KvK: Битва за Кэтнип

"Если Милли вернётся и не найдёт кота, мне крышка." Это было первой связной мыслью, пришедшей в голову Купера после длинной, подозрительно тихой и напряжённой паузы. Потрясение оказалось слишком велико, он, бывалый борец с пришельцами и защитник человечества, совершенно не ожидал подобной откровенности со стороны врага — а потому только на то его и хватило, чтоб недоумённо булькнуть: — Кэтнип?.. — Моя планета, олух! — взвился Кэт, и Куп только сейчас спохватился, что впервые слышит настоящее название вражеской планеты. — Коммандер оставил мне сообщение. Всё... — Он шумно сглотнул. — Всё произошло так внезапно... Так, я всё сказал, а теперь проваливай! — На этот раз он без особого труда отпихнул впавшего в ступор подростка и на двух лапах зашагал к выходу, игнорируя и его, и парочку на входе — Фиона и Дэннис машинально посторонились, и вид при этом у них был не сильно осознанный. Говорящий кот вписывался в их картину мира с ещё большим трудом, чем строящий ракеты и стреляющий лазером из когтей. Куп выскочил за ним: — Но... но... подожди! То есть как? Кто напал? Когда? Вы, коты, такие все из себя крутые, с технологиями, и на вас ещё кто-то полез? Не верю! Это не-воз-мож-но! Не останавливаясь, Кэт рыкнул из-за плеча: — Единственное невозможное здесь – твоя невозможная тупость! Я сказал тебе правду, чего тебе ещё надо? — Зашибись аргумент. Вопросов-то ещё больше возникло! — Куп легко обогнал пришельца, не давая приблизиться к внушительного размера яме, оставшейся от взорванной ракеты. В ответ Кэт всё так же угрюмо развернулся и потопал налево, как будто ему всё равно было, куда идти. И это ощущалось почти обидно! — С какого перепугу тебя интересуют дела моей планеты? — С такого, что в моей семье однажды поселился её агент. Так что теперь твои дела — мои дела, и мне нужно знать всё! Кот что-то поднял с земли, что именно — Купу не удавалось различить из-за его и собственной тени, нависшей над тощей фигурой пришельца. Повертел в когтях. Вздохнул, и ошейник вытолкнул хриплое: — Слушай, детёныш... Давай так: ты мне не мешаешь, я не мешаю тебе, я расскажу то, что знаю сам, а потом ты просто уйдёшь заниматься своими глупыми человеческими вещами подальше от меня! Докажи, что с тобой можно иметь дело. "Ну здравствуйте, это я теперь что-то доказывать должен?!" — Бартонбёргер-младший снова начал заводиться, но два фактора всё же побудили его сдержаться — любопытство и друзья. Дэннис, вцепившийся в его руку вроде как чтобы отгородиться ею от кота, однако чуть через неё не переваливающийся в попытках получше того разглядеть, не издавал звуков, но строил такие гримасы и так моргал, словно хотел передать Купу сообщение на альтернативной азбуке Морзе. Фиона замерла по другую сторону, настороженная и подобравшаяся, будто мысленно просчитывала, в какую сторону им бежать, падать или уползать. Только Куп надеялся хоть как-то прояснить ситуацию, прежде чем до этого дойдёт дело: — Я, если что, этого от тебя и добивался. Объясни по-нормальному, если хочешь, чтоб тебе поверили! Кэт наконец удосужился повернуться к нему мордой, но смотрел по-прежнему на металлический прибамбас в лапе, не проявляя интереса к тому, что падающая на него тень растроилась и обзавелась лишними головами. Наконец заговорил, причём начал как будто с середины: — Хаммсы — наши давние конкуренты по захвату планет. Разумеется, за Кэтнипом им не угнаться: моя раса превосходит их во всём, — даже в такой момент он не мог удержаться от хвастовства. — Но, похоже, они обнаглели достаточно, чтобы попытаться... нанести нам ущерб. Естественно, их поражение очевидно и неотвратимо, им повезло лишь застать нас врасплох... Куп быстро переглянулся с Дэннисом, прочитал на его лице противоречивую смесь растерянности и понимания, каковую испытывал и сам, и не сдержал ехидства: — Карма всё-таки существует, э? Скольких рас вы лишили своих планет и сколько ещё планировали завоевать? А теперь сами оказались в таком же положении! — Я не знаю, что такое эта "ка-арма", — голос из прибора противно растянул последнее слово, подстраиваясь под эмоции его хозяина. — Факт в том, что я был слишком занят и пропустил звонок. — И давайте не будем распространяться, что "слишком занят" для кошака могло значить и "валялся на диване, отходя от игр с Милли"... — Я пытался связаться с Центром, но там никто не отвечал, а потом связь и вовсе отрубило. А приказ Коммандера в записи звучал ясно как сектор без метеорного потока: все агенты возвращаются на Кэтнип и оказывают ему посильную помощь. — Кэт совершенно человеческим жестом упёр кулаки в бока. — Теперь было достаточно убедительно? Скрепя сердце Куп признал, что да, было. Трёх лет жизни с кэтнипианцем — значит, так называется его раса? — и одного визита на его планету хватило, чтобы понять: эти ребята однажды долетаются. "Пятая планета за десять лет", неплохо так, м? За отдельными исключениями — как, например, подружка Кэта, имени которой он так и не узнал — коты-инопланетяне были на редкость себялюбивыми, коварными