Зажигалки

***

Стоя на сцене, где стояли все выступавшие ребята, главные герои счастливо улыбались, кланяясь аплодирующей толпе. Они на отлично сдали экзамен, что, по-сути, стоило от них ожидать. Спускаясь со сцены, ребята попрощались с Дженни и Чонином, которые поехали с мамой Кима к ним домой, но это уже другая история. Ребята смеялись над историями Бэкхена. Парни были счастливы вновь видеть улыбающегося друга, который всегда смешил всех. — Серьёзно, вы круто выступили на сцене! Ученики до сих пор обсуждают ваше выступление! — восхищённо выдал Чен и показал большой палец Лисе и Бэкхену. На них бросали взгляды все ученики и они уже стали обсуждаемой темой дня, и, скорее всего, так будет продолжаться долгое время. — Спасибо, — выдала смущенная Лиса и Бэкхен, не сдерживаясь, улыбнулся и обнял её, закрывая её смущённое лицо от остальных. Все начали визжать и хлопать, радуясь этой милой сцене, а Лиса обняла Бэкхена ещё сильнее и засмеялась ему в ключицу. — Вы парни тоже круто выступили. Серьёзно, эта песня определено станет популярной, — Джису с гордостью посмотрела на Чанёля, который обнимал её со спины. — Впрочем как и все ваши остальные песни, — пожала плечами Чеён, а парни самодовольно улыбнулись и начали поправлять свои прически, заставляя девочек закатить глаза. За их спинами раздался женский голос, заставляя всех повернуться. Парни в удивлении замерли, а Сехун, не веря глазам, отошёл на несколько шагов назад. Прямо перед его глазами стояли его родители, которые не появлялись в его жизни целый год. — Здравствуй, сын, — проговорила женщина и все посмотрели на реакцию Сехуна. В уголках его глаз уже собрались слезы и Чеён, которая так и ничего не понимала, взяла его за руку, ведь была уверена, что ему это надо. Сехун на секунду отвлёкся и опустил взгляд на маленькую ладошку Чеён, которая держала его огромную руку. На душе стало теплее и вмиг стало спокойнее. Женщина заметила это прикосновение и любопытно оглядывала девушку. Этот пронзающий взгляд заставил Чеён поежиться и спрятаться за спиной Сехуна. — Давно не виделись, парни. Рад видеть, что вы по-прежнему дружны между собой, — отец Сехуна натянуто улыбнулся парням и пожал руку всем, останавливая руку напротив сына. Мужчина был одет в строгий костюм, а женщина в роскошное платье и накидку, сделанную из меха. Такие понты были ненавистны Сехуну. Он любил простой стиль одежды. К примеру, мама Чеён и Чанёля всегда была одета в простую одежду, но выглядела всегда прекрасно. Его же родителям надо было выставить на показ своё богатство. Сехун минуту глядел на руку отца, а потом неожиданно начал смеяться, заставляя родителей нахмурится. Парни грустно опустили головы, девушки ничего не понимали, как и Чеён, которая продолжала сжимать руку Сехуна. И только из-за её руки он держался. Потому что она держала его руку и верила в него, хотя даже не знала ничего. Она просто почувствовала, что нужна была ему в эту секунду и Сехун был бесконечно благодарен ей. — Ах, отец, ты просто нечто. Так встречать сына с которым не связывался целых четыре года..., — Сехун покачал головой и посмотрел на отца пронзающим взглядом от которого сразу пошли мурашки у всех. В этом взгляде была смешана ненависть, злоба и обида. Обида на то, что оставили его одного бороться с целым миром. Оставили тогда, когда он нуждался в них. — Сехун, мы скучали по тебе... — только начала оправдываться женщина, как замолчала, увидев, как Сехун начал качать головой и улыбаться. Он был в шаге от истерики. — Враньё. Ёбанноё враньё! — цедит меж сжатых зуб замечая, как эти люди вздрагивают от его ледяного тона. — Так сильно скучали, что даже не связывались со