Миссис Леншерр

       Это случилось быстрее, чем Чарльз заметил всплеск паники на глади сознания ребёнка. Дернулся от блика на чешуйках мысли, но среагировать не успел.        Стены комнаты зашатало, звякнул антикварный сервис, и Чарльз, вместо того чтобы постараться удержаться на ногах, схватился за Эрика. Их обоих бросило на пол. Эрик разбил колено, и Чарльз заехал локтем в солнечное сплетение, из-за чего Леншерр выпустил воздух сквозь сжатые зубы.        Телепат пришел в себя первым - он подскочил на Эрике, опираясь руками куда попало, поспешно поднялся, чтобы убедиться. Джима в комнате больше не было. Чарльз прижал руку к виску.        - Я нигде не могу его найти, что странно, миссис Холдон говорила, что Джим в основном притаскивает незнакомые вещи к себе, однажды это была птица, вернее, половина птицы - Джим очень испугался и долго переживал, так что я боюсь, что он...        Леншерр неотрывно следил за прорезавшей лоб вертикальной складкой, за сосредоточенной паутинкой морщинок в уголках глаз, за шевелящимися губами - четко, складно, в почти ритуальном ритме. А потом отвернулся, дернув плечами.        - Если этот дурень действительно прыгнул в нестабильный портал, то он может сейчас обниматься со сталактитом в Авшаломе.        Складка между бровей прорезалась глубже.        - Думаешь, он мог пересечь океан?        Эрик неопределенно пожал плечами.        В самом деле, мальчишка был дерганый. Кто знает, что он мог натворить со своей неконтролируемой силой. Ребенок пробыл в школе только два дня, и за это время Ксавье старался к нему не лезть. Дал время освоиться в незнакомой обстановке. Вот и допривыкался.        В конце концов, одна его половина может отдыхать в кустах под окном, а вторая - в рощице чуть подальше. Леншерр решил не озвучивать эту мысль.        - Нужно собрать всех учителей, я сейчас... - начал было Чарльз, но замер на полуслове.        Взгляд голубых глаз - в кои-то веки по-настоящему растерянный - метнулся к Эрику, ощупал с ног до головы.        "Эрик?" - мягко прошелестело в голове. - "С тобой все в порядке?"        И это не был привычный голос Ксавье. Присутствие постороннего в мыслях ощущалось схожим образом - неизвестный телепат нырнул в сознание, как в знакомый до последнего камушка пруд у родительского дома. Он не лез в толщу воды, не пытался ухватить плавники откровений. Он окутывал сознание мягкой тенью и теплом, словно дружеское прикосновение плечом к плечу.        И прикосновение это было даже слишком мягким, каким-то более округлым и плавным.        "Эрик!" - тревожно зазвенел в сознании голос Чарльза.        Телепаты обнаружили присутствие друг друга, но не кинулись в бой. Каждый из них бросился защищать его, Эрика, разум. Леншерра пробила крупная дрожь, колени чуть не подогнулись. Ощущалось это так, будто его стиснули в объятиях сразу с двух сторон, перетягивая на себя.        "Оставь его!" - рявкнул Ксавье.        "Я не дам тебе навредить ему" - был ответ.        Чарльз опешил. Не даст навредить?        "Я хотел сказать то же самое - я не дам вам навредить ни ему, ни кому-то другому. Кто вы?"        Да что за нахрен, мысленно зарычал Эрик, задыхаясь. Он собирал по крупицам остатки своей воли. Эти двое устроили из его головы полигон, заполонили щитами, плотинами, мостами и оттеснили его самого куда-то в сторону, так, что темнело в глазах, и Леншерр почти упускал нить разговора.        "Эрик?" - тревожно переспросил Ксавье. - "Слушай меня".        "Сосредоточься на моем голосе", - уверенно и мягко посоветовал неизвестный.        Они произнесли это одновременно. Леншерр почувствовал, что они оба... тянутся к нему? Спокойно и дружелюбно, как предлагают руку, чтобы помочь подняться. Как раскрывая объятия.        Мужчина без колебаний схватился за руку Чарльза и перевел дух. Наконец-то все было правильно - они вдвоем против неизвестного вторженца.        