Никогда не оборачивайся

      Джон всегда был рядом с Шерлоком. Он был рядом, когда тот был ранен на деле, готовый в любой момент перевязать раны, оставленные тупыми ублюдками. Он был рядом, когда Шерлоку становилось скучно без дела, когда тот раздражался из-за того, что он больше не может уцепиться за мысль в своей голове. Он был рядом, когда Шерлок падал с тех высот, которых достиг, когда всё вокруг переставало быть таким прекрасным и становилось слишком ярко, слишком жарко, слишком холодно, слишком болезненно. Джон Ватсон был с Шерлоком, когда тот был готов идти в бой, расследовал дела так, будто они были простыми, но на самом деле он был единственным человеком в комнате, способным соединить все точки.       Но Джон не был с Шерлоком, когда тот предал.

***

      Он знает, когда это начнется. Иногда это случается, когда он не работает - когда нет интересных дел и ему становится скучно. Он начнет нервничать, ходить по комнате, запустив руки в свои волосы. Он начнет пальцами нащёлкивать случайные ритмы или мучить скрипку мелодиями, которые вызывают у Джона головную боль, заставляя соседей жаловаться. Затем Джон застанет его ухмыляющимся и пишущим СМС в телефоне. Он пойдет в спальню, переоденется и выйдет оттуда, потрясающе выглядя. Он скажет Джону, что он собирается ненадолго выйти на улицу и его не ждать.       В другой раз это произойдет, когда он будет работать. Как правило, он настолько погрузится в работу, что на самом деле не сможет успокоиться. Он пройдется по квартире, поправит свои волосы и не скажет ничего конкретного. Он не будет спать, не будет есть, он употребит такое количество кофеина, что у слона бы остановилось сердце и продолжит бубнить дальше. Случится то же самое - его телефон завибрирует или он отправит сообщение и, независимо от ситуации, он внезапно попрощается, прыгнет в дорого выглядящую машину с личным водителем, тонированными стеклами и исчезнет на несколько часов.       Иногда он вернётся растрепанным и слегка грубоватым. На нем будут следы от зубов и засосы на шее, волосы в беспорядке, а одежда помята. Он будет расслабленным, спокойным и непринужденным. Он войдет и поприветствует Джона улыбкой, отдохнет на диване или пойдет в кровать. Какое-то время он будет в хорошем настроении. Он не будет играть на скрипке в три часа ночи, его аппетит будет в норме и он даже поспит. Он ненадолго перестанет издеваться над скрипкой или болтать о мелких проблемах, или восхищаться тем, какие все вокруг глупые. Это хорошие времена.       В другой раз он вернется домой в ужасном состоянии. Его одежда будет порвана и вероятно даже окровавлена, его лицо будет в синяках или разбита губа. У него будут царапины на костяшках пальцев, синяки, очевидно из-за избиения кого-то, причем сильного избиения. Он будет идти, прихрамывая на одну ногу, пытаясь скрыть свой дискомфорт. Он издаст небольшой, болезненный стон, пока будет садиться, мягко поправляя себя. Его аппетит пропадет, он не будет спать, не будет разговаривать. Он будет играть на скрипке до тех пор, пока на пальцах не появятся мозоли, чаще всего это случается после полуночи. Это плохие времена и Джон боится их.       У него уже есть свои подозрения по поводу того, куда ходит Шерлок. На самом деле, он практически убежден в том, что знает. Однажды Шерлок пришел домой после одной из своих небольших прогулок, выглядя возбужденным и удовлетворенным. Он зашел в свою спальню и моментально уснул. Джон взял его телефон. Он не мог удержаться. Он должен знать. Несмотря на свои подозрения, он всё равно был шокирован, когда прочитал: "Прошлая ночь была невероятной, я уже скучаю по тебе. Целую и обнимаю, Джим."       