ответил мужчина и виновато пожал плечами.— На счёт завтра я пока не знаю, но сегодня у меня полностью забит режим. Вообще знаешь что? На этих словах Дэш дёрнулась и навострила уши. —Закончится занятие— иди на лётную и бери самолёт,— предложил Вондерболт. —Сама?— переспросила девушка, не особо верящая его словам. —Ну сама, ты будто летать не умеешь. Спитфайр нет, какая разница? Только давай не больше часа, хорошо? —Ты доверяешь мне самолёт?— всё ещё с недоумением уточнила Дэш. —Рейнбоу, ты отличный пилот с хорошим опытом. Я больше не понимаю, зачем Спитфайр велит сажать к ученикам наставников. Летай сколько нужно. С полным благодарности взглядом девушка ещё раз импульсивно обняла мужчину, опять поставив его тем самым в неловкое положение, и, чтоб не задерживать лётчика, рванула на спортивную площадку. Она этого уже не видела, но Соарин на несколько секунд замер, покрывшись лёгким румянцем, и, глядя ей вслед, взъерошил свои волосы. Занималась она в этот раз без музыки, потому что телефон с наушниками оставила дома, отчего ей было ужасно скучно. Тем более, что на площадке она была одна, ведь все остальные находились на занятии. Час в тишине казался ей бесконечным, но зато организм окончательно проснулся от упражнений. Когда с лётной начали постепенно выходить люди, девушка это заметила, но продолжила подтягиваться, дожидаясь, пока народ отойдёт на достаточное расстояние, чтоб не подвести Соарина. Мало ли, вдруг у него будут проблемы, если кто-то доложит Спитфайр о том, что он позволил ей летать самой. Выждав достаточное количество времени, Рейнбоу спрыгнула с турника, отряхнула руки и помчалась к самолётам. Первая тренировка без наблюдения не могла не вызывать волнение, однако девушка всячески старалась успокоиться, уверяя себя в том, что она не впервые сидит за рулём сама, поменялись лишь обстоятельства. Забравшись в самолёт, она, не теряя времени, быстро завела двигатель и отправилась на взлётную полосу. Теперь у неё было время подумать над прошедшими событиями, заодно тем самым отвлекаться от мыслей о том, что она немного нарушает правила. Небо было абсолютно чистым, и уже наверху девушка окончательно успокоилась, чувствуя себя свободной птицей. Она раз за разом спускалась вниз, проворачивая устройство вокруг своей оси, а затем поднималась обратно, с каждым разом всё больше усложняя фигуру сокращением расстояния до земли. Страшно уже не было. Ей просто нужно было войти в стихию, а там уже всё само собой получалось. Мысли волей-неволей возвращались к Соарину и его странному поведению. Так-то, по сути, он был самим собой, это ещё с поезда Рейнбоу поняла. Такой уж он хороший, да и с ней давно знаком. Но что-то изменилось. Больше уменьшительно-ласкательных, какая-то ранее не так заметная забота, из толпы он выделял, казалось, только её. Что же в ней такого особенного? Неужели она и правда ему нравится? А вдруг действительно всё дело в Спитфайр и она зря загоняет себя в угол, не позволяя чувствам развиваться? Очень хотелось поговорить с ним об этом начистоту, но как это вообще представлялось? Типа "Эй, слушай, ты ко мне чето чувствуешь?". Звучит ужасно. Нужно подходить к этому незаметно. Да и вообще Рейнбоу в отношении такого важного человека не могла допустить и мысли о том, что он может в неё влюбиться, не говоря уже о том, чтоб самой делать первые шаги. А ждать инициативы от него было целым испытанием, во время которого она постоянно мучалась в сомнениях, не понимая, как трактовать его знаки внимания. Когда девушке показалось, что она достаточно отработала фигуру, она в последний раз рванула вниз, как на демонстрации, прокрутила самолёт и вышла из фигуры под очень опасным углом, но таки плавно приземлилась и подъехала на прежнее место. Сняв очки, она ещё немного посидела с закрытыми глазами, откинувшись на спинку кресла. Нужно было что-то решать, но она всё ещё не знала, что именно. А хотя будь что будет. У неё ещё впереди целых полтора дня без Спитфайр, и если дело правда в ней, она совсем скоро подтвердит одну из теорий. Либо всё, либо ничего. Что тут уже думать? В себе-то она уверена: влюбилась, как последняя дурочка, и никакое игнорирование с его стороны не перекрывало эмоций от его знаков внимания.

"Ты проделала шикарную работу. И знаешь, у тебя большое будущее, малышка!"

