Чернильная овечка

Тем временем виновник данной заварухи изо всех сил мчался как можно дальше от музыкального департамента. Стараясь бежать быстрее, Сэмми часто спотыкался, пробираться сквозь затопленные чернилами комнаты становилось сложнее, а от расставленных собою же картонных образов его Лорда теперь шарахался как от огня - вдруг из одного из них вылезет сам Бенди? Стараясь угодить своему Божеству, Лоуренс чаще косячил, чем задабривал, тем самым выводил Бенди из себя. Каждый день его чернильной жизни начинался с молитвы своему Господину. Кланяясь в ноги картонному лику, он клал на огромное блюдо дар и нараспев громко произносил: "С любовью моя жертва тебе поднесена - благословишь ли ты меня?!"; обычно в качестве жертвы служили созданные самим же Бенди искатели или головорезы, или на крайний случай беконный суп, который больше походил на слишком загустевшие чернила, нежели на еду. Бенди упорно не мог (а может, и не хотел вовсе) понять, почему композитор так сильно к нему привязан. Ведь он - Дьявол. Он - Зло в этом человеческом мире. Он оживлён против своей воли. И он же похоронивший это место тоннами чернил. Когда ушёл Генри, Бенди перестал верить всем Создателям (особенно, Джоуи) и прочим людям, находящимся в "Силливижн", а после случая с Борисом, обнаружив его выпотрошенный труп на хирургическом столе в одном из помещений здания, вообще обезумел и, вступив в контакт с Чернильной машиной, изничтожил всё живое в студии. Большинство комнат затопило чёрной жижей, а тех, кто не успел покинуть "Силливижн", чёрт обратил в своих слуг. Одним из которых был и Лоуренс. Однако музыкант вёл себя иначе, чем другие. Чернильные рабы скитались по этажам, протяжно воя от одиночества и терзающей их плоть боли; Лоуренс же принимал всё чувствуемое как наказание. Грехи, которые надо искупить. И на этой почве что-то не то щёлкнуло в голове музыканта. Он стал воспринимать Бенди как нечто большее, чем простая ожившая мультяшка. Сэмми возомнил Дьявола своим Богом. Возносил его, расписывая стены странными фразами, пел хвалебные песни. Когда Бенди проходил мимо, Лоуренс падал ниц, тихо бормоча "мой Лорд, мой повелитель", а после поднимал голову и, глядя на величественную фигуру вечно улыбающегося Бенди, взирающего на него с хитрым прищуром, чуть громче произносил: "Я - Ваша преданная овца. Ваш раб... Мой Бог, прошу... Прошу, даруйте мне свободу, Повелитель!" - на что чёрт ему никогда ничего не отвечал. Лишь издевательски посмеивался, и после продолжал свой путь или растворялся в чернильном облаке, оставляя стоящего на коленях преданного последователя в одиночестве. Сэмми упорно вбивал себе, что всё, что он делает во славу Бенди, недостаточно. Он сутками молился, чаще и больше возносил жертву Дьяволу. Он мог без продыху кричать в пустоту: "Услышь меня, Бенди! Я - твоя овца! Посмотри же, что я сделал для тебя!"; словно обезумевший, он целовал ноги картонной "иконы" своего Спасителя сквозь прорезь маски, не замечая, как через неё стекают чернильные слёзы музыканта, после чего, уже находясь на грани истерики и окончательно срывая голос, он вопил: "МОГУ УСЛЫШАТЬ Я "АМИНЬ?!!!" Поначалу, данная ситуация очень забавляла Бенди - ведь не каждый день в честь тебя голову в кровь расшибают. Ради подобного зрелища он иногда специально задерживался у кланяющегося ему Лоуренса, садистки улыбаясь на его очередное "благословите меня". Но всё хорошее или плохое когда-нибудь да надоедает. Крики Сэмми раздавались всё чаще и громче, на стенах и полах не было живого места, где бы не стоял его силуэт или не нацарапана надпись. Бенди казалось, что он стал параноиком. Куда бы он ни пошёл, где бы ни сидел, ему чудилось, что за ним наблюдает Лоуренс. Что он преследует его. Однажды ему удалось засечь своего последователя, и на этом чаша его терпения переполнилась. На следующий день он отыскал композитора, застал его за очередной молитвой в своём кабинете. На выкрике даровать ему волю, Бенди резко появился, поднимая с пола облако многолетней пыли. Не ожидавший такого поворота событий Сэмми сорванно закричал,попятившись к стене. - М-мой Лорд... - дрожа, как осиновый лист, Сэмми вновь преклонил голову перед Дьяволом. В тот момент Сэм не мог поверить, что его Господь наконец откликнулся на его просьбы. - Хозяин!.. Я.. - Молчать, - коротко кинул Бенди, жестом приказывая не подходить ближе ползущему к нему на коленях Лоуренсу. Тот покорно остановился, ожидая дальнейшего. - Ты хочешь