и жестокими существами, которые не останавливались ни перед чем ради собственного комфорта, и плевать они хотели на чувства и желания всех прочих существ в галактике. Но насколько круты эти хаммсы, кем бы они не были, чтобы рискнуть напасть на планету, каждый житель которой сам по себе ходячее супероружие? Куп ещё продумывал следующие вопросы, которые обязаны были хитроумно вывести пока-ещё-врага на чистую воду, когда его опередил неожиданно спокойный, без тени сарказма голос Фионы: — Если ты создал переводчик, почему просто не объяснил всё сразу? Тогда тебя никто бы и не трогал, и ты спокойно бы улетел к себе домой. На несколько секунд Кэт завис. Куп готов был поклясться, что такая возможность тому даже в голову не приходила: как же, унижаться перед врагом... или снисходить до него. Но нашёлся он быстро: — Можно подумать, этот болван стал бы меня слушать! Мальчишка задохнулся от возмущения: — Можно подумать, ты бы попытался поговорить! Сегодня ты первый на меня кинулся, Дэннис свидетель! "А ракету ты сам подорвал, да и вообще..." — но "вообще" как-то само проглотилось и забылось, стоило Купу вернуться мыслями к ракете и в полной мере осознать, что он сейчас услышал. Понять, что "вторжение", то самое абстрактное жуткое будущее, от которого он раз за разом пытался спасти родную планету, похоже, стало настоящим для какой-то другой — не в комиксе и не в мультфильме, а в самой что ни на есть реальной реальности. Что где-то там, далеко, за сотни световых лет отсюда шли звёздные войны. Рушились города, гремели взрывы и страдали, может быть, даже гибли люди — то есть не люди, конечно, кошки, но какая разница? — Но... но хоть корабль запасной у тебя есть? — Дэннис, судя по взволнованному голосу, тоже представил нечто такое. Кэт неопределённо махнул передней лапой: — Есть. Только я быстрее состарюсь, чем на нём до Кэтнипа долечу: субсветовой двигатель барахлит. — Можешь починить? — Проще было собрать новую ракету, — невесело пошутил пришелец, — но выбора у меня теперь, благодаря кое-кому, нет, — он прожёг Купа взглядом, к счастью, только фигурально, без лазеров. — Буду выкручиваться. На том он и закончил, демонстративно развернувшись к ним хвостом и принявшись сгребать с земли уцелевшие куски обшивки, временами обжигаясь и шипя. Вид у него при этом был, как у приговорённого к расстрелу, роющего самому себе яму, но пытающегося даже сгорбленной спиной показать презрение и гордость, и под перекрестьем трёх взглядов у него неплохо получалось. Фиона сделала странное движение рукой, точно потянувшись за одной из валяющихся железяк, но на полпути обуздала порыв. "А как же Милли?" — хотел напомнить Куп, однако мигом сообразил, что сейчас это было бы не к месту. Он знал, что его сестра много значит для Кэта, что этот бессовестный и эгоистичный пришелец по-своему привязан к ней и заботится о ней, как бы невероятно это ни звучало. А значит, дела обстояли действительно серьёзно, раз ему пришлось отринуть свою симпатию к ней и готовиться к отбытию, несмотря на риск встревожить её, заставив волноваться за "питомца". Так что лучше не сыпать соль на рану. Наверное, Куп мог соврать ей, что мистер Кэт как обычно где-то шатается и просто ненадолго задержался. Сегодня-завтра, если отец с Милли позвонят, сказать, что он отсыпается в доме, а через день намекнуть, что с утра его не видел, но это ещё ни о чём не говорит... Стоп. Он уже придумывает легенду для Милли? — Неужели он правда исчезнет из моей жизни? — вырвалось у него. — А ты и рад! — упрекнула его Фиона, косясь на Кэта, но тот, похоже, не слышал и не слушал. Куп пожал плечами: — Я пока слишком шокирован, чтобы радоваться. Вот когда он с концами улетит... — Он поймал ещё один укоризненный взгляд. — Что?! Я ждал этого момента три года, имею я право позлорадствовать? — После такого откровения злорадствовать как-то неловко... — Подруга стояла, обхватив себя руками за локти, притихшая и странно задумчивая, Дэннис так вовсе уставился в землю, избегая смотреть на кота, и неуверенная радость Купера быстро увяла. Обиженно фыркнув, он отошёл к сараю, откуда ему открывался прекрасный обзор на всех действующих и бездействующих лиц. Неловко? Ага! Как же! А сколько раз тот же Кэт ломал его планы? Сколько он просыпался и обнаруживал, что над его кроватью висит булыжник весом в тонну, или сама кровать зависла над пропастью? Или лежал без сна, боясь сомкнуть глаза, потому что стоит ему уснуть, и в его комнату напустят удушающего газа? Он три года не чувствовал себя в безопасности в собственном доме! А как много подстав, унижений, сломанных игрушек и порванных учебников было на совести пришельца, Куп вовсе не смог бы сосчитать... Всё из-за него. Из-за мерзкого лысого кота, который сейчас, собирая не до конца остывшие обломки металла и мечась с ними по двору, впервые на его памяти спешил не кому-то нагадить, а кого-то спасать. Пока не стало поздно. Куп не собирался ему сочувствовать, нет уж. Но... мог признать, что в большинстве случаев то, что между ними творилось, не было