Домой вернулась Рейнбоу как раз тогда, когда на центральной дороге собирался строй в магазин. Сразу же в голове пронеслись мысли о том, что ей срочно нужно было купить, чтоб подбежать к толпе, найти там кого-то из своего домика и сообщить список, но в целом девушка успокоилась, едва дошла. Вроде бы она ещё позавчера нормально скупилась и такого прям важного ей ничего не нужно было. Она осторожно юркнула в домик, стараясь, чтоб на неё не обратили внимание и не задавали вопросов о причине задержки на лётной. Соседки как раз были заняты обедом, и голодная, как волк, Дэш к ним с удовольствием присоединилась, достав из холодильника вчерашнюю кашу и колбасу. Мисти закончила трапезу первой, и как только она удалилась наверх, Лайтнинг и Клауд одновременно уставились на Рейнбоу, словно ожидая от неё чего-то очевидного. —Что?— удивлённо переспросила девушка, застыв с ложкой на полпути ко рту. —Мы всё видели, объясняй,— с укором уставилась на подругу Даст. —Что объяснять? —Почему вы с Соарином обнимались после твоего представления, что ещё,— ответила Клауд и, отложив еду, подпёрла подбородок ладошками. —О-о-о, начинается,— протянула Дэш, закатив глаза к потолку.— Вам обязательно совать любопытные носики в чужие дела? Лайтнинг одарила её многозначительным взглядом, но, по всей видимости, девушку такой ответ совершенно не успокоил. —Между вами что-то есть?— с игривой улыбкой нарушила тишину Клауд. —Между нами старый эпизод личного знакомства и небольшой помощи и его благодарность мне за хорошую демонстрацию. —Рейнбоу, ну мы же не слепые,— в этот раз закатила глаза Даст.— Тем более, что мне ты уже рассказывала кое-что. Теперь придётся объяснять и Клауд, потому что ей тоже интересно, она тоже всё видела. Вот не хватало ей проблем на голову, так появились новые две. И с чего это их её личная жизнь интересует больше своих? —При деловых отношениях не обнимаются. Клауд совершенно не к лицу была такая напористость, поэтому Дэш её не особо серьёзно воспринимала. С Лайтнинг было сложнее. А ещё больше обидно за то, что она, как подруга, не заступилась за неё перед случайной свидетельницей, зная обстоятельства, пусть даже частично, а стала на её сторону и теперь выпытывает у неё то, что Дэш и сама пока не совсем понимала. —Знаете что?— с непривычной для себя злостью в голосе отрезала Рейнбоу.— Не придумывайте себе сказки на ровном месте. Две свахи, чёрт возьми. Шипперят всех, кто дышит друг возле друга. Это не так работает. —Да пойми ты,— обиженно перебила её Клауд.— Мы ведь совсем не против, а я даже за то, чтобы вы были вместе. Вы ведь неплохо смотритесь, да и нет в этом ничего такого. Нам просто как подругам твоим интересно, мало ли, может совет какой нужен будет, а мы всегда рядом. Я ведь не глупая, пойми. Я ещё с первой дискотеки, когда тащила тебя, прекрасно видела, как он смотрел тебе вслед и вообще что с тобой произошло во время того, как он танцевал со Спит. Мы же не зла тебе хотим. Наоборот, поддержать, если что. —Мне не нужна поддержка,— холодно отозвалась Рейнбоу и устало взглянула на шатенку. Странно она как-то говорила за обеих. А Лайтнинг и вовсе молчала, мрачно ковыряясь вилкой в тарелке. Не хватало ещё узнать, что Даст тоже нравится Соарин, вот Санта-Барбара будет! Вот уж слишком она лезет в их отношения, ну неспроста это. —Девочки,— решила чуть смягчиться Рейнбоу.— Знаете, я благодарна вам за небезразличие, если дело только в этом, но раз уж вы хотите начистоту, то получайте. Я не знаю, что между нами происходит. Больше мне сказать нечего. Не знаю, флирт это с его стороны или дружеское общение. Не знаю, как я сама к нему отношусь. Я ещё не разобралась даже для себя, не то что другим рассказывать. И встаньте на мою сторону: вам бы было приятно, если бы вас так пытали? Если бы я хотела, я бы рассказала и без ваших об этом просьб. —Но ты же расскажешь, если что?— с надеждой в голосе спросила Клауд. —Если захочу,— неоднозначно ответила Рейнбоу и встала со стула, со злостью чуть ли не швырнув посуду в раковину. По приходу на речку девушка сразу начала выискивать глазами Соарина, но он сегодня не пришёл. Заплыв контролировал Файер Стрик, и делал он это настолько наплевательски по отношению к порядку, что в конце концов ему самому надоело и он объявил свободу действий. Рейнбоу, всё ещё немного обиженная на соседок, держалась от них на расстоянии, поэтому узнав о том, что можно свободно купаться, она подплыла к старым подругам, Шедоу и Эйнжел. —Ну как вы тут?— обрызгав девушек вместо приветствия, воскликнула Дэш. Брюнетка задорно ответила подруге ещё более сильным градом брызг, а затем рассмеялась и обняла её. —Наслаждаемся днём без строгости,— улыбнулась она. Обменявшись рядовыми любезностями, девушки по просьбе Шедоу отплыли в сторону от людей, и тогда девушка задала Дэш очень интересный вопрос: —Слушай, а че на занятии было до того, как мы пришли? Ну, у нас должна была сразу быть фигура, а в небе уже кружились четыре самолёта и Соарин стоял и размазывал воду об истории команды. —Ох, Шедоу, знала бы ты, как я сейчас рада тебе на это ответить,— усмехнулась Рейнбоу.