Котёнок и его Страж

- Гарри, а почему твой папа не захотел взять тебя домой на каникулы? – несмело поинтересовался Рон, когда они спускались из родной башни в Главный зал. Гарет помедлил, собираясь с мыслями. - Нет, если я лезу не в свое дело… - смутился рыжик. Гарет улыбнулся и сжал пальцы друга. - Ронни, все в порядке. Просто я задумался, как лучше объяснить… Понимаешь, при переходе между мирами случаются временные сбои. Обычно небольшие, дня три-четыре, но бывают и несколько месяцев. Рождественские каникулы не такие уж длинные, а переходы сожрут половину времени. К тому же у нас в Карсе Рождество не отмечают. - Как не отмечают?!! - Ну вот так, - Гарет пожал плечами. – У нас свои праздники. Я тебе больше скажу, Ронни, - он хитро прищурился, - у нас и календарь другой! Рон призадумался. - А, ну да… - наконец выдавил он. – Другой мир… другая планета, да? - Да. Наш год длиннее здешнего. Шестнадцать месяцев по двадцать пять дней, плюс сезонные календы – это три дня перед началом каждого сезона. На календы обычно саммиты проводятся. - Что такое «саммиты»? - Это когда короли пяти стран Рилвандора собираются вместе и решают текущие проблемы. Ну там взаимные поставки полезных ископаемых, внешняя политика, сотрудничество магических школ… - У вас маги не таятся от магглов? - У нас магия – часть жизни. - Хотел бы я побывать в вашем мире… - тихо вздохнул Рон. - Я бы тоже хотел, чтобы ты приехал ко мне в гости, - отозвался Гарет. - Может быть, летом… Рон оживился. - Мои бы охотно сплавили меня куда-нибудь на каникулы, - торопливо сообщил он. – Мама говорит, что готовка на семерых скоро сведет ее в могилу. А учитывая, что пятеро из этих семерых еще и жрут, как голодные оборотни… Гарет фыркнул. Рон тоже рассмеялся. - Папа обычно отвечает, - продолжил он, - что у нас растущие организмы. А мама заявляет, что его организм растет исключительно вширь, и если так пойдет и дальше, он перестанет протискиваться в дверь! - Твой папа не обижается? - Нет… мама частенько ругается и даже кричит, но на самом деле она хорошая. Просто ей нелегко приходится с нами. Большая семья и все такое… За разговором они не заметили, как дошли до дверей Хогвартса, где их дожидались оба Малфоя. При виде Рона Люциус поднял бровь. - Мистер Уизли?! И ваши родители отпустили вас в Малфой-мэнор? - Я не спрашивал, - честно ответил Рон. - Почему? - Не хотел нарываться на очередной втык. - И вы полагаете, это сойдет вам с рук? - Нет. Но к тому времени, как папа с мамой узнают, будет уже поздно. Они сейчас в Румынии, у Чарли в питомнике, и я сильно сомневаюсь, что папа сорвется в Англию посреди рождественской недели. - Слизерин по вам плачет, мистер Уизли! – усмехнулся Люциус. Рон фыркнул. - Издеваетесь?!! Мне Райвенкло-то простить не могут, а окажись я на Слизерине – вообще бы отреклись! - Не подозревал, что Артур Уизли настолько жестокосерден к собственным детям… - Ну хватит! – не выдержал Драко. – Папа, перестань дразнить Рона! Люциус рассмеялся и перевел взгляд на Гарета. - Рад тебя видеть, Гарри. Как дается учеба? - Немного непривычно, а так ничего. - Непривычно? С чем именно проблемы? «С поиском приключений на собственную задницу», - встрял Магнус. - С Чарами, - («Отстань!») – Я не всегда контролирую мощность заклинания, поэтому иногда получается слишком уж… впечатляюще… - Это когда ты стенку пробил? – прищурился Люциус. – Драко писал об этом «подвиге»… - Да, и это тоже… - Ладно, посмотрим, что можно сделать. – Люциус достал