Sweet & Hard Feelings

      Йен открыл глаза и увидел руку, свисающую с верхнего этажа кровати. «Неужели он снова совершил ошибку. Как всё могло так обернуться, ведь он всего то и хотел, что помочь детям». Прижав ладони к лицу, парень тяжело вздохнул. По крайней мере, приступы его биполярного расстройства прекратились после ареста, и только из-за этого его не отправили в ту чёртову дурку. Йен только присел на кровати, как издалека донесся оглушительный, но уже привычный звон дубинок о решётки камер – своеобразный утренний будильник, напоминающий всем и каждому в этой дыре, что, если жизнь снаружи не казалась сахаром, то здесь и подавно не будет таковой. Если вы – натурал, то жизнь внутри этих стен немного упрощается, но это не про Йена. Уже около двух недель ему приходится отбиваться от нападок со стороны этих грязных уродов. И, конечно же, Терри – отец Микки – не упустил возможность избить Йена. В уставших глазах парня блеснули слезы. Протерев их тыльной стороной ладони, Галлагер взял себя в руки, дабы не привлечь лишнего внимания. «Будильник» дошёл и до его камеры.       «Намного труднее быть самим собой за решёткой, когда каждый считает своим долгом присунуть тебе из-за твоей внешности и слухов о гействе. Ещё и Терри подливает масла в огонь. Наверняка, добивается моей смерти или, по крайней мере, хочет покалечить до такой степени, чтобы я никогда не смог трахать его сына. Да уже и не получится, чёртов старик, даже если захочу, мне его не найти» - парень быстрым движением руки смахнул со лба прядь огненно рыжих волос, приводя мысли в порядок. Пронёсся звон. Йен выпрямился, вернувшись в реальность.       -Ещё один «счастливый» денёк для тебя, а? – раздался за спиной вопрос глухим басом, и здоровенный, чёрный мужик ловко спрыгнул с верхней койки и, потянувшись, похлопал рыжего по плечу, - держись, мужик – и сочувствующая улыбка мелькнула на грубом африканском лице.

***

      Жаркий ветер скользнул сквозь форточку, наполнив помещение тяжёлым горячим воздухом. Разбросанные по полу: бутылки и банки из-под пива, одежда и прочее барахло представляли собой не лучшее зрелище, а парень, напившийся в хлам, лежащий на кровати, вообще больше смахивал на мертвеца, нежели на живого человека. С трудом открыв глаза, Микки с хрипом приподнялся и стал искать бутылку с остатками алкоголя.       -Бля… - тихо вырвалось у него. Все бутылки оказались пустыми. Зажмурился от столь яркого солнечного света, подойдя к окну, после чего осмотрел всю комнату своим ледяным взглядом – И с хуя ли аренда этого дерьма вообще стоит денег?! – Выкрикнул он в полный голос с нескрываемым недовольством.       -Захлопнись! – раздалось из-за одной из стен.       -Пошёл в жопу! – крикнул Микки в ответ, снова осмотрелся, быстро переводя взгляд из стороны в сторону – да похуй… - выдохнул наконец он, оделся и, закуривая привычные «Marlboro»,пошёл в сортир.       Прошёл уже почти год, как они с Йеном виделись в последний раз, тогда, у границы с Мексикой. Микки хотел начать всё по новой, будучи самим собой, тем, кем он является на самом деле. И ведь этот рыжий даже вынудил его признать, что он гей. Ещё и публично, мать его.       - Да какого же хуя?! – заорал Мик, прокручивая все эти мысли в голове уже в сотый раз. Отдышался и поспешно вышел на воздух.       С того самого дня он не знал, что теперь ему делать. Может, стоит вернуться обратно и дать себя арестовать, или просто постоянно там скрываться. Но зачем? Зачем вообще возвращаться? Ради кого?...       -Да всё из-за этого пидора…- сквозь зубы прошипел Микки в ответ на собственные мысли. Закурил новую сигарету и быстрой походкой пошёл вдоль улицы.       Продажа наркоты, оружия, постоянные драки, секс, не вызывающий никаких эмоций – вот и все развлечения в последние месяцы.       Секс… Только с этим бесючим Галлагером ебаться было потрясно. Ни с кем он не чувствовал себя так хорошо. Но если бы дело было только в одном лишь сексе… Микки всегда ощущал возбуждение рядом с Йеном, было легко возбудиться даже от мыслей о Галлагере. Но у него никогда не получалось кончить, представляя Йена, если появлялись проблемы в отношениях с этим засранцем. Сколько бы он не пробовал подрочить после расставания, ничего не получалось. Не всегда он кончал и когда занимался сексом с кем-то другим. Поэтому Милкович понял, что рыжий – это не просто партнёр для траха, а кто-то намного более значимый для него, тот, кто заполнил все его мысли и чувства. Микки знал, что любит Йена. Любит всё в нём, даже его дурацкие выходки во время приступов. И это бесило его ещё больше.