— После того, как мне мои устроили допрос на тему, которую я вообще ни с кем обсуждать не хочу. С радостью объясню, веришь? И девушка, не утаив ни одного момента, кроме личностей, поведала подругам о том, как их попросили прийти пораньше, что их выбрали в ряд самых способных, что в этот же список была включена и Шедоу, да и в целом о том, что теперь их будут гонять к экзамену, как проклятых. —Короче, по сути, нас уже отсеяли,— подвела итог Дэш.— Спитфайр говорила, что она это будет делать на протяжение всей смены, но в итоге сейчас шестой день, а лучших уже отобрали. —Ну оно и понятно,— согласилась Флай, которую, очевидно, порадовала новость о том, что она тоже особенная, просто не вписалась в количество самолётов.— Оно уже видно, кто работает, а кто дурью мается. Не понимаю, если честно, ребят, которые заплатили деньги за лагерь, но почти не отрабатывают материал. Даже мы с тобой— а мы прошли бесплатно— не упускаем внеурочные. Да, Эйнжел? Блондинка с какой-то виной во взгляде выдавила из себя улыбочку. Очевидно, подруга заставила её засмущаться. —Ну нам-то лучше,— пожала плечами Дэш.— Меньше конкуренции. Надеюсь, хоть мы вдвоём пройдём отборочный. —Пройдём, малых, не парься,— Шедоу обняла подругу и, схватив обеих девочек за руки, потащила их обратно в толпу, где уже достаточное время во всю кипел пионерболл. К бассейну Рейнбоу подошла буквально на минуту и с небольшим опозданием. Ей как-то не особо хотелось купаться, учитывая то, что ей вполне хватило речки без соревнования на скорость и дурацких упражнений. Она зашла только чтоб убедиться, что там нет Соарина, и оказалась права в своих догадках. Что ж, выходит, мужчина не врал, он и правда целый день был занят. Купив у Флитфут коктейль чисто для того, чтобы было ощущение, что она пришла не зря, девушка развернулась и ушла домой. В последний момент она уловила взгляд Дирка на себе, но парень всё же не попытался ни догнать её, ни окликнуть. Ну и чёрт с ним. Дома тоже делать было совершенно нечего. Девушка зашла в Стим, увидела, что Соарин был онлайн в последний раз очень давно, расстроенно закрыла его ноутбук и легла на кровать. Поспать что ли перед дискотекой? Так-то три часа на что-то убить нужно. В определённый момент, чтоб не дать себе утонуть в мыслях о горе-влюблённости, Рейнбоу приняла неожиданное для себя решение и направилась к кухне. Раз заняться нечем, можно снова испечь для этого придурка пирог, а в то время, пока он будет отдыхать в духовке, приготовить что-нибудь на ужин. Так она и поступила. Единственное что— Дэш сомневалась в правильности такого навязывания своей персоны. Как она теперь будет оправдывать пирог? Благодарность за то, что она в списке лучших? Прекрасная идея. А как она его ему отдаст? Перед дискотекой? В любом случае изделие остынет, хоть неси и ставь куда-то, хоть дома оставляй. Но этот вопрос девушка, хоть и оставила открытым, но не делала его акцентным. Что-нибудь придумает. Когда с готовкой было покончено, а ароматный пирог стоял по центру стола, Рейнбоу посмотрела на время и, убедившись, что до возвращения соседей ещё есть время, заварила себе чай и в умиротворённом спокойствии приступила к ещё горячему ужину. Девочки вернулись тогда, когда она сидела на кровати в наушниках и играла в Доту, что помогло ей скрыться от нежелательных разговоров. Одержав победу, самодовольная девушка принялась готовиться к дискотеке. Настроение было хорошее, скорее всего, из-за удачно выпавшей команды в игре, и Рейнбоу импульсивно приняла очередное неожиданное решение. —Ты пойдёшь в ЭТОМ?— раздался за спиной голос Лайтнинг. Дэш усмехнулась, не оборачиваясь на Даст, и оглядела своё отражение в зеркале. Да, ей определённо нравилось. Длинное светло-голубое платье было пошито будто специально для неё: настолько уж идеально оно облегало фигуру, подчёркивая все её достоинства. А две прозрачные диагональные вставки в форме стрел, отделанные по контуру радужными полосками, как ленты обнимали её грудь и талию, делая наряд слегка пикантным. Подчёркивал образ яркий макияж, который девушка как раз почти закончила. —Пойду,— наконец ответила Рейнбоу.— Красивое же платье, с выпускного осталось. Лайтнинг обвела её удивлённым, но при том определённо восхищённым взглядом, и, неестественно опустив уголки губ, подняла большой палец вверх, кивая при этом головой. Сама же девушка была одета как обычно в джинсы и салатовую футболку, очевидно, не особо надеясь найти партнёра на дискотеке. Со второго этажа спустились Клауд и Вейпор: первая в озорном оранжевом платье, едва прикрывавшем коленки, а вторая не отставала от Лайтнинг, хотя при этом всё равно выглядела нарядно. —И для кого это мы так наряди-ились?