Котёнок и его Страж

Проснувшись, Гарет долго не мог решить, что делать с новой информацией. С одной стороны, Салли-Энн имел право знать о своих родителях. С другой… все это вилами по воде писано, да и не так уж много он узнал… «Дождись письма от Люциуса, Котенок, и посмотри, как Салли-Энн отреагирует. А дальше по обстановке». «Магнус, ты чудо! Что бы я без тебя делал? Знать бы еще, кто этот неизвестный…» «Вот тут я просто теряюсь в догадках. Кто мог ТАК говорить с Малфоем?» «Темный Лорд?» «Хм. Не знаю. Правда, не знаю. Помнить бы чуть больше, а то плавают отдельные куски… как-то противно не знать собственного имени, ты не находишь?» «Магнус, прости…» «За что? Ой, Котенок, ты тут не при чем. Это я так… ворчу по-стариковски…» После завтрака совы сбросили на столы почту. Драко писем не получил, так что принятие решения откладывалось на неопределенный срок, и Гарри был рад этому: он уже понял, что если расскажет Салли-Энн о разговоре, то здорово подставит Люциуса. - Ничего себе! Гарет, наблюдавший за слизеринским столом, развернулся на вскрик. Кассио впился глазами в передовицу «Еженедельного Пророка». - Ты смотри, Фло! Какие-то придурки пытались ограбить «Гринготтс»! Гарет навострил уши. - Ничего, правда, не взяли… но при этом ушли безнаказанными. Странно… у гоблинов ТАКАЯ система безопасности… по моему, первый случай за последние двести лет… эй, ты меня вообще слушаешь?!.. - Интересно, кто мог попытаться ограбить гоблинский банк? – вслух рассуждал Флай, когда они вместе со слизеринцами шли в сторону теплиц. – Это должен быть кто-то уж совсем ненормальный… в «Гринготсе» даже дракон есть! И что такое необходимое… - Артефакт какой-нибудь, - хмыкнул Драко. – Темномагический. Для возрождения Того-Кого-Нельзя-Называть… - Ну это ты загнул! – фыркнул Рон. - Да знаю, что ерунда! – отмахнулся Драко. – Но как рабочая версия сойдет. Флай достал из кармана упаковку «Берти Боттс» и протянул приятелям: - Угощайтесь! В рекламе написали, мол, стимулирует мозговое кровообращение… - он подкинул вверх красный шарик, ловко поймал его ртом, разгрыз и тут же сплюнул: - Тьфу ты!!! Сырое мясо! - Зачем они вообще такую гадость делают? – сердито буркнул Гарет, выплевывая полуразжеванное драже со вкусом репчатого лука. - Но ведь интересно же! – хихикнула Блисс, причмокивая своей конфетой. – А у меня вишня! - Ей вечно самое вкусное достается, - мрачно констатировал Блейз, роясь в картонной коробочке с разноцветными шариками. – Хмм… темный виноград! Драко с подозрением рассматривал голубоватую конфетку, Повертел ее в пальцах, понюхал… - Ну и как? – встряла Блисс. - А Моргана его знает… - меланхолично отозвался юный аристократ, надкусывая драже. – А! Мята!.. - Не любишь? Ну ты капризуля! - Терплю… - буркнул Драко. – Все лучше, чем брюссельская капуста… да, мне и такое попадалось! - Фред говорил, что там есть даже вкусы соплей и ушной серы! – подмигнул Рон. Драко едва не подавился. - Шутишь? – с надеждой спросил Терри, выбирая конфетку. – Ну скажи, что пошутил! Рон пожал плечами. - Если и пошутил, то не я, а Фред. Ой, ну что ты копаешься, как герцогиня в шкатулке с драгоценностями! Их надо наугад брать, тогда попадется вкуснятина! – он не глядя сунул в рот шарик и расплылся в улыбке: - Ну что я говорил! Шоколад! Как только первокурсники вошли в теплицы, сверху свистнуло что-то темное и гибкое, выхватило у Флая коробочку с конфетами и унесло под потолок. - Ну вот, опять! – профессор Спраут огорченно всплеснула руками. – Сколько раз говорила: не сметь приносить в теплицы эту гадость! Десять баллов с Райвенкло! Флетчер понурился. - А что это было, профессор? – заинтересовалась Блисс. - Хват-киркатан, - расстроено отозвалась преподавательница Гербологии. – Теперь целую неделю нельзя собирать его плоды… а если они перезреют, мы останемся без перцового зелья. Удружили, мистер Мун, нечего сказать! Флай шмыгнул носом и шепнул Гарету: - Я думал, она просто не любит, когда чавкают… - Итак, проверим, что вы запомнили из моих уроков! – профессор Спраут стряхнула с себя огорчение. – Какой у нас месяц на дворе? - Э… октябрь! – выпалил слегка оторопевший Винсент. - Правильно, мистер Крэбб. А что из растущего в этой оранжерее, - профессор взмахнула палочкой, - полагается собирать в октябре? Винсент ошалело захлопал глазами. - Ну, это… и вот это… и там, в углу, его отсюда не видно… Блисс изо всех сил сдерживалась, чтобы не захихикать. Профессор Спраут улыбнулась и покачала головой. Косноязычие Винсента и Грегори уже успело стать притчей во языцех. - Мистер Крэбб. Пройдитесь по оранжерее, покажите эти растения, назовите их и расскажите нам, какие именно части растения следует собирать и в каких зельях они используются. Для Винсента это было слишком. Кончики его ушей заалели, он бросил беспомощный взгляд на своего лорда. - Ну же, Винс, мы все это повторяли сегодня утром! – Гарет ободряюще сжал его руку, затем легонько подтолкнул вперед: - Давай, действуй! На негнущихся ногах Винсент вышел в центр оранжереи и потерянно потоптался в поисках знакомых растений. - Нуу… вот… - наконец протянул он. – Аир альпийский. У него корень… от глаз… и от ушей… - Что, отваливаются? – ехидно протянул Захария. - Я тебе щас так врежу – у самого отвалятся! – прошипел Грегори. На его счастье, профессор Спраут эту фразу не расслышала. - Кто может дополнить ответ мистера Крэбба? Пожалуйста, мистер Малфой. - Из корневища альпийского аира приготовляют различные зелья для лечения глазных болезней, а также обезболивающее при отите. - Очень хорошо, мистер Малфой. Три балла Слизерину. Мистер Крэбб, продолжайте. Потный и взъерошенный Винсент потащился к следующей грядке. - Белая колючка, - уныло сообщил он. – Собирают… это… цветки. Еще плоды, но плоды весной. Из них мазь делают, которая против бородавок. Из голубых цветков, а из красных – такое зелье, когда задница болит… Профессор Спраут мученически вздохнула. Винсент напрягся и родил: - Про-ти-во-ге-мор-рой-ное! - Ну, слава Мерлину. Дальше, мистер Крэбб… В течение целого часа бедный Винсент бродил по теплице, краснея, потея и запинаясь, но назвал практически все и допустил только две небольших ошибки. Конечно, его маловразумительные ответы в ряде случаев приходилось дополнять, но в целом, он вполне заслужил за свои мучения пятнадцати баллов, которые профессор Спраут добавила в копилку Райвенкло. Эта сумма, а также те очки, которые были заработаны на дополнениях, с лихвой перекрыла штраф, полученный недотепой Флаем.