Поиграем, сестрёнка?

Мэй всё время воротилась во сне, морщила носик и было такое ощущение, что она щас спит не на кровати, а на полу. Девушка чувствовала, как всё время кого-то задевает своей рукой, но не подавала этому значение. Она сейчас спит, видит сны и никто ей не помешает. Наверное, Ким даже не понимала, что сейчас практически спит в обнимку на полу со своим сводным братом. Что можно было сказать о Чонгуке, это то что он спит как мёртвый и парень даже ничего не чувствует. Наверное, ему даже всё равно что он спит на полу, а не на своей любимой мягкой кроватки. Чон всегда ворочается во сне и вот проблема, парень поднял свою руку и положил на талию девушки, почти обнимая её. Интересная картина. — Твою мать, я вижу милую картину, — с открытым ртом сказал Чимин, зайдя в комнату брата. — Ребятки, да вы мило смотритесь, — хихикал тот, смотря как Мэй морщит нос и вот-вот откроет глаза. — Заткнись, видишь голубки спят, — сказала Хоа, несильно ударив сводного брата в бок. — Ты что тут делаешь? — посмотрел на девушку парень, спросив. — Отец сказал позвать Мэй, но в комнате её не оказалось. Он думал, что она уже проснулась, — ответила розоволосая, зевая. — Вот и подумала, что она может быть здесь. — Нам уже пора идти в школу, а они не просыпаются, — гадко усмехнулся рыжий. — И что же ты задумал? — Спросила Ким младшая, вскинув бровь. Чимин сдвинулся с места и обошёл лежащий голубков. Парень сел на корточки, от чего напоминал сейчас милого, рыжего котёнка. Парень мило улыбнулся, смотря на своего брата, который обнимал свою бесящую сводную сестру. Сама девушка во сне морщила нос и пускала слюни и так она казалась намного милее, а никогда девушку в школе материт всех и зло на всех смотрит. Чимин ещё раз взглянул на Хоу, которая стояла облокотившись об стену, ожидая что сделает её сводный брат, рыжий начал кричать: — Рота подъём! — крикнул парень, от чего сразу же получил по лицу рукой от Мэй. — Ты чего орёшь, мелкий?! — злилась девушка, пристав на локтях. — Совсем страх потеря… — хулиганка не успела сказать, как повернула свою голову назад. — Ааааа, отъебись! — Мэй начала брыкаться и толкать своего сводного брата, который никак не хочет отпускать хулиганку. Вцепился в неё, как липучка. Чонгук начал мычать и потихоньку начал открывать глаза. Парень приподнял свою голову и встретился со злобным взглядом с Мэй. Потом посмотрел на ухмыляющего Чимина, который зачем-то держал в руках телефон и снимал? Гук уставился на свою руку и сразу же зашипел и отполз от Мэй, точнее как колбаска покатилась к своему шкафу и в итоге ударился голвой об шкаф. — Какого чёрта? — Начал тереть свою голову парень, смотря на лежащую на полу Мэй, которая была не очень рада тому, что парень обнимал её во сне. — Если тебе некого обнимать ночью, купи себе плюшевого мишку! — шикнула на парня хулиганка и встала с пола, отряхивая себя. — Какого хуя ты снимаешь, мелкий?! — увидела телефон Чимина Ким, который был направлен на неё и Чонгука. — Ты снимал? — Ты матюкнулась, вот твоё наказание, — мерзко хихикал Чон младший, убегаю с телефоном из комнаты. — Ах он мелкий засранец, — тихо сказала девушка и перевела свой взгляд на сестру. — Не смотри так на меня, я пришла сказать тебе, что тебя папа зовёт, — пожала плечами Ким младшая и ушла из комнаты, оставив этих двоих в этой комнате. — Твою мать, теперь руки мыть, брр, — Ким повернулась к парню, который сидел на полу, смотря на свои руки, которые сегодня обнимали девушку. Мэй подошла к кровати и взяла подушку, замахнувшись в парня и попав прямо в лицо, от чего Чонгук зло посмотрел на неё. Парень что-то сказал себе под нос, встав с пола и посмотрел на сестру, приближаясь к ней. Красноволосая усмехнулась и сразу же выбежала из комнаты, оставив Чонгука одного в комнате. Ребёнок. Мэй перестала бежать и уже спокойно спускалась по лестнице. Девушка даже не хотела думать о том, что хочет от неё отец. Хулиганка уже направлялась на кухню, где всегда сидит её отец, попивая кофе и читая газету. Когда Ким зашла на кухню, то увидела за столом отца и Лин. Женщина что-то бурно рассказывала своему уже будущему мужу, а тот в свою очередь