— игриво протянула Клауд, быстро сбегая по лестнице. —Для себя,— с усмешкой отмахнулась Дэш, вырисовывая контур бровей. —Ну-ну,— покачала головой шатенка, но, впрочем, этим и ограничилась. И хорошо, не хватало ещё Вейпор втягивать в их пейринги, с таким успехом весь лагерь узнает о том, что между ними с Соарином что-то мелькает. Вскоре спустилась и Мисти в точно таком же приподнятом настроении, как и утром. Когда все пятеро были готовы, девушки, как Золушки ровно в восемь часов вышли из домика. К счастью, никто из них не обратил внимания на то, что Рейнбоу захватила с собой рюкзак, хоть это было очень необычно и строго контрастировало её вечернему стилю. Но приходилось рисковать образом: пирог она таки разрезала и взяла с собой. Хоть поест бедняга перед сном, мамка из гнёздышка улетела, а судя из представлений Дэш о его образе жизни, сложившимся на основании его характера и того, как выглядела его часть комнаты, мужчина уж точно не был фанатом кулинарии. Да она готова была делать денежные ставки на то, что он за весь день дай бог бутерброд не поленился сделать. Когда девочки прибыли на танцпол, Рейнбоу внезапно окликнул очень неожиданный для неё парень и тут же потащил в сторону. Шокированная таким поворотом девушка послушно последовала за ним, ловя себя на мысли о том, как же ей надоели эти призывы отходить от лишних ушей. Ну что ж ей достаётся столько тайн? —Рейнбоу,— начал Тандерлейн, как обычно заикаясь.— Мне попросили передать тебе, чтоб ты типо сейчас пошла в ту сторону. —Чего?— опешила девушка, не веря своим ушам.— Кто попросил? —Ну ты знаешь,— робко ответил он и указал рукой на тропинку справа.— Там иди немножко вперёд, будет поворот налево, ты его увидишь. —Да что от меня опять нужно?— возмутилась Дэш, не особо горящая желанием куда-то идти. Но затем в её голове промелькнуло воспоминание о том, как Тандерлейн уже просил её о том же точно на первом костре. Кажется, она догадывалась, чьим парень был гонцом. Но от этого было не легче: почему нельзя сказать лично? —Я не знаю,— виновато вжал голову в плечи юноша.— Но он очень настоял на том, чтоб я типо передал тебе это. —Ну спасибо,— развела руками Дэш и, не говоря больше ни слово, направилась в указанном направлении. Будет очень весело, если там сидит Дирк со шприцами. Девушка прошла вдоль дороги, высматривая поворот слева, но на её пути были лишь кусты, и никакой тропинки там и в помине не было. В какой-то момент она догадалась, что, вероятно, прошла пункт назначения, и вернулась на несколько шагов назад. И правда: в определённый момент изгородь сворачивала влево, представляя из себя некий тоннель из зелени, который невооружённым взглядом и не разлечишь среди однообразного пейзажа. Деревья как деревья, но если присмотреться, становится чётко видно арку и едва заметную тропинку под ней. Вариантов было не много, дальше забор, поэтому девушка, вздохнув, нагнулась и пробралась внутрь. Было заметно, что либо за изгородью давно не ухаживали, либо она придуманна для карликов: уж слишком арка была низкая, а острые ветки и листья то и дело цеплялись за её платье. Не хватало ещё порвать. Сломав по пути кучу веток, она наконец выбралась из тоннеля, выпрямила спину и так и застыла на месте. Перед ней распахнулась небольшая полянка с двумя старенькими лавочками, точно потайное место, придуманное бывшими владельцами лагеря для детей, что раньше тут занимались, и на одной из этих лавочек, скрестив ноги, сидел никто иной, как Соарин, и, судя по его широченной улыбке, он долго ожидал этой встречи. В этот раз, очевидно, из-за отсутствия над душой требовательной Спитфайр, мужчина был одет не в синий смокинг, а в обычную синюю футболку и джинсы с прорезями на коленках. Волосы тоже были наконец в человеческом виде, а не зализанные назад, как в прошлые дискотеки. Лохматым он ей нравился больше, это больше соответствовало его темпераменту. А то ишь какой отличник на олимпиаде. Внимание Рейнбоу внезапно переключилось на гитару, стоявшую рядом с мужчиной подле лавочки. И что это он задумал? —Соарин...— едва слышно произнесла девушка, восхищённая представленной сценой. —Садись, что ты как не своя,— улыбнулся мужчина, жестом указывая на место рядом с собой. Было заметно, что Вондерболт любовался девушкой в таком откровенном платье, он даже не пытался скрыть этого от неё. Рейнбоу чувствовала, как заливается краской. Что же это получается... Свидание? Она смущённо подошла к нему и присела рядом, оставив между ними расстояние в пол метра. Теперь она почему-то слишком волновалась, и хотя сердце, выпрыгивая из груди, твердило ей абсолютно противоположные вещи, девушка скромно старалась держаться смирно и не давать волю чувствам. Она совершенно ничего не понимала... Как же так вышло? Он правда приготовил ей всё это? Он хочет провести вечер с ней наедине? Поверить в это было почти невозможно: этот человек всю её жизнь казался ей таким непостижимым идеалом, далёкой звёздочкой в небе, до которой она не дотянется, на каком бы самолёте и с какими выкрутасами бы не взлетала. А сейчас он сидит рядом, улыбается, разглядывает её. На маленькой скрытой полянке, вдали от чужих глаз. Именно с ней, ни с кем-то другим. Неужели это не сон? —Хочешь сыграю что-нибудь?— наконец нарушил тишину мужчина. Рейнбоу завороженно кивнула и проследила взглядом за тем, как он берёт в руки гитару, затаив дыхание. —Будут пожелания?— улыбнулся он, наслаждаясь смущением, которое вызывал у неё. —Не знаю,— выдохнула девушка. Да как она может ответить, если все мысли совершенно отключились? Соарин пожал плечами, по привычке взъерошил рукой волосы и, быстро настроив гитару, пробежался рукой по струнам. —Ладно, тогда на моё усмотрение. И он, перебрав лады, завёл какую-то очень знакомую ей мелодию, заставив Дэш завороженно замереть и словно окунуться в другой, нежный и красочный мир, под аккомпанемент его прекрасного спокойного голоса.

