Падая в небо

Она любила летать. Словно с неба прыгала: каждый раз подставляя лицо ветру, руки простору, а тело неизвестности. Я на огромных качелях качаюсь: Падаю вниз и в небо взлетаю. Толстые книги выпадали из рук, оставляя на ладонях чернильные раны, белокрылыми чайками разлетались страницы по библиотеке, чтобы разбиться об острые углы, о тупые поверхности. Перед глазами танцевали блики почему-то синего солнца и кружили волшебную девочку в хороводе бумажных облаков. А она смеялась и танцевала, раскинув руки в стороны, захлебывалась синим светом, чтобы взлететь выше неба с синим солнцем. - Леви! Она оборачивалась к нему и смеялась: - Смотри, Гажил, я летаю! Он смотрел, смотрел и рычал беззвучно – смертельно раненый. Вслед за ней Гажил не мог лететь. Крыльев не было. Небо все ближе... В страшном смятении Думаю о предстоящем падении. - Гажил, а ты хотел бы увидеть мир? Всю вселенную, - спрашивала она, кружась по пустующей гильдии, среди и спящих теней. - Я видел Вселенную, - говорил Стальной Убийца Драконов, с силой сжимая в руках погнутую ложку. Сжимал, превращая ее в порошок из серой пыли – выть хотел он, дракон. Ходили на задания вместе, часто. Он больше не отпускал ее ни с двумя олухами, ни с болельщицей. Ни с кем. Не мог, словно знал – не вернется она. Улетит?.. - Все хорошо, все хорошо, - говорила она этому ласково. - Не бойся, хороший мой, тебя не обидят. Гажил не боялся, не умел бояться. Думал, что не умел. - Леви, что ты делаешь? Отойди от него, немедленно. Леви не отходила, Леви ласково улыбалась и тянула тонкие руки к оскаленной пасти. Еще немного - и эти клыки будут рвать ее мелкое тело – тогда она тоже будет улыбаться? Гажил защищал свое сокровище, снова и снова заслоняя ее своим стальным телом. Новые задания, новые опасности и неизменный смех за спиной. Счастье. Кровавое только, падающее с его рук в пустоту. - Гажил, смотри! Там птица! Гажил, смотри! И у меня крылья есть! Его Вселенная падала к его ногам кровавыми осколками и смотрела полными страха кофейными глазами. Его Вселенная улыбалась ему, как никто другой, прощая ему самые страшные грехи. Его Вселенная оставляла на его губах робкие птичьи поцелуи, чтобы, испугавшись, улететь за горизонт. Его Вселенная – в его руках… недосягаема. Над пением птиц, над звоном трамваев Я медленно к синему небу взлетаю. Пропала. Искали всей Гильдией. Словно раненые, искромсанные ожиданием, рыскали по дорогам, улочкам и улицам. Выслеживали, подобно ищейкам. А она пропала. - Мне жаль, Гажил, - говорила Полюшка, наблюдая, как мечется по ее кабинету Стальной Убийца Драконов. Впервые говорила эти слова, впервые просила прощения. Она не умела, но просила. Молча. Он знал почему, она знала из-за чего. Они словно выносили вердикт, приговор. Неизменный. А раненая Гильдия искала Леви. Ту Леви, которая пропала. Протирала фужеры Мира, пряча за челкой глаза, хрустальным крошевом разбивались в ее руках и осыпались к ногам сверкающе-алым дождем. Спиной ко всем сидела Кана, молча глотая жгучее пойло. Соленое. Застыли двумя согбенными фигурами Джет и Дрой – сжимали кулаки, сильные, сжимали сердца, изорванные. Ушел куда-то Лексус, в небе – чистом и голубом – бесились молнии. Грей курил сигарету за сигаретой и держал ледяную руку девушки-дождя. Делился холодом. Хваталась за край жилета Нацу Люси – сгореть хотела. Это не так больно. А где-то летала Леви… … которую искала раненая Гильдия. Я на огромных качелях качаюсь – Падаю вниз и в небо взлетаю. Мчался вперед, боялся потерять исчезающий вдалеке аромат. Бежал так, как никогда в жизни не бегал. Куда тебе, ветер, до дракона, спешащего к своему сокровищу? Увидел – кружилась в танце у края пропасти. Кружилась, подставляя руки синему небу, танцевала над синей бездной. В том индиговом мире звучала иная музыка со сломанными нотами. Там плакали печальная скрипка и одинокий саксофон из лазурной радуги. Там крылья у волшебной девочки были синими. Шагнула вперед. - Я лечу, Гажил! Взлетела. На миг. Взлетела. Но он поймать успел, когда она в небо падала. Сидели у края бездонной пропасти. Укачивал ее в своих руках, рычал в неизвестность. Сквозь ее смех рычал от безнадежности. Раненый дракон из раненой Гильдии. Он не отпустит, не отдаст врагу-Небу. - Гажил, ты видел? Я летать умею. Верю тебе безрассудно и слепо, Не отпускай меня больше, Небо. Она любила летать. Словно в небо падала: каждый раз подставляя лицо выси, руки свободе, а тело бесконечности. ____________________________________________________________ * Fleur - Качели