слушал её и даже давал какие-то советы. Было даже мило вот так вот наблюдать за этой парочкой. Мэй понимала, что отец так с матерью никогда не общался. Она только помнила, как эти двое быстро уходили из дома на работу, не желая видеть друг друг вообще. Ким видела как они с презрением смотрели друг на друга и просто ненавидели. Даже смешно как-то. Раньше они любили друг друга и души в себе не чаяли. А что сейчас? Ничего. Любовь прошла, пришла ненависть. Только из-за своих родителей девушка даже и не верит в любовь. Вообще, это не только из-за родителей, но из-за Джинни. Да, именно из-за неё. Старшая сестра раньше любила, но только этот человек, который был для неё лучшим человеком, убил её. Зачем любить, если из-за этой любви ты начинаешь ненавидеть того, кто являлся твоим любимым человеком? Тот, кто был для тебя целым миром? Но даже любимый человек может оказаться убийцей… — Чонгук, Мэй! — Из мысли девушки её вывел голос Лин, которая смотрела на неё, то на кого-то ещё. Чонгук. Мэй повернула голос направо и тут же её глаза уставились на профиль Чона. Твою мать, какой же красивый профиль этого парня. Мэй конечно знала, что её сводный брат красив, но не думала что настолько красивый. Девушка наверное бы влюбилась в него, когда была обычной девчушкой, но сейчас будучи хулиганкой, девушка даже не взглянула бы на него. Наверное. Самое интересное, что её Чон бесил только из-за его характера и как он вообще себя ведёт. Этой парень то добрый, то злой. Нет, хулиганка понимала, что это только из-за неё. Девушка сама ведёт себя как малолетняя тварь, которая то и дело, что всех ненавидит и матерится направо и налево. А ведь Мэй хотела быть похожей на свою сестру. Но кажись, что-то пошло не так. — Что? — Чонгук зевнул и посмотрел на свою мать. — Мы же скоро поженимся и уедем в медовое путешествие, так что вы останетесь одни тут, — мило щебетала женщина. — Отлично, я за главного, — сразу же сказал Чон и тут Мэй зло уставилась на него. — А с чего это ты за главного, а, братец? — сощурила глаза хулиганка. — Да потому, что если ты будешь за главную, то от дома ничего тут не останется, — фыркнул Чонгук, пожирая её взглядом. — А может быть лучше я буду за главную? — В разговор вмешалась Хоа, зайдя на кухню уже одетая в школьную форму. — А может ты уже уйдёшь отсюда? — шикнула на младшую сестру Мэй. — Тц, да лучше же Чонгук пусть будет, — цыкнула розоволосая. — А может лучше я? — на кухню зашёл Чимин, улыбаясь. — Нет! — в один голос крикнули на парня Мэй и Чонгук. — Офигеть, — удивлённо сказал рыжий. — Мам, если кто-то из них будет за главного, полюбасу дома не останется. Они же друг друга разорвут, — тараторил рыжий и брат с сестрой зло посмотрели на него, от чего Чон младший съёжился. — Ну не знаю, ночью они почти в обнимку на полу спали, — усмехнулась женщина, взглянув на парочку. Отец девушек подавился кофем и взглянул на ребят. Чонгук и Мэй сразу же поменялись в лице и хлопали глазами, смотря на женщину. Лин улыбалась во все тридцать два зуба, радуясь тем что сводный брат и сестра были в комнате одни, и спали почти в обнимку на полу. Господи, да это же полный капут. Чонгук сразу же как-то смутился, а Мэй чувствовала что-то не очень хорошее. Напоминает как-то стыд или что это? Девушка вроде бы раньше испытывала это, но не может понять, что именно она сейчас испытывает. Хулиганка помотала головой и ударила себя по щеке, от чего все уставились на неё с расширенными глазами. — Окей, он за главного! — неожиданно для всех сказала Ким, убегая из кухни. Чонгук посмотрел на свою мать и сразу же отвёл о неё взгляд, потому что она слишком пугающе улыбалась. Парень сказал матери, что приглядит за всеми и тоже выбежал из кухни, как и Мэй. — Ну мы это, пойдём, — неуверенно сказал Чимин и спокойно ушёл отсюда, как и сама Хоа. — Лин, только не говори мне, что… — Мужчина испуганно уставился на свою любимую женщину. — Дорогой, ты всё правильно понял, — мило улыбнулась Лин, выпив кофе Кима и поцеловала его в щёку, уходя из кухни. — Ладно, а что вообще с лицом Мэй? — спросил самого себя мужчина, вспоминая что у неё были какие-то рисунки от маркера на лице.