Его сердце разбилось. Он чувствовал злость, предательство, грусть. Потому что Джон любил Шерлока, и с этим ничего не поделать. Человек, спасший его жизнь, забравший с места отчаяния и безысходности и собрав Джона по кусочкам, сделав его таким, каким он был раньше: смелым, важным, сильным, настоящим. Бойцом, а не жертвой.       Джон хотел вернуть долг. Показать ему любовь, показать, что он может быть любимым, и что он не должен бежать к ближайшему психопату, чтобы получить её. Сердце Джона болело от ревности и заставляло чувствовать физическую боль, когда он думал о руках Мориарти на теле Шерлока, его губах на коже Шерлока. Это неправильно и отвратительно и это заставляло Джона злиться на своего соседа по квартире, который думает, что сбегать и заводить ужасный роман с убийцей - приемлемый поступок.       Это злило его, потому что Джон хотел узнать вкус губ Шерлока, что он почувствовал бы когда запустил руки в кудряшки Шерлока, как Шерлок выглядит, когда он поглощен зверским желанием.       И когда Шерлок вышел из своей спальни в гостиную, брюки свободно висели на его бедрах, а мятая майка, в сочетании с милым синим халатом, подчеркивала его фигуру, Джон встал. Он подошел к Шерлоку, игнорируя то, как восхитительно Шерлок выглядит, когда он сонный, и отдал ему телефон, хмуро уставившись на него.       В этот момент, Шерлок понял, что тот знает, и это ужасно, потому что дело в том, что они оба осознали реальность ситуации.       - Джон… - Шерлок говорил тихо, не забирая телефон.       Джон фыркнул, прижимая телефон к его груди, тем самым, заставляя взять его.       - Всё это время… С ним. С этим психопатом! - Он был в ярости, его даже трясло от злости.       - Он не психопат… Я… - Начал Шерлок, заикаясь, но стараясь говорить убедительно.       Для Джона было всё очевидно, поэтому он не знал что сказать, потому что он не мог сказать ничего, что улучшило бы ситуацию.       - Какого черта, Шерлок? - выпалил Джон, так крепко сжав руку в кулак, что его короткие ногти впились в ладонь. Он поднес палец к лицу Шерлока, - Ты конченый ублюдок. Как ты мог сделать это?! - Прокричал он. - Как ты мог со мной так поступить? Я думал, мы были друзьями, ты мудак.       - Джон, пожалуйста, прошу. Я могу все объяснить, - Вздохнув, сказал Шерлок. Он боялся возможных слов Джона.       Джон сделал шаг назад, запустил руки в свои волосы и сделал глубокий вдох, чтобы успокоиться:       - Блять. Ну давай, объясни мне. Помоги мне понять, какого это - любить такого монстра, как он? - Он сказал слово на "Л", даже не задумываясь об этом. С одной стороны, он сомневался, что это так, а с другой - он знал, что Шерлок может любить. Он ждал, что тот начнет отрицать это.       Шерлок замешкался и прикусил губу.       - Он - единственный, кто понимает. - В итоге сказал он, - Он не такой плохой, как ты думаешь, Джон, он..       - Не такой плохой, как я думаю?! - рыкнул Джон, гнев течет по его венам, - Ты защищаешь ебучего монстра. Он убийца, Шерлок. Он убивает людей для развлечения!       После этих слов, он ударил Шерлока кулаком по лицу.       Шерлок, полностью ошеломленный, вжался спиной в стену так, чтобы как можно большее расстояние было между ним и Джоном, хотя он знал, что дальше уже некуда. Его губа кровоточила, кровь стекала по подбородку и была на зубах. Он вздохнул, прикладывая руку ко рту и трогая его, он выглядел растеряно немного напугано из-за того, что кровь была на кончиках его пальцев. Он посмотрел на Джона со слезами на глазах и сердце Джона сжалось, ведь он понял, что не имеет значения, что сделал этот человек, ведь он никогда бы не смог ненавидеть его.       Но Шерлок ничего не сказал. Он не пытался себя защитить, не пытался оправдать свои действия. Не отрицал, что сделает это снова. Не извинился перед Джоном. Он так больше не мог.       - Я надеюсь, вы вдвоем будете очень счастливы вместе - отрезал он.       Он взял куртку, кошелек, а также ключи с телефоном и ушел. Ушел, не обернувшись.