Зажигалки

***

— Что такое? Почему ты один вышел? Где Чеён? — Пак накинулся на Сехуна с вопросами, когда тот вышел из комнаты один. — Она заснула. Видимо очень сильно устала, — Сехун молча прошёл и сел на диван около телевизора краем глаз замечая, как Пак прошёл в комнату и увидел Чеён, бережно укрытую одеялом. Он подошёл ближе и нагнулся. Убрал волосы с лица и укрыл полностью. Она очень милая, когда спит. Чанель, улыбнувшись, вышел из комнаты, тихо закрыв дверь за собой. — Может фильм посмотрим тогда? — предложила Лиса и все начали выбирать фильм. Один Сехун сидел и смотрел в одну точку. Он все прокручивал её слова и до сих пор не мог поверить. Кто же знал, что за этой счастливой улыбкой скрывается такое. — Эй, Сехун, я у тебя спрашиваю! — голос Чондэ вернул Сехуна из мыслей. Второй, ничего не понимая, посмотрел на хёна, а тот, вздохнув, вновь повторил: — Ещё раз спрашиваю: ты смотрел фильм "Проклятие"? — Сехун вообще не думал и просто отрицательно помахал головой. Чонин хлопнул в ладоши и воскликнул: — Решено! Хён, включай "Проклятие", — как только на большом экране начался ужастик, Бэкхен выключил свет и все начали смотреть фильм. Парни кричали вместе с девочками. Никто уже не кушал попкорн и чипсы, все о них уже забыли и просто наслаждались фильмом. А Сехун смотрел в телевизор, но ничего не видел. Он был в своих мыслях и вообще ничего не слышал — все продолжал думать об этом. Как такое произошло? Он посмотрел на Чанеля, который прижался к не менее напуганному Бэкхену, и никак не мог понять, как же подтолкнуть Чанёля к правильному пути, не раскрывая при этом правды. Сехун понимает почему Чанель не хочет сближаться с Чеён: он боится, что она снова его "предаст". Убежит опять к отцу, но если бы Чанель знал всю историю, то никогда бы в жизни не подумал об этом. Им же так повезло друг с другом: Чанёль всегда защитит Чеён и никогда не позволит кому-то причинить ей вреда, а Чеён защищает своего брата от боли, которую он успел сполна ощутить. — О Боже, не ходи туда! Не надо, дура! Слышишь? — Лиса, которая прижалась к Бэкхену, начала кричать на девушку, которая спустилась в подвал на странные звуки. — Ну я же предупреждала тебя, идиотка! — воскликнула Лиса, а потом услышала смех Бэкхена. Лиса удивлённо на него посмотрела, не понимая почему он так неожиданно захихикал, а Бэкхен смотрел на Лису и в сотый раз убеждался в том, что она безумно милая. Особенно сейчас, когда прижимается к нему так сильно, обхватив руками талию, и прячет своё лицо, прижавшись к парню, чтобы не видеть особо страшные сцены. Он тоже обнимал её и иногда сам пугался, отчего обнимал её ещё сильнее, а Лиса была даже не против. Она была счастлива в этот момент. Ей правда было страшно, но всякий раз, когда она чувствовала его рядом, ей становилось не так уж страшно. Она прижималась к нему, обнимала его и вдыхала его запах. Он казался ей милым, когда сам пугался и начинал прижимать её к себе ещё ближе. Она была готова умереть в этих объятиях. В его объятиях. — А нет,нет,нет! — Джису спрятала своё лицо в коленках и обняла саму себя. Ей было очень страшно. И рядом сидящий Чанель не мог не помочь ей. Он с улыбкой сел сзади неё и обнял её со спины. Джису напугано повернулась лицом к Чанелю и замерла, не ожидая, что увидит его так близко. Он посмотрел на неё и тоже замер. Она была очень красивой в этот момент. — Т-ты з-зачем меня обнял? — заикаясь, проговорила Джису, заставив Чанеля улыбнуться. А Джису мысленно поблагодарила Бэкхена, который выключил свет, ведь сейчас Чанель не смог увидеть её покрасневшие щёчки. — Мне показалось, ты была напугана, — Пак пожал плечами и поднял голову, обращая своё внимание на экран. Джису тоже сделала это, но не могла даже выдохнуть от напряжение, ведь Чанёль, которого раньше она не замечала, сейчас сидит так близко к ней, что его парфюм будто подменил весь кислород. Ей казалось, что вся комната пропита этим запахом. — Ты умрешь, если не будешь дышать. Не бойся, я рядом. Можешь выдохнуть спокойно, — тихий шёпот у уха, заставил Джису вздрогнуть и нервно выдохнуть. Чанель нечаянно задел губами мочку уха и от этого обнял её ещё сильнее еле справляясь с эмоциями, которые неожиданно на него нахлынули. Он хотел ещё раз прикоснуться губами к мочке её уха. Хотел поцеловать её розовые губы и эту красивую шею. Джису уже ничего не понимала. Она слышала только своё сердцебиение, чувствовала только его руки и видела только его лицо, которое было катастрофически близко к ней. Чанель сам не понимал себя. Его сердце стучало очень быстро, а в нос то и дело ударял запах её шампуня и духов. Он обнял её ещё сильнее, стараясь запомнить все. Ему впервые было так уютно в чьих-то объятиях. — Не бойся, малышка. Я с тобой. Можешь смело прижиматься ко мне. Чонин раздвинул руки в стороны, как бы говоря, чтобы Дженни обняла его, но та лишь слегка ударила его по животу про себя отмечая, что у него очень накаченный пресс. — Ага, сам-то дрожал от страха пару минут назад, — Дженни цокнула и повернулась к экрану, но тут же вскрикнула и сама того не понимая, прижалась к ахриневшему Чонину. На экране была страшная сцена и Дженни сильно испугалась. Чонин же обнял её и принялся гладить её волосы, успокаивая этим. — Как бы тебе не было страшно и больно, всегда знай, что я рядом и что ты всегда можешь придти ко мне. Эти слова заставили сердечко Дженни забиться. Ким впервые сказал нечто такое серьезное, а не его обычное "малышка, красавица, детка и тому подобное". Дженни подняла свою голову, встречаясь с взглядом Чонина. Она увидела своё отражение в его глазах. Он смотрел на неё и не мог ничего сказать. Она такая...такая красивая, такая милая, когда напугана, а ещё такая... его. — Только моя, — тихий шёпот Чонина заставил нахмуриться Дженни, ведь та ничего не услышала. Она только хотела спросить, что он сказал, но раскрыла в удивлении глаза. Чонин поцеловал её. Не так, как это делали другие парни. По-другому. Он осторожно прикоснулся к её губам, боясь, что спугнет её, а потом нежно обхватил её нижнюю губу. Он мял её губы сначала бережно и нежно, а потом, когда она сама закрыла глаза и ответила на поцелуй, он шумно выдохнул и сжал её бёдра, начиная грубо мять её губы. Никто не видел и никому не было дела. Они сидели в дальнем углу и никто действительно не обращал на них внимание. За что они были благодарны. Дженни, не справляясь с эмоциями, села на его колени, как сделала это тогда. Чонин обхватил её задницу через платье и принялся мять её. В них разгорелись эмоции. Он перешёл с её губ к её шее нежными поцелуями, заставляя Дженни откинуть голову и закусить губы, чтобы не застонать от удовольствия прямо тут. Он посасывал нежную кожу на шее, одновременно сжимая её задницу в своих руках, вырывая тихий стон его девочки. Дженни обхватила руками шею парня, которая была вся в её засосах, и принялась целовать его губы, руками проводя по его мягким волосам. Чонин начал двигать тазом, будто бы проникая в неё сквозь одежду, а Дженни ели сдерживалась. Они очнулись только когда Лиса вскрикнула от страшной сцены, заставляя их обоих отпрыгнуть друг от друга. Дженни, тяжело дыша, отсела от Чонина, а потом, не выдержав, побежала в ванную. Она умылась холодной водой и скатилась на пол. Она так хотела сдерживать себя, но рядом с ним это тяжело. Она не хочет его любить. Но все идёт против неё, ведь она всегда сдаётся ему. Даже сейчас. Каждая клеточка её тела говорит ей держаться от него подальше. Он плохой. Высокомерный, бабник, эгоист, а ещё... Ещё... Её. Он её. И она в страхе понимает, что ей плевать. Плевать на то, что он плохой. Главное, чтобы он был её. Главное, чтобы он был с ней.

