How to Manage Your Trash Goblin

У Бакуго Катсуки есть выключатель. У Бакуго снова приступ бешенства. На сей раз его гнев направлен на Тодороки. Бакуго — это стихийное бедствие, смертоносное, громогласное и взрывное бедствие, и большинство его одноклассников уже давно научились просто-напросто закрывать на это глаза. — Хочу кое-что попробовать, — заявляет Киришима, который вместе с Каминари сидит по другую сторону класса. — Чел, держись-ка ты от него подальше, — возражает ему Каминари. — Ты, может, и несокрушим, но с этим лучше не шутить. Тот кивает в знак согласия. Денки прав. Они пока не нашли вообще ничего, что Бакуго, при большом усердии, не смог бы разнести в щепки. И Киришиме, пожалуй, не стоит проверять, является ли его собственное тело исключением, подтверждающим правило. А с другой стороны… — Я хочу попробовать, — говорит он. — Во имя науки. — Бро, твои научные познания даже хреновее моих. — Да спокойно, я могу быть очень даже научным, если захочу, — возражает Киришима, а затем поднимается с места и движется прямо к эпицентру переполоха. — Hoe don't do it!* — Каминари восклицает ему вслед, но Эйджиро, даже не оборачиваясь, демонстрирует ему средний палец. Катсуки размахивает руками резкими, взрывоопасными жестами и бомбардирует матом парту, за которой сидит Тодороки. Судя по едва внятному содержанию воплей между руганью, Шото, по-видимому, «смотрит свысока» на Бакуго, потому что никак не отвечает на его тирады. Остается только догадываться, что изначально вывело его из себя. Тодороки откровенно игнорирует спектакль перед своей партой, пытаясь вместо этого вести беседу с растерянным Изуку. Должно быть, это тоже задевает Бакуго, и он периодическ угрожает «добраться до Деку позже». Хотя, если начистоту, разве он хоть когда-нибудь впадал в истерику, так или иначе не виня Мидорию во всех грехах этого мира? Припадок Катсуки едва ли не достиг своего апогея («-надеюсь ты блять в курсе что я не дам тебе куску половинчатого шраморожего дерьма просто так съебаться с единственной гребаной конечностью блядским чудом уцелевшей после того как я-»), когда Киришима, уворачиваясь от одного из мощнейших взрывов, наклоняется вперед и едва ощутимо чмокает Бакуго в щеку. Бакуго остолбенел. Все вокруг затихло. Тодороки и Мидория с вытаращенными глазами переводят взгляды с Киришимы на замершего Бакуго и обратно. Весь класс, затаив дыхание, пялится на них в ожидании чего-то ужасающего. Эйджиро беззвучно считает до десяти, на всякий случай активируя свою причуду. Катсуки, наконец, опускает поднятые руки. Затем он молча поворачивается и, не глядя на Киришиму, возвращается за свою парту. Он просто тихо сидит, с выражением абсолютной потерянности на лице. Проходит минута. Две. Пять минут. За все время Бакуго и бровью не ведет. Привычные галдеж и живость постепенно возвращаются в класс, но Бакуго так и остается сидеть неподвижно, не говоря ни слова, игнорируя чье-либо присутствие. — Oh my God,* — восклицает Каминари, как только Бакуго покидает класс в начале обеденного перерыва. Киришима усмехается.

***

После обеда Бакуго вновь становится самим собой, скандируя оскорбления во всех направлениях и разбрасываясь пылкими приступами гнева в ответ на всякое дерзкое словечко в свой адрес. Попробовать снова Киришима отваживается только на следующей неделе, когда тот едва не применяет физическую жестокость на Тсую, потерпев от девушки-амфибии поражение в борьбе на руках/языках. Невесомый поцелуй в щеку, и Бакуго останавливается как вкопанный. Спустя пару секунд он выпрямляется и тихо возвращается к своей парте все с тем же оторопелым взглядом. Вскоре это становится привычным для всех явлением. Ребята позволяют Бакуго буянить, как обычно, в пределах разумного, но как только он начинает опрокидывать парты или создавать недопустимо большие и опасные взрывы, Киришима тут как тут. А если нет, то кто-нибудь за ним сгоняет. Сам Катсуки никогда позже об этом не упоминает. Спустя время Киришима начинает экспериментировать. Чмок в щеку обеспечивает мир и покой на ближайшие два часа. Поцелуй в ухо продлевает до четырех. Поцелуй в губы усмиряет Бакуго до самого конца дня. Это премного эффективно, но неудобно, когда позже в этот же день у них есть практические занятия. Эйджиро отмечает для себя, что если схватить Бакуго за одну из рук, которыми он агрессивно жестикулирует, Бакуго тоже успокаивается, но лишь на время, пока Киришима рядом. Он мастерски справляется с тем, чтобы держаться с Катсуки за руки настолько долго и настолько часто, насколько потребуется. Иногда он сжимает ладонь, и Бакуго сжимает в ответ. У Бакуго Катсуки есть выключатель. Киришима Эйджиро — выключатель Бакуго Катсуки.