Америка

      Америка выздоровела только на четвертый день пребывания в доме Максима. Все это время она пыталась дозвониться до бабушки, но та не отвечала. И каждый раз Саша отбрасывала телефон на кровать и касалась лбом холодной стены. В квартире учителя было жарко. Даже очень. Сказать, что Саша злилась на бабушку, ничего не сказать. Она делала вид, что совсем не скучала по ней, не спрашивала, как там у нее дела, хотя та почти регулярно отзванивалась Максиму — Америка застукала его за разговором.  Хотя тоска все же была. Саша все переосмыслила и поняла, что вела она себя, честно говоря, по-свински.       В один день ее бросили бабушка и Одинокий Аноним — два родных человека. Может она обидела и парня по переписке. Саша пыталась восстановить последние свои слова, но все было безрезультатно. Переписка была автоматически удалена, поэтому идти по горячему следу не было возможности.       Глубокий вечер. На столе у Саши был настоящий бардак. Каждый раз, когда в комнату заглядывал Максим, она бралась за листок и что-то чертила на нем, делая вид, что усердно готовится к экзаменам, хотя на самом деле сидела в телефоне. Бесконечно листала ленту новостей, задерживаясь только на постах Юли и Дениса. Их война с учителем только нарастала.       — Я так и знал, что ты отлыниваешь, — раздался недовольный голос у порога. Саша вздохнула и закатила глаза. Отложила телефон в сторону, протянула к себе книжку и демонстративно перелистнула страницу, предварительно облизав палец.       — Выйди, ты мне мешаешь.       — Мешает тебе твой смартфон, а не я.       — Если хочешь, можешь его забрать.       — Ты найдешь себя чем занять. Рядом со мной будешь учить.       Саша подняла на него взгляд, чтобы понять, шутит он или нет, но Максим был серьезен. Она маленькая девочка, чтобы делать уроки с «мамочкой»? Америка поморщилась, опустила глаза на открытую страницу, вскользь проходя по строчкам.       — Ты сюда не поместишься, — пожала плечами она и отложила книгу.       — Мы будем заниматься в гостиной. Даю тебе минуту, — проговорил он и было хотел выйти, но слова девушки остановили его:       — А если я не приду?       — Ты придешь, — твердо ответил парень и закрыл дверь за собой. Его самоуверенность немного подбешивала девушку, она показала двери средний палец и решила положить на уроки огромный болт. Все же он не ее «мамочка». Строить из себя строгого предка у него не получалось. Она снова взяла телефон, надела наушники и удобно устроила ноги на столе.       Прошла минута. Две. Америка посмотрела время на экране и хмыкнула. Отстал. Она качала головой в такт музыке, как вдруг сзади напал Максим, приковав ее к креслу при помощи скотча. Первые секунды она тупо наблюдала за ним и только потом поняла, что вытворяет Макс. Дернувшись, она поморщилась от боли; скотч впился в кожу.       Оставив вот так висеть скотч, учитель сложил все учебные принадлежности в кучку и закинул в рюкзак. Посмотрел на озлобленную Сашу, которая убивала колким взглядом.       — Я не собираюсь с тобой нянчиться, — ядовито выплюнул парень.       — Ну, и оставь меня в покое.       — Оставлю, но только на том свете, — взявшись за спинку кресла, Максим покатил недовольную Америку в гостиную. Если бы руки были свободны, девушка непременно скрестила бы их на груди.       Когда они оказались перед столом, на котором громоздилась макулатура, хотелось взять в руки пистолет, выпустить пулю себе в лоб и благополучно умереть, потому что за одну ночь это все не выучить. Когда парень вывалил на стол ее принадлежности и бумажки, Америка совсем раскисла.       — Что мордой крутим, нужно было думать головой, — учитель навел порядок на столе, раскрыл учебник по обществознанию на первом параграфе и придвинул ближе Сашу.       — Читай, после спрошу.       — Ты серьезно?!       — Более чем, — сказал он, присев на диван напротив девушки. Внутри у Америки вспыхнул маленький огонек, который медленно сжигал. Саша пыталась освободиться: брыкалась и старалась откусить скотч, но это было невозможно. Раскрасневшись и обессилив, она посмотрела на спокойного Макса, который вновь пододвинул ее к столу, вернув на прежнее место. Проревев как ненормальная, она опустила взгляд на книгу, потому что знала, что ничего ей не поможет. Он не отстанет. Нужно было усвоить этот урок еще в детстве.       — Готова?       Америка только кивнула. И в следующую секунду на Максима полились маты вперемешку с раскрытием терминов личности и индивидуальности, а также различие между ними. Все слова лились из души, поэтому после длинного монолога она почувствовала облегчение.       Учитель неожиданно засмеялся.       — Ну, по сути правильно, — перелистнул страницу. — Еще три параграфа. Точно так же.       — И после ты меня развяжешь?       — Конечно. Впереди у нас математика. Как ты будешь писать?       Саша вздохнула и опустила голову. Чем раньше она начнет, тем раньше пойдет в свою комнату, закроется и будет проклинать белый мир.       На деле Саша с Максимом прошли только два параграфа и приступили к экзаменационным тестам по математике. Голова уже гудела. Первые номера были проще простого, дальше пошли куда сложней. В точных науках она была полным профаном, как собственно и в гуманитарных. Максим, конечно, помогал ей, но толку от него особого не было. Она не понимала ни одного его слова, следила за действиями, но быстро теряла нить и тупо хлопала глазами, пока парень распинался перед ней. Когда пришло время решить ряд примеров самостоятельно, Америка была поймана за списыванием. Девчонке как-то удалось не заметно расположить телефон под тетрадью, но парень разоблачил ее.       Долбанное уравнение все никак не хотело получаться, Саша скомкала листок и непроизвольно кинула его вдаль, но случайно попала прямо в глаз Максиму. Саша думала, что прямо сейчас польется на нее шквал возмущений, но вместо этого он ответил девушке тем же. Только скомканная бумажка случайно попала Саше в рот. Они вдоволь посмеялись над этим.       Примерно к одиннадцати часам они закончили. Америка с облегчением откинулась в кресло, когда Максим собирал все материалы по стопочкам, и хотела было уйти, захватив с собой кресло, как услышала:       — Может посмотрим какой-нибудь фильм?       — И станем настоящей семьей, — пропела Саша, но остановилась на полпути, развернулась. — А какой?       — Ну… — протянул парень, — например, Хатико.       Саша неожиданно рассмеялась, запрокинув голову назад.       — Что за сопливый выбор? — сквозь наигранные слезы спросила она.       — Скажешь, что ты не ревела над этим фильмом?       — Нет, — уверенно заявила она, чуть дернув носиком. Это жест немного насмешил парня.       — Ты просто не видела его.       — Ну, и что. Ну, и собаку там и что, и ждала она своего хозяина. И что?       — Ну, и посмотришь.       Саша на секунду задумалась, а после неожиданно подошла к Максу.       — Включай свою нудятину.       — Я-то включу, только ты отнеси свои вещички к себе в комнату, — указав на стол и на кресло, проговорил Максим, улыбнувшись. — И что бы все было разложено по полочкам, а не пылилось на полу. А то я тебя знаю, — в ответ девушка фыркнула, но повиновалась Максиму.       Заняло это больше пяти минут, потому что не все учебники поместились на полках. Трогать великую коллекцию книг матери Макса не хотелось, да и рука не поднялась, поэтому больше половины пришлось спрятать под кроватью, чтобы учитель не увидел. Вышла она как раз на начало фильма.       Парень выключил свет, пригласил Америку присесть рядом с ним на диван и протянул пачку с чипсами.       — Признайся: у тебя на балконе магазин или ты просто волшебник? — усмехнулась она.       — Я простой любитель всякой вредной фигни.       — И большие у тебя запасы этой фигни?       — Достаточно, но с тобой не поделюсь, — Америка закатила глаза и опустилась рядом с ним.       На первых минутах она демонстративно зевала, откровенно смеялась над кинематографом, пока не случилась та самая трагедия с хозяином пса. Саша замолкла. Нахмурившись, она внимательно смотрела на экран, держа пальцы на губах. К горлу поступил тугой ком. Картина того, как Хатико каждый день посещал место встречи с мужчиной, сдавливала горло только сильнее. На душе как-то сразу стало противно, особенно когда девушка поставила себя на место животного. Было грустно наблюдать, как страдает твой двойник на экране. Саша всхлипнула и осеклась. Покосилась на Макса, который только и делал, что поедал чипсы.       Америка понимала, что если останется тут дольше десяти минут, то точно расплачется как малолетняя девчонка перед глазами учителя. Уже не было сил сдерживать себя, особенно слезы, но тут в этот момент неожиданно выключили свет.       Как до невозможности вовремя. Америка, ничего не говоря, вышла из зала и направилась в комнату, если она произнесет хоть слово, то точно взорвется. Ориентироваться в темноте было трудно, но Саша быстро нашла ручку нужной двери.       Макс отложил чипсы, включил фонарик на телефоне и пошел за ней. Там, за стенкой, все было слышно; девушка давилась слезами.       Выбор учителя не зря пал на этот фильм. «Все оказывается легче, чем я думал», — пронеслось у него в голове, отчего тот грустно улыбнулся.

***

      Одинокий Аноним возвращается в сеть.