вопросом жизни и смерти. Близко по меркам Купа, но всё же не так – особенно за последний год. Последний год словно компенсировал начало их знакомства, и булыжники с газом медленно, очень медленно превращались в далёкие муторные воспоминания. И теперь непривычный к долгим рефлексиям и анализам чужих мотивов Бартонбёргер-младший просто не знал, в какую сторону ему, образно говоря, крениться. В надежде на поддержку он устремился к Дэннису, который всегда так ратовал за продумывание планов и чёткое им следование. Тот крепко над чем-то задумался, Куп понадеялся, что как раз над планом — и верно, когда друг поднял голову, в его глазах светилась уверенность в принято решении. — Я думаю, мы должны помочь. — Что?! А вот это уже было настоящей неожиданностью! Куп вытаращился на друга, будучи не вполне уверенным, что после взрыва у него не исказился слух. Видимо, вытаращился уж очень выразительно, ибо Дэннис, едва взглянув на него, ойкнул и поспешил объясниться: — Ну, понимаешь, ракеты он всё-таки из-за нас лишился, а если ему дорога каждая минута... Его сородичи не виноваты в том, что у нас счёты лично с ним! Фиона молчала, закусив губу, но её лицо и плечи слегка расслабились, будто она была рада услышать, что кто-то с ней одного мнения. Купер бросил на шныряющего по поляне врага скептический взгляд. Он же не в одиночку и не по своей инициативе пытался отнять их планету, как это "не виноваты" и "лично с ним"? — Что за внезапный приступ котолюбия, приятель? — Никакого котолюбия! Он наш враг и всё такое, вытурить его с Земли в наших интересах! — Но что мы можем? — наморщила лоб Фиона. Она с надеждой посмотрела на Купа, но тот лишь пробурчал что-то невнятное, не будучи уверенным, что хочет принять участие в мозговом штурме. Не то чтобы в этом благородном порыве было что-то неправильное, не то чтобы его не посетила похожая мысль на долю секунды — пусть он и затолкал её сразу же подальше да поглубже. Но, эй, легко рассуждать о помощи и справедливости, когда не натерпелся от Кэта так, как он! Дэннис, не дождавшись со стороны друга ни ободрения, ни явного протеста, решительно двинулся к кэтнипианцу и кашлянул в ладонь для привлечения внимания: — Может, мы... Но замолчал на полуслове. Если низкий гул в полуденном воздухе и мерещился, то всем одновременно: Кэт навострил уши ещё раньше, чем в уши Куповские ввинтился странный рокот, быстрый и ритмичный. Что-то сталось с ветром, всколыхнувшим траву; слишком горячим он был, и слишком по ровному кругу разбежалась волна, точно сверху на их двор подуло из гигантского пылесоса. В голове Купа зазвонил тревожный колокольчик. У Кэта в своей, видимо, была похожая сигнализация, ибо одного взгляда наверх ему хватило, чтобы съёжиться в лиловый комок и пробормотать: — О-оуу... Дальнейшее происходило как в ускоренной съёмке. Кот вскинул лапы к шее, расстегнул ошейник (прервавшаяся из-за этого последняя его реплика осталась неизвестной) и вдруг со всей силы метнул им в Купа. Тот успел отбить его ребром вскинутой ладони — рефлексы дали о себе знать, и девайс свалился в траву у его ног. — Эй-эй-эй, мне-то на фига? — Куп шарахнулся от него как от ядовитого насекомого. Тревожный колокольчик превратился в набат, и Бартонбёргер-младший поспешил поднять и отшвырнуть ошейник ещё дальше, лишь задним числом сообразив, что, во-первых, бросаться им в сторону дома тоже было не лучшей идеей, а во-вторых, Кэта и след простыл, что явно служило плохим знаком. Собранные железяки с дребезгом повалились обратно в пыль. — Что происходит? — Дэннис заозирался по сторонам, косясь на всякий случай и вверх, и вниз. На небе не виднелось достаточно крупных облаков, чтобы за ними могла спрятаться толпа вооружённых пришельцев верхом на боевых работах. А вот взгляд под ноги оказался полезнее. Ведь тень от облаков, которых нет, да ещё такая здоровая и растущая прямо на глазах — явно не самая привычная вещь в жизни... Корабль не появился из-за облаков. Он просто появился. Клочки пространства, только что бывшие голубым небом, пришли в движение, перекрашиваясь и переворачиваясь, и массивная шарообразная посудина, чуть сплюснутая с боков, материализовалась над домами почти бесшумно, не считая всё того же вибрирующего гула. На неё в немом изумлении вытаращились все, включая Купа: хоть настоящих инопланетных кораблей он не встречал довольно давно, этот уж слишком отличался от его воспоминаний. Кэтнипианский транспорт, который он видел и ломал, никогда или почти никогда не бывал выкрашен в такие желтовато-бурые с чёрным цвета. И редко когда к ним прилетали судна столь плавных очертаний, не щетинящиеся пушками, как вставшей дыбом шерстью, не с выпирающими соплами и закрылками. Наконец, в них всегда было что-то... кошачье, и ничего подобного Куп не замечал в округлом объекте, словно вырезанным и прилепленным на панораму неба с другой картины. Хоть корабль оставался недвижим, в рокоте послышались какие-то помехи. Над головами землян в "днище" шара обнажилась небольшая дыра из нескольких разъехавшихся в стороны