из-под мантии тонкий жезл из белого металла. – Мистер Уизли, вам доводилось перемещаться через портключ? Перемещение через портключ заставило Гарета вспомнить неприятную ситуацию двухлетней давности, когда знакомый драконарий взял его прокатиться. Именно в тот момент, когда мальчик перестал судорожно цепляться за гребень и расслабился, дракону взбрело в чешуйчатую башку немного размяться и он без предупреждения свалился на крыло. Бывалый драконарий удержался в седле, а вот Гарет кувыркнулся вниз и повис на страховке вверх ногами. Так вот, когда страховочный ремень впился под ребра и дернул вверх, ощущения были примерно такие же, как сегодня… Рон, вывалившийся в холл Малфой-мэнора вслед за Гаретом, выглядел не лучше. Он прижал ладонь ко рту, как будто его вот-вот стошнит. Конопатая физиономия приобрела зеленоватый оттенок. - Словно пополам разорвали!.. – невнятно простонал он. Драко сочувственно покачал головой. - Мне тоже не нравится, хоть я и привык. Аппарировать лучше. Жалко, мы еще не скоро получим права на самостоятельную аппарацию! - Даже не думай об этом, - покачал головой Люциус, со слабым хлопком возникший посреди холла. – Пока не исполнится семнадцать лет, лицензию не получишь. - Почему? – удивился Гарет. – У нас в Карсе разрешают с пятнадцати… - Мы, - Люциус подчеркнул это слово, - живем не в Карсе. Мы живем в магической Британии и подчиняемся британским законам. «Какая патетика!» «Магнус, ты чего?» «Ха!.. Ты не поймешь, котенок». Гарет обиделся и не стал отвечать. Как отмечают Рождество магглы, Гарет имел весьма смутное представление. В праздничные дни Дурсли выпускали его из чулана, только когда нужна была помощь по хозяйству. Елку, Санта-Клауса и прочие атрибуты праздника он видел на витринах магазинов, да на поздравительных открытках. На рождественской неделе соседские мальчишки забавлялись хлопушками и фейерверками. В хлопушках были маленькие сюрпризы. Однажды игрушечный солдатик перелетел через забор в палисадник Дурслей, и двенадцатилетний Джек Андерс великодушно разрешил соседскому малышу оставить его себе. Гарет вздохнул и поежился. Он спрятал этого солдатика в углу чулана, под сломанной половицей, и тайком доставал его поиграть. Дурсли так и не узнали этой тайны… В Малфой-мэноре тоже нашлись и хлопушки, и фейерверки. - Здорово!!! – восторгался Рон, глядя, как облако разноцветных искр превращается то в единорога, то в дракона, то в гиппогрифа. – Гарри, а у вас запускают фейерверки? Ах да, я забыл, у вас же нет Рождества… - Рождества нет, а фейерверки есть, - засмеялся Гарет. – У нас ими отмечают дни рождения. И праздники Урожаев. И еще день Середины лета. А вот хлопушек таких классных у нас нет… - он подобрал выпавшую из хлопушки голубую плюшевую кобру. – Смотри, Драко – почти символ твоего факультета, только цвет подгулял. - Это для маленьких, - отмахнулся Драко, нацеливаясь своей хлопушкой в зенит. Бабах!!! - Ой! – вскрикнул Рон, прикрывая голову ладонями. Драко лишь виновато пожал плечами. Крупные грецкие орехи, раскрашенные золотой и серебряной краской, валялись тут и там, а один из них крепко стукнул Рона по темечку. В довершение сверху прилетел синий бархатный колпак с золотыми звездами. В колпаке обнаружилась ошалевшая белая мышка. - Иногда мне кажется, что производители этих хлопушек обладают весьма извращенным чувством юмора, - процедил Драко, держа двумя пальцами перепуганного мыша. – И что мне с тобой делать, зверь? Не сову же с Рождеством поздравлять?