***

— Офигеть! Этот фильм ужасно страшный! — как только фильм закончился, Чен начал на эмоциях восклицать. Бэкхен включил свет. Все были под впечатлением. — Все так кричали, что просто с ума сойти можно, — Джису провела рукой по волосам с улыбкой на губах. — Сехун не кричал, — Чанель подозрительно посмотрел на друга. Он это и в процессе фильма заметил, но не стал говорить, думая, что потом он заорёт или хотя бы дёрнется. Но тот даже не шевелился. А Чанель знает Сехуна. Этот малый ужастики не переносит вообще. Он должен был испугаться. — Я знал, что наш Сехун-и крутой, но, как ты мог не испугаться этого? — Бэкхен начал отшучиваться, а Сехун лишь пожал плечами и встал. — Я устал, хочу лечь спать. Продолжайте играть, — все в удивлении перекидывали взгляд, но только Чанель двинулся вслед за Сехуном. — Эй, чувак, что такое? У тебя что-то случилось? Ты сам не свой, — Чанель положил свою руку на плечо Сехуна и сжал его, говоря, что он рядом. А Сехуну было стыдно смотреть ему в глаза. Это неправильно. Чанёль должен знать обо всем. Он впервую очередь должен знать обо всем. — Я надеюсь, что ты сдержишь своё слово и никому не скажешь. Особенно Чанелю. Особенно ему. Слова Чеён резко врезались в голову Сехуну и тот устало выдохнул, прикрывая глаза на несколько секунд. — Ничего такого. Я правда устал немного. Прилягу и станет лучше. Иди играй с парнями. Я позову, если что, — и Сехун, так и не услышав ничего от Чанеля, поднялся наверх по лестнице. Чанель выдохнул и прошёл обратно в гостиную, говоря всем, что младший правда устал. Они продолжили играть. Сехун хотел пройти в комнату Чанеля, но, чуть помедлив, развернулся и зашёл в комнату Чеён. Он подошёл ближе и лег рядом с ней на самый край кровати. Он не собирался ничего делать, просто не хотел оставлять её одну. Но вдруг Чеён развернулась и сама прижалась к Сехуну. Он шумно выдохнул и уложил свои руки на её талии, вдыхая запах её волос. Сехун задумался над тем, что чувствует к этой девушке и никакого ответа пока не нашёл, но эта девушка, определено, вызывает в нем трепет и лёгкое волнение, которого не было с другими. Этой ночью что-то изменилось у всех. Они стали ближе друг к другу и сегодня у всех сердечко билось быстро. У кого-то от страха, а у кого-то от любви.