Там, где кончаются истории про нас Там, где дыхание твое, как в первый раз Я шепчу: я— живой! То, что несется вслед за мной, Лишь отголоски от истории чужой.

Девушка знала эту группу, она была знакома с ней ещё с раннего детства, но подпевать некоторое время не решалась, потому что происходящее до сих пор перекрывало ей дыхание. Нет, милый, ты не прав, наша с тобой история только начинается. И она, закрыв глаза, слилась с его голосом воедино:

...Я разбрасываю камни, Я меняю города. Моя память— бесконечная струна. Там, где есть дыхание, не найти мостов Расстояния в жизнь разорваны под гром Не молчи, оживай Нас здесь нет, есть только рай Где кончаются истории, прощай...

Почему же он выбрал именно эту песню? Что она значила? Хотя, вероятно, он выбрал её просто так, потому что первой пришла в голову, и смысла придавать не стоило. Но девушка всё равно, окутанная атмосферой, пыталась найти в лирике ответ на свой вопрос. —У тебя очень красивый голос,— завершив мелодию, произнёс Соарин. Рейнбоу робко опустила глаза, не понимая, что с ней происходит. И куда девается её уверенность в такие моменты? —У тебя тоже,— тихо решилась добавить она. Мужчина усмехнулся и достал из кармана синий мальборо. Перед тем, как взять себе, он протянул пачку девушке, и та несмело приняла предложение. Он поднёс язычок пламени зажигалки к кончику её сигареты, а затем, как закурил сам, не задавая больше вопросов, завёл новую мелодию, в этот раз вызвавшую у девушки тихий смех буквально с первых аккордов. Ну это уже была классика всех лагерей. И, конечно же, она сразу же начала подпевать:

Так грустно в трехкомнатной квартире И плоские экраны уже не привыкают Самый несчастный в мире— нервы, сигареты Немного алкоголя, бывает Напротив пластиковых окон В выброшенном кресле живет простой бродяга Он пишет свои песни про скандалы в этих окнах Про килограммы пепла за год, но... Мы курим, вдыхая с этой смертью Те горькие минуты, те жалкие причины нашей лжи Но мы курим, хотим, чтоб было круто Умирая по минутам Ведь вместе с этим дымом мы не вдыхаем жизнь.

Девушка взглянула на Соарина, чьи руки были заняты гитарой, и дрожащими руками, очень сомневаясь в правильности действия, взяла из его губ дымящую сигарету, сбросила на траву немаленький столбик пепла и сразу вернула её на место. Мужчина с улыбкой кивнул ей и продолжил исполнение старой доброй песенки, а Рейнбоу ещё больше покраснела. Раньше она и не мечтала покурить вместе с кумиром, а сейчас... —Слушай,— после финального аккорда произнесла Дэш. —На предпоследнем костре Сильвер играл какую-то песенку, когда я пришла, и ты её подпевал. Ты знаешь её? Я всё хотела спросить название, но постоянно забывала, а текст не помню, чтоб поискать в интернете. Мужчина тряхнул головой и, сдвинув брови, поднял глаза наверх, очевидно, задумавшись. —Я, если честно, не помню, что он тогда играл, прости. Неужели тупик? Может она хоть одну строчечку вспомнит... И, с другой стороны, обидно. Она-то прекрасно помнила этот момент, вот только слов песни не знала: когда она, опоздав, пришла на костёр и присела рядом с вожатым, чтоб задать ему вопрос, а тот, не отвлекаясь от песни, обнял её, словно они сто лет были знакомы. Она этот момент никогда не забудет. И песня напоминала бы ей о нём каждый раз, когда она будет играть в плеере. Но Соарин неожиданно завёл мелодию, оставаясь всё с тем же задумчивым выражением лица. Неужели вспомнил? Стоило ему начать петь, Рейнбоу тут же узнала слова и быстро закивала. Да, это была она. Та самая песня. Слов она, конечно же, не знала, чтоб подпевать, поэтому ей оставалось только восторженно наблюдать за прекрасным исполнением кумира и наслаждаться его голосом. Почему-то на первом куплете он не сводил с неё глаз, и Дэш, затаив дыхание, вслушалась в текст:

Меня достал и этот город и дым, Я говорил тебе не раз: давай сбежим, Куда угодно, но только вдвоём, И что бы за спиной горел наш дом... Дорогой ярких звёзд, дорогой мечты, Построим город, где есть только я и ты... Ты говорила: это всё не всерьёз, Я оставался, ведь боялся Твоих слёз.... Здесь душно мне, послушно сердце Давит боль в самом себе. Я ухожу пока ты спишь...

