Find you

Иногда между страшной катастрофой и возможностью избежать столкновения — лишь один удар сердца. Целая жизнь может зависеть от одного дюйма. Или секунды. Или стука в дверь.

      После очередной ссоры с Юнги, я снова осталась одна. Он всегда прикрывался охотой, когда речь заходила об отношениях.       Спустившись на кухню, я начала рыться по всех ящиках и в холодильнике. В итоге достала с верхней полки пачку попкорна и закинула его в микроволновку. Пока он разогревался, что-то упало на втором этаже. Я не спеша, медленно поднялась на второй этаж и увидела, что окно было открыто и от ветра упало яблоко. Подняв его и, вытерев об свою футболку, укусила его и закрыв окно, спустилась обратно на кухню. Достала попкорн и полезла в морозильник за мороженным. Достав его, я начала свои жалкие попытки разрезать тубус вкусняшки. Тут послышался звук открытия входной двери.       Неужели парни так быстро вернулись? Слабенький вампир? Или упустили его?       Подойдя к входной двери, я никого не увидела, а сама дверь была наглухо закрыта. Тогда я вернулась обратно, все-таки разрезала мороженое и пошла со всеми вкусностями в гостиную смотреть фильм.       Где-то на середине фильма я опять услышала звук открывающейся двери. Не выпуская из рук тарелку с попкорном, пошла на звук. И на этот раз дверь была закрыта. Сев обратно на диван, я опять услышала что-то. На этот раз, это было что-то похожее на звуком падающего кухонного ножа на пол. Зайдя на кухню меня что-то впечатало в холодильник. Он закрыл мне рот рукой, а второй сжимал левую руку. Когда я открыла глаза, чтобы увидеть кто это — он исчез, как будто его и не было.       Мне это не нравится! Если это шуточки Юнги или Хосока, то они пожалеют, что на свет родились! Я это не спущу им с рук!       Отдышавшись, я включила свет на кухне и гостиной и села дальше за просмотр фильма, но естественно фильм меня больше не интересовал. Я была напряженна и вслушивалась в каждый шорох. Долго ждать не пришлось, кто-то постучал во входную дверь. — Кто там? — я тихо и очень осторожно подходила к двери.       В ответ тишина. Мне стало не по себе и страшно. В дверь опять резко постучали и я, от неожиданности, схватилась за сердце. Глазка в двери не было, поэтому единственным вариантом узнать, кто же там, это — открыть дверь. Я открыла дверь и увидела высокого парня. Его лицо почти не видно, поскольку свет падал ему на спину. — Что Вам нужно? — нахмурив брови, я пыталась рассмотреть его.       Парень все так же стоял и молчал. Тут его глаза загорелись пурпурно-алым и я застыла на месте. — Ты! — хватая меня за шею и в секунде перемещаясь на стену в гостиной, крикнул парень. Он прислоняется к моему уху и что-то шепчет. — Мне нужна твоя помощь…       Потом он отпускает меня и, проведя пальцами по шее, кусает её. Резкая, отнимающая боль. Парень сделал несколько глотков и отстранился от меня. — Как ты посмела дать себя укусить ему? Этот жалкий дампир не имеет права к тебе прикасаться! — прошептав это, парень исчез как будто его и не было совсем. А я сразу же подорвалась с места и побежала в ванную за аптечкой, чтобы перевязать укус. Но, как только я зашла в ванную, включила свет и посмотрела в зеркало, укуса не было.

***

       Спустя несколько дней, после нападения того парня, мне приснился очень странный сон. Играла приятная мелодия, Хосок с луком, Юнги играющий на фортепиано, Чимин с завязанными глазами и привязан к двери, потом он снял повязку и из его глаз потекли кровавые слёзы. Они все были в небольшой зале, где было много картин и статуй. Потом к ним присоединилось ещё несколько человек: двое мужчин и два парня, среди которых был и мой недавний гость. Не знаю к чему этот сон, но у меня складывается впечатление, что они все знакомы. Как говорил Хосок, он раньше работал на семью Ким, думаю это они и были в моём сне.       Выйдя из ванной комнаты, я услышала тихие стоны внизу. Спустившись на кухню я увидела окровавленного, избитого Юнги и полуживого Хосока, который из-за бессилия не может стать человеком и должным образом залечить свои раны. У Юнги была глубокая рана в левом боку. Он стонал, зажав во рту тряпку и лил дезинфицирующее средство себе на рану. Я сразу же принялась надавать первую помощь Юнги. Обработав все его раны и перебинтовав его торс, я помогла ему дойти к спальни. — Хен… — еле слышно сказал Юнги. — Не говори сейчас. — ответила я и уже собралась покинуть его спальню, как он снова заговорил. — Тэхён в городе… — сказал он и отключился.       Значит мой недавний гость — Тэхён? Ну что ж, Тэхён, буду рада снова встретиться с тобой.