Если кто и лезет ему в голову, то пусть это будет Чарльз Ксавье, невыносимый идеалист и хитрый лис с кодексом чести.        Другой телепат протранслировал изумление - даже не попытался его скрыть - и ослабил хватку. Но не ушел. Видимо, эти двое занялись друг другом, мысленно выясняя отношения. Чарльз все еще был бледен и сосредоточен, в чертах его лица читалась решимость дать отпор и легкое неверие.        Сквозняк из открытого окна холодил спину. Оказывается, Эрик весь вспотел. Рубашка липла к спине.        "Приходите в кабинет директора".        Ощущение чужого присутствия исчезло.        Эрик почувствовал, как у него звенит в ушах - будто он попал между дисками музыкальных тарелок. Он помнил это чувство, любой контакт с Эммой Фрост заканчивался болью в висках и легкой тошнотой. Вот только за время работы с Чарльзом он слишком привык к его мягким ментальным прикосновениям.        - Нас приглашают в твой кабинет, - хмыкнул Леншерр, придерживая дверь, чтобы пропустить Ксавье вперед.        Тот был задумчиво отрешен.        - Нет, не в мой, - ответил телепат, оглядываясь по сторонам настороженно, но с долей детского любопытства.        - Что?        Чарльз не ответил, и Эрик покачал головой. Ну ладно, пусть с подозрительными телепатами-вторженцами разбирается Ксавье. Леншерр просто побудет молчаливой силовой поддержкой.        На двери красовалась табличка "Сh.Xavier".        - Ты же говорил, что таблички добавляют бестолкового канцеляризма? - удивился Эрик. - И когда только успел?        - Проходите! - послышался женский голос из кабинета.        Мужчины переглянулись.        Стол в рабочем кабинете Чарльза был занят. Эрик хотел было возмутиться наглости посетителя, но слова не справились с управлением, вылетели на встречку. Все полетело к чертям, перевернулось, образуя полномасштабную пробку.        Женщина подняла глаза из-под изящных очков для чтения, скатившихся на нос. Мазнула пронзительно-голубым взглядом по Эрику и буквально засветилась, когда всмотрелась в Ксавье.        - Ну надо же, - произнесла она, и от шотландского сопрано со знакомыми наивно-лукавыми интонациями Эрика продрало морозом по коже.        Они не были зеркальным отражением друг друга. Никакой тяжелой челюсти и (слава богу!) рыжеватой щетины. Очаровательные щечки, ровные брови идеальной формы. Легкий макияж - что-то вроде туши для ресниц и бежевых теней, Эрик не очень разбирался. Мягкая волна каштановых волос, серьги. Ярко-любопытные глаза.        - Шарлотта Ксавье, - кивнула женщина, открыто улыбаясь им обоим. - Невероятно интересно познакомиться. А ты и впрямь Чарльз.        - Да, - выдохнул телепат, глядя на Шарлотту во все глаза.        - О, погоди, давай встанем рядом, чтобы было удобнее!        Женщина бодро вскочила на ноги, почти выбежав на середину кабинета.        Она была тоньше - в фигуре Шарлотты не чувствовалось мужской коренастости Чарльза, ниже ростом. Эрик стоял в стороне и все еще пялился на обоих в немом шоке. Несмотря на все различия, эти двое были похожи гораздо больше, чем близнецы. Они были одним человеком. Не говоря уже про то, что Шарлотта носила серый брючный костюм с шерстяной жилеткой.        Женщина оглядела Чарльза с ног до головы и, кажется, осталась довольна увиденным. Кивнула своему двойнику и перевела взгляд на Эрика. Совершенно не смущаясь, ощупала его взглядом, оставшись довольной, судя по всему, и в этот раз.        - Ты замужем? - неожиданно подал голос Чарльз.        - Ну да, - кивнула Шарлотта так, будто в этом не было ничего удивительного. Замерла из-за неожиданно пришедшей мысли. - О, - произнесла она. Опять глянула на Эрика, перевела взгляд на Чарльза. - О!        Пока она хихикала над чем-то своим, сугубо женским, Леншерр смог собраться с мыслями.        - Это ведь не Рейвен? - спросил он, глядя на Чарльза с самому себе неясной мольбой.        Тот был сконцентрирован на какой-то другой мысли.        - Действительно? - спросил Чарльз, и Шарлотта, сверкая голубыми глазищами, широко улыбнулась, отвечая:        - Да.        Ксавье пораженно покачал головой, на что женщина снова захихикала.        Эрик оглянул этих двоих и фыркнул.        - Может быть, вы и меня включите в свою увлекательную беседу?        Шарлотта опомнилась и на правах радушной хозяйки усадила их обоих на мягком диванчике в зоне отдыха. Принесла графин.        - Без виски мы явно не разберемся, - улыбнулась она, устраиваясь в кресле напротив. - Как я понимаю, это Джимми постарался?        Джим Холдон.        Так вот что произошло.        Эрик сел ровно и по-новому оглядел кабинет. Почувствовал себя уверенней. Чарльз же, наоборот, казался странно притихшим и будто потерянным.        - Значит, это не он переместился, а нас куда-то переместил? - спросил Леншерр.        - В другой вариант реальности, - с готовностью кивнула Шарлотта. - Не смотри на меня так удивленно, мы с Джимми тоже много чего проходили.        - Существует физическая теория множественной реальности, - подхватил Чарльз, разглядывая Леншерра так, как будто он был незнакомцем. - Что каждый выбор любого человека на земле формирует новое отражение реальности - ты позавтракал яичницей, а твой двойник в отражении выбрал гренки с джемом. Повернул направо или налево по пути домой, начал войну с человечеством или выбрал другой путь.        Леншерр передернул плечами и обжег Чарльза взглядом. Не время выяснять отношения и напоминать ему в очередной раз о том, как он бесхребетно сдался на милость соблазну мирной и спокойной жизни, столько воды утекло. Да и не о том ведь речь совсем.        - И вы?.. - начал он, всматриваясь на Шарлотту.        Та кивнула, нежно глядя на Леншерра.        - В вашем мире я, видимо, родилась мужчиной. Это так романтично, - совсем не в тему произнесла она и мечтательно прикрыла глаза.        Чарльз кашлянул в кулак, Эрик почуял неладное, но решил не отходить от темы.        - Ты уверен? - начал было он, поворачиваясь к Чарльзу, но Шарлотта с готовностью ответила раньше, чем он успел договорить:        - О да, это определенно не иллюзия, и я точно не Рейвен. Ты ведь сам знаешь, Эрик, на тебя не действуют иллюзии подобного рода - из-за определенного чувства, в том числе и северного полюса, а в иллюзиях этого чувства нет, потому что никто не в силах сымитировать то, о чем понятия не имеет. О, я бы могла, конечно, подстроить все так, чтобы твой мозг сам себя обманул, додумав для иллюзии детали. Однако, для этого нужно слишком хорошо тебя знать, верно? И ты определенно должен доверять мне так, как не доверяешь ни одному телепату в бесконечном разнообразии вселенной.        Эрик смерил ее предупреждающим, почти враждебным, взглядом. Вот именно за это он и не любил телепатов.        - Чарльз? - повторил он, демонстративно поворачиваясь к лучшему другу.        Тот все еще витал в своих мыслях, так что ответил несколько заторможено.        - Да, Эрик, увы, но мы действительно не дома. И это место... отличается.        Леншерра преследовало ощущение нереальности происходящего. Мир вокруг был каким-то пластилиновым, запахи искусственными, металл - пластмассовым. Даже магнитные поля Земли, будь они неладны, ощущались тревожнее, какими-то оранжево-красными вместо привычных бордово-коричневых.        - Что ж, Джимми сейчас на каникулах, но я, конечно, попрошу его приехать пораньше. И мы все вместе подумаем, как вернуть вас обратно.        Весь день Эрик чувствовал себя не в своей тарелке. Во-первых, он все никак не мог принять мысль о том, что находится в параллельном-перпендикулярно-сферическом мире, а не дома. Слишком уж все было похоже и непохоже одновременно - как в кошмарном сне. Вроде та же школа Ксавье, но какие-то странные дети. Они очень радостно с ним здоровались, кто-то продолжал болтать, огибая его, как предмет мебели. Одна девочка даже прыгнула на него! Повисла на шее, болтая ногами и громко за что-то благодаря. На Чарльза же дети не обращали никакого внимания, так, обычное любопытство в отношении незнакомца. Раз он с "профессором Леншерром", значит все в порядке.        