Было слышно, что вожатый исполняет далеко не стандартную мелодию, а это значит, что он, скорее всего, намеренно изучал оригинальную. Как же красиво трек звучал в его исполнении, вот бы записать на диктофон, тогда не нужно было бы и скачивать. Всё равно никакие профессиональные музыканты не сравнятся с его голосом. Но она уже опоздала. Как-нибудь в следующий раз. —Группа All Is Illusion, название— "Пока ты спишь",— сказал Соарин, завершив мелодию.— Там есть акустическая версия и есть с ударными, двумя гитарами и экстрим-вокалом, но мне больше нравится первая. —Спасибо большое,— улыбнулась Рейнбоу и открыла сумку, чтоб достать телефон и сразу найти песню. И тут она вспомнила о главном. Из-за такого внезапного свидания она совсем забыла о том, что испекла ему пирог! —Кстати,— она осторожно взглянула на мужчину и достала из сумки контейнер с тремя кусочками.— Я тут тебе тоже небольшой сюрприз тебе подготовила. —Да ладно тебе!— с восторгом воскликнул Соарин, перебегая взглядом с подарка на девушку и обратно.— Мышка, ты золото! Рейнбоу смущённо улыбнулась и, решившись поднять на него глаза, протянула пирог в руки Вондерболту. Счастлив, как ребёнок, а вроде такая мелочь... Протерев руки друг о друга, мужчина с жадностью приступил к трапезе, а Дэш тем временем тихонько наслаждалась его довольным видом. —Целый день ничего не ел, вот это ты мне угодила!— с набитым ртом произнёс вожатый, и не очень понял, почему девушка от этого засмеялась. Тем временем она снова вспомнила его утренние слова, которые он сказал ей после демонстрации. "Ты проделала шикарную работу. И знаешь, у тебя большое будущее, малышка!". Что-то в них было до жути знакомое, словно она где-то уже слышала эту фразу. Но вот от кого? Или же... —А можно мне пока гитару?— внезапно выпалила Рейнбоу, ошарашенная своей догадкой. —А ты умеешь играть?— переспросил мужчина и, пожав плечами, протянул Дэш инструмент.— Не знал. —Я в группе играю,— с гордостью ответила Рейнбоу, и, не дожидаясь его реакции, с азартом забила по струнам, немного ускорив темп от того, каким он был у группы the Offspring.

Show me how to lie You're getting better all the time And turning all against the one Is an art that's hard to teach Another clever word Sets off an unsuspecting herd And as you get back into line A mob jumps to their feet

Во время исполнения её голос стал каким-то слишком настойчивым. Она словно вбивала его в голову мужчине, чтоб он вслушался в слова. Божечки, да насколько же идеально текст подходил к её ощущениям по поводу ситуации, происходящей с ней в лагере! А Соарин молча слушал, улыбался и кивал головой в такт. Конечно ты знаешь слова, сволочь, да ты сам сегодня отсылку сделал!

Now dance, fucker, dance Man, I've never had a chance And no one even knew It was really only you!

На последних строчках она сделала акцент ещё громче, чтоб мужчина понял её посыл. Да у неё действительно нет шансов попасть в команду из-за него! Спитфайр их обоих убьёт, если увидит их вместе! Тем более, она и так этим постепенно занимается, не давая ей спокойно тренироваться. Всё становилось на свои места. И едва она произнесла последнее слово первой половины припева, Соарин перебил её и, выразительно глядя ей в глаза, закончил вместо неё, и девушка с перепуга вернула темп в оригинальный, осознавая, как его голос похож на голос Декстера Холланда.

And now you'll lead the way Show the light of day Nice work you did You're gonna go far, kid.