***

      Слушание дела будет через две недели, и Йену необходимо как-то проконтролировать свою «болезнь», обходясь без лекарств. Если в день суда его признают вменяемым, то будет два варианта наказания: либо он сядет, либо нужно платить штраф, который ни он ни его семья не потянут. Именно из-за последнего, он был уверен, что проведёт в тюрьме, по меньшей мере, год, и тогда уже будет неизвестно, как и при каких условиях выскочит биполярка.

***

      -Какого хрена ты тут забыл? – возмущённо прорычал Микки с сигаретой в зубах, обнаружив одного из своих братьев возле двери.       -Отец сказал найти тебя.       -Пусть катится к чёрту – прервал Микки. Он уже не боялся отца, даже, если тот наставит на него ствол, то ему всё равно нечего терять – Что ему вообще от меня надо, ёпт? Он что, уже вышел?       -Нет, ещё сидит. Хочет поговорить – Игги не знал, стоит ли говорить, то, зачем на самом деле пришёл.       -Ну нахуй. Нам нечего с ним обсуждать – открыл банку пива, отпил и протянул брату.       -Мик, - сделал несколько глотков и нерешительно продолжил – ты же в курсе на счёт своего Галлагера, да?       Взгляд Микки в долю секунды стал тревожным. Присев на край кровати и понурив голову, он, наконец, тихо ответил:       -Нет, не в курсе. Что там с ним? – этот вопрос Микки задал, пытаясь не показать свою тревогу, но губы по прежнему дрожали.       -Точно не знаю, разбираться через пару недель будут, но его закрыли недавно. Вроде тачку спалил.       Микки закурил и молча уставился в пол. Тишина стала слишком напряжённой и нежданный гость, поспешил поскорее попрощаться. Дверь с шумом захлопнулась.       -Сука…Йен, твою ж налево! – не способный совладать с собой, Мик провёл руками по затылку, цепляясь за волосы. Глаза наполнились слезами – Какого хуя, Йен…- впервые за столько времени не стал сдерживаться и слёзы потекли по его щекам. С силой зажмурившись, рухнул на постель и прикрыл лицо руками. Комнату наполнило тихое, подавляемое рыдание.       Всю ночь не сомкнул глаз. В мыслях пролетали все моменты, проведенные с рыжиком. А утром Микки уже думал, как вернуться из Мексики в Соуз Сайд. Не важно, если Йен снова что-то ляпнет, он всегда будет для Микки особенным.       Для начала нужны деньги, много денег, чтобы добраться до Галлагера, а потом и вытащить его из тюрьмы. Этот псих там долго не протянет, особенно без присмотра. У него есть немного своих денег и те, что были накоплены самим Йеном за прошлый год и оставленные при прощании. Но этого не достаточно. Как минимум понадобится ещё столько же. Милкович носился по комнате в сумасшедшем темпе, разбирая в голове все возможные варианты.       В голову пришла идея.       «А что, если найти работу в местечке по типу того, где рыжий лобок танцевал?»       -Нет, нет уж – прошипел Микки себе под нос, словно загнанный в угол – нихуя я не стану таким заниматься – прикусил нижнюю губу, внутренне борясь с самим собой – Чёрт! – выругался снова, спрятал деньги подальше и выбежал.       Прошло уже полтора часа, как Микки стоял перед аналогом «Хвоста Феи», куря и не решаясь войти. Нервно посматривая на входную дверь, он искал в голове хоть какой-нибудь намёк на другую возможность заработать много и быстро, и кроме заказного убийства в голову ничего не приходило. Но если он сядет, то какой тогда от него вообще будет толк. Послав весь мир, куда подальше Микки нервно лизнул губу и прикусил, словно ящер, стоящий перед выбором.       -Галлагер, чтоб тебя. Ты только этого и добивался, сука – шёпотом, но очень эмоционально, стыдливо и жалостливо простонал Мик и направился прямиком в самую гущу этого «испытания».       Зайдя в тот клуб он не смог совладать с собой и уже собрался умчаться прочь из этого места, полного мелькающими то тут, то там накаченными парнями, виляющими своими задницами, но в голове всплыло лицо Галлагера. «Ну, чёрт, Йен, да ты издеваешься..» - подумал про себя Микки и отправился искать менеджера всего этого хаоса.       -Эй, ты не знаешь, где я могу найти менеджера этого всего? – задавал он вопрос в пятый раз в своей обычной грубой манере.       -Милый, да ты с ним говоришь – игриво ответил паренёк лет двадцати пяти, изящно попивая мартини. Оценивающе оглядел Микки с ног до головы и, не дожидаясь лишних вопросов, спросил первым, – Не хочешь поработать здесь?       -Что? Ты это мне? – удивлённо приподняв брови, возмутился Микки.       -Да, лапочка, именно тебе. Приоденешься и вперёд – при этих словах он распахнул руки, представляя всех «танцоров» этого заведения.       -Я что тебе, пидор, что ли? – не смог сдержаться Микки. Всё же он не может показать себя кому-то, кроме Йена.       -О! Ещё и с характером. Ты будешь популярен – весело воскликнул менеджер.       -Да что я тут делаю... – пробормотал Мик и уже развернулся, но его окликнули:       -Да, ладно, подожди. Будешь охранником, раз это не устраивает. Получать будешь чуть меньше, но и забот не так много. Согласен?       Повторять не было необходимости. Микки был рад подвернувшемуся шансу и сразу же заступил.       По словам Игги, которого Мик поднапряг узнавать всю информацию, до суда осталось четверо суток, это меньше, чем рассчитывал Микки, но ему удалось достаточно заработать. Даже смог раздобыть машину.

