Дурман в голове

***

— Намджун-а, та отпусти ты, — легонько ударив младшего по спине, снова начал протестовать Джин. — Меня уже укачало, — скулил он. — Будешь знать, как соблазнять меня в неположенном для этого месте, — сказав это, Намджун одарил старшего еще одним шлепком по попе. — Хочешь сказать, что есть отдельные места, где мне тебя соблазнять можно и где нельзя?! — возмутился Сокджин. — И хватит уже бить меня по жопе, она так до комнаты не доживет. — Хочу, — шлепок, — и бью. И я же тебя знаю, если взял бы тебя прямо в коридоре, то пришлось бы выслушивать потом "а если бы нас заметили?", "у тебя мозги вообще есть?"... — копируя манеру старшего, говорил Джун. — Ничего подобно, — из-за спины послышался явно обиженный тон Джина. — Эй, — младший опустил парня, который, достигнув земли, отвёл взгляд и смотрел в пол, — милый, не обижайся, — Намджун провел большим пальцем руки по щеке Сокджина, пытаясь ободрить того. — Ну чего ты? — Почему ты меня любишь? — глазами чуть ли не полными слез, старший посмотрел на Джуна. — Что за глупые вопросы? И вообще, этот вопрос какой-то неправильный. Ну, то есть, как тебе объяснить - почему я тебя люблю? — рассуждал младший. — Потому что люблю, — взял за руки. — Потому что ты даришь мне счастье, тепло, любовь... Каждый день с тобой прекрасен уже из-за того, что ты просто радуешь меня своей улыбкой и порой даже смешными шутками, — Джин лишь улыбнулся и глаза начали наливаться слезами, — греешь​ мое сердечко своей заботой, которая непонятно откуда берется в таком количестве, и любовью, — Намджун наклонился и, слизав слезинку, которая покатилась по щеке парня, поцеловал того, сначала в щеку, а затем и в губы. — Я тебя очень-очень люблю уже просто из-за того, что ты рядом и не оставишь меня. Так что, не задавай больше глупых вопросов, — после последних слов Джун заключил Сокджина в объятиях, который лишь тихонько прошептал тому в шею: "и я тебя люблю и никогда не оставлю". Спустя пару минут старший поднял свой неуверенный взгляд на Намджуна и спросил: — А потрахушки ведь не отменяются? — Нет, милый, — рассмеялся младший. — Я всегда готов отшлепать, а затем оттрахать твою прекрасную попку. Но вот одного я не понимаю: как у такого милого парня только язык поворачивается говорить, порой, столь неприличные вещи? — Джун провел пальцем по нижней губе парня. — Ты сейчас шутишь так? — улыбнулся Джин и, приблизившись к Намджуну ещё ближе, прошептал на ухо. — Ты даже не представляешь, как часто я хочу почувствовать твой член в себе, который распирает стенки моего ануса, — лизнул мочку уха, — задевает простату и дарит нереальное наслаждение. А иногда по твоему члену скучает ещё и мой ротик, — Сокджин отстранился от парня. Приоткрыв рот и высунув немного язык, он положил туда указательный палец и начал его лизать, а затем медленными движениями, будто трахатая собственный рот, обсасывать, прикрывая при этом глаза от удовольствия. Младший лишь, как заворожённый, смотрел на парня и, почувствовав снова возбуждённый пенис, который рвался наружу, сказал: — Блять, ты лучше всякого возбудителя. Знаешь ведь? — старший лишь выпустил палец из рта и закусил губу. — Так, быстро в комнату, я больше не выдержу, — сказав это, Джун открыл дверь и затолкнул туда Джина.