мной целых четыре года? Так сильно скучали, что даже не написали мне ни одного сообщения?! Да даже простого поздравления с праздником! Зачем вы приехали? Почему именно сейчас? Именно тогда, когда я перестал нуждаться в вас! Именно тогда, когда у меня все стало хорошо! — Сехун кричал заставляя всех съеживаться, а проходящих мимо людей любопытно останавливаться. Парни сразу начали выгонять посторонних людей и Сехун был благодарен им. — Сехун, послушай, мы правда скучали. Прости, что... — Нет, Мин Хи, это ты послушай, — женщина вздрогнула, когда Сехун обратился к ней по имени. Сын должен называть маму мамой, а не её именем. И от этого женщине становилось больно на душе. Она видела его выступление и была поражена тем, как сильно вырос и похорошел их сын. Он обустроил свою жизнь сам и поднялся на вершину сам. Без помощи родителей и без их денег. Сехун научился всему самостоятельно и от понимания того, что женщина, как его мать, ничего для него не сделала — становиться паршиво на душе. Однако, поняла она это слишком поздно. Слишком поздно для того, чтобы он встретил их с распростертыми объятиями. — Сехун, как ты смеешь обращаться так к своей матери?! — возмущённо закричал отец, давая сыну пощечину. Парни начали выходить вместе с девушками, явно понимая, что они лишние в семейной ссоре. И только Чанель потянул за руку Чеён, как Сехун потянул её на себя. Чанёль расширил глаза и внимательно посмотрел на Чеён, которая сама удивлённо смотрела на Сехуна. — Милый, пошли. Оставь Чеён. Она сейчас нужна Сехуну, — тихо сказала Джису и схватила за руку парня. — А как я должен обращаться к той, которая ничего мне не дала? Даже простой любви! — слова сына заставили женщину вздрогнуть. Чеён погладила второй рукой руку парня и Сехун успокоился. Он глубоко вздохнул и закрыл глаза. — Я не знаю зачем вы пришли, но вы не нужны мне. Приди вы раньше, я бы обнял вас, но сейчас... Сейчас слишком поздно, — спокойно закончил Сехун и хотел уже выйти, как остановился от слов отца. — Я понимаю, что ты зол и обижен, но ты должен унаследовать мой бизнес, как мой сын. Ты уезжаешь в Англию через три дня. Будешь руководить филиалом там. Покуй чемоданы. Билеты уже куплены, — властный голос отца прозвенел в ушах Сехуна. Он удивлённо замер, игнорируя прощанье родителей, которые вышли из комнаты, сказав то, ради чего и приехали. — Сехун... — только хотела сказать Чеён, как была остановлена Сехуном. Его внешний вид заставлял желать лучшего. Встреча с родителями здорово потрепала его. — Не надо, Чеён. Не сейчас, — Сехун опустил её руку и вышел из комнаты, оставляя её одну со смешанными чувствами на сердце. Выйдя из комнаты, он сразу столкнулся с друзьями, которые выжидающе посмотрели на него. Оглядев всех, Сехун начал чувствовать себя паршиво, понимая, что скоро ему придётся расстаться с ними. Против родителей не попрешь и он знал это. Сехун молча прошёл мимо и вскоре сел в машину и выехал с территории школы, оставляя удивлённых парней одних. — Чеён, что там было? — парни начали осыпать вопросами Чеён, которая вышла из комнаты. Она выглядела также ужасно, но заметил это только Чанёль, который взволнованно оглядывал свою сестрёнку. — Он уезжает через три дня в Англию. Будет руководить филиалом, — от этих слов парни удивлённо замерли и нервно выдохнули. — Он не может уехать! Он же не сможет оставить нас одних, так ведь? — Бэкхен нервно прикусил губу. — Может... Он может сделать это, если его родители сказали ему это сделать. Вы знаете какую власть они имеют. Они просто уничтожат его жизнь, если он не сделает так, как они ему велят, — Чанель прикусил губу и устало откинулся на диван, запуская руки в волосы.

