Поиграем, сестрёнка?

— И долго ты ещё будешь валяться? — Спокойно спросил Чонгук, облокотившись об дверной косяк, смотря на Мэй, которая уже весь день находится в своей комнате и лежит на кровати, смотря в потолок или лазея в телефоне. — Я же сказала тебе, чтобы ты со своими дружками отъебались от меня на два дня, — Сказала Мэй, переворачиваясь на другой бок, чтобы не видеть парня. — Да мне похуй, — Фыркнул Чонгук. — Вот и мне тоже, — Сказала красноволосая, закрывая глаза. Девушке, если честно, нравилось так лежать на своей кровати и просто думать. После того, что произошло вчера, девушка всю ночь проплакала, вспоминая опять свою сестру и вообще как жила Мэй. Ким очень сильно страдала и ей было больно, от чего Мэй считала себя слишком слабой по этому поводу. Если она плачет, то всё, это полный пиздец. От этого, если честно, Мэй хотела убиться, чтобы не показывать никому свои слёзы и свою слабость, когда ей напоминают про Джинни и её семью, которая раньше была намного лучше, чем сейчас. Если честно, Мэй завидовала Чонгуку. У парня есть всё. Друзья, которые с ним часто проводят время и всячески поддерживают, мама которая всегда рада видеть сына и всегда с ним добра. Отец Чона хоть и развёлся с Лин, но даже тут Мэй думала, что у Чонгука даже с отцом никаких проблем не было. У Чона есть отличный родной брат, с которым у него просто суперские отношение, не то что у неё с Хоа. У Гука есть всё и он не страдает, как страдает уже два года Мэй. Красноволосая не может смотреть на счастливого парня, который так сильно радуется своей жизнью. Наверное, сама Мэй не знала, что там творится внутри парня и никогда не узнает, но она всё равно завидовала ему и из-за этого ненавидела всей душой. Чон бесил её не только тем, что он был таким радостным, но и его характер бесил девушку, от чего та хотела убить Чонгука. Этот парень ещё является её сводным братом. А этот сводный брат бесил Мэй. Как же она заебалась видеть его в своём доме. — Вставай, тебя Лин зовёт, — Вздохнул Чонгук, выйдя из комнаты девушки. Мэй закатила глаза и встала с кровати. Вот только ей Лин не хватала. Эта женщина что-то хочет от Мэй? Если да, то красноволосая сразу же откажется и съебётся куда подальше. Мэй сейчас вообще не хочет не с кем говорить. Девушка просто хочет лежать на кровати и думать, будет ли она всё ещё находится с хулиганками и этими парнями, или же нет? Это сейчас её больше всего волнует и Ким даже не знает, что именно она хочет. Это очень странно, но что-то происходит с ней и даже иногда девушка не так сильно на кого-то срывается и никого не посылает, как раньше. Да и сама Мэй была даже этому рада, потому что особый конфликт ей сейчас не нужен, ей и конфликтов с Чонгуком сейчас хватает. Красноволосая вышла из своей комнаты и вяло поплелась к лестнице, чтобы спуститься вниз, а потом пойти на кухню, где должна сейчас находится Лин. Женщина была хорошей и отличной матерью. С сыновьями у неё просто всё супер и Лин их очень любит, не то что мать Мэй. Лин показалась Мэй достаточно хорошей (хотя вообще так и есть), но Ким не была столь добра к кому-то, так что особо не ладила с Лин, хотя женщина всё время пыталась найти общий язык с хулиганкой. Мэй никого к себе не подпускает и особо не доверяет людям. Всё это давит на девушку и она каждый раз бесится, когда к ней лезут и пытаются ей «помочь». Мэй даже с Лин не хочет видеться, да и общаться с ней, ей это нахер не сдалось. Женщина слишком уж сильно пытается сдружиться с Мэй, но вот только зря старается, ведь девушка никого не подпускает к себе, даже уличных котов и то от этого даже смешно становится. Красноволосая спустилась вниз и зашла на кухню. Женщины нигде не было и девушка начала оглядываться. А вдруг Чонгук что-то затеял и решил так отвлечь Мэй, сказав что её зовёт Лин. Если это так, то ещё одни плакаты парня, где изображен его любимый певец, полетит в мусорку. — Мэй, приветик, — Услышав