пластин, посудина едва дрогнула — а затем, окончательно всех запутав, снова принялась таять в воздухе. Последней сменила цвет и текстуру нижняя часть шара, и вокруг сомкнувшейся дыры несколько секунд ещё висел в голубом небе металлически-чёрный ореол, будто кто-то подбросил вверх гимнастический обруч. Быстрее всех среагировала Фиона. Говорящие коты и взрывающиеся ракеты лишь скорректировали её картину мира, не повлияв на рефлексы. Потому, когда из невидимого "облака" вместо дождя полетел вниз длинный продолговатый снаряд — слишком уверенно, чтобы просто свободно падать, а не лететь — она буквально швырнула мальчишек на себя, и троица кувырком покатилась в припорошенную пеплом траву. Некоторое время сдавленно кряхтящий Куп не видел ничего, кроме зелени газона, мелких камней и веток; едва же он обнаружил, что стоит на коленях в пяти кустах от двора под плотным прикрытием из деревьев, и открыл рот, как все мысли вынесло из головы, несмотря на закрытые уши. И всё же закрыть их оказалось правильным решением. Сначала грохотнуло внутри здания, потом — поближе, но послабее, с аккомпанементом в виде предсмертного звона последних стёкол. А потом второй этаж дома Бартонбёргеров исчез в столбе огня и дыма, пустив несколько каменных фонтанов во все стороны. Друзья в ужасе прижались к земле и друг к другу. Сильнейший ветер взметнул пыль, запорошил волосы и хлестнул по коже, заставил уткнуться в землю, лишь бы не раскашляться... и вдруг полностью отключился. Огромная тень исчезла. Рокота больше не было слышно. Остался только надрывный писк в ушах да треск пламени — в наступившей тишине и его далёкие щелчки казались взрывами. Куп рискнул поднять голову, с содроганием готовясь увидеть на месте дома тлеющие балки, и не поверил глазам, найдя как минимум наружные стены там, где положено, и даже не везде потрескавшимися. Языки пламени были — но какие-то редкие и неуверенные, будто пожар сразу сдуло тем жутким вихрем. Неясны пока что были две вещи: какая технология позволила агрессорам так сделать, и почему вообще они предпочли устроить самотушащийся пожар вместо того, чтобы традиционно утопить всё в огне. Бартонбёргер-младший, слегка подотвыкший от столь глобальных разрушений, никак не мог собрать мысли в кучу, всё время сползая на дурацкое "ну вот, папа всего два часа как уехал, а дом уже горит". Рекорд! И в поджоге даже не виноват его конкретный знакомый пришелец... разве что косвенно! — осенило мальчишку, и кулаки его сами сжались. Ведь Кэт потому и поспешил избавиться от ошейника, что тот наверняка приманил врагов каким-то сигналом, они засекли его! И что, если целью был не весь дом, а его база в комнате Милли, в которую влетел первый снаряд? Да почему из всех семей города, страны, планеты это им так не повезло с соседством с тварью из космоса?! А с другой стороны, вот так не повезло бы другим, тем, кто, непривычный к подобным сюрпризам, не успел бы покинуть дом. Или не помешал бы кошкам захватить Землю ещё раньше. Или — а что там этот мутант болтал про свёрнутое вторжение, а? Купер почувствовал, что опять уплывает куда-то не туда, а ещё что у него зверски болит голова и звенит в ушах: три взрыва за четверть часа и напряжённая работа мысли выбились из обычного дневного сценария, по которому ему полагалось давным-давно разломать кошачьи машины смерти и пойти смотреть сериал. Дэннис аккуратно тянул его за локоть в глубь леска, однако, повинуясь какому-то молчаливому общему решению, Куп с Фионой предпочли остаться и мониторить ситуацию во дворе сквозь кусты: зарева не виднелось, корабль вроде бы свалил, но то-то и оно, что "вроде". В итоге спустя пару минут тишины первым Дэннис же и подал голос, пробормотав: — Кажется, эти... хоммсы очень не хотят, чтобы Кэт летел с ними воевать. Из горла Фионы вырвался нервный смешок: — Да уж, мягко сказано, не хотят.... Только он вроде бы назвал их "хаммсы"? Конечно, подруга была права, но, согласившись с этим фактом, Куп невольно задержался мыслью на странноватом сочетании звуков. Хаммсы... хамм... хомм... на какое слово это похоже? Воспоминание ворвалось в голову подобно метеору, с шумом и искрами. Мельком услышанная утром фраза зацепилась за другую, подтянув третью, и вся картина наконец собралась воедино, замаячив перед глазами образом кого-то очень маленького, очень пушистого, очень злобного и очень опасного. Заворожённо глядящие на свернувшийся пожар Дэннис и Фиона разом вздрогнули, когда их друг сорвался с места и понёсся сквозь лесок в противоположную сторону с криком "А ну вернись, котяра, мы не закончили!" Дэннис обречённо выдохнул, взъерошил взмокшие волосы, встряхнулся и поплёлся в ту же сторону, пояснив: — Если не пойдём за ним, пропустим самое интересное! — Если это всё для вас обычные будни, боюсь спросить, что же считается самым интересным... — Последние слова Фиона проговорила, уже сиганув в заросли, и то было отнюдь не фигурой речи: впервые за долгое время получать ответы на вопросы ей оказалось действительно страшно. Настолько уж своеобразно, шумно и с риском