***

      Последние дни перед слушанием давались Йену с большим трудом. Переливами накатывала депрессия, и он не знал, как с этим бороться. Почти каждый день его навещала семья, несколько раз заглядывал и Тревор, но с ним не получалось поговорить нормально. Было видно, что он переживает за Йена, но если расстройство вновь разразится, он будет уговаривать его пройти лечение. Все родные поначалу злились, особенно Фиона, но потом тоже начали уговаривать брата лечь в клинику. Все только и болтают об этом лечении. Считают, что ему нужна помощь. Это заметно задевало и давило на парня, хотя он и сам прекрасно знал, что с ним что-то происходит. Но после того раза он решил, что ни за что не вернётся в психушку.       Галлагеру было нереально плохо. Появились навязчивые мысли о суициде, с которыми было трудно совладать. Йен, наконец, начал понимать, как трудно было Монике.       И вот, за три дня до суда он сдался болезни. Всё было как в тумане. Будто наблюдаешь за чьими-то действиями. Вот твои трясущиеся руки протягиваются и кусочком отколотого и подпиленного бетона делают глубокий надрез на одном запястье, а потом и на другом. От желания сделать подобное невозможно скрыться. Нет путей контроля таких мыслей. Хорошо ещё, что сосед вовремя заметил произошедшее и поднял тревогу.       Йен попросил не сообщать об этом семье, ссылаясь на страх перед судом по поводу приговора. Если кто-нибудь из родных об этом узнает, то ему конец. Точно отправят в дурку.       После произошедшего, рыжий постоянно думал о Микки. О том, что, может, это даже и лучше, что они расстались. Он и представить не мог, как было бы больно Милковичу, узнав он всё это.

