I will wait for you

… Вокруг темно, не видно ни души. От громкой тишины в голове немного покалывает. Никогда не знаешь, что на самом деле скрывается в тени и от этого становится немного жутко. Чимин бежит вперед навстречу неизвестному. Может, впереди обрыв или скала, но это его не останавливает. Каждый шаг отдает резкой болью в ногах, сбивается дыхание. Вдруг парень подскальзывается и падает вниз. От неожиданного падения захватывает дух, рвется на части слабое сердце и Пак резко просыпается. — Эй! Просыпайся, ну же! — кто-то настойчиво тряс Чимина за руку и повышал голос. Пак кое-как разлепил глаза и увидел перед собой Тэхёна. Тот, явно раздраженный, быстро сунул в руку пациента бумажку с напечатанным на ней новым расписанием процедур и скрылся за дверью, оставив на тумбочке три таблетки и стакан воды. Сонный парень все никак не мог сообразить что именно только что произошло. Тэхён оказался таким злым и нервным с самого утра. Его поведение расстроило Чимина. Он выпил залпом три капсулы и опять улегся на твердую койку. На самом-то деле Пак скучал по нему, а тут такая холодная встреча. Интересно, что могло послужить причиной? Может, это все тот звонок? А может, Чимин слишком надоедлив? Или же Ким узнал о его чувствах и у него появилось отвращение? Риторические вопросы летали в голове, словно назойливые мухи во время знойного летнего дня. Весь оставшийся день Чимин ходил понурый, грустный. Он был где-то глубоко в себе, разматывал запутавшийся клубочек чувств к Тэхёну. Пару раз Пак даже сбил с ног спешащих к пациентам медсестер. Еда казалась пресной и совсем невкусной, сон не хотел забирать его в свое царство после обеда. Новые процедуры практически не отличались от предыдущих, были лишь немного дольше. Тэхён, когда ставил ему капельницу, был далеко от мира сего. Его взгляд был туманным и Пака будто бы и не существовало рядом. А он старался привлечь чужое внимание, но все коту под хвост. Чимин хотел найти выход из этого лабиринта, хотел поговорить и разом все выяснить с врачом. Но время так не думало, тянулось медленно. Оставалось только отсчитывать минуты до вечернего обхода.

***

Весь день Тэхён был сам не свой, вел себя отстраненно и раздражался буквально от всего. Главный кардиолог сказал Тэхёну, что состояние Чимина ухудшается. Интерн еле-еле уговорил доктора не спешить с операцией и дать время на лечение в стационаре. Ким места себе не находил и злился на то, что врач не смог помолчать перед Чимином и тем самым заставил и без того слабое сердечко Пака биться в три раза сильнее от волнения и страха. Тэхён обещал Чимину сделать все возможное и он свое слово сдержит. Однако глаза Чимина, наполненные болью и страхом, когда врач заглядывал в них, приносили Киму неимоверные страдания. Из-за этого он злился на всех вокруг и на самого себя.

***

На вечерний обход Тэхён шел, предварительно ополоснув лицо холодной водой из-под крана и постаравшись выкинуть плохие мысли из головы.