для здоровья их преподносили. * Только оказавшись на значительном расстоянии от дома Бартонбёргеров (или, возможно, того, что от него оставил взрыв), 27B притормозил перевести дух и собраться с мыслями. Получалось с переменным успехом, оба мозга спешили обработать всю информацию одновременно и благополучно её перемешали. Чикс, псы его дери, не забыл о своём обещании расправиться с ним и семьёй Бартонбёргеров раньше прочих. Если за это время он успел стать важной шишкой среди своих... но с чего бы, с его-то списком провалов? Как вообще им, расе без вменяемого командования и даже постоянной планеты, удалось объединиться против куда более успешных конкурентов и доставить им столько проблем? Коммандер вскользь упомянул потери среди орбитальных войск, и если в пробитие единичных брешей ещё верилось, то в полный слом планетарной обороны и последующую бомбёжку столицы, о чём Кэт, разумеется, не доложил придурку-землянину — ни за что. До этого момента. В грудной клетке что-то дрогнуло. Чтобы успокоиться, кот присел на задние лапы и принялся ожесточённо вылизываться. Только состояние это ни на мышиный хвост не облегчило — даже отдаваясь размеренным движениям, он не расслаблялся, подсчитывая неутешительные итоги: минус база, минус ошейник, минус ракета и минус весь боевой арсенал, который он так и не успел отправить. Паршивая ситуация. Лететь на Кэтнип в таком состоянии было сродни самоубийству. Не лететь — самоубийству медленному, со схождением с ума от беспокойства и неизвестности. Но что лично он мог предпринять? В подземном тайнике, кроме корабля, должна была остаться кой-какая техника, но по сравнению со сгинувшим складом этого было безумно мало... — А ты куда намылился? — Треск кустов, сквозь которые ломилось что-то большое и неуклюжее, отвлёк агента от безрадостных мыслей. Первым на поляну ожидаемо вывалился Куп, вспотевший и зацепивший по дороге все колючие ветви. — Значит, межпланетный конфликт у вас там, а Земля в это втянута просто за компанию? Хорошенькое дельце! Обалдеть просто! — Мхращ-щ-щ! — Гневное шипение вырвалось из оскаленной пасти кота. Переводчик сгинул вместе с ошейником, значит, все контакты с врагом свелись к коммуникации прежними способами — мяуканьем, жестами и старым добрым физическим насилием. К каковому Кэт уже всерьёз подумывал перейти. За Бартонбёргером возникли две макушки, чёрная и светлая, но если их обладатели и собирались что-то сказать, Куп просто перекрыл все попытки и любые звуки, разгорячённый и всполошённый: — Значит так: без меня ты ни на какой Кэтнип не летишь! Думал скрыть от меня самое важное? У Чикса же вендетта с нами, он нападёт на Землю, как только закончит с твоей планетой! — Непонятно, какая эмоция переполняла мальчишку больше, они будто толкались и лезли вперёд: негодование, досада, тревога и лихорадочное возбуждение искажали его мерзкое человеческое лицо, как искажает дождь отражение в луже. — Я это так просто не оставлю, я обязан проследить за тем, как вы его выносите! И поучаствовать! На что это сопляк намекает? На заднем плане громко икнул Дэннис, но Кэт его даже не замечал. Что ж, слабый человеческий мозг всё-таки умудрился сопоставить воспоминания годовой давности, спасибо на том, что Куп не обвиняет Кэтнип непосредственно в диверсии, но последние слова... не ослышался ли он? — И не пялься так! У тебя же осталось какое-то оружие, верно? Ни в жизнь не поверю, что не осталось! Так чем больше народу его держит, тем лучше! "И чтоб я вручил его тебе?!" Сражённый такой наглостью, кот забыл о насилии, о поисках тайника и обо всём прочем. Мало того, что Куп непреклонно скрестил руки и явно отступать от слов и дела не собирался, так ещё и Дэннис, безнадёжно проведя рукой по лицу и набрав побольше воздуха, мужественно заявил: — И вообще, трое лучше, чем один! — Т-трое?.. — в ужасе обернулся на него Куп. — Четверо, — поправила Фиона и получила аналогичные взгляды уже с двух сторон. — Парни, вы что, собрались в одиночку в это лезть? — Стоп-стоп-стоп, а я вас приглашал?! — Пригласишь, значит! — Ну правда, Куп, мы разве когда-нибудь тебя бросали в твоих авантюрах? Дискуссия набирала громкость, человеческие голоса неприятно били по ушам, и Кэт решил, что самое время сваливать — тем более, что про него, похоже, вообще забыли. "Прекрасно, вы пока поспорьте, а я за кораблём..." — Нет уж, погоди! — Ему нагло наступили на хвост, и не успел кэтнипианец выдернуть его из-под ботинка и вкогтиться в его владельца, как Куп убрал ногу и присел перед ним на корточки. Практически подставлялся сам, и это было так непривычно, что Кэт не сумел и не попытался воспользоваться моментом. — Я сейчас абсолютно серьёзно. Ты берёшь меня... о'кей, нас с собой — без фокусов! — потому что лично я не собираюсь сидеть и гадать, взорвётся завтра Земля или нет! Мы находим твоё начальство, или партизанский отряд, или кого-то, кто взял на себя командование, и вместе разбираемся с захватом и показываем Чиксу, где хомяки зимуют! — Мальчишка грозно стукнул кулаком в ладонь. — А чтоб время не