сзади звонкий голос женщины, который одновременно мог успокоить и одновременно бесить Ким. Мэй повернулась к женщине, которая уже стояла одетая в красивую одежду. Лин была одета очень красиво, лучше чем мать Мэй. Женщина надела красное платье, которое было не короткое, чёрные туфли на высоком каблуке, волосы были распущены и её локоны были кудрявые. Явно утюжком пользовалась. На ней висела чёрная сумочка и женщина была накрашена, но не так сильно. Лин была слишком красивой для её возраста. Мэй даже завидовать начала женщине, который уже тридцать девять лет. — Вы что-то хотели? — Уже закатывала глаза Мэй, скрестив руки на груди. — Да, — Кивнула Лин. — Я хочу пройтись с тобой по магазинам и как раз поможешь выбрать свадебное платье, — Мило улыбнулась чёрноволосая. Мэй округлила глаза. Мать Чонгука и Чимина, и собственно говоря, будущая жена отца девушки, предложила хулиганке сходить с ней по магазинам и выбрать женщине свадебное платье. Твою мать, да она предложила ей так, как будто они являются подружками и это нормально. Мэй вообще не нравилось, то что ей предложила Лин. Девушка уже натерпелась походов в торговый центр с этими тупыми парнями, а теперь ещё идти с этой женщиной? Ну нет, Мэй не пойдёт в эти тупые магазины, в поисках красивых вещей, которые так любят носить девушки. Да даже саму себя Мэй не хотела вспоминать, потому что раньше была такой же и с радостью ходила по этим торговым центрам и тому подобное, но сейчас её это очень сильно бесит, от чего хотелось кого-нибудь ударить. Например, Чонгука. Вот его она капец как хотела ударить. — Ну уж нет, — Помотала головой Мэй. — Берите с собой Хоа, вот она прекрасно в этом разбирается и явно будет рада, — Нахмурилась красноволосая, смотря на женщину. — Мэй, я хочу именно пойти с тобой. Тебе так сложно, что ли? — Вскинула бровь женщина, внимательно смотря уже на будущую падчерицу. — Да, сложно, — Сказала Ким и тут же хотела уйти, как её остановил голос, который бесит Мэй. — Мда, да ты как всегда, Мэй, — Фыркнул Чонгук, открывая холодильник. — Неужели и в правду так сложно? Это всего лишь поход в магазин, — Говорил парень, доставая из холодильника банан. — Вот хочешь и иди, а я пас, — Махнула рукой девушка, уже собираясь уходить отсюда. — Давай поспорим, — Вдруг подал свой голос Чон, уже поедая банан, который уже снял кожуру, но не до конца и начал жевать фрукт. Мэй остановилась. Ей стало интересно, что предложит ей этот бесячий парень. Что же он задумал? — Чонгук-и, какой ещё спор? — Недовольно посмотрела на сына его мать. — Не волнуйся, мам, всё нормально, — Сказал Чон. — Если ты пойдёшь с мамой, то я выполню одно твоё желание, а если не пойдёшь, то я буду доставать тебя каждый час, каждую минуту, — Усмехнулся парень, хотя на самом деле он сам не очень-то рад тому, что предложил этой хулиганке. Красноволосая повернулась к нему и усмехнулась. Это, кстати, было слишком страшно. Она слишком как-то зло усмехнулась, от чего парень понял, что лучше бы он ничего не предлагал ей и не спорил. — Как скажешь, — Пожала плечами девушка и пошла наверх. — Я переодеваться. Когда Мэй скрылась из виду, Лин улыбнулась и поцеловала сына в щёку в знак благодарности и вышла из кухни в гостиную. Чонгук кинул кожуру банана в помойку и прислонился к раковине, взявшись за голову. — Пизда мне, — Тихо сказал парень. — Ты такой еблан, братец, — Чонгук поднял свой взгляд на Чимина, который усмехался, стоя у дверного проёма. — Как можно было такое ляпнуть, да и ещё хулиганке, которая вообще меняться не хочет? — Спросил рыжий, подходя к брату. — Мне почему-то именно это в голову пришло, — Вздохнул Чонгук, отходя от раковины. -Хочу отдохнуть от неё хотя бы часов пять, а может шесть, — Сказал Чон. — Ну вечером ты уже отдыхать не будешь, — Усмехнулся младший, уже попивая колу, которую достал из холодильника. Чимин прав. Вечером он не отвертится от девушки. Да кто тебя за язык тянул, Чонгук?

