Король Хаффлпафа

      – Кого вижу! Стиви! Король! Харрингтон!       По всей видимости, Распределяющая шляпа иногда склонна ошибаться. Вот, например, этого расплывшегося в слащавой улыбке хмыря ей бы стоило впихнуть (именно так) на Слизерин. А она чего? Гриффиндор.       По скромному мнению Стивена Харрингтона, смелостью и честностью, так ценящимися на красном факультете, в Билли Харгрове и не пахнет. Но, зато, серьезно, вы посмотрите: сколько яда и изворотливости! Как по Стиву, в этом случае распределения и вопросов возникнуть не должно было.       Но, окей, это останется на совести Шляпы. А Билли может засунуть свое самомнение – подумать только, попал туда же, куда и его родители! – поглубже.       Стиву все равно.       – Стиви! Защитник! – Билли надрывает горло, свесившись с лестницы, и Харрингтону совершенно не хочется поднимать голову. – Вихрастый!       Между ними что-то, что граничит с ненавистью, безразличием и неприятием. Они как взаимно отторгающие и одновременно притягивающиеся частицы. И Стиву факт их притягивания совсем не нравится. Абсолютно.       Он ловит Дастина под локоть, стискивает чуть сильнее, чем стоит. Мальчик дергается в сильных руках, поднимает непонимающий взгляд, зависает на пару секунд.       – М?       – Просто давай слиняем отсюда, мне надоело.       Харрингтон торопит чужой шаг, сбегает по ступеням так позорно быстро, но – знаете что? – к черту общественное мнение!       – Подожди! – следом за Дастином устремляются Уилл и Майк, откуда-то из галереи справа появляются Джейн и Макс.       Дети облепляют Стива со всех сторон, а он молча петляет коридорами, ища наиболее безопасный путь к выходу из Хогвартса. После произнесенных приторно-противным тоном звуков собственного имени так чертовски необходимо подышать чистым воздухом.       – Мерлинова борода! – брякает Дастин при взгляде на его лицо. – Ты красный, как рак, Харрингтон... Ты же не...       Стив молча наматывает вокруг говорливого рта ярко-желтый шарф. А потом шипит рассерженной коброй:       – Лучше бы Билли письмо из Хогвартса никогда не приходило!       – Это уж точно, – скромно кивает Макс, держась за руку Лукаса. – Всем было бы проще.       – Мерли-и-ин, – стонет Харрингтон и меняется в лице: – Только не говорите, что вы... Мне же тогда и вас прикрывать придется.       – Тяжела доля ня..., – пытается пробурчать Дастин, но точное движение руки исправляет положение.       Стив встревоженно ловит себя на мысли о том, что, кажется, теряет ситуацию (все) из-под контроля.

