Подарок

Утром было холодно, я завязал Лёльке пол-лица шарфом и предупредил: - Не дыши. Лёлька удивленно захлопала глазищами, и я поспешил уточнить: - Ртом не дыши, простудишься. Оттащив сестру в садик, я поспешил на работу. Я смотрел на светло-синее небо, на розовую полосу в просвете между домами и радовался, что утром уже светло, что самое темное время мы пережили. Пусть еще будет мороз, но скоро весна, а там лето не за горой. Конечно, грядёт восьмое марта и придется скинуться на подарки воспитательницам в садике, еще нужно что-то купить Лёльке и Анне Семеновне, но это все приятные траты. Мое сердце сжалось, в садике восьмого марта все дети будут поздравлять своих мам, а нашей с Лёлькой мамы с нами нет. Лёлька подарит свою открытку Семеновне, хорошо, что у нас Семеновна есть. Чуть больше года назад мы с Лёлькой остались вдвоем. Гололед, авария на дороге, родители погибли. Мне то время помнится смутно, очень помогли друзья отца, организовали похороны. Я очнулся, когда из социальной службы пришли за Лёлькой. Добрая тётенька, я почему-то запомнил её серебристую меховую шапку и красные губы, долго доказывала мне, что я не смогу заботиться о маленьком ребенке, что у меня учёба и личная жизнь. Я уперся, я был совершеннолетним и имел все права. Я перевелся на заочное, устроился на работу, но мне пришлось побегать, чтобы оформить опеку над сестрой. Друзья родителей беспокоились и пытались помочь, но у всех свои дела, своя жизнь, а бабушек и дедушек у нас не было. Так случилось, что единственным ежедневным помощником оказалась соседка Анна Семеновна, которую я сколько себя помню считал вредной и несносной старухой. Семеновна изводила всех соседей в нашей парадной, а нас, непосредственно граничащих с её квартирой, особенно. Мы все делали неправильно, не так выносили мусор, слишком сильно хлопали дверью, громко включали телевизор и музыку, оставляли следы на коврике перед её дверью. Но когда случилось несчастье, Семеновна предложила поработать Лёлькиной няней и это очень сильно облегчило нашу жизнь. Я отводил Лёльку в садик, а Семеновна забирала, кормила её ужином. Я платил Семеновне смешные деньги, и по-моему она на них Лёльке сладости покупала. Семеновна была одинока и Лёлька стала её отдушиной. Свет был мягкий золотистый, будто дымка окутывающая все вокруг. Я вдыхал морозный воздух, ноги сами несли меня по привычному маршруту, а в голове роились планы на ближайшеё будущеё. Я старался распределить полученную зарплату, решал, что подарить Семеновне, какую куклу выбрать Лёльке, какие продукты купить в магазине… Это были такие приятные, простые мысли. Я считал, что у меня много проблем, нехватка средств, времени, что Лёльке нужны новые сапожки на весну, а мои собственные кроссовки уже на ладан дышат, что нужно засесть за учебу, починить полку в шкафу, что Семеновна опять притащит, какие-то вещи из социальной помощи, а это унизительно. Я не представлял себе, какие могут возникнуть проблемы, какое мне предстоит унижение. Я собирался переходить улицу, когда у тротуара затормозил чёрный автомобиль. Такую машину сложно было не заметить, огромная, величественная, сверкающая полированными боками, представительский класс. Внезапно я почувствовал странную боль в шее, а затем дверца черного автомобиля открылась, какая-то сила подняла меня в воздух и затолкала внутрь. Я не мог пошевелиться, в ушах зашумело, зрение размазалось и меня охватил дикий ужас, иррациональный дремучий страх, затмевающий рассудок. Я бы заорал, но связки не слушались. Это похищение? Но что с меня взять? Кто-то усадил меня на сидение и придержал, чтобы я не упал. В салоне сидела дама в распахнутой темной шубке, под шубой у неё был деловой костюм: белая блузка с брошью у ворота, черный пиджак и юбка. её светлые волосы были собраны в строгую прическу. У дамы было миловидное и ухоженное лицо, ей могло быть и тридцать и шестьдесят при развитии современной пластической хирургии. Высокие сапоги и не слишком длинная юбка открывали красивые колени. Я почувствовал легкий и приятный аромат её духов. - Здравствуй, Даня, - сказала дама. Разве мы знакомы? Я задал бы этот вопрос, но голоса у меня все еще не было. - Не волнуйся, - продолжила дама, - ты скоро сможешь