***

Мэй сейчас понимала, что лучше бы она осталась дома и всё-таки лучше бы терпела этого Чонгука, который сказал, что если бы она не пошла, он донимал бы её и не остовлял её в покое хотя бы на минуту. Ноги уже категорически не держали было такое чувство, что девушка сейчас упадёт. Мэй терпеть не может эти похождения, а такое чувство, как будто она сейчас проходила два дня по этим магазинам, в поисках красивых платьев, юбок и свадебных платьев. Мэй сейчас реально валилась с ног и очень хочет спать. Они с Лин вышли из дома в одиннадцать часов утра, а сейчас уже мать твою пять часов вечера и Ким уже хотела кого-нибудь ударить. Почему всё так сложно, особенно ходить по этим ёбанным магазинам? Сейчас Мэй сидела на диванчике, который находился в отдела свадебных платьев и смотрела как Лин выходит из примерочной, красуясь. Женщине шли все свадебные платья, но ей может не нравится то как выглядит платье, тот узор не очень и тому подобное. На то она и женщина, которая ебёт своему мужу/парню мозги, ведь это платье не идёт ей или просто полнит её. Вот почему Мэй не хотела идти с Лин по этим магазинам. Красноволосая тяжело вздохнула и уже почти валилась на красном кожаном диване, от того что очень устала. Лин опять вышла из примерочной в огромном пышном свадебном платье, которое шло ей ещё больше. Платье было очень длинное, что даже осталась в примерочной эта белая ткань. Можно было заметить, что на груди были маленькие камушки, которые очень блестели. Также можно было заметить узоры, которые тоже очень украшали это платье. Свадебное платье очень хорошо подчёркивала фигуру женщины и казалось, что Лин каких-то там двадцать лет. Почему-то Мэй погрустнела и нахмурилась. Даже какая-то женщина за сорок лет выглядит моложе Мэй. Красноволосая понимала, что она не такая и красивая и вообще, Джинни была намного красивее, несмотря на то, что девушки были похожи. — Ну как тебе? Нравится? — Улыбалась Лин, крутясь. — Должно именно вам нравится, а не мне, — Спокойно говорила Мэй, развалившись на диване, будто у себя дома. — Мэй, сядь нормально, — Стала серьёзной женщина, скрестив руки на груди. — Неа, — Усмехнулась Мэй, листая какой-то глянцевый журнал, который был тут. — Я беру это платье, — Сказала консультанту Лин и, фыркнув, зашла обратно в примерочную, переодеться. Женщина начала уже снимать своё платье и грустно посмотрела в зеркало, которое было в примерочной. Женщина прекрасна понимала, что сейчас чувствовала Мэй. Девушка полностью стала хулиганкой, которая имеет не очень хороший образ жизни. Красноволосая лишилась любимой сестры, которая заботилась о Мэй и которая всегда была рядом, а сейчас старшей сестры нету. Есть только одна Мэй, которая никого не подпускает к себе и никому не бывает рада. Девушка живёт в своём мире. В мире, где есть только она и её старшая сестра, которая не бросает её. Есть любящие родители, которые никогда не орут на дочь и не бьют её. Нету предательства, а только дружба и любовь. Мэй наверное и в правду жила в таком мире, совсем нехотя быть в реальном. Лин очень хотела и хочет до сих пор наладить отношение со своей будущей падчерицей. С Хоа проблем никаких не было, но только с Мэй огромные проблемы. Девушка не хочет ни с кем общаться и быть только одной. Бегать по городу, ходить в клубы и сидеть где-то и пить, забывая хоть на часа два о своей жизни. Женщина вё это простила и понимала Мэй. Чонгук был таким же, когда один его человек ушёл из его жизни. Правда, парень вёл себя так месяца два, а потом снова стал нормальным. Лин еле поговорила с ним, ведь раньше парень пропадал на улице до самого утра, а потом приходил в четыре утра домой весь в перегаре и очень пьяным. Парню была всего лишь тогда пятнадцать, а из-за того, что произошло, начал пить, заглушая боль. Сейчас же, Чон ведёт нормальный образ жизни. Помогает матери, сушится, не грубит и не в коем случае не пьёт. А вот с Мэй всё намного труднее, она такая уже два года, а Чонгук вёл себя только так два месяца. Эта девчонка совсем не может забыть своё прошлое. Лин тяжело вздохнула и вышла из примерочной, уже одетая и сразу же пошла забирать платье. Женщина взяла в руки свадебное платье, заплатила за него и начала уже выходить из отдела свадебных платьев. Мэй взглянула на женщину, которая ушла без Мэй и красноволосая нахмурилась, но всё же не собиралась тут оставаться. Девушка