***

      Потеря контроля над мелкими – ха, смешная шутка. Стив убеждается в том, что его обвели вокруг пальца, когда опять начинаются неприятности. В тот вечер в их гостиной снова пахнет выпечкой, и расслабленный Дастин подсчитывает трещинки на потолке, сонно выдает фразочки из заученного конспекта. Все идет хорошо, и на душе у Харрингтона расцветает весенняя сирень, лекции пишутся, а палочка не пострадала в последней потасовке с Билли.       – Уилл пропал! – дверь в спальню мальчиков практически слетает с петель. – Слышите?       На пороге – взволнованный Джонатан, вихры торчат в разные стороны, а свитер на груди растянут настолько, что видно светлую кожу и выпирающие ключицы. Наверное, Нэнси Уиллер с Рэйвенкло на них поведется.       Дастин вскакивает с дивана в чем был.       – Бежим, – хватает палочку, шарф и для полноты ощущений Стива за кисть. – Друзей не бросают.       Возмутиться, что Стив, как бы, им не совсем друг, и что ему и своих проблем хватает, получается только на лестничной клетке. Харрингтон пытается утихомирить огонь в душе и бездумно рвущегося на запретную территорию Хендерсона. Получается из рук вон плохо.       – Нам нужен план, чтобы не сдохнуть! – повышает голос он, и Дастин (а с ним и остальные) замолкают. Прислушиваются, как к голосу разума. – Так вот... Вначале, мы...       – А еще в подвале демопсы завелись, – добивает Джонатан, вперившись взглядом в стену.       Стив замирает на полувдохе – какой тролль ударил Байерса-старшего по голове? Он мог сказать позже? Он мог сказать об этом ему? Нэнси? Кому-то, кто не является кучкой играющих в героев детей?!       А?       Проходит секунда, другая, в коридоре висит бездушная, тяжелая, гнетущая тишина. Стив выдыхает сквозь зубы, старается так же незаметно вдохнуть. Заносит руку для привлечения внимания.       – Демопсы?! – медленно переспрашивает Дастин, и лицо его меняет окраску. – Мы...       – Нет!       – Ребята,...       – Нет!       Дети поворачиваются всей гурьбой – и человеческой лавиной стекают по ступеням. Стремительно, быстро, даже за ладонь не поймать.       Очнуться получается, когда коридор возле гостиной Хаффлпафа уже пуст, и только Джонатан по-прежнему тускло и бездумно мозолит глазами стену.       – Блять! – взрывается Харрингтон и толкает его в плечу. – Перестань быть амебой, Джо!       Байерс переводит на него олений взгляд – хаффлпафский свитер висит на нем ненужной тряпкой и словно давит на плечи, заставляя горбиться и прятаться под его тяжестью.       – Беги за Нэнси, встретимся в подземельях. – Стив подталкивает его к лестнице, но в последний момент цепляется в рукав. – И не дай Мерлин вы потеряетесь по дороге!       Джонатан кивает и срывается с места. Бесшумно, как гребанная лань.

***

      В подземельях сыро, темно, а еще удивительно скорбно. Серые стены, неверный свет, и палочка тонкой веткой дрожит в пальцах. Стив патрулирует коридоры, ориентируясь на далекие звуки и беспрестанно мысленно бранясь.       Чертовы дети. Чертов замок. Чертов Байерс. Чертовы демопсы – и чертово, к слову, практически все.       Дастин вылавливает его прямо перед носом демопса. Затаскивает в один из кабинетов, вместе с остальными баррикадирует дверь.       – Что за?.. Какого?       – Простого, – дети деловито пожимают плечами, поддерживают подпирающий дверную створку комод. – Мы, кажется, в курсе, где Уилл. Но до него не добраться.       – Вы же несерьезно сейчас?       У Стива в голосе нотки бесконечной усталости, остатки грусти по спокойным будням и прямо-таки родительское неодобрение. Он считает взглядом макушки, находит все и кивает в сторону прохода.       Снова ему, как няне года, разгребать. Интересно, а Дамблдор накинет пару десятков баллов его факультету за такое рвение? Или, может, премию учредит за воспитание подрастающего поколения?       Хоть какой-то результат.       – Сидите здесь до прихода Джонатана и Нэнси. Дверь крепко держать.       – А ты?       – А я к Уиллу. Преподавателям скажите, где нас искать.       В голове бьется очумелое "один не вывезу" – а руки уже расшнуровывают мантию. Дети смотрят с уважением и недоверием.       – Он совсем сверзился? – шепчет Макс, но ее обрывает голос Дастина, неожиданно суровый и твердый:       – Он восхитительный.       Звучит в духе "только попробуй поспорить".