Профессор.        Он - профессор.        Мозг кипел, так что Эрик справедливо решил, что нужно переспать с этими мыслями. Чарльз тоже был погружен в какие-то свои мысли, поэтому на уход Леншерра не обратил особого внимания. Несмотря на ранний день, он уснул почти сразу, как только устроился на кровати в гостевой комнате.        Неудивительно, что проснулся он посреди ночи.        Школа мирно отдыхала, так что Эрик спокойно дошел до кухни, не отвлекаясь на жизнерадостных школьников. В самый разгар каникул население школы значительно уменьшилось, но даже так стайки юных мутантов умудрялись создавать невообразимое количество шума.        Ночь и раннее утро были самым продуктивным временем суток. Это время энергичных действий и быстрых решений, в отличие от тягомотного дня и тянущегося, словно засахарившийся мед, вечера. Леншерр и просто так любил засиживаться допоздна, встречая рассвет. Работалось и думалось в это время лучше всего. Не было ничего удивительного в том, чтобы встретить Эрика Леншерра на кухне в третьем часу утра, попивающего кофе и читающего отчеты.        На пороге кухни мужчина остановился, как вкопанный.        За столом с чашкой кофе и газетой в руках сидел он сам, угрожающе поблескивая глазами из-под нахмуренных бровей.        Ну, не он, конечно, а его двойник из этой реальности. Тот смерил его взглядом сверхну вниз и вернулся к прессе.        - Шарлотта была права, - невозмутимо произнес двойник Эрика, прежде чем сделать глоток кофе.        - Хм, - не менее содержательно ответил Эрик.        Двойник пододвинул к нему кофейник и вернулся к чтению как ни в чем не бывало. Странно было вот так смотреть на самого себя. Определенно статная и ладная фигура, но в плечах чувствуется некоторая скованность. Изящные, но сильные кисти рук, дорогие часы, ни намека на щетину, несмотря на позднее время. Аккуратно, со вкусом, но без щегольства.        Может, это освещение виновато, но этот Эрик, казалось, выглядел моложе, чем тот, которого Леншерр привык лицезреть в зеркале. Внутри него не было настороженного спускового механизма. Вот только умиротворение не расслабляло его. Он выглядел зрелым и цельным, а оттого еще более опасным. А еще слишком лощеным для скромного профессора.        Эрик беззастенчиво разглядывал своего двойника, а того, казалось, больше интересовали отчеты. Или даже свои мысли - он то и дело поджимал губы, нарочито хмурил брови, а потом хмыкнул и закатил глаза.        - И это я думал, что Шарлотта болтлива сверх меры потому, что это естественное женское качество. Я ошибался - Чарльз ничуть ей не уступает. Может, это "генетическая мутация Ксавье"? - произнес двойник сдавленным голосом, явно кого-то передразнивая. - Или я все-таки прав, и в Чарльзе тоже говорит его женская сущность. Что скажешь?        Леншерр стиснул зубы.        - Что ты несешь?        Двойник повернулся к Эрику с усмешкой, от которой тот едва не скривился - столько в ней было насмешливого превосходства.        - Я говорю, что заставить Шарлотту замолчать можно только в постели. И тут возникает закономерный вопрос - как же ты справляешься с Чарльзом?        Леншерр смерил двойника презрительным взглядом.        - О, ну да, - кивнул тот и снова неприятно усмехнулся. - Как я мог забыть. Ты же не слышишь их спор. - Двойник прикоснулся пальцами к виску характерным жестом. - Они так увлечены друг другом, что я начинаю ревновать.        Эрик презрительно скривился, не желая признаваться в том, что действительно чувствует себя слегка уязвленным потому, что оба телепата разговаривали только с его двойником, а самого Эрика как бы исключили из своего круга интересов.        - Дорогой, - внезапно мурлыкнул двойник, и по его обращенному сквозь пространство взгляду было понятно, что он говорит не с Леншерром, - в твоих устах этот акцент звучит еще сексуальней. Эти глубокие волнующие нотки... Нет, дорогая, я никого не провоцирую, ты что, сама не слышишь? У Чарли даже мысленный голос просто невероятно звучит. Ой, вот только не начинай. Чарли, скажи ей.        Двойник Леншерра рассмеялся, прижмурив от удовольствия глаза. Казалось, Эрик его совсем не интересует - куда интереснее было общаться со своей Шарлоттой и его Чарльзом... А вот самому Леншерру почему-то до нервного зуда в пальцах хотелось осмотреть или даже ощупать двойника. Как он этого добился? Как он смог стать таким... таким! Как будто добился всего, от чего отказался сам Леншерр, не принеся мирную жизнь в жертву.        Уже некоторое время Эрик мрачно разглядывал кольцо на пальце своего двойника. Даже миссис Леншерр обзавелся. Ну надо же.        - Что преподаешь? - наконец, спросил Эрик.        - Политологию, - ответил двойник, не отрывая сосредоточенного взгляда от отчетов. - Факультативом. На большее, к сожалению, не хватает времени.        - И чем же ты так увлечен помимо педагогики?        Двойник прищурился и отодвинул бумаги в сторону, поворачиваясь к Эрику.        - А ты? - спросил он. - Кем работаешь ты?        - Я...        Эрик нахмурился. Бездельник, ничем конкретно не занимающийся, но имеющий мнение. Убийца, разыскиваемый под разными именами по всей Европе. Едва не развязавший третью мировую войну мутант, возглавляющий правительственные списки самых опасных людей планеты. Свято верующий, что каждый человек должен вносить свой вклад в светлое будущее, и малодушно отсиживающийся.        Так было не всегда. Чарльз и его команда. Со всей этой своей школой, с детьми, которым его действия, благие в перспективе, в настоящем только вредили.        - Ты - заноза в заднице Чарльза, - выдержав достаточную для ответа паузу, поделился двойник и криво ухмыльнулся. - Террорист недоделанный. А я надеялся, что ты будешь поумнее.        Леншерр оскалился.        - Что, не нравлюсь?        Двойник ответил ему серьезным взглядом и кивнул.        - Нет, не нравишься. Хотя, должен признаться, тормоза у тебя работают получше, чем у меня. Ты хотя бы не разрушил Колизей... И не кидался ни в кого стадионами. Но это, видимо, благотворное влияние Чарли. Наверняка он вовремя дал тебе пару зубодробительных оплеух. Шарлотта пыталась меня отговорить, но ее методы... Она слишком верит в людей.        Эрик покачал головой. От Чарльза итак было сложно отвести взгляд, будь он женщиной в его реальности и верь в него... Вряд ли бы дергался. Сидел у ее ног, словно цепной пес, и преданно смотрел в глаза. Хотя, нет. Он бы поработил и бросил мир к его - ее - ногам.        - Так что, - вновь подал голос двойник. - Ты и правда болеешь за другую команду?        - Что?        - Гей, - снисходительно пояснил второй Леншерр.        Эрик чуть не подавился кофе и уставился на двойника с изумленным недоверием. Тот смотрел в ответ с вежливым интересом.        - Отвратительное чувство юмора. Мы с тобой похожи еще меньше, чем я думал, - бросил Леншерр, скривившись. - Или ты по себе судишь? А что же кольцо? Или это так, для прикрытия?        Двойник откинулся на спинку стула, вытягивая ноги и глядя на Эрика с новым интересом.        - Что, правда нет?        - Естественно, нет.        - А как же Ксавье?        - Причем тут он?        Эрик уверился, что в этом мире он (точнее говоря, его двойник) точно не в себе. Потому что Леншерр-номер-два запрокинул голову и захохотал. Сграбастал свои бумаги, обошел вокруг стола, дружески ткнул Эрика в плечо и, все еще посмеиваясь, удалился.        Понятно, что имел в виду Ксавье, когда бросал в пылу ссоры, что с Эриком невозможно разговаривать. Теперь он готов был с этим согласиться.        