встала с дивана и побежала за своей мачехой. Красноволосая уже догнала ей и начала идти рядом с ней, засунув руки в карманы джинс. — Решили без меня идти? — Спокойно спросила Мэй, смотря на женщину. А Лин молчала и смотрела только вперёд. Мэй нахмурилась, но всё-таки продолжала говорить: — Решили игнорить меня? — Мэй уже сильно сжала ткань джинс. Девушку бесило, когда её игнорят. — Я вижу, Вы любите игнорировать людей, — Хмыкнула Мэй и тут же Лин остановилась. — Мэй, — Женщина повернулась к ней и смотрела сейчас ей в глаза, — Я хочу найти с тобой общий язык и хорошо общаться. Просто хочу сказать тебе, что лучше надо думать о своём будущем, а не жить прошлым, — Серьёзно говорила чёрноволосая. — Если тебе нужна какая-то помощь, обращайся. Я всегда готова помочь, — Сказала Лин и отвернулась от девушки, продолжая идти. Красноволосая всё ещё стояла на месте и смотрела на будущую жену её отца. Лин может где-то и была права и даже сказала, что может помочь, если у Мэй что-то произойдёт, но вот Мэй не может отпустить прошлое. Девушка наверное никогда его и не отпустит, если конечно можно постараться в её изменениях. Может она с Лин найдёт общий язык, но Мэй на сто процентов не уверена. Или же уверена? Всё время Лин и Мэй молчали. Они не издавали никаких звуков и просто молчали. Молчали пока шли до выхода из торгового центра и молчали даже в такси. Лин и Мэй думали о своём. Никто не хотел ничего говорить и портить кому-то настроение. Всё-таки, Лин и с правду была права, что поход по магазинам была плохой идеей, но она всё равно тогда решила попробовать, думая что хоть так наладит общения с девушкой, но всё пошло по пизде, как всегда не удивительно. Мэй была и такого же мнения, но пошла потому что хотела поиздеваться над Чонгуком, ведь он должен исполнить её желание, если она пошла бы. И она пошла. Вот только проблемы большие, да и сама девушка это понимала, хотя тогда она бы забила на это и пошла в клуб, но сейчас не может, да и не знала почему не может. Почему после слов Лин она так чувствует себя паршиво? Раньше такого с ней никогда не было. Когда такси остановилась у дома Ким, то Лин вышла самая первая и пошла к дома, а Мэй только закатила глаза и вышла из такси, громко хлопнув дверью и медленно поплелась за Лин, которая вот-вот станет ей мачехой. И это уже скоро. Почему-то это бесило Мэй и почему-то была какая-то радость…? Эта женщина слишком добрая. — Милая, привет, как дела? — Мужчина, то бишь отец Мэй, встретил свою будущую жену и дочь у прихожей, но женщина только хмыкнула и прошла мимо любимого, даже не поцеловав его. Чхон перевёл свой взгляд на свою дочь, скрестив руки на груди и дожидаясь её объяснения. Мэй это заметила и закатила глаза, кинув свои кеды в угол и посмотрела на хмурого отца. — Что? Я не виновата, — Сказала Мэй и прошла мимо отца. — Задолбал, — Тихо шикнула девушка и тут же столкнулась с Чонгуком, который только что вышел из кухни, с яблоком в руках. Чонгук резко остановился и ругнулся про себя, а точнее там всё обматерил. Сейчас парень должен исполнить одно её желание и всё, пиздец ему. — Харе смотреть, как баран на новые ворота, — Шикнула Мэй, уходя к лестнице, чтобы подняться наверх и уйти к себе в комнату. — Ах да, — Красноволосая остановилась и посмотрела на парня, а тот в свою очередь на неё. — Я подумала, так что завтра обратно возвращаюсь, — Сказала девушка, от чего Чонгук начал кашлять, ведь вообще не ожидал услышать этот от этой девчонки. Мэй усмехнулась, глядя на него и сразу же скрылась из виду, забывая о желание, которое должна загадать парню. Мэй сама не знала почему всё-таки решила остаться и быть в кругу хулиганок, которые пытаются меняться. Девушка правда не знала, как до этого додумалась и вообще зачем она решила меняться вместе с хулиганками. Всё же можно попытаться, ведь так? Может парни всё-таки поменяют её и других хулиганок и новая жизнь будет намного лучше? Мэй хотела на это надеяться и посмотрит как парни будут их менять и что они будут делать. Ким наверное уже совсем ебанулась. Чонгук стояла на месте и смотрел в одно место, а именно туда, где ещё стояла его сводная сестра и парень просто думал. Чон слишком сильно сжимал в руках яблоко, что было такое чувство что вот-вот этот фрукт будет уже не целым и просто парень его раздавит всего лишь какой-то рукой. Всё было слишком странно.