—Trust decieved,— бросила она в конце, резко оборвав песню. Какая разница? Они всё равно перепутали припевы. —Не знал, что ты знаешь эту песню,— рассмеялся мужчина, а сердце девушки уже, казалось, горит ярким пламенем. —Знаю я эту песню, я на неё даже ремикс делала,— возмущённо воскликнула Рейнбоу, сама до конца не понимая, на что именно она сейчас так злится. А мужчину по всей видимости забавляла эта её реакция, так что он, справившись с последним кусочком пирога, сократил расстояние между ними и приобнял девушку за плечи. Вот тут уже её действительно бросило в жар, однако при этом она чувствовала, как постепенно успокаивается. Решившись, Рейнбоу сдалась и, поддавшись чувствам, положила ему голову на плечо. Как же она давно хотела это сделать! Соарин не сопротивлялся, наоборот: даже слегка погладил её по руке, одобряя её действия. Ну всё, назад пути нет. Она окончательно и по уши влюбилась в этого придурка. И что делать дальше? —Слушай,— спустя долгую минуту тишины решилась произнести она.— Я больше так не могу. Вожатый заметно напрягся и вопросительно наклонил голову. —Как— так? —Я совершенно ничего не понимаю,— выдохнула Дэш, понимая, что, скорее всего, поторопилась. Она совершенно не знала, какие подобрать слова, чтоб объяснить, что чувствует.— Ты как-то неоднозначно себя ведёшь. —А-а, я, кажется, понял, к чему ты,— кивнул мужчина, и девушка обратила внимание на то, как у него внезапно голос стал намного серьёзнее.— Хорошо, я скажу прямо. Хотя, я думал, ты давно сама всё понимаешь. Она подняла голову, решив выровняться, чтоб слушать его внимательнее, но Соарин почему-то нежно провёл рукой по её волосам, намекая на то, чтоб она вернула башку обратно ему на плечо и не дёргалась. Рейнбоу удивилась, но покорно послушала вожатого. —Ты прекрасно знаешь, кто такие Вондерболты,— начал свой рассказ мужчина.— В историю ты, как я думаю, ещё до занятий сама углублялась. Так вот. С тех пор, как сменилось управление и во главу команды стала моя подруга детства, я автоматически оказался подле неё, потому что для неё я был лучшим замом из всех возможных: мы очень давно работаем рука об руку. Мы ходили в один детский сад, затем в одну школу. Вместе задротили по самолётам и Вондерболтам, мечтая о том, как попадём в команду. Зная её характер, я не сомневался, что однажды она будет руководить Академией. Но не думал, что настолько скоро. Я делал ставку на Рэпидфайра, если честно. А он отказался сам, якобы потому, что ещё лет десять— и уйдёт из команды, ему-то уже под тридцатник. Говорит, хочет стать обычным пилотом пассажирских составов, а управлять— не для него. А Спитфайр, ровно как и ты, своей настойчивостью и талантами сразу бросилась в глаза предыдущему начальству, вот они её и поставили на своё место. Рейнбоу внимательно слушала, не особо понимая, к чему он клонит, особенно потому, что он был прав: она всё это прекрасно знала. Хотя в голове не укладывалось, что эти двое когда-то, как и она, были простыми фанатами команды. В её голове сразу промелькнула картинка, как он со Спитфайр после уроков собирались дома у одного из них и смотрели представления, представляя себя в синих костюмах с жёлтыми молниями. Забавно. —Мы через всю нашу жизнь прошли вместе,— продолжал Соарин.— Она была моей лучшей подругой. Но, знаешь, есть у неё одна дурацкая черта. Собственничество. Я никогда не смотрел на неё, как на девушку. Ну сама посуди: характер бойкий, короткая причёска, а уж ситуации, когда мы с ней на каких-нибудь футбольных матчах сидели, пили пиво и орали во всю глотку, окончательно вбили в мою голову представление о ней скорее как о кореше, чем как о женщине. Да она мне раньше ближе Сильвера была, я тебе клянусь. И вообще я думал, что она лесбиянка! Рейнбоу не сдержала смешка, но, поняв, что это совершенно неуместно, прокашлялась и продолжила слушать. —Как любому красивому и достаточно популярному в школе парню, а ты не будешь спорить сейчас, что я красивый,— Дэш на этих словах залилась краской и спряталась носом в его волосах,— мне, конечно же, в течение подросткового возраста хотелось закадрить какую-нибудь популярную девчонку. Мозгов тогда не было, чтоб понять, что любить нужно душу, а не внешность и статус, да и стереотипы, знаешь ли. Вот я, как капитан школьной команды, начал бегать за одной юбкой. Была одна там, стервочка такая, но зато статусная. И вот как ты думаешь, что сделала бы лучшая подруга, если бы её друг детства захотел влюбить в себя красотку? —Ну...— протянула Рейнбоу, вспоминая эпизоды со своей жизни.— Я всегда давала друзьям-парням советы от лица девушки. Что нам нравится, как себя вести. —Вот-вот. А что делала Спитфайр? Да она как сторожевая собака отгоняла от меня всех представительниц прекрасного пола! Она их распугивала, Рейнбоу. И так не только в детстве, в шараге в том числе. При том, что сама встречаться со мной не хотела. Обычно так старшие братья поступают, ну правда! Это первое. Ты уже поняла, к чему я клоню. Рейнбоу кивнула, переваривая услышанное. —Дальше мы стали коллегами. И теперь мне ухаживать за девушками было ещё более невозможно. А почему? А потому, что команда аэробатов "Вондерболты" в Эквестрии считается самой востребованной в спортивной индустрии. Единственная вот такая дурацкая страна, где основной вид спорта— не футбол, а открывают статусные мероприятия, в том числе, и в королевском