На следующий день Чарльз фонтанировал энергией. Казалось, его абсолютно не беспокоила враждебная чужая вселенная - он изучал ее с непосредственным любопытством ребенка. Не волновался он и насчет собственной школы, оставшейся без присмотра - там же Рейвен, Генри МакКой, полный педагогический состав и старшие ответственные студенты. Уж как-то справятся. Тем более, что радушные обители этой версии вселенной развлекали гостей, как могли.        Чарльз не отлипал от Шарлотты. Когда же она отлучилась по делам, ее место занял второй Эрик. У него, казалось, не было проблем с личным пространством. Он спокойно приобнимал Чарльза, наклоняясь, чтобы указать на что-то.        - Ух ты! Эрик, гляди!        Чарльз, полный восторга, схватил Эрика-копию за руку и навалился всем телом, сияя улыбкой. Двойник не растерялся и обхватил Ксавье руками в полуобъятия и что-то жарко зашептал на ухо.        Леншерр поморщился от дискомфорта. Он сам стоял поодаль и уж точно не собирался тискаться, как девочки-подростки. Чарльз, чье внимание обычно было сосредоточено на нем, всегда чутко реагирующий на смену настроений, не замечал абсолютно ничего, с радостью переключившись на этого нового Эрика - отвечающего взаимностью на дружбу и не скрывающего это. Наверняка его жизнь сложилась иначе - он женат, черт побери, может, у него даже есть дети, сам Эрик был настолько далек от этого всего, что даже не потрудился узнать подробности личной жизни местного себя.        Чарльз остроумно пошутил, Эрик-номер-два удачно развил шутку, и оба заухмылялись, чрезвычайно довольные друг другом. И когда Ксавье не видел, двойник бросил на Эрика торжествующий взгляд.        - Я вернусь в школу, - произнес Леншерр, стараясь, чтобы голос звучал как обычно. Пришлось прокашляться от сипоты.        - А? - Чарльз обернулся с удивлением и смущением, как будто действительно забыл, что он тоже был здесь. - Оу... Ну, если тебе скучно...        - Что насчет национального архива? - разорвал их зрительный контакт второй Эрик, и Чарльз моментально вернул все сто процентов своего внимания ему.        - О, а что с ним? Подожди, или реконструкция пятьдесят седьмого?..        Леншерр с королевским достоинством удалился, надеясь, что не выглядит, словно побитый щенок.        - Хорошего дня, профессор Леншерр!        - Здрасьте!        - Профессор, а когда?..        Черт возьми, он вернулся как раз во время обеда. Он только пробился сквозь студентов, напустив на себя мрачный и строгий вид, как откуда-то из-за угла вынырнула Шарлотта.        - Эрик, - улыбнулась она, подхватывая его под руку и заглядывая своими невероятными синими глазами в лицо. Она была ниже Чарльза, но без очков, поэтому столкнуться с безграничной синевой глаз, в которых плескалась нежность и неподдельная забота, было неправильно до щемящего чувства.        Что-то царапало изнутри. Леншерр сам не понимал, почему бесится.        Шарлотта понимающе улыбнулась, и это знакомое высокомерное выражение я-знаю-что-ты-чувствуешь бросилось на оголенные провода нервов и сковало конечности шаговым напряжением.        - Я не твой Эрик, так что прочь из моей головы, - глухо зарычал он.        Женщина озорно усмехнулась, совсем не впечатлённая его грозным рыком и попыткой отодвинуться. Она дернула Эрика вниз, и когда тот согнулся, не совсем уверенный, как ему быть, звонко чмокнула в щеку.        - Что ты делаешь? - Эрик попытался отшатнуться, пялясь на Шарлотту во все глаза.        - Господи Иисусе, ты так похож на моего мужа, что я не могу удержаться! - довольно заулыбалась она.        Эрик демонстративно отодвинулся.        - Чарльз тоже весьма распущенно ведет себя с противоположным полом, - процедил он. - Но ты ведь замужняя женщина. Что подумает твой муж.        Вопреки ожиданиям, Шарлотта совершенно не впечатлилась.        - О, дорогой, он совсем не против.        Леншерр скривился в презрительной гримасе.        - Просто ты так мило переживаешь... Я даже слегка завидую Чарльзу, уж прости мне мою слабость. Может, партию в шахматы, пока мой Эрик с твоим Чарли гуляют? Ой-ой, ну и мысли у тебя! Уверяю, никаких эвфемизмов! Действительно обычные шахматы. Или ты один из тех, кто считает, что это исключительно мужская игра?        - Нет, благодарю.        - Отчего же?        А она не собиралась сдаваться просто так. Видеть знакомые ужимки на милом женском личике и слушать этот ничего не значащий флирт... Это сбивало с толку. С кокетством Чарльза смириться было легко - это ощущалось как часть легкомысленного образа. Причуда шутника, подтрунивающего над другом. Будь Чарльз женщиной...        В самом деле, кто бы не отказался заполучить сразу и лучшего друга, и единомышленника, на которого всегда можно положиться, и сексуального партнера в одном лице? Как будто ты - одинокий кусочек пазла. И тут ты встречаешь человека, который подходит к тебе сразу четырьмя сторонами. Как будто он - целая мозаика, а ты - последний недостающий элемент картины.        Эрика замутило от этих мыслей. Потому что к голубым глазам воображение упрямо добавляло отнюдь не очки в золотой оправе и не подкрашенные помадой губки. К мудрым и пронизывающим синевой глазам обязательно добавлялись изломанные брови с глубокой морщинкой на переносице, упрямая складка у губ, мужественный подбородок...        - Шах, - произнесла Шарлотта, опрокидывая черного короля. - И мат. Ты удивительно рассеян. Ну, или отвратительно играешь. Мужа я ни разу не обыгрывала с такой легкостью. Хотя, он всегда делает вид, что поддался, когда я побеждаю, но ты же сам понимаешь - мужское эго...        - Кто он?        Шарлотта расставила фигурки по своим местам и вздернула бровь - совсем как Чарльз.        - Кого ты имеешь в виду, дорогой?        Леншерр подавил внезапно вспыхнувшее раздражение.        - Твой муж. Кто он? - Эрик мрачно посмотрел в свой стакан. Виски оставалось на самом донышке. - И как он отнесся к тому, что ты не стала менять фамилию?        Шарлотта странно посмотрела в ответ. Потом откинулась на спинку кресла и попыталась скрыть улыбку. Как и в случае с Чарльзом, она слишком ярко светилась в глазах, чтобы показное безразличие могло хоть кого-нибудь обмануть.        - Дети слишком привыкли называть меня профессором Ксавье, - ответила она. - Да и школа... Все, конечно, в курсе, что мы женаты, но все же я предпочитаю дистанцироваться. Его взгляды и... эпатажные заявления должны влиять на авторитет школы как можно меньше. Не устаю взывать к его благоразумию.        Эрик нахмурился, сцепив зубы. Таким образом ему придется обратиться к стоматологу в ближайшие пару дней. От напряжения лицевых мышц начала болеть голова.        - Иногда мне хочется его придушить, он такой упрямый осел, который не видит то, что у него прямо под носом.        Это не его мир. Он же не ревнует Чарльза к его бесконечным пассиям, да хотя бы к той же Мойре МакТаггерт! Он правда не ревнует, ни капли.        - Ну и, конечно же, он не мог допустить, чтобы я не взяла его фамилию. Такой собственник. С одной стороны это, конечно, приятно, но с другой... Чарльзу в этом плане повезло больше, по крайней мере, ты не считаешь его слабым изнеженным существом. Как будто это не я обычно вытаскиваю его из задницы!        Эрик едва не зарычал. Неужели нельзя было просто сказать чертово имя?!        - Профессор Ксавье - это звучит современнее. Когда говорят "миссис Леншерр", я сразу представляю этакую матрону, пухлую и розовощекую, занятую исключительно домашним хозяйством.        - Что?        Шарлотта хрюкнула, попыталась скрыть усмешку рукой. Накрашенные губы искривило, женщина спрятала лицо в ладони. Чарльз и двойник Эрика, конечно, вернулись именно в этот момент.        - Что происходит? - поинтересовался Эрик-из-этой-реальности, наградив Леншерра тяжелым взглядом.        Тот просто оторопело пялился на Шарлотту. Женщина махнула рукой куда-то в сторону, видимо, пытаясь успокоить благоверного, пока тот не устроился на подлокотнике ее кресла. Шарлотта сразу уткнулась ему в плечо, заставив нагнуться и почти упасть в кресло, и начала откровенно ржать. Двойник Леншерра с готовностью сомкнул объятия. Ухмыльнулся премерзко, глянув на Эрика со снисхождением. Оскалился и засверкал глазами, похлопывая супругу по спине.        