говорить и двигаться. Это вынужденная мера, у меня нет времени на твои вопли и глупые вопросы, я сейчас все тебе объясню. У меня возникло отвратительное предчувствие. Дама говорила приятным голосом и улыбалась, но это не могло меня обмануть. В её голосе звучал металл, а улыбка была улыбкой хищника. Во взгляде этой красивой элегантной женщины было нечто безжалостное, как у маньяка из триллера. Я никогда не встречал таких людей, как она. - Мне нужно сделать подарок одному очень важному человеку, - принялась рассказывать дама. – У него день рождения, юбилей. Этот человек богат, у него есть всё, очень сложно выбрать для него что-то оригинальное, неожиданное, а мне необходимо ему угодить так, чтобы он не остался равнодушным, так чтобы мой подарок оказался самым лучшим. Я не догадался, почему сижу в этой машине и не могу двигаться. Я не понял, причем здесь какие-то юбилеи и подарки. Меня злило, что я не могу произнести ни слова. Меня бесила собственная беспомощность. - У этого человека есть особые предпочтения, - пояснила дама. – Он любит красивых юных мальчиков. Поэтому я подарю ему тебя. Не будь я в парализованном состоянии, я бы свалился с сидения от изумления. Я даже не поверил, подумал, что мне послышалось. И что нужно сделать, выпрыгнуть из торта? - Судя по глазам, тебе нужны дополнительные разъяснения, - спокойно заметила дама, будто подслушивая мои мысли. – Прыжки из торта – дурной тон. Речь идет о сексе. С чего это она решила, что я гей? - Наверное, ты хочешь мне сказать, что не спишь с мужиками? – мило улыбнулась дама. – Но поскольку ты еще ни с кем не спишь, то это пустые слова и вообще не важно. Да у меня сейчас нет времени на личную жизнь, но это не значит, что я не в курсе своей ориентации, она у меня нормальная. И я не собираюсь … с каким-то юбиляром … Вообще дикость, какой-то вздор! - Даня, посмотри туда, - дама показала куда-то за моё плечо. Меня развернули. Оказалось, что подпирает меня крупный мужик в черном костюме и белой рубашке. Это типа охранник? Это он затащил меня в машину? На переднем сидении рядом с водителем я заметил еще одного такого же. Но охранники быстро лишись моего внимания, потому что за стеклом автомобиля я увидел Анну Семеновну и Лёльку. Мы переехали на другую улицу и они шли мимо нашего дома в сопровождении двоих мужчин. У Семеновны был напуганный вид, а Лёлька семенила за ней в плохо завязанном шарфе. Но Лёлька должна быть в садике, а Семеновна дома. Как же так? - Славная девочка, - раздался мягкий голос дамы. – Еще совсем маленькая, её легко напугать, причинить боль. А у старушки слабое сердце. Меня вернули в прежнее положение, сестру и Семеновну я больше не видел, зато видел даму, которая смотрела на меня со слегка снисходительным выражением лица. Наверное, меня бы вырвало, если бы я мог шевелиться. Виски сдавило, дышать стало нечем, заболел живот. Страх и гнев смешались в безумную массу. Но я мог только моргать. Эта дама с ума сошла? Разве так можно? - Ты выполнишь моё поручение, и с твоей сестренкой ничего не случится, - заверила она меня. – Я даже тебе заплачу, хватит и на куклу, и на новую одежду, и на поездку на море. Я бы сразу сказала о деньгах, но это ведь тебя не впечатлило бы. Зато теперь вопрос исчерпан. Откуда она всё обо мне знает, следила за мной? Но почему я? Я дал какой-то повод так с собой обращаться? Почему меня решили использовать, как вещь? Не поверю, что нет желающих трахнуться за большие деньги. Почему меня нужно заставлять это делать? - Хочешь спросить почему я выбрала тебя? – понимающе кивнула дама. – Пожалуй я расскажу тебе пока мы едем. Все люди похожи и мыслят по большому счету одинаково, уж поверь мне. Но при этом каждый из нас уникален. Что делает нас отличными от других? Линии на пальцах, сетчатка глаза, ДНК, геном, запах. Почему один человек привлекателен, а к другому остаешься равнодушен? Так получилось, что подходишь именно ты, и никакая шлюха тебя не заменит. Ты не просто красивый мальчик, каких полно. Ты особенный. Аромат невинности в нашем случае тоже много значит. Так в этом всё дело? Да уж, быть девственником в двадцать лет большая редкость. Надо же как повезло. А я оказывается красивый и особенный, не знал. Есть чем