Together

      Однажды, НамДжун, по случайности, находит у младшего пачку сигарет.       Но всё по порядку. — Чонгук, ты чего кашлять стал? Заболел, что-ли? — Чимин с беспокойством трогает лоб младшего.       Чонгук действительно стал «слишком» много кашлять, да и вид у него, последнее время, совсем уж мрачный. Вот, вроде, улыбается, смеётся, разговаривает, как раньше, хотя, Чимину начало казаться, что даже голос у него какой-то совсем иной стал, или ему просто всё это кажется...

Кажется...

А кажется ли..?

И, когда они с Чонгуком заходят в комнату для практики раньше остальных, Чимин всё-таки задаёт терзающий его, вот уже как третий день подряд, вопрос. А задаёт он его именно тогда, когда они начинают разминаться. — Чонгук... Парень, растягивая мышцы рук и смотря лишь в зеркало, даже не поворачивается в сторону звавшего, но чётко даёт понять, что слышит его. — Ммм...? — Всё в порядке? — Чимин, делавший растяжку ног на полу, встаёт и подходит к младшему ближе. — Да... Всё в полном порядке, — непринуждённо отвечает макнэ, не смотря на Хёна, — а чего ты спрашиваешь? Чонгук не заметно для Чимина сглатывает. — Да так, просто... Значит показалось, — чуть в сторону тихо проговаривает старший и пытается сесть в шпагат. Наступает тишина. И сквозь эту непривычную тишину слышатся слова Чимина: — Мы рядом... Чонгук. Чонгук поворачивается на Хёна, чтобы что-то сказать, как резко закрывает рот и смотрит в зеркало, потому что в комнату влетают со смехом и громкими разговорами остальные мемберы. — Вы как-то рано, — заявляет ХоСок, улыбаясь. Он явно в хорошем настроении, хотя, когда он в плохом то бывает? — Да это вы просто поздно, — отмахивается Чимин, вставая с пола. — Ладно, ладно... Не бушуй, — НамДжун обнимает парня за плечи. — Да я и не собирался, — пожимает плечами тот. — Так! Все в сборе! Молодцы! — хореограф быстро заходит в комнату для практики, хлопая в ладоши, встаёт по середине зеркала, — нельзя терять ни минуты! У нас сегодня загруженный день, так что поторапливаемся. Чонгук, ты чего там один стоишь? Вставай в середину! Чонгук послушно шагает на середину комнаты. — Сегодня у нас будет не просто тренировка, проверили движения танцев и всё... Нет. Сегодня, каждый из вас, по одному будет выходить на середину и вспоминать движения. Будут включаться ваши песни и вы должный вспомнить все хореографии ваших танцев. Песни будут меняться быстро, — мужчина посматривает на Джина и НамДжуна, тело которых как будто дух покинул. Они не живые и не мёртвые. Хореограф смягчается и машет рукой на них, — ладно... Так уж и быть, персонально для вас будет меняться музыка помедленей, а то глядишь и упадёте сейчас от волнения. «Дэнс машины» заметно выдыхают.

***

— Ты не знаешь, что с Чонгуком? — выходя из комнаты практики, шепчет на ухо ХоСок, Чимину.       Тот останавливаетсч около стены и показывает жестом «Тшш», посматривает на Чонгука, который только что проходит вперёд. — Я тоже считаю, что с ним что-то не так, — отвечает Чимин задумчиво, — но он явно не хочет делиться своими переживаниями. Я спрашивал его сегодня, но он ответил, что у него всё в порядке... — Чимин... Помнишь каким он был, когда только в группу пришёл? — ХоСок кажется обеспокоенным. — Он ни с кем не разговаривал. Когда тренировки заканчивались быстрее всех выходил из комнаты практики... Ходил в душ ночью, когда все спят, старался никому не показываться на глаза, — в памяти Чимина прокручиваются воспоминания, когда Чонгук был совсем не таким, каким его сейчас все видят. Он был замкнутым, стеснительным, совсем ни с кем не разговаривал, стоит ему услышать своё имя, как тут же в глазах появлялся страх и желание убежать, у него не было друзей.... Чимин слишком погружается в «тёмные» времена, но голос ХоСока возвращает его в реальность. — Чимин, я боюсь, что он...обратно вернулся в то время.