***

— Я всегда готов отшлепать, а затем оттрахать твою прекрасную попку... — из-за двери послышался голос Намджуна. — Это что - Джун-хён? — спросил Чонгук. — Он что с девушкой? — удивился Чимин. — Не может быть. У него девушки уже около 2 лет не было, — сказал Тэхён и получил странные взгляды от парней. — Чего? Я его сосед вообще-то, — Чон и Пак пожали плечами и вернулись опять к двери. — Вы что-то слышите? — нахмурив брови, сказал Гук. — Неа, — Чим помотал головой. — Блять, ты лучше всякого возбудителя. Знаешь ведь? Так, быстро в комнату, я больше не выдержу, — снова послышался голос старшего. — Они сейчас зайдут... — встревожено сказал Чонгук и посмотрел на остальных. — Ведите себя естественно. Не первый же раз кто-то девушку приводит, — пытался успокоить парней Тэ. — Ага. Сказал тот, кто их в основном и водит, — хмыкнул Чимин. — Завидуешь? — заулыбался Ким и получил легонький удар в живот. Дверь открылась и в комнату вошел самый старший хён. — Джин-хён? — хором сказали парни. — Мелочь? Вы чего здесь тусуетесь? — немного растерянно спросил Джин и вслед за ним зашел Джун. Повисла секундная пауза. — Хах, мы уже собираемся уходить. Мы пойдем погуляем и развеемся, так что будем поздно, — сориентировался Тэхён и, толкая остальных в спину, направился в сторону выхода. — Ну ладно, но все равно очень долго не гуляйте,— заботливо сказал Намджун. — Да-да, хён, — послышалось уже из-за двери. — Странные они какие-то, — сказал Джин и направился в ванную. — Я скоро вернусь. — Хорошо. Только не растягивай себя - этим займусь я, — крикнув тому вслед, Джун снял рубашку и упал на кровать. — И чем я только заслужил такого парня? — Что? — послышалось из ванной. — Ничего. Давай быстрее, а то я начну без тебя.

***

— Что это? В смысле? То есть они с Джин-хёном того? — пытался сгенерировать мысль Чон. — Ну типа, кто бы удивлялся? — хихикнул Чим. — Тэхён, ты что ему рассказал? — Это не я. Мы недавно слышали разговор Хоби-хёна и Юнги-хёна. — Блин, вот обязательно надо было все рассказывать? Нам его вообще-то отвлекать надо, — последнюю фразу Пак произнес шепотом. — В смысле отвлекать? — удивился Гук. — Ну чтобы ты опять не зализал хёна, — сказал Тэ и Чимин сфейспаунил. — Либо мы получим от Хоби-хёна. — Чон Чонгук, даже не думай, — сказал серьёзным тоном Чим, увидев, что младший уже готов бежать к хёну. — Мне надо с ним поговорить! — Потом поговоришь. Я не готов получить от Хоби-хёна. И вообще, ты уже сказал, что идёшь с нами. Так что всё, пошли. — Ааа, ладно, — сказал Гук и пошел вперёд. И остальные пошли за ним.

***

Мин зашёл в комнату и сразу же начал искать сигареты под матрасом. "Блять, неужели кончились?", — достав пустую пачку, подумал он и упал на кровать. "Дерьмо...". Юнги лежал на кровати, всматривался в потолок и пытался не думать о том, от чьих черных глаз его, можно сказать, спас Тэхён. Но ничего не получалось и, вместо просто мыслей о младшем, в голове начали крутиться строки, как это часто бывало. "Его глаза, будто черные дыры, созданы, чтобы утянуть меня..." "Что за говнище?", — подумал парень. "Надо записать." Мин поднялся и, сев за стол, возле постели, начал записывать мысли в блокнот. Спустя пару минут он отстранился и, посмотрев на свою работу с далека, прочитал. "Его глаза, будто черные дыры, созданы, чтобы утянуть меня. Его губы, будто вакуум, созданы, чтобы отобрать кислород. Его руки, будто цепи, созданы, чтобы удержать меня. Его голос, будто ночной кошмар, создан, чтобы затуманить рассудок. Он, будто наркотик, создан, чтобы сломать меня. Он мой наркотик, создан, чтобы убить меня. Каждый день просыпаясь в голове только он: Его губы, глаза, его руки и голос. Он как будто бы близко, но это лишь сон. Он целует, ласкает, раздевает глазами, Он губит меня своими словами. Стоит лишь увидеть его краешком глаза И в груди огонь, в голове туман, И отныне вся жизнь сплошной обман. Он целует, ласкает, раздевает глазами, Он терзает меня своими руками. Что чувствую? Люблю ли? Готов ли бежать? Бежать от него или лучше к нему? Столько вопросов, так мало ответов, И признаться себе готов лишь в одном: Он отныне мой личный вид героина, Что дает наслаждение, но который убьет." — Блять, и когда я успел стать влюбленной девчонкой? — сказав это, Юнги вырвал и смял страницу в руке, и хотел было её выбросить, но отшатнулся на миг и, как-никак разровняв лист бумаги, сложил и положил в задний карман джинсов. Парень замер, не зная, что делать и куда себя деть. "Надо найти сигареты", — подумал Мин и пошел на поиски.