гордиться. - Нужно привести тебя в порядок. Не бойся, больно не будет. Машина остановилась, охранник вынул меня из салона, и понес на руках, как ребёнка или девушку. У меня внутри все содрогалось от ненависти. Привести в порядок? Что еще задумала эта мерзавка? Моя голова безвольно откинулась и на мгновение я увидел синее небо и солнечный свет. Меня внесли в помещение и сдали на руки каким-то людям. В те редкие моменты, когда я мог их видеть, я замечал, что они одеты, как врачи в белые халаты, шапочки и маски. Они все время старались отвернуть мою голову так, чтобы я не смотрел ни на них, ни на то что они со мной делают. Дама не обманула, больно не было, только мерзко и унизительно. Особенно клизма. Что это за персонал такой, что к ним привозят человека в парализованном состоянии, и они спокойно проводят эти процедуры? Ведь понятно для чего они. Меня раздели, прикасались к моему телу в интимных местах, мыли, причесывали. Я был куклой в их руках, и мне всё время хотелось умереть. Наконец меня втиснули в одежду, трусы забыли, или решили, что они мне не понадобятся, и вернули охраннику, обувь не надели, только носки, куртку тоже посчитали ненужной. Я ощутил холодный воздух, но замёрзнуть не успел, меня быстро посадили в машину. Не знаю, где была дама, пока на меня наводили красоту, но сейчас она сидела на своём месте. Я увидел её мельком, меня устроили так, что перед глазами была спинка переднего сидения. Видимо «общение» со мной её уже не интересовало. Я думал о Лёльке, о её шоколадных маминых глазах, светлых кудряшках, весёлой улыбке. Сестра это всё, что у меня осталось, никто не должен причинить ей вред. Где я совершил ошибку, что я сделал не так? Я не мог припомнить ни одного момента или поступка, который привел бы меня к теперешней ситуации. Я допустил, что Лёлька оказалась в опасности, всё равно это я виноват, мне и расплачиваться. Приехали как-то слишком быстро. Меня снова понесли. Может быть, я никогда больше не буду ходить? Эта мысль меня не напугала, наоборот, невозможность шевелиться на данный момент вполне устраивала. Лестница, коридор, мне показалось, что мы в отеле, только вошли не через главный вход. Меня внесли в комнату и вдруг поставили на ноги. Стоять я не мог, и охранник удерживал меня за плечи. Дама оказалась прямо передо мной, она была ниже меня ростом, но смотрела свысока, и её взгляд был совершенно ледяным. - Давай, оживай, - сказала она столь же холодным тоном. – Не притворяйся. Я был рад, что она перестала изображать добрую, любезную тётеньку. Я не притворялся. Но к собственному удивлению обнаружил, что к телу возвращается подвижность. Я пошевелил руками, передернул плечами. Охранник отпустил меня, я с трудом, но устоял на ногах. Ощущения были странными, словно все тело затекло. - Отлично, - ядовито изрекла дама. – Ты же не думал, что будешь лежать бревном? Нет, детка, тебе придется поработать и постараться, иначе если твой любовник останется недоволен, то это отразится на твоей сестре. Ты понял? Ответь мне. - Пошла ты, - невольно отреагировал я на приказ. - Молодец, - похвалила меня она. – Идея лишить тебя на время голоса была замечательной, правда? Представь, сколько неприятных слов ты успел бы мне сказать. Мне то всё равно, но мы сэкономили время. И для твоей сестренки это лучше, безопаснее. Мне хотелось её ударить, а еще лучше задушить, но я стоял и не двигался, и молчал. Шантажистка, гребаная сука, тварь … Дама улыбнулась, глядя мне в глаза, хищное, маньячное выражение лица вернулась, она будто читала мои мысли. - Я рада, что мы понимаем друг друга. Итак, сюда скоро придет мужчина, и ты сделаешь всё, что он захочет. Сестру получишь назад, когда я пойму, что ты справился со своей задачей. Как-то расплывчато. Как она это поймет? Будет следить, здесь камеры понатыканы? - Не бойся, я не обману, - решила она меня успокоить. – Расслабься, ты получишь кучу денег за совершенно несложную работу, глядишь, ещё понравится. Давай, измывайся. У меня внутри все кипело. - Сними носки. Что? - Носки снимай, - повторила она резко. – Шевелись! Я неуклюже стащил со ступней носки, охранник аккуратно поддержал меня под локоток, чтобы я не упал. Какая забота! Дама выхватила носки из моей руки и окинула меня