***

От раздумий Чимина отвлек стук в дверь палаты. Парень мельком глянул на экран телефона — 18:01. Скорее всего это Тэхён пришел. Пак пригладил непослушные пряди и прочистил горло. — Да, войдите. — Вечерний обход, — оповестил негромкий голос Тэхёна, — как твоё самочувствие? Смотря на лицо Чимина, Ким думал о том, что же творится в голове у пациента. В его глазах было заметно волнение, а на лице читалось нетерпение. Пак сидел в выжидательной позе и часто ерзал на месте, сжимая пухлые пальцы в кулачки. — Все нормально. Чимин ответил сухо, заметив безразличие на лице его врача. Его посещала мысль прекратить искать нужную ниточку, за которую можно ухватиться. — И ничего не беспокоит? — Тэхён решил копнуть глубже, в самое сокровенное Чимина. — Нет. Пак смотрел на свою татуировку не отводя взгляд. Тягучее молчание повисло в палате, нарушаемое лишь редкими шагами за дверью. — Нет, беспокоит. Тэхён резко поднял голову от бумажек на своих коленях и устремил встревоженный взгляд на Чимина. — Что же тебя беспокоит? — тихим голосом, замирая от плохого предчувствия, спросил Ким. — Почему ты с утра был таким раздраженным? — Пак встретился взглядом с врачом, отчего по телу прошла приятная дрожь. -Тебя это беспокоит? — еле слышным голосом пролепетал Тэхён, — я..я просто переживаю и… Речь оборвалась, так и не обретя логического завершения. — Что случилось? Чимин склонил свою голову немного влево, желая услышать объяснения. Ким казался каким-то растерянным. — Нет, ничего особенного, просто много работы и… — Тэхён запнулся, не зная, что сказать. Ни в коем случае Чимину нельзя знать о его состоянии, иначе слабое сердце будет разбито на миллионы кусочков. Страх и боль добьют Чимина. Никогда в жизни Тэхён не был так растерян, как сейчас. Ему хотелось подойти к Чимину, забрать к себе в объятия, прижать к груди и долго сидеть так, будто над их головами не висит куча проблем. Однако Ким просто сидел с беспомощным выражением лица и смотрел в заинтересованные глаза Пака. Пациент не мог мысленно найти себе места, глядя на парня напротив. — Ким Тэхён, я… — Чимин спрятал лицо в ладонях и потер виски, — Я не знаю, что мне делать… Со мной творятся такие странные вещи… — Какие вещи, Чимин? Тебе плохо? Сердце беспокоит? — Тэхён как будто очнулся, подбежал к пациенту, опустился перед ним прямо на пол и, стоя на коленях, отнял руки Пака от лица. Парень смутился от нежного прикосновения, отвел взгляд в сторону и помотал головой. — Совсем нет. Когда ты рядом, мое сердце начинает биться быстро-быстро, а ладошки потеют. Каждый день я хочу слышать твой голос и прикасаться к тебе. Со мной никогда такого не было, — шептал невпопад Чимин. — Что это такое? Ты же доктор, все должен знать… — Чимин… Тэхён не верил своим ушам, он думал, будто находится в своем самом лучшем сне. Потянувшись одной рукой к щеке парня напротив, Ким повернул лицо Пака. Чимин дернулся от прикосновения, но не отстранился. — Чимин, я не знаю, что это, но. я тоже. В глазах напротив Пак видел лишь галактики и свое отражение. От этих слов на душе стало как-то легче и теплее, будто на ней уснул кот. Рука врача была теплая и мягкая, Чимин накрыл ее своей и в животе проснулись бабочки. — Мне страшно. А вдруг я больше не встречусь с тобой после операции? — Операция ведь еще не скоро, да и у тебя жалоб нету, — Тэхён криво улыбнулся, однако улыбка не коснулась его глаз. Под маленькими пальчиками его горячая рука потрепала Чимина по щеке и вернулась в карман больничного халата. — Не стоит зря бояться и переживать. Я же дал тебе слово. — Да, но… — Пак поднял взгляд на стоявшего перед ним Кима. На его лице было написано, что он явно что-то держит в себе и переживает. От этого сердечко Чимина пропустило удар. — Но что? Чимин смотрел прямо Тэхёну в глаза, и тот боялся отвести взгляд. — Можно подержать тебя за руку? На мгновение в палате повисла тяжелая тишина. Тэхён молча поднял свою руку, потянулся за рукой Чимина и переплел их пальцы между собой. Он долго наблюдал за сплетением коротких пухлых пальчиков Чимина и своих длинных и тонких пальцев. Каждое прикосновение дарило бурю незабываемых эмоций. Где-то в космосе зарождались новые планеты от встречи этих взглядов. Неопределенное чувство облегчения и волнения за Кима не покидали Пака, сковывали своими прочными цепями. — Почему ты так напряжен? — задумчивым дрожащим голосом спросил Тэхён, — тебя что-то тревожит? Ты так и не ответил мне ни на один вопрос. Может я могу тебе помочь? — Пожалуйста, не будь таким больше, как был утром. Ты меня пугаешь. Чимин вздрогнул от воспоминаний. — Пугаю? — Тэхён опять печально улыбнулся одними губами и обхватил их сплетенные пальцы другой рукой. — Уже нет. Ты пугал меня тогда, а сейчас… — парень замолчал на миг, — а сейчас мне очень хорошо. Мое сердце радо. Пак поднес руки Тэхёна к своей грудной клетке, за которым бешено колотилось его больное влюбленное сердечко. — Твоё сердце… стоит быть аккуратнее, — Тэхён, все еще не утратив обеспокоенного взгляда, посмотрел в глаза Чимину. — Я не могу так, когда ты рядом. Парень мило улыбнулся и прижал к себе тонкие длинные пальцы Кима. — Обещай, что будешь стараться, — улыбка Чимина действовала на Тэхёна обезоруживающе. — Обещаю, но и ты пообещай, что больше не будешь себя так вести. — Я клянусь отныне оберегать тебя от своих перепадов настроения, если они так пагубно влияют на твоё здоровье. Чимин не ожидал таких слов и приятно удивился, услышав их. — Клятва на мизинчиках? — Вполне пойдет. Пак протянул парню свой маленький пальчик и опять мило улыбнулся. Протянув свой мизинец, Ким был готов уже совершить детский обряд, но тут заметил кое-что и залился смехом. — Почему ты смеешься? — Пак надул свои щечки. — Поэтому, — Тэхён приложил свой мизинец к пальчику Чимина, который был вдвое короче, — это мило. Парень смутился и быстренько спрятал свои руки под одеяло. Чимин старше Кима, а пальцы такие маленькие и некрасивые. От этого стало как-то неловко. — Успокойся, хён, — Тэхён ласково достал руки Пака из-под толстого одеяла и обхватил ладонями. Он нежно развернул их тыльной стороной к Чимину и аккуратно, еле касаясь губами, оставил невесомый поцелуй на каждом маленьком пальчике. От этого Пак совсем потерял голову. Теперь его душа не в палате, а где-то на десятом небе от счастья. Губы Кима, горячие и влажные, сводят с ума и превращают в умалишенного. Время остановилось и в этом мире существовали лишь двое. — Я опять почти слышу твое сердцебиение, Чимин, — Тэхён нежно смотрит на Пака с неким укором и поднимается с колен. Треплет того по пухлой щечке и отходит к креслу, на котором разбросаны документы и бланки здоровья. — Уже уходишь? — разочарованно спросил Пак, провожая доктора взглядом. — У меня работа, в отличие от некоторых, — Ким улыбнулся прямоугольной улыбкой, — помни про своё обещание. — Я помню. В ту ночь Чимину не спалось. Уснул он уже ближе к утру, все никак не натешившийся воспоминаниями о вечере.