***

      Открыв дверь в дом бантанов, Чимин и Джей-Хоуп слышат крик НамДжуна из комнаты самого НамДжуна и Чонгука. — Чонгук! Иди-ка ты сюда! Лидер повышает голос на парней только тогда, когда нужно их приструнить или, когда этого требуют обстоятельства. Но, в основном, это бывает очень редко. Парни осторожно входят в дом и видят как все мемберы, в том числе и сам младший, направляются в комнату лидера. Заведено у них так – если одного зовут, прибегают и остальные. Вот и только что вошедшие парни медленно переглядываются, снимают обувь и идут туда, где все. Лишь дойдя до комнаты, из неё слышится: — Чонгук! Что это?!       Парни любопытно приоткрывают дверь. Чонгук стоит рядом с кроватью, наклонив голову вниз, Тэхен, выпучив глаза, смотрит на макнэ, Джин держит на плече лидера руку, тем самым говоря «успокойся, НамДжун» «не переступай черту»; Лидер стоит и терпеливо ждёт хоть какие-нибудь объяснения от младшего участника группы, держа в руках пачку сигарет.       Ну не молчи, Чонгук Мысленно умоляет его НамДжун.       Скажи хоть что-нибудь Но ЮнГи, в отличие от лидера, сильным терпением не наделён и то, что он сделал, повергло всех мемберов в шок: Шуга дал тому подзатыльник и прикрикнул: — Долго ты ещё молчать собираешься!? — Шуга-хён, остынь, — ТэХён, проявивший смелость, подходит ближе к нему. — Чонгук, не молчи! Чимин видит, как руки Чонгука сжимаются в кулаки, а плечи начинают дёргаться. Парень подходит к младшему и кладёт на его плечо руку в знак поддержки, спокойно проговаривая: — Гукки... Мы же рядом. — Да, Чонгук, мы же семья! — улыбается ХоСок, подходя ближе ко всем. Даже ЮнГи, который сейчас очень зол на младшего, смягчается. Всё-таки он волнуется за донсэна. Молчание длится достаточно долго, но никто больше не смеет повысить голос на младшего, все терпеливо ожидают ответа. А Чонгук просто стоит и смотрит в пол, он чувствует маленькую руку на своём плече и вдруг понимает важную вещь. Он не один. Сейчас он в окружении его мемберов — его Хёнов — его семьи. Они все стоят рядом! Они беспокоятся за него! Вроде, сейчас они должны на него злиться, кричать, ругать за такую безответственную глупость в виде сигарет, но мемберы молча стоят и смотрят на него, ждут разъяснения. Даже эта рука на его плече говорит о поддержке.        Правильно. Чонгук может доверять им, может со всем поделиться с ними, ведь знает, что Хёны поймут, поддержат и успокоят, всегда будут на его стороне... Почему он вообще начал сомневаться в них? Почему молчит? Почему не делится с ними своими переживаниями? Это неправильно. — Тяжело, — тихо проговаривает наконец макнэ. Настолько тихо, что другие в непонятках переглядываются. — Что..? — Переспрашивает его НамДжун. — Мне так тяжело, — Чонгук присаживается на кровать, хватаясь за голову, — я устал. — А ты думаешь, нам не тяжело? — ЮнГи садится на корточки перед макнэ и осторожно касается его рук, убирая их с лица, смотрит во влажные глаза парня, — мы тоже устаём, Чонгук и ты это знаешь. Но как бы сложно не было, вот это, — парень показывает на пачку сигарет, которую сжимает в руках лидер, — тебе не поможет. Поверь, я знаю. — А что поможет, Хён? — Чонгук начинает плакать, потому что, он не глупый парень и всё это уже знает. Ему тяжело физически и морально... Нагрузка очень большая, он не справляется! Все эти тренировки из-за дня в день, шоу, программы, фансайны, интервью, камеры, шумные фанаты, сцена, всё это давит на Чонгука... Он чувствует, что сейчас сломается, чувствует слабость, которую так ненавидит, чувствует отвращение к самому себе, из-за того что вообще поддался этим сигаретам, жалость к себе! Он устал... — Мы поможем, — уверенно заявляет ТэХён и улыбается. — Да, Чонгук~и! — Джей-Хоуп садится рядом с макнэ и обнимает его. — Ты должен доверять нам! — чуть-ли не пропевает Чимин и тоже обнимает младшего с другой стороны. Чонгук поднимает взгляд на остальных мемберов, проходится по каждому лицу. Они все искренне улыбаются ему, глазами говорят «Мы с тобой», и НамДжун озвучивает эти слова, бросает на тумбочку эту пачку сигарет и принимается обнимать младшего, наваливаясь на Чимина. Следом за лидером и Джин присоединяется, а потом и ТэХён залезает на кровать и наваливается сзади. Шуга, всё ещё сидя на корточках, заглядывает в глаза парня. — Видишь, Чонгук, ты не одинок. У тебя есть мы, а у нас есть ты, — Шуга заботливо треплет парня по волосам и улыбается. — Так что, если тебе станет слишком тяжело, знай, что мы будем всегда рядом, что бы не случилось, мы тебя поддержи. На то мы и группа BTS, — Шуга растягивает губы в улыбке и обнимает плачущего младшего. От этих нежных и крепких объятий, которые дарят ему мемберы, Чонгук чувствует себя защищённым от любых напастей, чувствует, как он дорог им... Как они дороги ему. Сейчас его переполняет счастье. Счастье, что он встретил их, счастье, что они есть у него! Счастье просто от того, что эти люди существуют!

Как он благодарен мемберам за всё, что они для него делают,

за их терпенье,

поддержку,

понимание,

доверие,

за беспокойство к его персоне,

за их, иногда, дуратские шутки, которые заставляют смеяться,

за любовь, которую они ему дарят,

за всё!

Благодарен за всё!

Как же Чонгук любит своих Хёнов! Чонгук уже и не сдерживает слёзы, прижимается к мемберам ближе. Он понял – даже если будет очень тяжело, невыносимо, он не оставит их, как и они не оставят его. И ещё он понял одну из важных вещей: им тоже бывает тяжело, как и ему, они тоже очень вымотаны, ужасно уставшие, но лишь благодаря поддержке друг друга, лишь благодаря тому, что они вместе проходят через сложности, это не даёт им сломаться. «Спасибо вам, ребята... Спасибо, что вы есть у меня» — Я люблю вас, — тихо, всхлипывая, проговаривает парень, — люблю. — И мы тебя тоже, Гукки~ — Только ты это, прекращай эту фигню, — в миг становится серьёзным НамДжун, показывая на пачку. — Конечно, — отозывается макнэ, потирая свои глаза тыльной стороной ладони и смеясь. — Наш маленький Гукки плачет, — усмехается Чимин и так наваливается, что все оказываются на полу, но всё равно продолжают обнимать младшего. — Утю-тю, утю-тю, — Джей-Хоуп начинает тискать макнэ за щёчки. — Ну, Хёёён! — Не бойся ничего, Гукки, не переживай, потому что твои Хёны рядом,

Пока мы вместе – мы со всем справимся!