терять, мы поможем тебе починить корабль, — миролюбиво добавил Дэннис из-за его спины. Куп метнул на него возмущённый взгляд: похоже, ни о чём подобном они не договаривались. Кэт переводил взгляд с одного спасателя Земли на другого. Тут и детёныш бы понял, что в покое они его не оставят, а починка двигателя и сборы займут не час и не два, и в это время ему понадобятся тишина и незамутнённые мозги. Дорога была каждая минута — слишком дорога, чтобы продолжать затянувшийся спор. Им с землянами уже приходилось заключать временные союзы, и каждый раз Кэт старался обернуть результат в свою пользу (с переменным успехом), так что стратегия поведения была им выработана. Конечно, противно подстраиваться под кого-то столь нелепого, шумного, примитивно-ограниченного и своевольного, но неужели он не придумает, как выгодно использовать не принадлежащие ему лишние пары конечностей и глаз — ещё и расположенные на такой высоте? К тому же... лишними пассажирами всегда можно пожертвовать. Пришелец ещё раз обвёл компанию мрачным взглядом, сплюнул в траву (над мгновенно увядшими травинками заклубился дымок), наконец вскочил на все четыре лапы и нырнул в кусты, презрительно протянув: — Мхрау! Без перевода это очень уж смахивало на "Да чёрт с вами!", но друзей устроило и оно. * "Помощь в починке" в основном заключалась в перетаскивании из дома во двор уцелевшей техники и наблюдении за тем, как кэтнипианец вскрывает её с видом опытного хирурга и перевинчивает все устроившие его детали в злосчастный двигатель. Впрочем, через час он даже стал позволять где-то подержать, а где-то-подкрутить, наконец убедившись, что саботаж никто из землян не планирует. Летающая тарелка по габаритам оказалась ближе к шаттлу и пока что не летала, зато её блестяще-футуристичный вид навевал на Купа почти ностальгию — от кэтнипианских технологий он хотя бы знал, чего ожидать, не что что от хаммских, хомячиных или как их там... Дневная жара давила на мозги и тела, но работа потекла бодрее, когда Дэннис притащил из дома гору сэндвичей с холодной колой. Дозвонившись до родителей, он умудрился убедить их, что собрался с Купом в поход с ночёвкой в Бутсвилльские леса и что, конечно, возьмёт с собой всё необходимое, и да, пап, ультразвуковой отпугиватель комаров и автоматический завязыватель шнурков — тоже! Впрочем, насчёт "необходимого" парнишка душой не покривил, хотя их с отцом взгляды на это "необходимое" чуть-чуть различались. Сборы помогали забить голову и немного отвлечься от паники. И потом, надо же было показать (хоть и безрезультатно) пример Купу, который ни на шаг не отходил от кота, сверля его взглядом, и, видно, собирался махнуть на враждебную планету как был, в тенниске и джинсах. Дэннис покачал головой. Ужасно безответственно! Ну как можно лететь непонятно куда, не захватив с собой запас колы и сэндвичей, аптечку, тёплые свитера, противогазы, папин бинокль, фонарик, складной нож, средство от насекомых, гигиенические салфетки... У самого Кэта вещей было и того меньше: в корабль полетели два то ли бластера, то ли лазерных пистолета, сумка с инструментами и несколько упаковок рыбных подушечек. Казалось бы, он должен под завязку набить шаттл техникой, но, поразмыслив, друзья пришли к выводу, что ему это ни к чему: зачем тащить с собой лишнюю тяжесть, когда котяра может на коленке собрать из любого хлама хоть GPS-навигатор, хоть нейтронную бомбу? Спокойнее всех держалась Фиона. В свой двор она сбегала только раз и вернулась через десять минут, притащив несколько мелочей в общий рюкзак и набросив на футболку лёгкую курточку. С лица её не сходило сосредоточенное выражение, хотя временами она, как и Дэннис, пыталась разрядить обстановку расспросами, уточнениями и шутками; правда, ни у кого не получалось удержать улыбки дольше десяти секунд, и, в принципе, атмосфера во дворе царила предбоевая. Больше всего Куп поначалу волновался даже не как бы не вернулся вражеский корабль, а как бы соседи не вызвали пожарную службу. Но улица будто вымерла: он догадывался, что по случаю жаркой погоды большинство покатило на пляж, ловя последние солнечные деньки. Да и что они могли увидеть со стороны, останься они тут? Компания подростков носится по двору, играя в покорителей космоса с макетом летающей тарелки, время от времени кто-то забегает в открытую дверь дома, ну мало ли зачем — набрать воды, перекусить, в тени посидеть. А что при этом проём как будто рябит, и очертания мебели внутри то искажаются, то приходят в норму, да и дверь подозрительно просвечивает в деревянных вставках — так это ещё присмотреться надо... Кстати об этом. Куп в очередной раз проследил взглядом за выскочившим из кухни инопланетянином, не увидел в очередной локальной дрожи пространства ничего более подозрительного, чем пять минут назад, но всё-таки двинулся к нему. Кот вертел в лапах знакомый металлический серо-оранжевый вроде бы шарик, невесть как уцелевший во всём сегодняшнем хаосе и невесть когда подобранный им. — Слушай, а вот эта твоя голограмма... Она бесперебойно работает