Дурман в голове

— Так, а ты хоть знаешь почему он это сделал? Хотя это вполне понятно, потому что хотел... — размышлял Хосок. — Да, он что-то такое говорил, мол "я этого хотел и хочу сейчас", а потом были непристойности, — Юнги вернулся в положение сидя и снова смотрел на друга. — Если честно, когда он меня первый раз поцеловал, то я подумал, что он не в себе. Ну типа, Чонгук вдруг лезет целоваться - кто бы вообще в здравом уме решил, что он серьёзен в своих намерениях, — Хоби поднял руку, показывая, что он мог бы поверить, и старший одарил его возмущённым взглядом. — Ты не в счёт, ибо ты слишком эмоционален, очень доверчивый и тебя от всего кроет. И вообще, блять: ты на чьей стороне, а? — Мин прищурился. — Вот как ты значит о любимом донсене. Хорошо-хорошо, — Чон демонстративно отвернулся, как бы показывая, что обиделся (нет). — Мой любимый донсен - Чимин, и ты прекрасно об этом знаешь, — Хосок состряпал еще более обиженный вид. — Так же прекрасно, как и о том, что ты мой дорогой друг, единственный в свое экземпляре и любимый, — младший довольно заулыбался и вернул свой взгляд на Юнги, на что тот лишь закатил глаза и тоже улыбнулся. — Ну и что собираешься делать дальше? — интересовался младший. — Не знаю, — Мин сел в позу лотоса и начал разглядывать свои руки. — А ты реально в него влюбился? — снова спрашивает Хосок. — Та не знаю я, — вздох. — Ничего не знаю. — Ладно, расскажи о том, что случилось и что ты чувствовал, — Хоби пытался найти подход к старшему и не давить на него. Юнги частенько было сложно описывать свои чувства: он понимал, но не мог описать. И тут появлялся Хосок. Друг всегда пытался разговорить старшего и помочь разобраться в себе, что Мин очень ценил. На самом деле, дружбу с Чоном Юнги считал одним из лучших событий в своей жизни. Младший был опорой, которая не давала свалиться в пропасть, был тем, кто превозносит надежду и радость в жизнь, которой иногда так не хватало в буднях Мина. И Юнги, в свою очередь, делал все практически тоже самое для Хосока. Он был всегда готов помочь, поддержать, выслушать и, если что, дать дельный совет. Дружба между ними была одним из рычагов движения их жизни. — Он прижал меня в стенке и поцеловал... — спокойный тон, сменился на возмущённый. — Этот мелкий, между прочим, совсем не умеет целоваться, обслюнявил меня всего, но это было приятно, очень, — щеки немного покраснели и Мин опустил взгляд. — У меня даже встал. Встал, блять, на этого ребенка. И вообще: когда это дитя успело вырасти и вымахать в такого красавчика. Ты, кстати, видел его пресс? Ууу, это пиздец. До Чимы ему конечно еще надо подкачаться, но у меня так руки и чесались потрогать, — Хосок просто сидел напротив, офигевая от такого старшего, и впитывал информацию. — Но то, что рядом с ним думать невозможно - проблема. Этот офигевший малый со спермотоксикозом творит все, что ему вздумается, а я ничего и сделать не могу. А если он меня решит трахнуть? — с нотками испуга в голосе, сказал Мин. — Блять, Хоби, не молчи. Как мне уберечь свою честь и анус от Чонгука? — Нихуя ж себе, — больше сказать было нечего. — Ты это уже говорил. Тебя заклинило что ли? — Если честно, ты б с ним поговорил, когда рядом будет еще кто-то. Наш макнэша не такой глупый и не полезет​ к тебе целоваться, когда рядом будут другие мемберы, — Чон рассуждал здраво, чего сейчас так не хватало Юнги. — А там будь, что будет. Но ты так и не сказал, что чувствуешь к нему? — Хосок еще раз задал вопрос и Мин немного поёжился. — Ну, мне он, кажись, нравится, но это все странно. Я ж натурал... — Был натуралом, — исправил его младший. — Я в тебя сейчас чем-то кину, — с прищуром сказал Юнги. — Тихо-тихо, — с улыбкой произнес Хоби. — Впрочем, мой член же не дурак, на кого попало вставать не будет... От таких сравнений младший начал смеяться и Мин лишь улыбнулся на реакцию друга. — Ну, и когда говорить собираешься с ним? — насмеявшись, вернулся к разговору Хосок. — Как насчет завтра? Ты ж собираешься праздновать? — Ну как праздновать... Думал с утра съезжу к родителям, посижу у них, а вечером купим еды, выпивки: для Чимы и Тэхёна вина, а всем остальным - вискаря или еще чего, и посидим. — Тогда решено: завтра вечером и поговорите. А сейчас сходи в душ, ибо, как я понимаю, засосал он тебя недавно - губы у тебя красные-красные, — сказал с неким смешком младший. — Смотрю и никак взгляд не могу оторвать, — от таких слов Мин засмущался немного. — Вали давай, а я в душ, — Хосок лишь рассмеялся и поспешил удалиться.