свободы, человек? - елейным голосом молвил Бенди, аккуратно поправляя свой белоснежный галстук-бабочку. - Д-да, Господин! - возбуждённо ответил Сэмми. Он до сих пор не верил, что Бенди - живой, молвящий - стоит перед ним во всей своей красе: прекрасное стройное тело, длинный извивающийся хвост с золотым острием в виде ручки, идеальной формы закруглённые рога. Затягивающие чёрные, словно бездна глаза пронизывающе взирали на него сверху, лёгкая улыбка украшала его лик. Из одежды на его Лорде были лишь всегда накрахмаленные галстук и перчатки с чёрными пуговицами и угольного цвета полусапоги. Лоуренс хотел сказать что-то ещё, но снова был остановлен жестом чёрта. - Молчать, - уже холодно повторил Бенди, опускаясь на одно колено. - Ты - самое преданное мне из всех находящихся здесь отродье. Скажи мне, - он протянул руку к голове музыканта, заставив того посмотреть ему в глаза. - На что ты готов ради свободы? - На всё! - коротко сказал Лоуренс и потёрся о ладонь Бенди словно кот. - В-всё, что Вы пожелаете, мой Лорд! Молитвы, поклонение Вашим образам, жертвоприно... - Жертва, - отчеканивая приказ, Бенди приложил палец к губам Сэмми, призывая молчать. - Мне нужна жертва. Но... - Дьявол притянул к себе раба и свободной рукой снял с него изуродованную деревянную маску. - Я хочу не простую жертву. С каждым новым словом Сэм приближался к своему Богу. Биение его сердца участилось, залитые чернилами глаза с трепетом взирали на Хозяина. - Мне не нужно ни искателей, ни супа, ни чего-либо ещё, - не разрывая зрительного контакта, Бенди вплотную приблизился к лицу Лоуренса. - Я хочу человека... - чёрт мягко потёрся белой щекой о щеку рвано дышащего композитора. - Живого... - почти невесомо проводит по сомкнутым губам языком, вызывая у пленного подавленный стон. Внезапно нахлынувшее чувство обиды, перетёкшей в месть туманит рогатую голову Бенди. Чернильные глаза наливаются алым цветом, когтистая рука сжимается на тощей шее музыканта. - Я хочу Генри, Лоуренс... - шёпотом прорычал Бенди в самые губы испуганного Сэмми. В порыве гнева он стал кусающе целовать Сэма, продолжая сверкать рдяным взглядом. - НАЙДИ. МНЕ. ГЕНРИ. Позже Сэмми удалось отыскать Генри и заманить его на этаж музыкального департамента. Лоуренс наивно полагал, что всё пройдет как по маслу. Но Генри оказался проворнее и, пока Сэмми взывал к Бенди, сумел выпутаться из верёвок и, попутно раскидывая искателей, сбежать. Уже позднее, дрожа под столом и прижимая руки к груди, Сэмми улавливал яростные крики Лорда, когда его Создатель убегал от него. Композитор крупно вздрагивал каждый раз, как Бенди обезумевши кричал "ГЕНРИ!!!" и долбился в стену, пытаясь добраться до уже далеко убежавшего Отца. Это продолжалось до тех пор, пока Бенди не устал ломать стену, а крики не сменились на тихие всхлипы. На миг Сэму показалось, что Повелитель, глотая слёзы, пробормотал что-то в роде "Вернись, пожалуйста". На короткое мгновение воцарилась тишина, и Лоуренс подумал, что вся эта беготня слишком сильно вымотала его Дьявола и на следующий день он, как ни в чём не бывало, снова будет шествовать по коридорам студии, одаривая всех и всё попадающееся на пути белоснежной улыбкой. Однако в последующем раздавшийся гневный вопль заставил Сэмми поседеть его короткие чернильные остатки волос. - СЭММИ ЛОУРЕНС!!!.. Сэмми никогда бы не позволил себе не подчиниться Лорду. Но сейчас, чувствуя гнев Бенди сквозь стены, он разумно решил бежать и прятаться. Конечно, "Силливижн" он покинуть не сможет, но лучше слоняться по этажам и таиться в каждой щели, чем попасть под хвост, в лучшем случае, или руку Бенди. Несколько дней Сэм успешно скрывался, перебегая с яруса на ярус. И всё бы ничего, но была главная проблема. Чернила. При ходьбе Бенди оставлял за собою чернильные тропы, которые, словно нити паутины, звали к себе хозяина-паука, если жертва попадётся в них. Поначалу Сэмми за милю обходил чернила, но голод и усталость от бессонных ночей брали своё, и в один прекрасный момент Сэм всё-таки наступил на такую дорожку. На что немедленно отреагировал Бенди. И теперь, с тяжёлым дыханием опираясь на стену, Лоуренс едва волочил ноги. Прятаться было некуда, да и какой сейчас в этом смысл? Он не сразу заметил, как нечто чёрное и массивное окольцовывает его ногу. Лишь когда дьявольский хвост сомкнулся на щиколотке, Лоуренс опустил взгляд. - М... Мой... Крик Сэмми эхом отразился в помещении, когда чернила утащили его в темноту, постепенно затихая.