взглядом. - Хорошо. Она дала мне последние наставления и потребовала повторить, что я должен был сказать. Я повторил, чувствуя себя еще более униженно. - Удачи тебе. Дама ехидно усмехнулась и важно покинула комнату, охранник вышел вслед за ней. Я остался босиком и в растрепанных чувствах. Но теперь я был один и смог оглядеться. Обстановка была шикарной. Если это отель, то номер - какой-нибудь ВИП. Все было в дворцовом стиле, хрустальная люстра, зеркала, картины, позолота, огромная кровать с высоким изголовьем, заправленная кипенно-белым бельем. Мне стало дурно от страха, что у меня ничего не получится. Я увидел себя в большом зеркале, и понял, что джинсы и футболка на мне не мои, еще и одежду отобрали. Лицо у меня было бледное, взгляд испуганный и жалкий. Я должен собраться. Я же не девчонка, хоть меня и собираются поиметь. По бокам от зеркала стояли два круглых столика, на одном был здоровенный букет, на другом ведерко с бутылкой шампанского, два бокала и корзинка со сладостями и фруктами. Все как в лучших домах. Я почувствовал взгляд и обернулся. В дверях стоял мужчина, он был высокий, широкоплечий, на нём был классический костюм серого цвета, светлая рубашка и красивый галстук. Меня окатило ужасом, как ледяной водой, я затрясся, ощущая себя совершенно невменяемым. - Это что такое? – весело изумился мужчина. Может быть, он случайно сюда зашел? Может быть, ему ничего не нужно, тупая дама все перепутала? Он приблизился, разглядывая меня тёмными глазами. У мужчины была короткая стрижка, лицо волевое с широким лбом и чуть выступающим подбородком, жёсткой линией рта. Сколько ему исполняется лет, сорок, пятьдесят? - Это Ваш подарок на юбилей, - кашлянув, выдавил я. – От Вениамина Игоревича. - Да, ну! – восхитился мужчина. – И послание есть? - Будь счастлив, дорогой друг, - прошептал я, чувствуя, как мои щеки краснеют от стыда. - Как мило, - оценил он ехидно. – И где же мой подарок? Он издевается? Бля, я что непонятно сказал? Мне пришлось пересилить себя, чтобы ответить. - Я Ваш подарок. Он смотрел мне прямо в глаза, и я не мог отвести взгляд, меня будто снова парализовало. Этот человек тоже был хищником, как дама, сильным, жестоким, безжалостным. Только мне почему-то казалось, что дама ничто по сравнению с ним, мелкая сошка. У него был властный взгляд, подавляющий, присваивающий, и в его черных глазах было желание, страстное, неприкрытое. Он хотел меня, я ему понравился. Так странно было видеть это в глазах мужчины, на вид он был совершенно нормальный. Впрочем, что я могу в этом понимать? Он задал мне несколько вопросов, как меня зовут, сколько мне лет, был ли я с мужчиной. Я на все ответил. - Замечательно. Ты очень красивый, Даня. – Он улыбнулся, морщинки собрались вокруг его глаз, но от этого он почему-то стал выглядеть моложе. Он был выше меня, и мне приходилось поднимать голову, чтобы смотреть ему в лицо. - Меня зовут Игорь, - сообщил он. – Выпьем за мой праздник? Это замечательная идея, сейчас напьюсь, и мне станет все пофиг. Игорь снял пиджак и повесил его на спинку стула. - Поможешь? – Он показал на манжеты рубашки, которые были скреплены брильянтовыми запонками. Я никогда не имел дела с запонками и у меня дрожали руки, но мне удалось выковырять дурацкие блестящие штуки из петель. Игорь забрал у меня запонки и небрежно бросил на столик. Потом он завернул рукава рубашки и занялся шампанским, открыл бутылку, разлил по бокалам. Я схватил бокал и жадно сделал несколько глотков, вкуса не почувствовал. Игорь следил за мной с исследовательским интересом и каким-то лукавством. Наверное, это очень дорогое шампанское, а я его как колу хлещу. Ну и наплевать. Игорь отпил пару глотков, поставил бокал на столик, потом расслабил узел на галстуке и снял его. Он положил галстук на пиджак и расстегнул две пуговицы на рубашке. Я торопливо допил шампанское, ожидая, что оно ударит мне в голову. Не фига, голова была дурная, но всё от того же мутного страха. Игорь шагнул ко мне и провел пальцами по моей руке от запястья к плечу. Я вздрогнул и отшатнулся, и испугался еще сильнее. Если я буду дергаться, то он рассердится. - Что такое? – ласково поинтересовался он. - Щекотно, - соврал я. Игорь засмеялся, весело и