*** POV Тэхёна ***

      После встречи с Хенни на улице, меня не покидал привкус её крови во рту. Каждое утро я просыпался от жажды и соленого привкуса. Я несколько дней боролся сам собой. Сообщив Чимину, что я встретил её, он приказал следить за ней ибо он все равно не может почувствовать её присутствие. Спустя месяц я не стал больше сдерживаться и пришёл к ней. Когда я прокусил её тонкую кожу на шее и сделал первый глоток горячей крови, мне полегчало. Тогда я сделал ещё два глотка и увидел возле своего укуса следы других клыков. Это был укус Юнги. Этот ублюдок посмел укусить её! Как не странно, но когда я укусил Хенни, Чимин почувствовал её боль. Он стал чувствовать её присутствие!       Теперь мне осталось только переметнуть её на нашу сторону и подготовить к встрече с братом. Но сначала мне нужно спасти отца! Возможно Хенни мне в этом поможет. Нужно лишь приложить усилия.

*** Конец POV Тэхёна ***

— Что с ней случилось? — спросил помощник патологоанатома. — Вор напал. — ответил Хосок. — Не всегда это, конечно, приводит к летальному исходу. — вздохнула я. — На этот раз не повезло. Он был серьезно настроен. Она решила постоять за себя и не идти на уступки жалкому воришке. — И ткнул… — перебил нас патологоанатом и начал считать. Он наступил ногой на кнопку, раздался щелчок, и на соседнем столе заработал маленький диктофон, — пять раз. Три ножевых ранения в переднем левом грудном отделе. Первое между четвертым и пятым межреберным пространством, на границе левой груди, ближе к центру грудной клетки, длина раны два и две десятых сантиметра; второе и третье пришлись на шестое межреберное пространство в районе нижнего отдела грудной клетки, в середине левой груди, раны идут внахлест, каждая — по три сантиметра. С левой стороны в переднем отделе грудной клетки во втором межреберном пространстве ранение длиной два сантиметра, другое ранение длиной пять сантиметров и максимум один и шесть десятых сантиметра в глубину в переднемедиальной поверхности левой дельтовидной мышцы, рана резаная. Все повреждения грудной клетки представляют собой глубокие ножевые ранения. Больше видимых повреждений на теле нет. — Он убрал ногу с кнопки. Хосок заметил маленький микрофон, который висел на шнурке прямо над столом для бальзамирования. — Так вы еще и коронер? — спросил Хо. — Коронер — это у нас должность государственная. — сказал помощник. — Его обязанность — пнуть труп. Если труп не ответит ему тем же, он подписывает свидетельство о смерти. А он, так сказать, патологоанатом. Он работает на окружного судмедэксперта. Производит вскрытие и берет ткани на анализ. Раны он уже сфотографировал.       Патологоанатом не обращал на нас внимания. Он взял большой скальпель и сделал широкий и глубокий V-образный надрез, так что линии шли от ключиц, сходясь внизу грудины; затем он превратил V в Y, сделав еще один глубокий надрез, который шел от грудины и заканчивался в районе лобковой кости. Потом он взял маленькую тяжелую хромированную дрель с круглым режущим диском на конце размером с медальон, включил ее и распилил ребра по обе стороны грудины. Хе Вон раскрылась будто сумочка. Я тут же почувствовала легкий, но неприятно въедливый, острый мясной запах. — Я думал, хуже будет пахнуть. — сказал Хосок. — Она еще свеженькая. — сказал работник. — Да и кишки целы, поэтому дерьмом не пахнет.       Я не выдержала и выбежала на улицу. Не могу там находиться: баночки, скальпеля, грязный пол, вонь формальдегида и лежащая на столе Хе Вон. Вон только вчера я с ней смеялась и убегала от злого Юнги, а сегодня она уже лежит с распоротой грудной клеткой на столе у патологоанатома.       Слёзы потекли сами собой. Морозный ветер обжигал моё мокрое лицо, обездвиживал мои руки, но я продолжала вытирать слёзы и реветь. Слишком больно и невыносимо. Неужели это Тэхён с ней сделал?       Тем временем патологоанатом отсек кишки, лежавшие в животе, под желудком, в глубокой тазовой полости. Пропустил их, фут за футом, между пальцами, сказал в микрофон, что они в «нормальном состоянии», и отправил в ведро на полу. Затем он откачал вакуумным насосом кровь из грудины и измерил ее объем. Потом осмотрел грудину изнутри. И записал на диктофон: — В околосердечной сумке имеется три разрыва, заполненных свернувшейся кровью.       Он крепко зажал сердце в руке, повертел, осмотрев со всех сторон. Потом наступил ногой на кнопку и сказал: — В сердечной мышце имеется две раны: первая размером полтора сантиметра в правом желудочке, вторая размером один и восемь десятых сантиметра в левом желудочке.       Патологоанатом удалил легкие. Левое легкое было проткнуто и наполовину опало. Он взвесил легкие, потом сердце, потом сфотографировал раны. От каждого легкого он отрезал по кусочку и положил в банку. — Формальдегид. — шепотом подсказал мистер Ибис.       Мужчина удалил у Хе Вон печень, желудок, селезенку, поджелудочную железу, обе почки, матку и яичники; при этом он продолжал говорить в микрофон, комментируя все свои действия и наблюдения.       Он взвесил все органы и описал их состояние как нормальное и без повреждений. От каждого органа он отрезал по кусочку и все образцы поместил в баночки с формальдегидом.       После работник морга взял удаленные органы и заботливо сложил их обратно в тело. Вернул на место кишки, закрыл грудину и стянул края кожи. Потом взял толстую иголку с ниткой и быстрыми, ловкими движениями зашил труп.       Я вернулась обратно, когда Хе Вон уже сожгли и её прах уютно разместился в маленькой баночке. Всю дорогу обратно мы молчали, даже радио не включили в машине.