***

— Проходи, Дженни. Не стесняйся, чувствуй себя как дома, — женщина ласково похлопала по спине Дженни. — Хорошо, госпожа Ким, — вежливо ответила Дженни. — Чонин, покажи ей наш дом, а я пока стол накрою, — женщина хотела уйти, но Дженни стало не по себе от того, что Миссис Ким самой придётся накрывать стол. — Давайте я Вам помогу? — Дженни хотела пройти за женщиной на кухню, но была остановлена парнем. — Не надо. Мама любит делать всё сама. Лучше пошли комнату мою посмотришь, — Чонин взял за руку Дженни и повёл на второй этаж находу показывая каждую комнату. Дом был большим и уютным. — А это моя комната, — открывая дверь второй комнаты, проговорил Чонин. Она была чистой, хотя где-то вещи все же валялись, что показалось милым для Дженни. Мебель была тёмных оттенков, когда стены были окрашены в белый. На стене, около кровати, висели их совместные фотографии и это заставило Дженни улыбнуться. Там были и снимки, где она была одна и что-то делала. Это удивило её посколько она никогда не замечала, что парень её фотографирует, да и половина снимков была сделана тогда, когда они ещё не встречались. — Скажи честно, ты сталкер? — Дженни обернулась лицом к парню, который был слишком близко к ней. Он засмеялся и положил свои руки на её талию. Они медленно начали двигаться к кровати. — Скажу честно, я просто люблю тебя, — Чонин улыбнулся и они упали на кровать. Он навис над ней и на её губах была счастливая улыбка. — Я тоже люблю тебя, сталкер, — смеясь, ответила Дженни и Чонин, улыбнувшись, поцеловал её. Руки Дженни были скрещены на его шее, а его руки поглаживали её талию. Он никогда не позволял многого и ждал, когда она сама захочет этого. Дженни была благодарна ему за это. Они всегда целовались, как в последний раз. С жаром, безумством, нежностью, страстью и любовью. Целовали друг друга, как никого другого. Выражать любовь можно по-разному и одно проявление любви кроется в каждом их поцелуе. Всякий раз, когда он злился — он целовал её губы. Всякий раз, когда ей было грустно — она целовала его губы. Этими поцелуями они показывали, что рядом друг с другом. Показывали свои чувства и, возможно, именно поэтому их поцелуи особенные. В них кроется самая настоящая любовь. — Дети! — крик мамы Чонина заставил обоих отвлечься друг от друга. Дженни, которая слышала поднимающиеся шаги, нервно кусала губы. — Вставай! — шёпотом кричала Дженни, но парень весело улыбался, наблюдая за её реакцией. Когда шаги стали отчетливее слышаться, Дженни скинула Чонина с себя и тот упал на пол, а сама девушка прошла к письменному столу и именно в этот момент зашла Миссис Ким, которая удивлённо застыла на пороге, глядя на своего сына, лежащего на полу. — Эм.... И почему на полу так удобно лежать? Ляг со мной, мам. Реально удобно! — наиграно улыбался Чонин, сжимая зубы, и Дженни закусила губу, сдерживая смех. Мама покачала головой. — Идите вниз, стол уже накрыт, — как только Миссис Ким вышла из комнаты Дженни расхохоталась. — Не смейся! Как ты могла скинуть меня на пол? — Чонин обиженно надул губки, а улыбающаяся Дженни, подошла к нему и обняла за талию. — Прости, сильно больно? — Дженни посмотрела на Чонина и тот прочел волнение в её глазах. От этого стало теплее на душе. — Уже нет, — он поцеловал Дженни в макушку и взял за руку. — Пошли кушать, — они вышли с комнаты и спустились вниз. — Здравствуй, Дженни. Я наслышан о тебе от моего сына. Наконец-то смог увидеть тебя, — рассмеялся отец Чонина и вежливо пожал руку девушки. Дженни села за стол, где было накрыто много еды. Напротив них сидели родители. — И не говори! Я так долго умоляла Чонина познакомить меня с тобой, — мама обиженно посмотрела на сына, но тут же расплылась в улыбке, когда посмотрела на Дженни. — Я так рада познакомиться с тобой, — Дженни счастливо улыбнулась и ответила взаимностью. — Мы слышали, что ты состоишь в популярной женской группе. Чонин показывал одно из твоих выступлений и, честно сказать, мы были поражены. Ты правда талантлива, — отец улыбнулся Дженни, а у той внутри такое тепло разлилось от этих слов. — Спасибо большое! — Дженни поклонилась и отец тут же улыбнулся, отметив её воспитание. Телефон Чонина зазвонил и он, извинившись, скинул трубку. — Почему не ответил? — тихо спросила Дженни. — Бэк звонил. Наверняка ничего серьёзного. Потом отвечу, — Чонин сжал руку Дженни под столом и они приступили к еде. Дженни нервничала, когда отвечала на вопросы, но потом расслабилась и за столом полились шутки и весёлые рассказы. Через час они закончили и Дженни с Чонином начали убирать со стола. — Твой телефон звонил много раз. Перезвони им, вдруг было что-то важное, — напомнила Дженни парню, когда они закончили с уборкой. Чонин вытащил телефон из кармана брюк, тут же набирая номер Бэкхена. Гудки длились два раза, а потом посыпался