***

— Чима, что делать? Он же сейчас выйдет, — встревожено сказал Тэ, опирающийся о стену рядом с дверью в комнату Юнги. — Валим быстрее, — сказал Чимин и хотел было сорваться на бег, но кто-то схватил его за ворот футболки. — Блин... — Ну и что вы, два оболтуса, здесь делаете? — развернув к себе Пака, серьёзным тоном обратился к парням Хоби. — Тебя долго не было и мы решили проверить все ли у вас нормально. Мы ничего не... — Чим хотел сказать, что они ничего не слышали, чтобы вдруг не получить от Юнги, но Тэхён все испортил. — Да, мы ничего никому не расскажем, — заверил Чона Тэ. Чимин просто сфейспаумил. — И это мне говорит главная подружка Чонгука, — Хосок внимательно посмотрел на донсенов. — Ладно, я вам верю. Но если вдруг Юнги пожалуется мне, что Гук снова его к стенке приставил раньше завтрашнего вечера, вы двое у меня получите. — Хоби-хён, это нечестно. Кукки может и просто сорваться на Юнги-хёна, а мы будем не причем, — возмущался Пак. — Ничего не знаю. Если хотите - отвлекайте Чонгука, делайте, что вздумается для этого, но я вас предупредил, - сказал вполне серьёзно Хоби и, обойдя парней, направился дальше по коридору, но Чим схватил его за локоть. — Ладно, мы займём чем-то Кукки, — сбоку послышался голос Тэ: — Ну в смысле? — Но, хён, он и правда в него влюбился? — встревоженно сказал Чимин. — Ты сам все слышал, — сказал Хосок, пожав плечами. Пак нахмурился. — Эй, — Чон потрепал младшего по голове, — ты чего? — Хоби-хён, а что если Чонгук теперь станет его любимым донсеном? — грустным тоном сказал младший. — Чима, не говори глупостей, — старший тепло улыбнулся. — Ты для него навсегда останешься любимым донсеном, — сказал Хосок и пошел дальше по коридору. Глаза Пака сразу засветились и, словно маленький щенок, Чимин подбежал к Хоби. — Правда? — радостно спросил младший. — Конечно. — Я рад, — улыбался Чим, потом немного задумался. — А как ты думаешь, хён, ЮнГуки будут вместе? — Пак уже шел наравне со старшим. — Хм, даже не знаю, но я на это надеюсь. — Я тоже. Мне кажется Юнги-хёну это пойдет на пользу. Чим и Хоби шли по коридору и обсуждали сложившуюся ситуацию. А Тэхён все так же стоял возле комнаты Мина и смотрел им вслед. — Ну, а как же я? — немного обижено сказал Тэ. — Блин, меня опять кинули. Ким осмотрел коридор и, от нечего делать, решил пойти к Юнги. Он постучал и немного погодя послышался голос старшего, но Ким не расслышал его слов. — Хён, я не слышу тебя. Можно я войду? — Да, — послышалось мало не на весь коридор. — Хён, меня опять кинули... — грустно сказал Тэхён и, войдя в комнату, сел на край кровати. — Кто на этот раз? — Мин уже вышел из душа и, накинув футболку, сушил волосы полотенцем. Тэ часто приходит к старшему, сидел у него, рассказывал что-то, ибо как он говорил "ты единственный, кто меня не разу не бросал". — Чим и Хоби-хён. — Ты ел уже? — спросил Юнги и пошел в гардеробную, чтобы переодеться. — Да, но если ты нет, я не против перекусить что-то, — сказал Ким и с улыбкой посмотрел на старшего. — Ну тогда, я сейчас накину что-то и пойдем в кафе, — послышалось из дальнего угла комнаты. — Хорошо, хён.