***

— Маркер ещё не стёрся? — поинтересовалась Миён, подбежав к Ким. Сейчас был урок физкультуры и все девушки бегали вокруг школы. Сегодня Мэй с Чонгуком не успели побегать утром, так что Ким сейчас намного легче, ведь все хулиганки бегали сегодня и те уже валятся с ног, а девушке хорошо. Ей просто супер. Конечно же это неправда и девушка хотела крикнуть на всю улицу, что ей очень хуёво и она хочет спать. А ещё, тупой маркер не смывается с её лица, который нарисовал ей Чонгук. Ещё хуже. Хулиганка зло взглянула на блондинку и Миён начала от неё отходить, а то мало ли, получит от этой злой хулиганки с разрисованным лицом. Ким хмыкнула и ускорилась, убегая от Миён, которая еле на ногах стояла. Сегодня Юнги был каким-то слишком раздражённым и из-за этого страдала сама Миён. Парень просто издевался над ней. Мятный парень всё время говорил ей бегать быстрее и бегали Сон целый час или два часа. Сегодня он разбудил девушку в шесть утра, а та в свою очередь даже не выспалась и когда Сон вставала с кровати, потом ударилась об тумбочку и крикнула на всю квартиру «блять». Вот один вопрос: Юнги охуел или да? Услышав это, парень когда с ней бежал, говорил в её сторону самые худшие слова в её жизни. Особенно очень херово это слышать от человека, которого ты раньше любила и знала о нём всё. Да, тогда Миён любила иногда сталкерить этого дьявола. Он всё ещё ненавидел Миён. Хоть тут она и ни при чём. Слишком обидно. Миён подбежала к дереву и просто села на траву, прижав колени к себе. Девушке было слишком больно, вспоминая себя той самой Миён, которая была такой милой и доброй, которая любила какого-то там серьёзного и молчиливого парня. После случившегося предательства подруги и поломки одной очень дорогой вещи Юнги, и то что она сделала с отцом, Сон понимала, что ей лучше не быть милой и доброй, как какой-то одуванчик, который никому не навредит. Наверное, девушка больше не хороший цветочек, Миён теперь стала грибом. Ужасным грибком, который растёт в лесу совсем один, никому ненужный гриб. Маленькая поганка, которую обходят стороной и она может отравить. Наверное, так и думали про Миён. — Эй, чё с тобой? — К Миён подсела Лия, попивая воду из бутылки, которую ей дал Тэхён. — Просто думаю, может Мэй права? — грустно сказала блондинка, от чего Лия чуть не подавилась водой. — Что? — опешила Пак, смотря на Сон. — Всё это, всё что творят эти парни, — начала свой монолог блондинка, прожигая взглядом Юнги. — Эти парни только играют на наших нервах и издеваются над нами, — шикнула блондинка, отводя свой взгляд от Мина, который посмотрел в её сторону. — Может опять будем хулиганками, которых боялись все и мы никого не слушали? — Миён посмотрела на Лию, которая сидела и смотрела куда-то вдаль, задумавшись. — А может ты лучше расскажешь, что у тебя с Юнги? — Пак посмотрела на подругу и Миён сразу же фыркнула, отворачиваясь. — Плохая идея, — Сказала блондинка, вставая с земли. — И вообще, разберись лучше в своей жизни, и не лезь к другим, — Сон сказала это как-то с отвращением и опять начала бегать по кругу. — Наверное, это просто ты запуталась в себе, Миён, — тихо сказала Лия, качая головой. — Как и сама Мэй. Пак встала с земли, кинув бутылку на землю и опять начала бегать, как и другие хулиганки. Лия бежала сзади Миён, а сама блондинка была сзади Мэй. Эти двое была слишком какими-то задумчивыми и девушки вообще не хотели не с кем общаться, вообще что-либо говорить. Наверное, Мэй опять загоняется из-за своей старшей сестры, которой уже два года нет в живых, а Миён. Миён точно такая из-за этого Юнги. То как Миён смотрит на парня. Как всё время ведёт себя, когда начинают говорить про него. Блондинка точно раньше была с ним близка. Лия точно в это уверена.