бесшабашно, запрокинув голову. Он отобрал у меня бокал и вернул его на столик. А потом мужчина схватил меня. Мгновение и я на кровати, еще мгновение и он содрал с меня одежду, которой было не слишком много. Я даже воспротивиться не успел. Я лежал, смотрел в потолок и зная, что он раздевается, дурел от страха. - Не беспокойся, - проговорил он. – Нас никто не увидит, я терпеть не могу светить голой задницей и своим любовникам не позволяю. В таких местах всегда есть камеры, но на электронику есть управа, они ничего не запишут. О, замечательно, жаль только, что меня беспокоит совсем другое. Ему, конечно, не охота светиться на камеру, он, наверное, известный человек. А я боюсь того, что он сейчас со мной будет делать. Игорь лег рядом. - Красота, - восторженно пробормотал он, окидывая меня взглядом. – Даже выбрито, как мне нравится, обслуживание по высшему классу. Меня заливает краской. Что эти «доктора» сделали с моей промежностью? Стыд то какой! Что он обо мне думает? Что я проститутка? Меня трясет от обиды, от страха, зубы стучат, сердце бешено колотится о ребра. Я чувствую, как рука мужчины ложится на мое бедро, и прилагаю все усилия, чтобы не шевелиться, хотя мне хочется оказаться на другом конце вселенной. Но не сбросить его руку единственное на что меня хватает, перестать дрожать никак не получается. - Даня, - Игорь снова смотрит мне в глаза, темный взгляд не злой, мягкий, улыбающийся. – Дыши глубже, на раз вдыхай, на раз-два выдыхай. Я послушно принимаюсь за дыхательную гимнастику и через некоторое время немного успокаиваюсь. - Лучше? – заботливо поинтересовался Игорь и положил руку на мою грудь, чуть ниже соска. – Как сердечко бьется. Малыш, ты хочешь заняться со мной сексом? У тебя стоит, но мне кажется, что от страха. Бля, у меня оказывается стоит, а я даже не чувствую. Жуть! Но зачем он спрашивает меня, разве это для него важно? А что будет, если я откажусь, если я честно скажу, что не хочу? Что будет с моей сестрой? - Я просто очень волнуюсь, - блею я, голос звучит жалобно до отвращения. Почему я должен это делать? За что со мной так? Он же считает, что я ради денег, что я продаю свое тело. - Если так, то слушай меня и все будет хорошо, - прошептал Игорь. Он коснулся губами моих губ, сначала это был очень легкий поцелуй, но постепенно он становился все более ощутимым. Губы мужчины были твердыми, жесткими, они смяли мои, заставляя раскрыть рот. Мне сказали не лежать бревном, я должен ему отвечать, и я попытался, попробовал механически повторить его движения. Игорь оторвался от меня и снова посмотрел мне в глаза. - Ты совсем не умеешь целоваться, - рассмеялся он. – Я тебя научу. Я тебя всему научу. Он не рассердился, он был доволен, ему нравилась моя неопытность, его возбуждал мой страх. Гипнотизируя черным взглядом, Игорь принялся объяснять мне тактику и стратегию. Он целовал меня в губы снова и снова пока не признал действенность моих усилий. Тогда он стал покрывать поцелуями мое лицо, лоб, виски, скулы, подбородок. Он перешел на шею, облизал ямку над ключицами. Его руки гладили мое тело, бока, бедра, живот. - Сладкий мальчик, - шептал он. – Красивый, нежный мальчик. Данечка. Мои губы горели, прикосновения его языка обжигали кожу, его слова выжигали мозг. Сознание отъехало, я будто увидел всё со стороны. У мужчины были мускулистая спина и мощные плечи, мышцы перекатывались и бугрились. Мне даже показалось, что мужчина ласкает девушку, таким тонким и изящным выглядело тело в его руках. А потом я понял, что это послушное, светловолосое существо я и вернулся. Возвращение случилось весьма некстати, потому что Игорь начал гладить меня внизу живота. Никто еще не прикасался ко мне там, это было стыдно, невыносимо, но остро и приятно. Я ахнул, и чуть было не начал просить, чтобы он не делал этого, но Игорь закрыл мой рот поцелуем. Теперь он целовал с языком, вылизывал мои губы, а его рука скользила вверх-вниз и сводила меня с ума. При этом я чувствовал бедром его возбуждение, твердое и внушительное. Я не хотел всего этого, но мое тело реагировало определенным образом. Сердце снова забилось быстрее, дыхание участилось, лицо залило жаром, в паху сладко заныло. - Ты же подождёшь меня? – проворковал Игорь мне в