***

      В день суда пришла вся семья Галлагеров, кроме отца семейства. Так же присоединились Тревор, Ви и Кев. Йен нервничал, но после истории с венами приступ на удивление отступил. Он уже морально был готов к году в неволе и открыто не понимал, зачем всё это собрание, если и так известно, что денег на уплату штрафа нет.       -Йен Клейтон Галлагер, вы обвиняетесь в поджоге автомобиля и.. – судья запнулся, увидев запись на следующей странице – Хм… пол часа назад за вас был внесён штраф в размере 10,000$. – Йен поднял глаза и впритык уставился на судью, совершенно не понимающий, что происходит. Обернулся к своей «группе поддержки», все в таком же ступоре. Сразу видно, что они к этому не имеют никакого отношения. - Это требуемая сумма, так что нет смысла дальше в чём-то разбираться. Больше не нарушайте закон, мистер Галлагер.       Йен вышел вместе со всеми из здания суда, держа руки в карманах. Хоть он и надел толстовку, но нельзя, чтобы они заметили повязки на руках.       -Йен, когда ты успел заплатить? – спросила Фиона, перекинув руку через плечо брата.       -Да, чувак – подкалывая влез Лип – откуда у тебя такие деньги?       -Кого нам благодарить, Йен? – улыбаясь и щурясь от радости, поинтересовалась Дэби, но парень не отвечал, а лишь застрял на месте, как вкопанный.       -Йен?..       -Кажется, его – рыжий кивнул в сторону старенького форда в паре метров от них.       Все повернулись в указанном направлении. Спиной к ним стоял белобрысый парень, облокотившись на крышу автомобиля одной рукой, а другой - закуривая сигарету.       -Кто это? В Соуз Сайде есть такие блондины? – удивился чуть ли не каждый в этой компании. Но не Йен. Эту фигуру и манеру курить Йен узнает в любой ситуации. Рыжик спохватился с места и, сдерживая улыбку, направился к своей цели.       -Микки – позвал он тихо, в душе ощущая себя на столько виноватым перед брюнетом, что готов был провалиться сквозь землю.       -Кто-о-о??? – групповой шок настиг всех.       Микки обернулся, выбрасывая окурок. «С ним всё хорошо» - это первое, о чём он подумал, завидев Йена, бодро идущего к нему на встречу с лёгкой улыбкой на лице. Как же он рад, что с этим засранцем всё в порядке:       -Хей, привет, говнюк – поприветствовал он, не в состоянии скрыть своей радости.       -Так это и есть Микки? – серьёзно спросил Тревор Липа.       -Да, вроде, но вот волосы – усмехнулся Филипп       -Что, чёрт возьми, ты сотворил со своими волосами, Микки? – Задорно, как в старые времена подтрунивал Милковича Йен. Он не знал, что делать. А хотел лишь впиться своими губами в губы Микки.       Этот бандит – единственный, кто действительно нужен Йену. Это дошло до него уже давно, но он не хотел идти на поводу своих чувств к тому, к кому так сильно влечёт.       Сейчас даже намного сильнее, чем когда-либо.       Он так хочет снова почувствовать вкус Микки, его запах, увидеть ещё раз как тот злится.       