*** Несколькими часами ранее ***

      Юнги раскрывает широко рот и его клыки, которые на кончиках раскалились, вырвались наружу. Он разодрал своё запястье и быстро приставил его ко рту Хе Вон, но было уже поздно. У меня стал ком в горле. Юнги быстро подрывается с места и начинает всё крушить вокруг. Он плачет. Я впервые увидела на его лице слёзы горя. Он не переставал менять место своей локации и ломать всё, что попадалось ему на глаза. Пока я не обняла его сзади. Он остановился и тяжело задышал. После повернулся ко мне лицом и обнял в ответ. Тогда он продолжил плакать, а его слёзы мочить мою шею. Он стоял, обнимая меня, и зарывшись носом в мои короткие волосы, тихо всхлипывал.        Меня волновал лишь один вопрос: где была я, когда Тэхён убивал Хе Вон? Я была в своей комнате, но я жива, в отличии от неё. Почему он не тронул меня?

*** POV Юнги ***

      Стоя на холме с Хенни, я мысленно вернулся в недавний разговор с Хе Вон. Сейчас, развивая её прах на морозном ветру, единственное, что осталось от неё — это вечные разговоры и нравоучения к которым мне не было дела. Эта девчён… Нет, эта прекрасная женщина многому научила меня. Она всегда поднимала мой боевой дух и пинала ногами, чтобы я двигался дальше. Чтобы не стоял на одном месте и не жалел об упущенном или содеянном. — А что ты собираешься делать с Хенни? — закинув ногу на ногу, спросила меня Хе Вон, когда мы следили за очередным вампиром. Ей тогда было скучно и она решила поохотиться с нами. — Ничего. — я лишь фыркнул в ответ. Я знал, что она сейчас начнёт меня переубеждать и, в какой-то степени, унижать. — Бедный мой Юнги, ты же сам знаешь, что усложняешь ей жизнь. Зачем тратить столько сил? — Я не позволю этому случиться! — я еле сдерживаюсь. Не люблю об этом разговаривать. — Все сулит о исполнении её долга! Она обязана выполнить его! Если ты и дальше будешь ей мешать, то в следующей жизни Чимин разорвёт тебя в клочья! — чуть ли не подрываясь с места и не срывая нам слежку, она вспылила. — Что? Он меня разорвет? Хаха, не смеши меня! — Он уже достаточно силён, да и дампиров он имел опыт убивать. — Меня он не убьёт! Я слишком особенный! — Это ты сейчас о своём отце пиздишь? А знаешь ли ты истинную причину своего рождения? — сделав тягу травки Хосока, спросила она. — Я родился как и все обычные дампиры! — Нет дорогой! Он произвел тебя в этот мир, дабы ты помог Чимину с его суженной выполнить их долг. Ведь он никак не мог закончить то, что ему было велено. Поэтому родился ты вместе с Хенни спустя несколько столетий, которые Чимин провел в примирении со своей судьбой! Именно ты и должен отдать Хенни Чимину и позаботиться об их счастливой жизни! — Однажды они были вместе, но почему-то Хенни умерла так и не став вампиром! — в ответ съязвил я. — Тогда было ещё рано. Кровавая луна не взошла! — Все дело в ней? — она положила руку на моё плечо и спросила максимально тихо. — Возможно…