ухо. Я был в себе не уверен, но он отстранился и я перевел дух. Но когда я увидел, что он берет с прикроватного столика подозрительные предметы, тюбик и коробочку, страх вернулся с удвоенной силой. - Даня, перевернись на живот. Это прозвучало, как приказ, и я поспешно повиновался, так он хоть моего лица не будет видеть. Игорь подложил подушку мне под бедра, и раздвинул ноги коленом. Сейчас он трахнет меня и всё закончится, эта мысль очень поддержала. Игорь погладил мои ягодицы и развел их. Холодное прикосновение заставило меня дернуться, он положил тяжелую руку мне на поясницу, а потом его скользкие пальцы проникли внутрь. Я подавил в себе естественный протест и вцепился в простыню. Боли не было, только небольшое жжение, но потом я ощутил ласковое поглаживание внутри. Возбуждение вернулось, Игорь чего-то касался во мне, какого-то чувствительного места, удовольствие разлилось во мне как теплое молоко, низ живота заломило. Это было невероятно, непонятно, неприемлемо, но я ничего не мог поделать. Я снова задрожал и задышал, а Игорь целовал мою спину и прикусывал кожу между лопатками. Он убрал пальцы, послышался шелест разрываемой упаковки. Я вздрогнул и зажмурился. - Тихо, малыш, - ласково сказал он. – Расслабься и чуть-чуть потерпи. Это было больно, Игорь входил медленно и наверное, осторожно, но меня это не спасало. Я ловил воздух ртом и с трудом мог вдохнуть, словно из меня все выжали. - Ты мой, я в тебе. Чувствуешь? – раздался дьявольский шёпот. Я чувствовал. Меня распирало изнутри, инородный предмет внутри меня был пульсирующий и раскаленный, он доставлял жуткий дискомфорт. - Даня, дыши, расслабься. Мне сейчас тоже больно. А ему то чего? Сильно сжало? Я не сочувствовал, так ему и надо. Как нехорошо с моей стороны. Сложно расслабиться в такой ситуации, даже дышать сложно. Игорь гладил мою спину и поясницу и постепенно меня отпустило. Видимо я всё же расслабился, или привык, потому что он стал двигаться, скользить, проникая всё глубже. Он снова положил руку на мой пах, внутри и снаружи он задевал самые чувствительные места. Я падал куда-то, наверное в ад, потому что вокруг меня был огонь, меня жгло изнутри, было жарко и горячо. Я проваливался безвозвратно, и шансов спастись у меня не было. Я сгорал, я пропадал, я умирал. А потом я взлетел, закричал, захлебнулся, забился, судорога прошла по всему телу. Я снова лежал в постели с Игорем, он шептал мне что-то успокаивающее, ласково перебирал мои волосы, нежно целовал. Мне было ужасно стыдно, я не мог поднять на него глаз. - Даня. Мой. Хороший. Мальчик. – Он взял меня за подбородок и притянул к себе. – Посмотри на меня. Я с трудом разлепил ресницы. Его черные глаза были блестящие, яркие, притягивающие. - Ты такой красивый. У тебя чудесный румянец. Румянец? Да я чуть в головешку не превратился, в пепел. Игорь улыбнулся и увёл меня в душ. Я думал, что не смогу встать, тело было ватным, но как-то получилось. Ванная комната тоже была шикарная, все блестящее, красивое. Я особо не разглядел, но впечатление было именно такое. Мы закрылись в душевой кабине. Вода лилась, смывая все мысли, было тепло, хорошо и приятно. Игорь вымыл мне волосы и тело. Он массировал голову, его руки скользили по коже. Его ладонь намыливала грудь и живот круговыми движениями, приближаясь к паху. Он прижал меня к себе спиной и ласкал, гладил. Меня накрыло шелестящей волной, мягкой, нежной. Шум душа, приятный запах шампуня, сильные руки не позволяющие упасть, теплое тело. - Хорошо, Данечка? – ласково спросил Игорь. Зачем врать? - Хорошо, - честно ответил я. - Тогда твоя очередь. Он развернул меня к себе лицом, я сложил ладони ковшиком и он налил в них гель. Так странно было прикасаться к телу мужчины, твердому, крепкому, ощущать литые мышцы под кожей. Игорь был в прекрасной физической форме. Он стоял передо мной, а я просто работал, отрешившись от всех мыслей. Потом подумаю, сейчас все равно бесполезно. Но когда дело дошло до его интимного места, то я засмущался. Игорь лукаво улыбнулся, взял мою руку и положил себе на низ живота, помог. Я стал водить рукой, ощущая гладкую кожу, он направлял, содействовал. Потом он прижал меня к себе, вздохнул, я ощутил бедром его пульсацию. Это был так