Оказавшись лицом к лицу, парни молча смотрели в глаза друг друга секунд десять. Улыбки постепенно пропадали с лиц. Йен сдался первым. Он потянулся к Микки, нежно касаясь его затылка. И Микки не убегал, хоть и находился посреди улицы. Ему было наплевать на то, что его увидят. Впервые в жизни ему было плевать на зрителей. Он полностью предался эмоциям. Парни слились в поцелуе - очень нежном и осторожном, будто просящим прощение, нащупывая почву для нового начала.       Микки потянулся для продолжения, но Йен неожиданно отстранился и, не сказав ни слова, направился к своим. Прямиком к Тревору.       Тут до Микки дошло: "Так это и есть, тот бойфренд, о котором говорил Йен до своего отъезда?.." Глаза парня намокли. «Неужели всё снова повторяется?»       -Бля..- шёпотом выдавил Мик, прикусил губу и нервно следил за тем, что же произойдёт дальше.       -Тревор – произнёс Йен – прости меня. Ты классный парень, но..       -Но ты любишь его... – прервал его Тревор.       -Да... Никто меня так не притягивает, как Микки.       -Да ничего – парень улыбнулся, встретился глазами с Микки, с этими ледяными глазами – но чем он тебя зацепил?       -Сейчас узнаешь – с этими словами Йен прижал к себе Тревора. Тот только хотел обнять в ответ, как послышался недовольный и многозначительный кашель:       -Эй, эй – вытирая глаза, прикрикнул на них Микки дрожащим голосом, – Хули вы творите?!       Он остановился и посмотрел прямо в глаза Тревору. Во взгляде ясно читалась угроза, которую не удалось скрыть, на что рыжий лишь усмехнулся.       -И так постоянно – шепнул Йен Тревору в ухо и, встрепенув копну кудрявых тёмных волос, отошёл от него и обратился ко всем:       -Идите домой, мы скоро придём – обнялся со всеми и вернулся к Микки.       -Что это было, Галлагер? – недоверчиво спросил Милкович, стоя в полушаге от своего любимого.       -Помнишь, я говорил о бойфренде? – спросил Йен, намеренно дразня партнёра. – Так это он. Тревор зовут.       -Бойфренд, значит?..– стараясь не сорвать голос, переспросил Микки.       -Да. Бойфренд – Йен всё ещё ждал нужной реакции, продолжая мучить второго.       -Бля, Галлагер! Какого хрена ты тогда меня целовал? Что это вообще было? Ты охуел, сука… - на последней фразе голос ужасно дрожал, и Микки снова был готов умолять Йена не делать этого - не бросать его…снова.       Эта реакция будоражила рыжего, все его волосы на теле становились дыбом, и это было охренительно. Подойдя ближе, он взял Микки за подбородок и поцеловал, лишь слегка касаясь своими губами губ некогда брюнета.       -Люблю тебя – тихо признался Йен, смотря в манящие голубые глаза партнёра. Снова приманил Микки к себе поближе и оба страстно и жадно наслаждались долгим поцелуем.       -И я люблю тебя, рыжий лобок – задыхаясь произнёс Мик, соблазнительно скользнув кончиком языка по губе в своей обыкновенной игривой манере.       -Но волосы – это пиздец, конечно – рассмеялся Йен, прислоняя голову Микки к себе и целуя макушку.       -Вот же пидор – надулся в ответ Микки – Как-то же я должен был до сюда добраться, оставаясь неопознанным - взгляд парней из глаз в глаза был горячее лавы. Не выдержав накола страстей, оба вновь слились в страстном поцелуе...

