А - значит алиби.

И вот уже прошло нескольких месяцев после первого поцелуя Чимина и Чонгука, после чего их отношения кардинально изменились. Последний предлагал Паку остаться и жить у него, но он – омега стеснительная и предпочел остаться в своем доме, своей маленькой уютной крепости, не смотря на все протесты альфы. Дальше нежных или грубых и страстных поцелуев не заходило. Чонгук не хотел торопить омегу с физической близостью, поэтому ждал начала течки, как чего-то волшебного. Просто знакомые альфы говорили ему, что омегам в этот период не больно, а удовольствия еще больше. Но течки шли одна за другой, а Чимин просто ел таблетки, которые запрещал ему Чон. Некого Хан Довона так и не поймали. Дело передали выше, так что Чонгук этим делом больше не занимается. Хосоку хотели дать двадцать лет строгого режима, но его чистосердечное скосило срок до пятнадцати. Чимин с Тэхёном, как некогда дружные омеги, поговорили, извинились друг перед другом, за то, что не искали предлогов для встречи, вспомнили прошлое и, конечно же, поплакали. Теперь они стараются общаться чаще. Пак нашел новую работу, ведь со старой его уволили. Чонгук, как и обещал полицейскому Ли, отправил его в оплачиваемый отпуск.

***

Чимин уже давно ждет альфу, сидя в парке, на скамейке, куда пригласил его Чонгук на свидание. Тот не отвечал ни на звонки, ни на эсэмэс. Омега идет медленными шагом к центральному входу, думая, что встретит своего парня там, но простояв еще полчаса и не увидев его, принимает решение сходить в участок. Все же он думает, что альфа просто занят на работе и не может ответить Чимину, но волнение, все же, никуда не уходит. Минуя кварталы, он доходит до здания полиции и, остановившись у большой лестницы, ищет взглядом знакомую машину на парковке, но не находит. - Здравствуйте! Следователь Чон Чонгук еще у себя? – надеясь на лучший исход, спрашивает Пак. - Он сегодня взял отгул на неделю, - просматривая какие-то бумаги сообщает секретарь. – Могу записать вас на прием. - Нет, спасибо, я… я, - мямлит он, не зная, что сказать. Что должно было случиться, чтобы Чонгук взял отгул? Ведь если бы он хотел провести это время с Чимином, то предупредил бы. Попрощавшись с секретарем, омега выходит из здания полиции, медленно спускаясь по ступеням. В голове слишком много вопросов, но так мало ответов. Единственный способ получить ответы - найти альфу и узнать все у него. Холодный мартовский ветер обжигает воздухом мягкие щеки, что быстро пунцовеют, пробирается под куртку, неприятно щипая слегка пухлые бока Чимина. Подняв шарф на нос, Пак быстрым шагом направляется в сторону знакомой ему многоэтажки. Неприятные мысли уходят с новыми порывами ветра и омега спокойно идет дальше. Но, стоя напротив двери альфы, Чимин теряет былую уверенность . Он уже несколько минут стоит с застывшей в воздухе рукой в паре сантиметров от звонка и не решается позвонить. Мысли вновь большим потоком захлестывают сознание, и Пак сам не понимает, в какой момент он нажал на звонок. Он держит палец на кнопке, боясь убрать руку, слышит слабую мелодию по ту сторону двери и не понимает, что теперь делать. Паника полностью охватывает его. Все же, собравшись с мыслями, он отпускает звонок и, не слыша активности за дверью, облегченно выдыхает, прижимаясь спиной к двери. Он даже и не представляет, что сейчас, с другой стороны двери, точно также как и Чимин, прислонился Чонгук, пытаясь вести себя как можно тише. Хоть он и не слышит никаких звуков, говорящих, что омега ушел, но яркий запах печенья, проникающий в квартиру, четко дает знать, что его обладатель еще здесь. От сладостного аромата, что, скорее всего, заполнил уже всю комнату, пах альфы приятно тянет и покалывает от вновь нахлынувшего возбуждения, ноги в коленях сгибаются и Чон, не сумев удержаться, скатывается по двери вниз. - Чонгук? – тихо говорит омега, почувствовав спиной вибрацию двери. – Чонгук, открой. Нам нужно поговорить, но не замечая активности со стороны альфы, начинает барабанить по двери. – Я же не перестану. Буду стучать, пока не откроешь. - Уходи, - тихо говорит Чон, пытаясь сдерживать себя. - Давай поговорим, пожалуйста, - переставая стучать говорит омега, грустнея на последнем слове. - Нам не о чем говорить. - Чонгук, - интонация Чимина меняется, что, кажется, тот сейчас заплачет. Дверь с тихим скрипом открывается и из нее высовывается голова измученного чем-то альфы. - Что? – грубовато говорит Чон, смотря на Пака. - Я прождал тебя в парке около часа, но ты не пришел. Почему? – с грустью в голосе говорит омега. – Ты даже не предупредил. - Я не смог прийти, а телефон разрядился, - глупое оправдание. - Почему ты даже не впускаешь меня? – вот сейчас Чимин точно заплачет. - Я не могу, - чуть тише говорит Чонгук. - Не можешь или не хочешь?！ - срываясь на крик, сообщает омега, прикрывая лицо руками. - Чимин, - тихо зовет альфа, - у меня начался гон, поэтому я не могу тебя впустить. - Что? – поднял на альфу заплаканные глаза, спрашивает Чимин. – Почему ты мне не рассказал? – хватаясь за ручку двери и пытаясь ее открыть, говорит омега. - Чимин, уходи. Я не хочу тебе навредить, - пытается закрыть дверь Чонгук, но стальная хватка Пака не дает ему. И откуда, только у столь прекрасного существа столько силы? Омега просовывает ногу в дверной проем, обеспечивая себе дополнительную поддержку. Несколько минут борьбы, и дверь поддается омеге, он проходит внутрь, медленно подходя к Чону. - Кто тебе сказал, что я не хочу, чтобы ты мне навредил? – выдыхает в самые губы альфы Чимин, накрывая их своими, облизывая и покусывая. Инициативу берет на себя Чонгук, неожиданно для Пака просовывая свой язык в чужой рот, проходясь по ряду зубов, небу и сплетая языки. Поцелуй не затягивается на долго, из-за стояка альфы, по которому Чимин легонько проходится коленкой, улыбаясь в поцелуй, слушая рыки Чона. - Я предупреждал, - закидывая омегу на плечо и оставляя удар на ягодицах, говорит Чонгук, направляясь в спальню. Он скидывает Чимина на кровать, нависая сверху, оставляя грубый смазанный поцелуй, попутно стягивая с себя футболку. Пак тянет руки к подкаченной груди альфы, но тот прерывает его попытки, стягивая с него кофту, запрокидывая руки его над его головой. - Разве я разрешал меня трогать, - рычит Чонгук, проходясь дорожкой засосов от основания шеи к пупку. Второй, свободной рукой он расстегивает штаны Пака, рывком стягивая их вместе с боксерами, отбрасывая куда-то в сторону. - Смазки нет, - переворачивая парня на живот, не отпуская его кистей и сплевывая на собственную руку, говорит он, резко вставляя два пальца в сжатое колечко омеги, слушая вскрик боли. – Я у тебя первый, да? – Чимин не видит, но точно знает, что Чонгук ухмыляется. – Отвечай! – ударяя по одной ягодице, говорит он, на что получает тихие постанывания и судорожные кивки со стороны омеги. Два пальца заменяются на три, активно двигаясь в парне, ища простату. Неожиданно громкий стон и выгнувшийся в спине Чимин, как бы намекают Чонгуку, что он попал по заветному комочку, поэтому он двигает пальцами еще быстрее, попадая по одной, единственной точке. - Неужели я могу довести тебя пальцами? – шепчет Паку на ухо альфа, когда первый с протяжным стоном кончает на белые простыни кровати. – Но это еще не конец, - так же шепотом говорит Чон, ставя парня в коленно-локтевую и быстро стягивает с себя остатки одежды. Чонгук рывком входит в Чимина, все еще держа его за руки, чтобы тот не прикасался к себе. Медленным движениям не нужно сменяться на быстрые, ведь их нет. Альфа сразу же начинает резко вдалбливаться в податливое тело, пока сознание накрывает сильное возбуждение. Периодические удары по ягодицам, что отдаются легкими поскуливаниями Чимина, еще больше возбуждают Чонгука, что тот вдалбливается еще быстрее, хотя, казалось бы, куда сильнее? Перекинув одну ногу Пака себе на плечо, находясь немного в подвешенном состоянии, Чон продолжает быстро вдалбливаться, слушая сладостные для своих ушей стоны, пока их обладатель густо кончает во второй раз с именем альфы на губах. Несколько размашистых толчков и Чонгук прижимает Чимина к себе, густо изливаясь в него, тихо рыча. - Не смей, - шипит на ухо омеги Чон, прижимая его к себе еще больше, когда чувствует, что Чимин пытается слезть с него. - Чонгук, - тяжело дыша, говорит Пак, пытаясь убрать с себя руки альфы, - Я не хочу. - Что не хочешь? Детей? А я хочу, - Пак точно знает, что Чон сейчас расплывается в глупой улыбке. – Родишь мне нескольких? – покусывая мочку уха и медленными поцелуями спускаясь к плечу, говорит Чонгук, резко кусая кожу возле ключицы, оставляя свою метку.