дворце, не музыканты и не танцоры. И наши имена известны в каждой деревне, не то что в больших городах, и я уже не говорю про Кантерлот и Клаудсдейл. Мы всегда под вспышками фотокамер. Нас со Спитфайр видят единым целым, и постоянно ходят слухи о том, что мы женаты. Это знаешь... Это как принцессы, которых в старые времена выдавали замуж за принцев без права выбора. В каждой первой сказке с таким сюжетом кто-то возьми да и влюбись в простого смертного, а потом разваривай последствия. Статус. Грёбанный статус— единственный минус моей работы. Я забыл о настоящей жизни. Всё фальшивое, даже женщина рядом фальшивая. Но для журналистов и ушей простого народа нужно держаться того, кем они тебя видят. Рейнбоу заметила, что Соарин словно загрустил от своих же слов, поэтому теперь уже она, стараясь его утешить, погладила его по волосам. Он на мгновение прикрыл глаза, словно котик, и поднял подбородок. Дэш заметила, как по его коже пошли мурашки, поэтому решила не останавливаться. —Так вот,— собравшись с мыслями, наконец произнёс вожатый.— Собственно, делай выводы сама. Это всё, наверное, ты и сама знаешь, но сопоставь свой вопрос с моей историей— и ты сама догадаешься, ты девочка умная. Поэтому на глазах у людей я с тобой почти не общаюсь, как сегодня, когда подослал Тандерлейна. Мне не нужны слухи. И мне не нужен скандал от Спитфайр. Возможно, я просто слабак, раз не могу объяснить начальнице, что имею право на личную жизнь. Я просто не знаю, что будет, если я расслаблюсь. Я боюсь этого. Потерять лучшую работу в моей жизни. Я не хочу, как Рэпидфайр, переправлять пассажирские самолёты из страны в страну целыми сутками. Мне нравится желать шоу, нравится своя популярность, и даже нравится это проклятие в виде статуса. Надеюсь, ты отнесёшься к этому с пониманием. Я хочу проводить с тобой время. Ты очень классный человек во всех смыслах. И это сейчас тебе, наверное, странно слышать от своего кумира, но я тобой восхищаюсь. Твоим темпераментом и целеустремлённостью. Тем, как ты отдаёшься своему делу, как готова идти напролом. Но при этом не становишься такой злюкой, как Спитфайр, и стараешься со всеми дружить. Я ведь обращаю на это внимание, ты уже пол лагеря в свои друзья забила. И самое главное— то, как ты поступила в критической ситуации. Не сдалась, не убежала, не паниковала. Ты рискнула жизнью, но вытащила меня из горящего самолёта, преданно дотащив до скорой, и не отходила от меня, пока была возможность. Я твой герой, а ты мой. Рейнбоу закрыла глаза, положив руку ему на грудь. Соарин тоже на несколько минут замолчал, и в этой тишине, нарушаемой разве что едва уловимой музыкой, доносящейся с дискотеки, она слышала биение его сердца. Она всё ещё не верила в происходящее, но и думать об этом не хотела. Будет ещё время. —Там, вроде, медляк играет,— прошептал Соарин, вслушиваясь в мелодию.— Можно я приглашу тебя на танец? —Но ведь почти не слышно,— сорвавшимся голосом произнесла Рейнбоу. —А ты создай свою музыку. Слушай, что играет в сердце. С этими словами он осторожно встал и галантно протянул ей руку. Дэш, не верящая своим глазам, не долго раздумывая приняла приглашение, накрыв его тёплую ладонь своей. Он отвёл их руки в сторону, другими же пара обняла друг друга со спины, и они, закрыв глаза, слились в спокойном медленном танце. Казалось, будто даже ритмы их сердец подстроились друг под друга. Они были единым целым. Но до чего же Рейнбоу сильно дрожала... Как же так всё выходит? Она танцует со своим кумиром. Мужчиной с обложек. А он-то на самом деле абсолютно живой человек. Со своими эмоциями, дурацкими привычками, не заправляющий постель и разбрасывающий одежду и упаковки чипсов по комнате. С таким же обыкновенным прошлым простого мальчишки. И все фанатки видят в нём звезду экранов, а ей выпала честь увидеть человека. Девушка прижалась к нему ещё сильнее, стараясь максимально погрузиться в этот момент, потому что он точно запомнится ей на всю жизнь. Что же будет с ними дальше? Раз он к ней всё-таки что-то чувствует, как прятаться от его сторожевой собаки и не давать ему проиграть в этой партии свой статус? К сожалению, время танца пролетело слишком быстро. Прошло минут пять, а для Рейнбоу они показались одним моментом. Сердце желало ещё, и так не хотелось его отпускать! Но навязываться было ещё хуже. Ведь всё это было таким хрупким, что казалось, одно её неверное действие— и мужчина потеряет в ней интерес. Ведь сколько в его фанбазе было симпатичных девушек, метящих на это место! Нет уж, она его никому не уступит. И будет биться до конца. Потому что теперь она уверена и в себе, и в чувствах их обоих. Теперь она знает, что ей есть за что сражаться с самой собой и с обстоятельствами. Соарин вернулся на своё место, и девушка тихонько присела рядышком, теперь уже достаточно близко, так, что её коленка касалась его ноги. Мужчина достал ещё две сигареты, протянул одну девушке, и когда их лёгкие наполнил первый дымок никотина, он снова взял гитару и спокойно запел:

Чуть левее центра груди Забыть нельзя – вернуть невозможно Дотянуться до края Земли Отмотать и найти себя в прошлом Разбитой головой, развенчанный весной Я глотаю воздух, я срываю звёзды Я слышу голос твой! Разбитой головой Я срываю звёзды, я глотаю воздух Рваные килогерцы, не звучит моё сердце Рваные килогерцы, не звучит моё сердце Ему незачем быть, ему некуда деться.