***

      Доехав до совершенно пустого дома Микки, парни направились прямиком в до боли знакомую спальню, страстно целуясь и сметая всё на своём пути. Оба горели изнутри и хотели лишь одного – поскорее слиться друг с другом и утонуть в этих чувствах. Йен стащил с любимого майку, но сам и не подумал оголить свой торс, что было для него не свойственно. Микки принял это, как вызов и хотел было сам начать раздевать Йена, как в ту же секунду оказался прижатым лицом к стене. Офигев от такого напора рыжего, Мик решил выяснить, в чём дело, но почувствовав поцелуй за ухом, успел возмущённо произнести лишь: «Что с тобой не..», после чего лишь удовлетворённо закатил глаза, потерявшись во всех этих ощущениях.       -Сука…- прошипел Мик, расстегивая джинсы.       Йен целовал и лизал парня в шею и уши – он знал, КАК это действует на Милковича. Последний начинает вести себя, как настоящая сучка, стоит рыжему хоть слегка коснуться губами этих его мест. Тело Микки отзывалось на каждое, даже малейшее прикосновение. Ему всегда безумно нравилось трахаться с Йеном, но в этот раз всё было по-другому, ведь Йен ещё даже не вошёл в него. Вместо этого рыжик сильно прижал его руки к стене и продолжал целовать Микки, упираясь твёрдым как гора членом в его зад. Ощущения от всего происходящего были ярче и чётче, чем раньше и бороться с ними было намного труднее. В конце концов Мик не выдержал:       -Давай же, сука… - простонал он, не в силах контролировать свой голос – Хули ты не начинаешь?...       -Я уже начал – ухмыльнулся Йен, продолжая лишь осыпать поцелуями тело Микки. Как же он любит дразнить этого ублюдка, кто бы знал. Рыжему и самому до одури хотелось, наконец, войти в него, но ради такого Милковича он может и повременить. Он тяжело навалился на мускулистое тело, всё больше впечатывая его в стенку.       -Долбанный засранец…- Микки пытался говорить, как можно более зловеще, но после каждые пару слов у него вырывался совершенно неподвластный ему стон, полный похоти – Если ты не начнёшь трахать меня, то я за себя не ручаюсь…Ммм…       – А ты попроси – горячо выдохнул Йен в самое ухо любимого, сделав блефующее движение бёдрами, как во время полового акта, от чего его, уже влажный от смазки член, ещё сильнее впечатался в тело Милковича.       -Аххх…- раздался хриплый стон, достаточно громкий на этот раз, чтобы его было отчётливо слышно в соседних комнатах.       -Ну, же…- снова шёпотом повторил Галлович в ухо Микки, последовательно поцеловав в шею – Микки… - опять поцелуй, но уже ближе к уху, что заставило Милковича снова издать неприличный звук. Йен тащился от этого всего, не в силах остановиться - ..будь хорошим мальчиком и попроси хорошенько, Микки.. – он снова повторил тот трюк с движением бедер, одновременно целуя за ухом строптивого партнёра. Это сработало. Глаза Микки намокли от всех эмоций, что переполняли его в то самое мгновение, он издал стон, даже более громкий, чем прежде и изрёк совершенно не своим голосом:       -Бля…Рыжий…Войди в меня и трахни как следует..ммм – он закатил глаза от предвкушения.       -Молодец – шепнул Йен, ещё раз поцеловал Микки в шею и бесцеремонно, в один толчок оказался внутри.       Рыжий быстро ускорялся, но обоих это только заводило. Сегодня Галлагер впервые делает всё настолько грубо, и у Микки просто сносит крышу. Позабыв обо всём, Йен стягивает с себя толстовку и майку, желая прочувствовать каждый уголок похотливого тела своего любимого. Своими руками с силой сжимает другие руки. Сумасшедший секс ещё никогда не был настолько умопомрачителен для этих двоих.       Микки кончает первым, выпуская струю спермы на стену. Его тяжёлое дыхание смешивается с хрипом, когда он открывает глаза и видит белые повязки с несколькими красными пятнами на запястьях рук, что сжимают его собственные руки. Невольно слёзы начинают стекать по его щекам от возникших пугающих мыслей и ужасных картин, что явились перед глазами, пока Галлагер кончает, спуская всё в Микки.       -Ну, что, Мик, сигаретку? – интересуется Йен, обняв парня и даря новый поцелуй в заднюю часть шеи.       -Да…- со всхлипом доносится до Галлагера ответ. Милкович быстро вытерает слёзы с щёк, но они появляются снова и снова.       -Что-то не так? – обеспокоенно хмурится Йен, через спину заглядывая в лицо своему парню. – Я не перестарался? Всё в порядке? – увидев рыдающего Микки, Йен всерьёз заволновался и развернул его лицом к себе – Эй…       -Посмеешь ещё хоть раз сотворить подобную херню с собой, и я тебя закопаю, засранец – зло рыкнул Микки, беря рыжего за руки и тыча в нос перебинтованные запястья – ты понял меня, ублюдок?! – выкрикнул он со слезами на глазах, полных невыносимой боли.       Галлагер так увлёкся происходящим между ними, что совсем забыл о попытке суицида. Не задумываясь о чувствах единственного, кто ему нужен, потерял контроль и дал ему узнать об этом. Йен аккуратно прикоснулся к скулам Микки, виновато посмотрел тому в красные от слёз, светло-синие глаза и так же аккуратно и нежно поцеловал. Микки смог собраться с духом после этих молчаливых действии:       -Ёбырь, где там мои сигареты? – взметнул брови вверх в знак возмущения Милкович.       -Уже несу – растянув губы в счастливой улыбке, рыжик метнулся к тумбочке, где лежала новая пачка «Marlboro».

***