*** Конец POV Юнги ***

      С похорон Хе Вон, если можно так назвать развеивание праха с горы, прошло около двух дней. За всё это время ни я, ни Юнги и даже Хосок, не сказали ни слова. Нам было больно и одиноко. Ричард — парень Хе Вон, так и не явился к нам. Скорее всего его поймали охотники и убили. Два дня мы не виделись: Юнги закрылся в своём кабинете, Хосок в своей комнате покуривал травку, а я сидела у себя и пила. Пила до отключки сознания. — Я знаю какой Юнги бывает занудный, а ещё я знаю как он дорожит тобой, — заглядывая мне в глаза, сказала Хе Вон и начала ожидать от меня ответ. — Я… Я это знаю… — Но тебе хочется больше чем просто заботы? — Да. — У тебя есть тот, кто тебя любит. — положив свою руку мне на грудь, в область сердца, ответила вампирша. Потом она медленно поднялась к моей ключице и ушла.       Она была для меня старшей сестрой, которая знала о мне больше, чем я сама. Она умела подбирать правильные слова и поддерживать. Хе Вон рассказала мне то, что от меня скрывали парни. И теперь мне пора действовать. Я должна закончить начатое и оправдать её надежды. — Не угостишь?       Из мыслей меня вырвал Юнги, который минут пять стоял у моей двери и только сейчас решился войти. — Здесь немного осталось. — я подняла вверх бутылку с алкоголем и, немного взболтнула её, показывая сколько осталось виски. — Мне много не нужно. — садясь на пол, рядом со мной, ответил парень. — Я здесь немножко поразмышлял на счёт твоей безопасности.       По Юнги сразу видно, когда он делает то, что не хочет делать. Вот как сейчас: не смотрит в глаза, переминает пальцы на руках, чешет затылок и дрожь, у него в голосе присутствует маленькая дрожь. Это свидетельствует о его контроле над собой. Он пытается говорить спокойно и мягко, но это плохо получается. Сейчас он хочет протестовать и делать так, как хочет, но не может. — И что же ты решил? — протягивая ему полупустую бутылку, спросила я.       Юнги допил остатки виски, отставил в сторону пустую бутылку и, прочистив горло, ответил: — В собственности Хосока есть Шале в Альпах… — Где это? — В восточной Франции. — подняв взгляд, уже более спокойно ответил Юнги. — Круто! Наш Хо богатенький буратино! — Так вот, к чему я затеял этот разговор. — теперь он чувствует себя более уверенно. Значит знает, что делает. — Ты не против отправиться туда и немного отдохнуть? — С радостью! — у меня нет ни настроения, ни сил сейчас ссориться с Юнги. — Альпы? Это прекрасно! Всегда хотела покататься на сноуборде во Франции! — Ты не против? — Я сама хотела у тебя отпроситься, думала поехать куда-то на Бали. Там солнечно и вряд ли будут вампиры. — Отличная мысль. Тогда завтра Хосок расскажет тебе всё и решай когда будешь готова ехать.       Тогда Юнги похлопал по моему плечу и ушёл. Разговор окончен и я снова погрузилась в свои мысли. Может, так будет лучше…