***

Мэй сейчас сидела у себя в комнате и смотрела фильм на ноутбуке, поедая попкорн, который сегодня она нашла на кухне. Хулиганка сегодня себя не очень хорошо чувствовала, а всё из-за того, что она опять погрузилась в своё прошлое, которое она очень хочет забыть и жить своей жизнью, но кажись это просто невозможно. Ким всегда думает об этом, всегда плачет, хотя обещала себя, что слезу не прольёт, но она не сдержала своё обещание. Некоторые даже понять не могут, почему Мэй так себя ведёт из-за смерти сестры. Два года прошло, девушка могла бы уже забыть об этом, отпустить это и жить спокойно, не калеча себя. Но Ким калечила себя. Сильно это делала, но только морально. Девушку разрывало всё внутри и хотелось кричать. Когда у других людей уходит их любимый человек из жизни, они будут не так долго страдать, но потом перестанут. Конечно же они будут помнить этого человека и никогда не забудут его. Но вот Мэй страдает уже два года, а всё из-за смерти сестры и то как к ней относятся родители. Когда мать всё-таки уехала в Пусан, она за это время, что там находится, даже не позвонила своим дочерьям и не спросила как они поживают там, и хорошо ли с ними общается отец. Но кажись, мать Мэй не такая, как Лин. К сожалению. Хулиганка тяжело вздохнула и начала биться головой об стол. — Класс, решила проверить о наличие мозгов? — услышав голос, который бесит девушку, Мэй случайно задела ногой стол и сильно зашипела от боли. Странно, что он так не шипит из-за того, что только что билась головой об стол. Ким зло посмотрела на брата, который зачем-то припёрся сюда. — Чего тебе нужно? — спросила Мэй, прожигая его злым взглядом. — Через три дня у родителей свадьба, так что ты должна быть готова к их поломке, — говорил Чонгук. — Надеюсь, ты ничего не испортишь. — Могу испортить ещё одни твои плакаты, — пригрозила парню Мэй. — Только попробуй это ещё раз сделать, малышка, а иначе я разгромлю всю твою комнату, — уже рычал на девушку Чонгук. — Ой-ой, как страшно, — кривлялась девушка. — Могу сломать твою ноут. — А я твой, — парень сжал кулаки. — А я щас сломаю ваши головы об пол, если вы не заткнётесь, — услышав знакомый женский голос, Мэй и Чон обернулись. Эта была Лин. Это было неожиданно. — Оу, мам, — удивился Чон, смотря на мать. — Что ты тут делаешь? — Поговорить с Мэй пришла, — Уже спокойно сказала женщина, намекая сыну уходить. Гук лишь кивнул и вышел из комнаты, оставив мать и Мэй одних. Женщина закрыла дверь и посмотрела на девушку. Хулиганка лишь фыркнула и встала со стула, взяв телефон в руки и сразу же села на кровать, не обращая внимание на Лин. — Знаешь, Мэй, — брюнетка тяжело вздохнула и подошла к девушке, тоже сев на кровать. — Я знаю, что я тебе не очень-то нравлюсь, но хочу чтобы я тебе понравилась, — начала говорить женщина, улыбаясь. — Пойми, Мэй, я не злая мачеха, как в некоторых сказках или фильмах. На меня всегда можно положиться, — Лин смотрела на девушку, которая сидела в телефоне, делая вид, что не слушает женщину. А Мэй слушала её. Очень-то хорошо слушала. — Вот, держи, — Лин начала что-то расстегивать у себя на шеи и когда она расстегнула, в руках был кулончик, с красным камушком, который очень блестел на свету. Знаете, Мэй этого не ожидала. Совсем не ожидала от Лин. Она просто была В немом шоке и смотрела на этот кулон. Эта женщина слишком добра к хулиганке, хотя сама Мэй с ней общается так, будто Лин для неё враг. Эта женщина хочет отдать ей это? Аж смешно. Лин подвинулась ближе к девушке. — Повернись и подними волосы, чтобы я смогла одеть его на тебя, — мило говорила Лин. А что Мэ? Мэй повернулась и подняла свои волосы. По спине прошлись мурашки, когда холодные руки Лин дотронулись до шеи Мэй. Девушка вздрогнула и сразу же с серьёзным лицом повернулась к Лин, которая уже одела на Ким красивый кулон. — Ну так что, пора спать. Сладких снов, Мэй, — Лин улыбнулась хулиганке и вышла из комнаты, закрывая дверь. А Мэй себя как-то странно чувствует. Лин слишком добра к девушке. Очень добра. — Ну пиздец, — тихо сказала девушка и плюхнулась на кровать. Мэй взяла в руки кулон и начала его осматривать. — Ну красиво и что? Какая разница? — Надула губки Мэй, смотря на красивую вещь. — Лучше бы я её нахуй послала бы. Мэй не послала бы её. Совсем не понимая почему…