fall in love

«Мы не понимаем, как сильно любим кого — то, пока не потеряем его»

Майклу никогда не нравилось летать. Погони на машине — пожалуйста. Рассекать гладь океана на катере — без проблем. Но не полёты. Все таки, это не его «призвание», а человека, сидящего рядом с ним. Безумного человека. — Хей, Ти, а может наберёшь высоту? Ответом ему послужил злобный взгляд. — Посмотрите, кто подал голос — «мастер полёта» Таунли. А может ты сам за штурвал сядешь, а? — у Тревора сегодня не было настроения, как и в любой другой из 365 дней. Сделка с наркобароном прошла не очень гладко, началась перестрелка и Тревора зацепило пулей. Конечно, бывало и похуже, но от нытья по поводу «хуёвой идеи» было не скрыться. — А я тебе сразу говорил, они мутные типы, — Ти не унимался. — Конечно, блять, они мутные типы! Они торгуют героином, если ты не заметил. Я бы сказал, чисты как стёклышки. Ти на какое-то время замолчал. Майкл остался в тишине (если не считать шум двигателя) на долгую минуту, пока шум не усилился. — Блять, блять, блять! Только не это! Не опять! — Что случилось, Ти? Что-то с двигателем? — Какой ты ебать догадливый! , — в глазах Тревора промелькнула тревога, — двигателю пизда. Хочешь выжить — прыгай сейчас. Ну уж нет. Больше полётов Майкл ненавидел лишь полёты с парашютом. После того, как он врезался в скалу, азарт к таким прыжкам поубавился. — Я не буду прыгать, Ти! — Будешь, блять! — Прошу, сделай что-нибудь! Подкрути рычаги, или что… — Майкл не успел договорить. Загорелась красная кнопка на дисплее, звук сирен ударил по ушам. Самолёт начало сильно трясти. — Прыгай сейчас же, или я вытолкну твою жирную задницу сам! Майклу ничего не оставалось, кроме как подчиниться. Он посмотрел на гористую местность внизу, и, набравший в лёгкие воздуха, прыгнул. Первые несколько секунд он летел с зажмуренными глазами. Но любопытство взяло вверх. Таунли поднял глаза наверх и увидел самолёт, приближающийся к горе. У него горел и дымился двигатель. Парашютиста около самолёта обнаружено не было. Неожиданно сильный ветер заставил мужчину развернуться на 180 градусов, и только тогда он опустил голову, чтобы посмотреть вниз. Конечно, там была ёбаная река. Но Майкл почти сразу взял себя в руки и снова поднял голову к самолету. Через 2 секунды он врезался в гору. Белого парашюта так и не было видно. Комок в горле мешал закричать. Вырвался лишь тихий хрип. Глаза застелила пелена, теперь Майкл почти не видел. Всем своим весом он пытался наклонить парашют в сторону берега, но через 10 секунд опустился прямо в бурлящий поток ледяной реки, и, запутавшись в парашюте, ударился о ближайшую корягу. Он попытался ухватиться, но течение было сильнее. Оно понесло Таунли все дальше от места крушения. Пошёл дождь. Поток слез ничуть не помогал разглядеть где он и куда его вообще, блять, несёт. Через 3 секунды он ударился головой о камень. Течение продолжало нести его.