То ли жена успела телепатически поделиться тем, о чем говорить вслух пока была не способна, то ли сам догадался.        Жена.        Миссис Леншерр.        Эрик со звучным клацаньем закрыл рот и посмотрел на Чарльза. Тот стоял у двери, привалившись плечом к стене, сверкал глазами и прятал нижнюю часть лица рукой - совсем как Шарлотта недавно.        Двойник зашептал женщине на ухо, задевая его губами, и они оба рассмеялись.        Эрик пробормотал что-то маловразумительное про дела и спешно покинул библиотеку. Не сбавляя шага, миновал ученические коридоры и холл. Гравий зло захрустел под ногами.        - Ты знал, - продавил сквозь зубы, не оборачиваясь. Чарльз молчал все это время, шаг у него был легкий - за грохотом крови в висках не расслышать, но Эрик ощущал его присутствие всей поверхностью кожи, как ощущается солнечное тепло.        Чарльз молчал, так что пришлось продолжить.        - Ты знал, что они... и позволил им... веселиться за мой счет!        - Эрик, - успокаивающим тоном произнес Ксавье и положил ладонь на плечо, которую Леншерр сбросил.        - Тебе тоже было весело!        - Было, - подтвердил Чарльз.        - Сговорились за моей спиной, и еще и этот... этот с вами!        Леншерр был уверен, что на губах Ксавье расцвела неуверенная улыбка.        - Им двоим привычно общаться мысленно, Эрик, то есть, твой двойник, он не имеет ничего против телепатии Шарлотты, так что и против меня тоже.        Эрик сжал зубы.        - Это крошечный розыгрыш, безобидная забава. Ты еще сам посмеешься, когда остынешь.        Леншерр обернулся, сжимая кулаки в карманах брюк.        - И как, по-твоему, я должен был это сказать? - продолжил Чарльз, начиная сердиться. - Ох, дорогой мой друг, не подумай ничего такого, но вот эта влюбленная пара - мы, только из другого мира, и тут мы друг от друга без ума - даже подумываем о детях, - ну, конечно, здесь-то я женщина, можем себе позволить! Но ты ничего не думай, наша суровая мужская дружба крепка, как сталь! Боже мой, Эрик, это ведь было очевидно, я думал ты сам догадаешься! Они же живут вместе!        Разгорячился не на шутку. И глядя на него, сверкающего яростными синими глазами, размахивающего руками, с пятнами на лице и покрасневшей шеей, Леншерр наконец-то понял.        Вот что казалось таким неправильным.        Вот из-за чего смотреть на своего двойника и Чарльза со стороны было так неприятно.        После недавнего шока новое осознание не выбило из колеи. Наоборот, оно опустилось на него, словно мягкое перьевое облако. Пальцы сами собой разжались, голова заработала четко и ясно.        - А мы не можем? - спросил Эрик.        Чарльз даже сбился с мысли.        - Что?        - Мы не можем себе позволить?        Чарльз захлопал глазами и механически потянулся к виску. Опомнился, отдернул руку. Прости мол, старый друг, привычка - вторая натура, ничего не могу поделать, обращаюсь к телепатии всякий раз, когда ни черта не понимаю, что происходит в твоей дурной башке.        - Я потерял нить мысли. Поясни, о чем ты говоришь?        Эрик вдохнул полной грудью. Пахло каменной пылью и скошенным газоном. Так сочно и вкусно, что выдыхать не хотелось - хотелось захохотать, запрокинув голову.        - Ладно, - произнес Леншерр и дружелюбно улыбнулся, прежде чем похлопал Чарльза по плечу. - Неважно. Идем, пока нас не потеряли.        Ксавье непонимающе моргнул, явно сбитый с толку. Эрику захотелось рассмеяться. Или садануть кулаком по стене - до крови, чтобы кости превратились в осколки, чтобы боль смыла эйфорию, привела в чувство. Или уткнуться носом в каштановые волосы, стиснуть Чарльза до боли, почти до хруста, прижать к себе и не отпускать.        Ему точно нужно время, чтобы разобраться.        И раз пока они здесь, то времени у него предостаточно.