Зимний броманс

Сказочный… Первое слово, которое приходило на ум при первом же взгляде на изящный двухэтажный бревенчатый домик в полуевропейском стиле с французскими окнами и черепичной крышей, почти невидимой под густой снежной шапкой. Сбоку пристройка с полузакрытым онсеном, декорированным бамбуком. По бокам от подъездной дороги угадывается сад камней, сзади удобный гараж, а вокруг дома пушистые ели… И ни единой живой души на пару километров вокруг… Это ли не рай? Я буквально сходу влюбился в этот оазис спокойствия и эстетического удовольствия. В какой-то момент я напрягся, ожидая реакции Криста и разрушающих очарование комментариев, но взглянув на него успокоился: он тоже не смог остаться равнодушным к открывшемуся зрелищу и, приоткрыв рот, со сдержанным восторгом жадно осматривал всё, вероятно, стремясь запомнить детали. А я в очередной раз подумал какой он красивый в своей непосредственности: когда глаза горят от эмоций, когда от его улыбки становится тепло, как от солнечных поцелуев, когда лицо за секунды отражает целую гамму эмоций… Как скоро всё это скроется под маской цинизма и пресыщенности? Когда моё солнышко станет холодной и прекрасной луной еще способной дарить свет, но больше не несущей тепла? Как можно уберечь его от этого, да и нужно ли? Кто я такой, чтобы распоряжаться чужой жизнью? Глупые, непонятные, опасные мысли, бередящие душу отбирающие покой… Я невольно встряхнул головой, будто пытаясь их отогнать и ускорил шаг, догоняя Криста и менеджера. Паренек провел краткую экскурсию вначале по двору, а после и по дому, периодически кидая на нас хорошо замаскированные любопытные взгляды, что впервые заставило меня задуматься о том, как мы с Пераватом выглядим со стороны, если не знать о нас как об известных людях. Хорошее настроение тянуло на озорные поступки и я, не видя особых причин сдерживаться включил «Конгфоба» со всеми горячими взглядами, жаждой прикосновений и повышенной обходительностью. Крист, сконцентрировавшийся на экскурсии походу ничего и не понял, только увеличил количество ответных прикосновений и улыбок. Менеджер же наоборот с каждой секундой становился всё более красным и покинул нас с заметным облегчением, обещая вернуться во вторник к часу дня и перед выездом обязательно позвонить. Я даже не выдержал и рассмеялся после его ухода в голос, что случалось со мной очень редко. - Наигрался, пи? – я резко оборвал смех и с удивлением уставился на нонга. Он был необычно серьезным и даже мрачным. Я не на шутку взволновался. - Кит, что-то случилось? - За***ло всё! Не могу больше быть клоуном. – мои глаза всерьез решили покинуть орбиты и переползти на лоб. Что вообще, мать его, сейчас происходит? – Если тебя слишком уж травмирую такой я, пи, то дай мне сегодня просто побыть в одиночестве, а завтра этот разговор спишешь на свой алкогольный бред. Идет? Я некоторое время в полном ступоре наблюдал за нонгом одновременно узнавая и не узнавая его, но после решил не пороть горячку и разобраться в происходящем, чувствуя, что именно сейчас, в эту самую секунду, происходит что-то важное, что-то способное изменить наши с ним отношения необратимо, но только не понятно пока в какую сторону. В голову не пришло ничего умнее чем подойти близко, так чтобы между нашими лицами оставалось всего несколько сантиметров, поймать взгляд своим, скользнуть руками по плечам и произнести со всей возможной серьезностью: - Крист, ты ведь знаешь меня не первый день. Что бы ты сейчас ни сказал мне, это останется только между нами. Просто поделись и объясни, я попробую понять или хотя бы просто выслушаю. – когда тот поднял потухший и какой-то даже больной взгляд и меня буквально скрутило от волнения и желания защитить его от всего мира. Я подался еще ближе и, положив голову нонгу на плечо, крепко обнял, погладил по голове и шепнул, в такое близкое сейчас ушко: - Ну же, доверься мне, Кит. Я не подведу, обещаю. Только не тебя. Младший в моих объятьях часто и поверхностно задышал, а через несколько секунд горячая влага, пропитав плотную ткань, коснулась моей кожи. Почти в ту же секунду раздался первый всхлип. Я стал неспешно отступать к широкому дивану, не размыкая объятий, наконец ощутив, как под колени уперся его край, начал опускаться в лежачее положение и уложил нонга рядом, еще крепче прижимая его к себе, зарываясь пальцами в мягкие волосы и шепча разные успокаивающие глупости. Постепенно он затих, лишь изредка всхлипывая, но не стал отодвигаться, бездумно поглаживая мою спину. Почему-то прикосновения, казалось, обжигали даже сквозь свитер. - Пи, давай отложим разговор на вечер. Мы здесь всего на три дня. Стоит сегодня разобрать вещи и максимально устроиться, чтобы не терять времени. Тем более вряд ли смогу трезвым…рассказывать, а пить днем – последнее дело. - Как скажешь, Кит. Я не буду давить или торопить тебя. Я просто рядом. Хорошо? - Спасибо, пи. Давай ты разберешься с нашими вещами, а я посмотрю, на что может быть способна здешняя кухня. Ты не против? - Конечно. Я сгрузил пакеты на стол. Думаю, ты разберешься что к чему. Я понимал, что, после случившегося нам обоим нужно время собраться с мыслями, а знакомые, обыденные действия как нельзя лучше помогали сосредоточиться. Занятый невеселыми мыслями, я развесил наши вещи в шкаф, застелил новым бельем огромную кровать, отнес в душ юкаты и гигиенические принадлежности, искупался и переоделся в домашнее. Пришло время камина - за окном уже сгущались сумерки. После неравной борьбы поленья весело затрещали под языками пламени, а по гостиной поплыл легкий запах дыма и хвои. Я, как завороженный, опустился на шкуру возле камина, следя за причудливым танцем огненных бликов. Именно таким застал меня Крист и какое-то время, вероятно, не решался нарушить мой покой, поскольку окликнул не сразу. Мы быстро поели и переместились обратно к огню. Напряжение росло. Крист непонятно откуда приволок бутылку виски и разлив алкоголь по бокалам, мы сели плечом к плечу на шкуре, облокотившись на диван. - Меня попытались «подложить» под пи Пека… - я подавился и выпучил глаза на Криста. Глядя на спокойное лицо, я почти убедил себя, что мне послышалось. - Прости, что?