Радуга

-Тебе нужно сходить к врачу. -Нет! -Я серьезно. -Со мной это постоянно бывает! -Исландия, я врач! – Норвегия закатил глаза. – И я тебе говорю, то, как ты кашляешь – ненормально. Это не простуда. -Я все время кашляю, я северная страна. Что за глупости... Они сидели на набережной Копенгагена и смотрели на море. Был уже вечер – Матиас позвонил и сказал, что братья могут гулять, сколько им угодно, ибо он все равно будет поздно. -Ты ничего не понимаешь... Такой кашель бывает при серьезных заболеваниях, никак не при простуде. Сколько времени у тебя это уже длится? -Наверное, около недели... – Хенрик пожал плечами. – Я не обращал внимания. Слушай, ну это же ерунда. Я очень часто болею. -Я тоже. И еще я врач, это усугубляет ситуацию. И я тебе говорю, как врач, что тебе обязательно нужно проверить, что это такое. И лечиться. -Ну... – Исландия наклонил голову. – Только если ты меня будешь лечить. -Глупый ты, братик. – Кеттиль тихо засмеялся. – Я окончил университет, но такой специализации у меня нет. Я – нарколог. А ты явно не принимаешь. -Знаешь... – глаза Сигурдссона младшего как-то странно блеснули. – Иногда мне кажется, что имеет смысл подсесть. Чтобы попасть к тебе в клинику... И чтобы меня лечил именно ты. -Не неси хрень. – его старший брат усмехнулся в ладони. – Мне бы крайне не хотелось потерять тебя из-за самого же себя. Серьезно. Вернемся к начальной теме. Если послезавтра я узнаю, что ты все еще не сходил к врачу... -Что будет? Ты меня накажешь, братик? – Хенрик усмехнулся. -Да нет. Я просто перестану с тобой разговаривать. Повисла напряженное молчание. Норвегия спокойно смотрел на ярко-синее море, на солнце, слепившее глаза, на чаек... Исландия же подавленно опустил глаза. -Хорошо. Я схожу. -Вот и молодец. – Кеттиль довольно улыбнулся. – Я знал, что ты крайне понимающий и здравомыслящий человек. -Ты же не перестанешь со мной разговаривать? – Этот вопрос очень волновал Хенрика. -Не перестану. Как я могу? А ты тогда пообещай, что перестанешь верить моим глупым угрозам. Иначе тебе придется вообще умереть от страха и ужаса перед моим бойкотом. Ис с облегчением выдохнул и убрал с лица мешающую прядь пепельных волос. Рядом на большой мачте псевдостаринного судна развевался большой Даннеборг – флаг Дании. Тень от него падала прямо на братьев, загораживая их от солнца. Хенрик посмотрел на флаг с досадой – вот только он пригрелся, как тут эта половая тряпка помешала. Норвежец же сидел с легкой блаженной улыбкой. «Дания... Черт возьми, он же любит Данию...» — пронеслось в голове у Исландии, и он моментально погрустнел, глядя на эту улыбку, на красивые темно-синие глаза, на растрепанные ветром волосы... Черт побери, сколько бы он отдал, чтобы это все принадлежало ему, чтобы Норвегия сам был только его!.. Но нет. Он любит Матиаса... И на этом приходится закончить. -Нор, пойдем, а? Надоело. -Скучный ты человек, Исландия... – Кеттиль пожал плечами и поднялся с теплых, прогретых солнцем камней набережной. – Куда идем-то хоть? -Давай просто походим. Они ходили до самой ночи.