раздражённый и взволнованный голос друга. — Почему ты трубку не берёшь?! Зачем тебе вообще телефон, если ты не отвечаешь никогда! — Бэкхен кричал, а опешивший Чонин никак не мог найти слов для ответа. Послышался тяжёлый вздох Бэкхена. — Кай, у нас проблемы, — Чонин тут же принял серьёзное лицо и Дженни взволнованно посмотрела на парня. — Какие? — Родители Сехуна объявились, — Чонин расширил глаза и тут же вскочил из стола, глазами указывая Дженни на выход из дома. — Что случилось? Нет, это я сам узнаю. Где он? Вы с ним связывались? — голос Чонина был взволнованным и Дженни поспешно следовала за ним к машине. — Мы звонили ему. Чанёль с Сухо ехал к его дому, остальные проверяли клубы, где он может быть, но все безрезультатно. Он не открывает дверь, на звонки не отвечает и в клубах его нет. Поищи его где-нибудь. Вы же часто гуляли вместе. Походи по этим местам. Нам надо найти его. — Понял, — Чонин скинул трубку и завёл машину. — Что случилось? — Дженни взволнованно посмотрела на парня, который нервно кусал губы. В другой раз она бы несомненно сказала о том, что он безумно сексуален, но сейчас не будем об этом. — Малышка, я сейчас завезу тебя к дому Чеён. Она сейчас наверное сильно волнуется, поэтому поддержи её. Остальное она сама все расскажет, — Дженни лишь кивнула, понимая, что ничего больше не узнает. Через десять минут, машина остановилась напротив дома Паков, где свет горел только в комнате Чеён. — Будь осторожен, — Дженни поцеловала Чонина в губы и вышла из машины, а он выехал на дорогу. Он поехал в их любимую студию, надеясь, что друг находиться там. Нет, не в ту студию, где они практикуются днями и ночами. Он поехал в ту студию, где они все впервые познакомились. Студия была заброшенной, но внутри все было чисто, ибо Чонин с Сехуном часто там репетировали. Ким догадывался, что Сехун мог поехать туда, ибо никто туда не ходил, а друг, видимо, хочет побыть сейчас один. Среди парней только они оба проводили некоторое время там. Забежав внутрь, Чонин услышал музыку и быстро сбежав по лестнице, он, запыхавшийся, зашёл в танцевальный зал. Чонин облегченно вздохнул, когда увидел Сехуна, танцующего около зеркала. Он достал телефон и написал сообщение Бэку, что нашёл Сехуна. — Эй, придурок! — Чонин крикнул Сехуну и младший остановился, видя в отражении зеркала злое и запыхавшиеся лицо друга. — Ты как всегда, — грустно ухмыльнулся Сехун и устало сел на пол. Чонин сел рядом, сложив руки на поднятых коленях. — Рассказывай, — после минутной тишины сказал Чонин. Раньше они часто приходили сюда, когда было грустно. Танцоры поймут, что в такие моменты — танец самое лучшее лекарство. Поэтому они танцевали, как безумные, а потом устало ложились на пол и делились переживаниями. Об этом никто не знает, кроме их двоих. — Я уезжаю в Англию через три дня. Буду руководить филиалом компании отца, — тихо сказал Сехун и Чонин, дослушав, изумлённо повернулся к другу. — Что? Но почему? Почему именно сейчас и так неожиданно? Они же никогда и намёка не кидали на то, что ты унаследуешь их бизнес! Ты же вообще ненавидишь все эти бумаги и строгие костюмы! — Я не знаю... Я не хочу. Кай, я правда не хочу. Я не хочу уезжать отсюда и бросать вас. Бросать группу и школу. У меня тут все. Вся моя жизнь именно тут. И... Чеён, — Сехун прикусил губу и нервно запустил руки в волосы. Чонин ничего не говоря положил руку на его плечо и сжал. — Черт, я не хочу бросать её. Кай, у нас все только начиналось, понимаешь? Я не хочу уезжать от неё. Я... Я, кажется, люблю её, — сердце Чонина больно сжалось, когда он услышал дрожащий голос Сехуна. Он обнял друга и начал похлопывать по спине, успокаивая. Сейчас Сехун был похож на маленького щенка, который запутался и не знал, что делать. — Я люблю её, но она... Она не может разобраться в своих чувствах ко мне. Я дал ей время, чтобы она разобралась, но сейчас все идёт наперекосяк. — Сехун, мне понадобилось четыре года для того, чтобы понять, что я люблю Дженни. Понимаешь, любовь ужасно сложна. Окружающие тебя люди могут сразу понять, что ты влюблён, но ты поймёшь это в самый последний момент. Она любит тебя. Ты можешь не замечать это, но мы видим. Я вижу. Я вижу, как она смотрит на тебя всякий раз, когда ты отворачиваешься. Я вижу, как она волнуется, когда ты стоишь слишком близко к ней. Я вижу, как она по-настоящему смеётся с тобой. Я видел какими влюблёнными глазами она смотрит на тебя! Она может копаться в себе ещё долго, но ты можешь помочь ей. Ты ведь так и не признался ей, да? — по молчанию Чонин понял, что это так. — Признайся. Признайся и тогда ты услышишь её ответное признание. Сехун, она сейчас чертовски волнуется, — Сехун повернул голову к другу и сжал губы. — А ещё она ждёт тебя, — этих слов хватило, чтобы Сехун кивнул и выбежал из студии вместе с Чонином.