или через время отключается? Мы ж не сможем таймер перезапустить. Кэт поднял палец вверх, как будто это должно было всё объяснить. Несколько мгновений полюбовался обалделым лицом врага, раздражённо мявкнул, присел на землю и быстро-быстро принялся чертить когтем что-то, по счастью оказавшееся нормальными английскими буквами, а не чужеродными иероглифами или чертежом. Так было быстрее и проще, чем играть в угадайку. "Первое. Последний заход, отлёт 10 мин." — Погоди с отлётом, а на какой срок она рассчитана? Батарейки не сядут? А то приедут папа с Милли домой, а дом-то тю-тю... "Не вернёмся до них — тебя это волновать уже не будет." Едва прочитав последние слова, Куп поёжился, как будто на него холодным ветерком повеяло. Кэт счёл беседу на этом оконченной, махнул хвостом по земле, стирая всё, и учесал в дом; только мальчишка подорвался следом, как его волосы шутливо взъерошили сзади и подёргали за рукав — Фиона нарочно не подкрадывалась, пытаясь сразу создать побольше шума, чтоб не напугать: — Как моральный настрой? — Э? — Ну, по твоим словам для тебя это не первый полёт, — подмигнула ему девчонка. — Может, поделишься опытом? — Для тебя вообще-то тоже... То есть стой! — Куп всё ещё мужественно пытался изобрести хоть какие-то аргументы, которые позволили бы ему удержать Фиону в стороне от опасности. В его разум ворвалась спасительная мысль: — А как же стару... миссис Мансон? Она взбесится, когда тебя не найдёт! — А, — отмахнулась подруга, — за меня не переживай, я всё продумала: пра-пра-пра-прабабушка будет думать, что я уехала к родителям, а родители — что я у пра-пра-пра-прабабушки. Я так уже делала, дня два-три в запасе точно будут. Бартонбёргер-младший в красках представил, как спустя этот срок разъярённая соседка врывается к ним во двор, пробивает телом иллюзию — и оказывается в разгромленной гостинной, а посреди обломков лежит осиротевший Фионин скейт. — А если за два-три дня случится что-то... — Ты ведь рискуешь точно так же. Слушай, — девчонка встряхнула хвостиком и решительно положила Купу обе руки на плечи: от их тепла его прошибло настоящим жаром даже сквозь футболку. — Ты мой друг, вы с Дэннисом оба мои друзья, так с какого перепугу я должна отсиживаться в стороне, когда вы ввязываетесь во что-то настолько рискованное? И потом, Земля и моя планета тоже, думаешь, мне не интересно, как её защитить от межпланетных интриг? — Дело не только в том, что мы летим на чужую планету, — Куп полсекунды выбирал между тем, чтобы положить свои ладони поверх или вывернуться из-под касаний. В итоге очень осторожно снял с себя руки подруги, слишком разволновавшись, чтобы задержать их в своих. — Дело в Кэте. С ним надо держать ухо востро: я не сомневаюсь, что ему захочется выкинуть какую-нибудь подлянку, стоит ему оказаться среди своих. Я-то его знаю, все его фишки выучил, у меня уже интуиция под него заточена, а у вас с Дэннисом нет такого опыта... — И того опыта, которого у них нет, гораздо сильнее нет у Фионы! — Ты так говоришь, будто три года натурально боролся за свою жизнь! — Вообще-то так и было! Я столько с этим мутантом пережил, что на сериал бы хватило... — Куп нахмурился. — Так. Опять не веришь? Даже сейчас? — Ну, совсем какую-то слепую идиотку из меня не делай! — возмутилась девчонка. — Мы на родную планету пришельца летим, поздновато спрашивать, верю я в него или нет! — В него веришь, а мне? — Задним числом Куп восхитился собственной проницательностью. Фиона помолчала, запустила руки в карманы куртки, подбирая слова. — Слушай. Он... не показался мне каким-то сверхагрессивным, понимаешь? Я поняла, что знакомство у вас получилось паршивым, совместная жизнь — тоже. Но... — Она пожала плечами. — В любом конфликте есть две стороны. Может быть, если бы вы попытались спокойно поговорить... — Спк!... — Куп подавился воздухом и отчаянно зажестикулировал, пытаясь пояснить, что спокойного разговора не вышло бы чисто физически, раз противник пресекал абсолютно все мирные порывы с его стороны, да к тому же не собирался переходить на один язык. То ли толкование на пальцах оказалось удачным, то ли Фиона спохватилась сама: — Ладно, я понимаю, разговор бы вышел односторонним. Прости. Но при желании наладить контакт и объясниться вы могли и раньше... — А с чем объясняться-то? Когда нам было говорить, когда мы с Дэннисом то запихивали кэтняпский... тьфу, кэтнипианский десант в портал обратно, то спутники его ломали? Момент с отменённым вторжением я вообще не понял. И выбью из Кэта подробности, как только представится случай. — Ты имеешь в виду, что Земля ещё в его планах по захвату? — Фиона прикусила губу. — Не веришь его словам? Я не знаю, верю ли сама, просто пытаюсь понять ход твоих мыслей. — Мы между двух огней, выбора нет. Либо кошаки такими темпами ломанутся на Землю отсиживаться, либо хомяки прилетят, должны же мы и тому, и другому помешать! — Куп патетично взмахнул кулаком, но по лицу подруги моментально осознал, что слова про "летающих хомяков" пока ещё диковато ею воспринимаются, и над развенчанием