странно, откровенно, доверчиво. Вне душевой кабины сразу стало холодно. Я завернулся в большой белый махровый халат. Игорь вытер мне волосы, я ушел в комнату и забрался на кровать. Вскоре Игорь присоединился ко мне, он принес шампанское и корзинку со сладостями. Теперь шампанское показалось мне невероятно вкусным, и я быстро опьянел. Игорь кормил меня шоколадом и слизывал его с моих губ, а мне было ужасно весело. Я хохотал и цеплялся за его плечи, все кружилось вокруг, плясало, распадалось на блестящие яркие фрагменты, как в калейдоскопе. Я несколько раз чуть не перевернул свой бокал, но Игорь меня спас, а потом чудесный напиток закончился. Я выразил расстройство по этому поводу. - У тебя будет сколько хочешь шампанского, - пообещал он. – Хоть целая ванна. Только попозже. Игорь содрал с меня халат и повалил на спину. Он целовал плечи, ключицы, вылизывал и прикусывал соски и от этого сладостные волны прокатывались по всему моему телу. Он вошел легко и сразу стал двигаться, заполнил меня, подчинил. Я выгибался, будто нечто вселилось в мой позвоночник, и стонал громко, порочно, не мог сдерживаться. Мне было на всё наплевать, мысли, время, пространство, всё закончилось, остались только восхитительные ощущения. Меня смыло с лица земли, меня настигло горячее цунами наслаждения. Я пришел в себя от того, что он лизал мое ухо. - Какое чудесное ушко, - бормотал этот ненормальный. – Прелестное сладкое ушко. Тебе пойдут сережки. Давай, сделаем три сережки в одно ухо и одну в другое. Я тебе сапфиры куплю, к глазам. Он что больной? Какие сережки, какие сапфиры? Игорь одной рукой обхватил мою шею, а другой обнял за талию, мы целовались долго, увлеченно, я чувствовал его язык и не понимал, почему это так приятно. - Даня, кто она? – вдруг спросил он. Я вздрогнул. Я мгновенно вспомнил, как здесь оказался. Это было, как свалиться с небес на землю. Я совсем спятил, я же обо всем забыл. - У меня сестра, - испуганно пролепетал я. – Ей всего пять лет. - Прости, - вздохнул Игорь, то ли расстроенно, то ли радостно. – Её никто не тронет, я обещаю. - Спасибо, - поблагодарил я, очень хотелось ему верить. Наверное, он радовался, что у меня нет девушки, и расстраивался, что я лег с ним по принуждению. - Даня, - тут же подтвердил он мои мысли. – Я видел, что ты напуган и не хочешь, что ты в отчаянии, что тебя заставили. Но я не смог отказаться, ты такой красивый, такой желанный, такой мой … Прости… Я ужасная скотина. Но ведь нам сейчас хорошо, правда? Я согласно закивал и счел необходимым подтвердить словами. - Правда. Я ответил совершенно искренне. Почувствовав это, он улыбнулся, и провел кончиками пальцев по моей скуле, скользнул по подбородку, положил горячую, утверждающую свою силу руку мне на шею. Он медленно поглаживал меня, и я чувствовал его власть, мир снова начал отдаляться от меня, концентрируясь на ощущениях, на черных подчиняющих себе глазах, на теплых руках, дающих радость. Я вынырнул из сна и не сразу понял, где нахожусь. Комната тонула в полумраке, я лежал в незнакомом месте, в чужой постели, и как-то очень странно себя чувствовал. Хотелось пить, губы казались опухшими, тело было будто невесомым. Чья-то рука коснулась моего бедра, и я всё вспомнил. После очередного захода, я отрубился в объятиях любовника. - Проснулся? - нежно спросил тот. – Всё хорошо? Он склонился надо мной, его глаза были бархатными провалами во тьму. Игорь медленно поцеловал меня, облизал нижнюю губу, тихонько прикусил её. Большим пальцем он обвел мой сосок по ореолу, а потом осторожно сжал его, перекатывая в пальцах. Мое тело охватила сладкая истома, в ушах зашумело, внизу живота возникло приятное тепло. Я потянулся, запрокидывая руки за голову, соприкасаясь с мужчиной кожа к коже. Я развел бедра, предлагая себя. Он проник резко, причиняя боль, но мне было все равно, пусть больно, но сейчас он со мной. Он вбивался в моё тело и рычал мне в ухо. Жидкий огонь выплеснулся внутри меня, кажется, Игорь забыл про презерватив. Потом он обмяк, навалился на меня, и я гладил его спину, успокаивая. - Я совсем затрахал тебя, да? – поинтересовался Игорь с явным удовлетворением в голосе. - Нет, я принадлежу тебе и телом и душой. Зачем я это сказал? Вылетело само