***
День прошел достаточно трудно, как и сами уроки. Впервые Грейнджер было так не просто, ибо мысли были не отданы учебе, как обычно, они были слишком далеко, мысли были заняты Малфоем. Ребята хоть и старались не видеться глазами, всё же им пришлось вместе идти к Дамблдору, дабы сдавать докладные на некоторых учеников. Так же им вновь пришлось идти вместе к себе в комнаты. Когда они дошли, и Малфой уже был готов зайти в свою комнату, Гермиона окликнула его, обратив на себя внимание. Он не решался заговорить весь день, но девушка взяла всё в свои руки, так как понимала важность разговора. Она осознавала, что могла потерять верного друга, соратника, приятеля, единомышленника и… возлюбленного… — Драко… — начала обращение Грейнджер, повернув голову к парню. — Что?.. — быстро среагировал блондин, отведя взгляд. Он смущался от стыда? — Давай покончим с этим? — Ты о чём? — непонимающе спросил Драко. — Я, вопреки всему, как бы этого не хотела признавать… Я превратилась в Паркинсон… Я действительно влюбилась в тебя… — постигла секундная пауза, — Помнишь, ты спросил…«Может ли быть такое, что… я тебе нравлюсь?»
— … — Драко продолжал молчать, но его взгляд говорил сам за себя. Он шокирован. — Ответ: да! Да, черт возьми! И… забудь… Забудь всё: мое признание, тот поцелуй… Я призналась, чтобы больше не было вопросов и ответов. Забудь! И покончим с этим, оставшись друзьями. Грейнджер быстро вытерла поступающие слёзы. Она легонько ударила себя ладонями по лицу, дабы успокоится и прийти в себя. Девушка облегченно вздохнула, будто бы с её шеи упал огромный груз, который она никак не могла скинуть. Признание для себя, что она чувствует что-то к Драко — стал для неё отважным шагом. Это облегчение, которое одновременно переплетается с тревогой и вопросом: как же поступит Драко? — Гермиона, мы не сможем быть друзьями больше. Она повернула голову вновь на парня, ошарашив глаза. Сердце сжималось от боли. — Как? Почему? Я ведь большего не прошу! Слёзы потекли с её глаз. На секунду Малфой замер, наблюдая как усердно Гермиона пытается вытереть слёзы, которые стекают с новый потоком. — Я не могу быть твои другом, ибо больше не вижу в этом смысла, — он подошел к ней в плотную, приобняв, — Ты действительно нечто, Грейнджер, — парень немного отодвинулся от девушки, давая ей шанс разглядеть его улыбчивое лицо, — Я не решался, но это сделала ты. Признаю, я сейчас слабее чем ты, — Малфой ухмыльнулся, заставляя Гермиону удивляться с каждым его словом, — Но обещаю, я это исправлю, — он прильнул к её губам более уверенно, чем прошлой ночью. Грейнджер широко распахнула заплаканные глаза от неожиданности, и, подавшись вперед, сама впилась губами в губы Драко сильнее. Не удивительно, что Малфой даже целовался, продолжая улыбаться, хотя и делал это очень умело. Очень-очень. Было видно, что, в отличии от второго поцелуя Гермиону, целовался он далеко не второй раз. Губы накрывали, сминали губы девушки снова и снова, заставляя её воистину наслаждаться моментом. Блондин не спешил углублять поцелуй, ибо боялся, что от переизбытка чувств шатенка ещё потеряет сознание. Из-за нехватки воздуха оба отстранились друг от друга, намертво замерев. — Зачем?.. — спросила Гермиона, всё ещё прижимаясь к Драко. — Просто чувства.