образа психа в её глазах и ему, и реальности работать и работать. — Короче, мы всё ещё враги. Уверен, он тоже так считает. Правда же, крыса-переросток? — обратился он к пробегающему мимо пришельцу и получил в ответ зубастую ухмылку. Пока они говорили, Кэт успел нацепить пояс из неизвестной кожи с несколькими подсумками, а на лапе у него висело с полдюжины пластинчатых металлических колец, похожих на его ошейник. От самого же ошейника не осталось даже обугленных болтов. Краем глаза Купер узрел у стены две невысокие фигуры, ползущие к ним, подождал их приближения и вдруг спохватился: постойте, как это две, когда все остальные здесь?! Тревога оказалась ложной — хотя для кого как — Дэннис, сопя, тащил рюкзак чуть ли не в половину своего роста и, как убедился Куп, бросившись на подмогу, веса. Кэту, забравшемуся на трап, это действо решительно не понравилось — когда друзья доплелись до ступеней, он свысока окинул их вместе с ношей хмурым взглядом и встал перед проходом, сложив на груди передние лапы и недовольно притоптывая задней. Тут даже переводчик не нужен был, чтобы понять: в случае перегрузки за борт полетит либо рюкзак, либо Дэннис. — Но-но! — пригрозил ему Куп, загородив собой друга с его ношей. — Всё нормально с ним, перевеса нет! — Мьях... — Пришелец скривился, но развернулся и исчез в недрах корабля. Бартонбёргер-младший решительно занёс ногу над первой ступенью, но завис, когда Дэннис дрожащей рукой коснулся его плеча: — Куп, ты сейчас абсолютно безусловно точно уверен? Тебе не кажется, что мы ввязываемся во что-то, о чём потом пожалеем? — Мы в это ввязались ещё когда решили Землю от него спасать, — дёрнул плечом Куп. — Сидя дома, мы никак не повлияем на происходящее. Единственный выход — старая добрая тактика РПС... — Чего? — Разберёмся По Ситуации! На этой оптимистичной ноте он и вскочил на трап, шустро поднялся, лишь на последней ступени обернувшись и окинув прощальным взглядом тихий солнечный Бутсвилль. По телу пробежала лёгкая дрожь. До свидания, старушка-Земля, не скучай без своих защитников! Будь уверена, они вновь вступят на тебя героями — и хотелось бы, чтоб это произошло поскорее... Внутри тарелка оказалась чуть просторнее, чем салон их семейного автомобиля. А может, даже не просторнее, но в пользу свободного пространства играл полностью пустой центр: вместо пассажирских сидений за собственно пультом управления и местом пилота по бокам оказалось привинчено два компактных диванчика. Лучше, чем ничего, прикинул Куп, плюхнувшись на ближайший диванчик и нашаривая ремни безопасности. Застегнуть свой, впрочем, не поспешил, резко вспомнив типичный злодейский приём со сжимающимися путами, которые приковывают хороших персонажей к креслам. Что ж такое, везде мерещится подвох, и, самое страшное, местами он может даже не мерещиться! Кэт стоял на задних лапах в кресле пилота, что-то нажимая, дёргая и подкручивая. На экранах мелькали непонятные графики и диаграммы, быстро пробегали картинки-иероглифы, разворачивались звёздные карты. Фиона забралась в тарелку следующей и села рядом с Купом, Дэннис, отказавшись расставаться с рюкзаком, бухнул его на соседнее с собой место на диванчике. Все были в сборе, всё было хорошо или должно было казаться таковым, и, приободрившись, Куп шутливо отсалютовал пришельцу: — Что, все готовы? Давай, котяра, стартуем! Кэт обернулся на него, прищурив глаза до предельно тонких, будто нарисованных чёрных линий, хмыкнул что-то, рухнул в кресло и защёлкал тумблерами. Половинки люка с лязгом сомкнулись, пол и стены завибрировали. Дэннис нервно сглотнул, зажмурился и покрепче вцепился одной рукой в лямку рюкзака, а другой в подлокотник дивана. Куп попробовал поймать его взгляд и ободряюще улыбнуться, но не преуспел. Куда же он их потащил? И куда их всех тащит кот? Мальчишка покосился влево, на последний и единственный видимый за стеклом клочок неба и двора, но хозяйничавший у пульта Кэт отбил всё желание глядеть в ту сторону, и он с досадой уставился на стену. Ради спасения планеты (или чёрт знает скольки!) он должен был засунуть свои растрёпанные чувства куда подальше и сосредоточиться на текущей задаче. Или хоть понять, в чём она заключена. Но почему-то в груди свербело противное ощущение одиночества в этой битве... а может, то были перегрузки. Куп попытался несколько раз быстро сглотнуть, но в горле пересохло, резко заныло в висках и затылке, всё его тело вдавило в сиденье. Опыт опытом, но в космос он летал давно, и, чёрт возьми, ему всего тринадцать, организм ещё формируется и всё такое!.. Его рука вдруг оказалась в чужой ладони, тёплой, крепкой, едва влажной. Фиона сжала её, улыбнулась уголками губ — и Куп, игнорируя всё нарастающий рёв за пределами корабля, улыбнулся в ответ. В горле всё так же царапался самум, но свербящее ощущение в груди прошло, и дышать стало полегче. Получилось даже немного расслабиться. Немного. Интересно — если бы про них и впрямь снимали сериал вроде спин-оффа "Капитана Бластероида", то новое приключение потянуло б на спецвыпуск?