по себе, сорвалось с глупого языка. - И душой? – грозно осведомился он. Но мне было не страшно, просто грустно, хотелось заплакать. - Даня, - Игорь жадно посмотрел мне в глаза. – Я хочу тебя всего, полностью. Останься со мной. Это очень плохо, так влюбиться, очень несдержанно, очень недальновидно с моей стороны, но я ничего с этим не могу поделать. - Почему плохо? – испуганно прошептал я. Мозг зафиксировал слово «влюбиться» и сердце благодарно затрепыхалось. Но суть фразы показалась мне отрицательной. - Когда у тебя есть кто-то кто тебе дорог, то тебя очень легко взять за яйца и ты сделаешь что угодно. Ты ведь уже столкнулся с этим, не так ли? Я всегда был один, ни жены, ни детей, а любовников можно менять, как перчатки. Родители перешли в мир иной, нет ни братьев, ни сестёр. Я ввязывался в самые опасные дела, потому что рисковал только собой. Мы с Веником знакомы со времен института, знаем друг друга, как облупленных. Он способен на самые экстравагантные поступки. Как он решил меня… И ведь получилось. Он даже нанял эту женщину, я уверен, что работу сделала она. Её услуги стоят очень дорого, о ней рассказывают легенды. У неё дар, она находит для человека, то что ему подходит более всего, что ему необходимо. У неё дар выбирать подарки лучше которых ничего не бывает. И она нашла для меня тебя. Клянусь, я такого никогда не испытывал. Я от тебя оторваться не могу, ты будто создан для меня, твои губы для моих губ, твое тело для моих рук. Я знаю, что выгляжу влюбленным идиотом, да в моем-то возрасте, но мне плевать. Даня, ты меня слушаешь? Я подобрал челюсть и постарался вернуть на лицо интеллект, боюсь, что получилось не очень. Я мало что понял. Какой-то веник… Но мне было ясно главное, Игорь как-то попал из-за меня. - Что же теперь делать? – спросил я, чувствую себя виноватым. - Я всё решил, пока ты спал, - радостно сообщил Игорь. – Я тебя увезу, далеко, туда, где нас никто не найдет. Эйфория, возникшая у меня в душе, мгновенно схлынула. - Нет, я не могу. У меня сестра, - всполошился я. - Сестру тоже заберем, - заявил он безапелляционно. – Я всегда хотел иметь ребенка, но как-то не складывалось. Я даже подумывал, воспользоваться услугами суррогатной матери, но решил, что обреку ребёнка на одиночество. Да и в мои рамки одинокого волка это не укладывалось. Я себе запретил. Я ещё не наигрался тогда. У твоей сестры будет все самое лучшее. И старушку-соседку заберем, если хочешь. И этот все обо мне знает. Когда только успел? Да что же такое! Меня вдруг взяла жгучая обида. - Ну, не знаю, - проворчал я недовольно, завозился и полез из кровати. – Я не могу с тобой никуда ехать. Как я поеду, в качестве кого? У меня учёба и работа. Я привык работать и сам зарабатывать. И вообще, я тебе потом надоем, а у меня Лёлька… Из постели меня не выпустили. Игорь обхватил меня за талию, укусил за холку, погладил живот, и я мгновенно сомлел в его руках. Почему мне с ним так хорошо? Почему каждая ласка, каждый поцелуй так приятны? Почему я такое огромное удовольствие получаю от секса с ним? Как быстро сместились мои позиции. Может быть то, что втирала мне дама про геном, ДНК и аромат невинности правда? Просто мы подходим друг другу. Просто это химия. Но надолго ли хватит влечения, сумасшествия, влюбленности? А я влюблен? Я отдался ему полностью и мне понравилось. Я почти признался ему в любви. - Даня, - прорычал он мне в ухо, - я жестокий, злой, беспринципный человек. Но я клянусь, что никогда не обижу ни тебя, ни твою сестру. - Как ты можешь такое обещать? – мне стало грустно. Я обернулся, он смотрел жарко, страстно и умоляюще. - Я люблю тебя, - сказал Игорь. – Я знаю, что нужно Венику, пусть забирает, не жалко. То что происходит между нами это подарок судьбы, от него нельзя отказываться. Судьба ничего не предлагает дважды, поверь моему опыту. Я знал множество причин, чтобы отказаться и все совершенно разумные. У нас большая разница в возрасте и вообще между нами общего только секс. Пока. Я перевернулся в его руках, обнял за шею и поцеловал в губы. Он тут же проник в мой рот языком, это было восхитительно. Я не хотел с ним расставаться, не мог. Подарок судьбы был не только ему, но и мне, ведь иначе мы бы никогда не встретились.