***

Gallows — Katie Garfield. — Чеён, это я, — войдя в комнату, Дженни увидела лежащую на кровати подругу и подскочила к ней. – Что случилось? Почему ты плачешь? — Чеён поднялась с кровати и зарёванными глазами взглянула на Дженни. — Дженни... Я не должна плакать. Мне не должно быть так больно, но... Сехун уезжает. Он оставит меня и уедет, — Чеён заплакала ещё больше и Дженни обняла её. В голове тут же появилось множество вопросов. — Почему ты не должна плакать? — Потому что я не должна любить его. Потому что он тот, кого я возненавидела с первой нашей встречи. Потому что он плохой и кретин. Я не хочу любить его, но... Но я не хочу, чтобы он уезжал. Я... Я не хочу отпускать его, — Чеён задрожала и Дженни обняла её ещё сильнее. — От ненависти до любви один шаг, милая. И мы не выбираем кого любить. Он может быть самым ужасным и плохим из всех кого ты встречала, но, если он полюбит тебя, то станет самым добрым и хорошим. Так всегда бывает. Мы меняемся в лучшую сторону ради людей, которые нам дороги. И потом он станет самым идеальным для тебя, — тихий голос Дженни успокаивал Чеён. — Он не станет самым идеальным. Потому что я видела все его недостатки. Все изъяны его характера. Я видела его в ярости, раздражении. Видела, как он искренне улыбался и как наиграно. Я видела все его недостатки, но самое странное в том, что я не считаю их ужасными, — Чеён села на кровати и грустно улыбнулась, вспоминая все моменты. — Это не странно. Это и есть любовь, — Дженни отвлеклась на секунду от входящего сообщения. — Я правда люблю его? — Сейчас половина первого ночи и если я скажу, что он снаружи, ты пойдёшь его встречать? Черт, да. Чеён никогда так не бежала, сломя голову, вниз по лестнице, не боясь сломать что-нибудь. Её сердце билось безумно быстро, а глаза были красными. Она не знала почему так себя чувствовала. Она просто никогда не хотела так сильно кого-либо. Она никогда так не хотела оставить кого-то себе, отняв у всего мира. Выбегает на улицу, где как из ведра льётся дождь и даже не обращает внимания на вмиг прилипшую к телу одежду. Глаза сразу впиваются в такого же промокшего парня. — Куда ты так бежишь, глупая? А если сломаешь что-нибудь? Вот он. Стоит прямо тут. До иголочки красивый и до безумства родной сердцу. Взволнованно оглядывает её и облегченно вздыхает, когда не замечает ни одной царапинки, а сам стоит весь мокрый. — Ты уедешь? Вот она. Стоит прямо тут. Красивая, любимая, родная. Смотрит на него из под ресниц, а у него сердце замирает и начинает быстро биться. — У меня нету выбора. Чеён... Малышка, не плачь. — Но я... Я так и не сказала. Я так и не сказала, что чувствую к тебе. Ты не можешь уехать, не услышав ответ. Ты не можешь! — Чеён разревелась как ребёнок. Била своими маленькими кулачками в грудь Сехуна, а он не чувствовал этих ударов. Он чувствовал боль от того, что ему придётся оставить её. Оставить его девочку одну. — Не надо. Не говори ничего, — Сехун облизнул губы, положил свои руки на её щеки и поцеловал. Этот поцелуй был ничем не похож на те поцелуи, которые были у него раньше. Этот поцелуй был пропитан чувствами. Любовь, боль, нежность. Они не знали сколько прошло времени. Они исследовали губы друг друга. Пытались передать чувства друг другу. Пытались показать их любовь. Любовь этих двоих другая. Отличается от дикой любви Чонина и Дженни; отличается от динамичной любви Чанёля и Джису; отличается от милой любви Лисы и Бэкхена. Их любовь другая. Не признающая, сложная, разрывающая сердце. Им понадобилось время, чтобы разобраться в себе и в своих чувствах. Так бывает. Настоящую любовь не сразу признают.