***

      Стив уворачивается от очередной твари, пытается отбежать, но спотыкается о собственные ноги. Прокусывает до крови губу, встречаясь ладонями с полом, торопливо откатывается в сторону. После встревоженно шарит на холодным плитам рукой в поисках палочки и слышит, как приближается еще один демопес.       Древко не ложится в пальцы, вязь по острию не щекочет кожу, и Харрингтону остается только надеяться, что загадочное существо из бестиария само разлетится на ошметки.       Учитывая его везучесть, может, и в этот раз пронесет.       – Бомбарда! – псина взрывается фейерверком из кусков плоти и сукровицы. – Люмос!       Неверный огонек вспыхивает – и, честно, Стив даже не удивлен увиденному. У Билли по-прежнему взгляд бога-нарцисса, идеально уложенные волосы и сережка в ухе. А еще плотно сомкнутые губы, тут же растягивающиеся в усмешку.       – Что ты тут делаешь, Харгров? – Стив не принимает протянутой руки, опирается на собственные и наконец находит палочку прямо у чужих ног.       – Ищу свою замечательную сестричку. Видел, как она сломя голову кинулась в сторону гостиной Хаффлпафа. Решил проверить, к кому так спешит.       Билли наступает на древко ногой – самым носком ботинка, совсем слабо, но его движение завоевателя заставляет Стива напрячься. Подняться в полный рост и резко посмотреть сверху-вниз. Он не силами меряться сюда пришел, у него каждая минута на счету, но вряд ли Билли что-то скажут его просьбы.       Проще – и быстрее – силой. Наглостью, напором. Взглядом жестким в блядски-голубые глаза.       Да-да, для этих радужек у Стива припасено персональное название оттенка.       – Знаешь, Харрингтон, не все одобряют дружбу больших мальчиков с маленькими девочками.       – А еще дружбу больших мальчиков с большими мальчиками. Верни палочку, Харгров. У тебя секунда.       – А дальше?       – Фингал под глазом, а я продолжу поиски Байерса.       Билли вздрагивает от приглушенного воя невдалеке всем телом. Щурится, чуть выше поднимая свою палочку, напрягается весь, от макушки до пяток. Стив готовится дать отпор – и словесный, и физический, – глядя, как он закусывает губу.       – Пойду с тобой, – внезапно ровно выдает Харгров.       А потом нагибается, прогинаясь в пояснице, и поднимает палочку Стива. Отдает прямо в руки, загибает пальцы, чтобы крепче держалось. И подмигивает.       Так получается, что когда они находят и вытаскивают Уилла из лап монстра, Стив думает о череде позвонков под тонкой белой рубашкой. И губах, и пальцах, и мягких прикосновениях.       Интересно, а Мерлин (Дамблдор, МакГонагалл) одобрили бы подобную связь?

***

      – Что это была за тварь? Расскажи!       Дастин виснет на перилах, Майк идет за ним след в след, а Макс вцепляется в локоть острыми коготками. В принципе, они задают верные вопросы, но Стиву так катастрофически сильно не хочется на них отвечать, что просто беда.       Ему бы выдержать травологию, зельеварение и выговор от директора школы. Просто. Выдержать. Все это.       И еще один учебный год.       – Узнаю подробности – расскажу. А пока что довольствуйтесь малым. Как Уилл?       Мальчонка почивает в больничном крыле, и сам Харрингтон успел навестить его утром, но это дежурно-важно – поинтересоваться здоровьем одного из маленькой группки. Маленького импровизированного отряда. Почти семьи.       – Лучше.       – Побудьте с ним. Остальное – вечером.       – А Билли? – Стив застывает, не занеся ноги для шага. Провокационно. – Ты снова краснеешь.       – А Билли следует чаще промывать мозги. Может, не такой пропащий окажется.       Макс хмурит брови, а потом хмыкает в кулачок. Виснет на Лукасе, но пронзает глазами насквозь:       – Так ему и передам.

***

      Стив управляется с этим быстрее: его зажимают сразу после обеда, на лестничном пролете, между прохладной стеной и горячим телом. У Билли снова абсолютно блядское выражение лица, но в этот раз не остается сомнений – он не задевает, а дразнится.       – Принимай в команду, – шепчет в самые губы, а потом вгрызается в них как сумасшедший. – И я промою мозги другим.       Расставляет последние точки над "и". Показывает, что на самом деле между ними давно уже полыхает, искрит и светится. И что от притягивания частиц никуда не деться.       Стиву кажется, что смириться с этим фактом получится быстро и относительно безболезненно.