take a shot

Чонгук осматривает серые извилистые улочки Лондона и не может поверить, что он здесь. Парень чувствует себя свободным, ведь никто о нем ничего не знает, ничего не ждет, никому нет до него дела. Учеба в университете позади, неизвестность впереди, а между ними маленький промежуток времени, когда Чон может пожить для себя. Он ожидает встретить на извилистых стареньких улочках кого угодно: двойников Шерлока Холмса, королевы Елизаветы II или гвардейцев в смешных шапках. А встречает Техена. Тот просто взял и подошел к ничего не подозревающему Чонгуку, рассматривающему в музее что–то из позднего Пикассо и пытающегося понять, где же здесь искусство, стал объяснять про авангардизм и кубизм. Затем навязался гидом, так как “знает все закоулки этого города”. Чон бы мог покрутить пальцем у виска и пойти своей дорогой, но такие странные люди, как Техен, чем–то цепляют и завораживают. Поэтому, после недолгих раздумий соглашается, ничего же не теряет. У Чонгука захватывает дыхание, когда он стоит на высоте почти трехсот метров на смотровой площадке The Shard; Чонгука почти тошнит, когда Техен показывает ему товары Hoxton Street Monster Supplies; у Чонгука дергается глаз во время того, как ему демонстрируют торчащее из стены ухо на Floral Street. Прекрасным завершением дня становится вид с Тауэрского моста. Чон, завороженный видом, не замечает, как новый знакомый достает из рюкзака большой фотоаппарат и делает снимок Чона. Тот уже хочет начать возмущаться, но Техен слегка склоняет голову и говорит короткое: “Ты красивый. А это моя работа – видеть и сохранять красоту вокруг. Я же все–таки фотограф”. Голос его низкий, мелодичный, такой, который хочется слушать, и неважно, что тебе говорят. Чон, кажется, рассыпается мелкой крошкой . В Техене есть что-то странно–притягательное. Что–то, отчего хочется рассматривать его, словно самый прекрасный и дорогой в мире экспонат, восхищаться его аурой, харизмой или как там это называется. Глубоко в душе Чонгук самому хочется быть таким же свободным и открытым, наслаждаться жизнью и просто совершать порой странные поступки. И знакомство Техеном кажется ему идеальной возможностью начать претворять все это в жизнь. Поэтому, не желая упускать возможность, он спрашивает, смогут ли они встретиться еще раз и продолжить экскурсию, на что Ким отвечает, что свободен в любое время, пишет на ладони Чонгука свой номер телефона и испаряется быстрее, чем парень успевает что–либо сообразить.

***

Они вместе ходят в кафе, целый день гуляют по городу, разговаривают обо всем и не о чем одновременно. Чонгук начинает проникаться каким–то доверием к новому знакомому, хочет высказать многое, что скопилось на душе. Он долго думает, правильно ли это ─ взваливать на другого человека груз своих проблем? Ведь все мы люди, у каждого свои переживания и заботы. Техен замечает задумчивый взгляд парня и успокаивающе накрывает его ладонь своей, как бы намекая, что готов выслушать. И Чонгук делится. Рассказывает о том, как пахал в школе и на подработке до седьмого пота, пока родители плевать хотели на его будущее; о том, как завидовал детям, которые могли по вечерам гулять с друзьями, и многом другом, что ранило сердце. Слова срываются неосторожно, бездумно, заставляя старые раны болеть с новой силой. Техен не перебивает, лишь мягко сжимает чужую ладонь, говорит, что понимает, через что прошел Чон. На его вопрос о том, что же случилось, лишь отшучивается, признается, что долгое время все, с кем он имел честь разговаривать, были стены и воображаемые друзья. Заверяет, что сейчас все хорошо и улыбается, но Чонгук чувствует горечь где–то на дне этой улыбки. ─ Уже поздно, да и скоро дождь может начаться. Может переждем у меня, тут недалеко. ─ Техен старается выглядеть как можно более непринужденным, но в его голосе слышится надежда на чужое согласие. Чон лишь кивает и поглаживает холодную кожу ладоней, чувствует, что перед ним настоящий Техен: немного пугливый, до ужаса ранимый и нуждающийся в защите. Дождь все–таки застает их по пути. Квартира Техена яркая, странная: повсюду картины, фотографии, оборудование для фотоаппарата. Во всем этом беспорядке чувствуется характер хозяина. Парень немного расслабляется и треплет влажные волосы на макушке Чона. Друзья ужинают тем, что можно найти в вечно пустом холодильнике Кима, болтают о планах на будущее и всячески дурачатся. Чонгук смотрит на чужое лицо, старается запомнить каждую черточку, едва заметную родинку, и, главное, взгляд, в котором видна забота и теплота. Он чувствует, как кончики пальцев дрожат. ─ Техен, ─ глаза упираются в пол. ─ кажется, ты мне нравишься. Техен не знает, что ответить, а Чонгук чувствует себя словно коллапсирующая звезда, готовая сжаться и прекратить свое существование. Он ожидает, что Ким накричит на него, разозлится или вовсе выгонит прочь. Но Ким неспешно касается губами щеки, легко, словно бабочки касаются кожи, переходит на губы, нежно поглаживает затылок прохладными пальцами. Целует нежно, трепетно, пробует на вкус, чувствует, как его чуть ли не трясет от той милой неопытности Чонгука, пытающего отвечать на поцелуй. Хочется всего и сразу, но Техен старается быть ласковее. Чонгук отстраняется, чувствуя, что сердце ужасно колотится, смотрит в пол, не зная, какие слова подобрать и лишь ломает пальцы, осознавая всю неправильность ситуации. ─Ты мне тоже нравишься. ─ негромко, но уверенно, с нежной улыбкой на лице. ─ Уже поздно, поэтому, может быть, останешься у меня. Чонгук понимает, что пути назад уже нет, поэтому отказываться нет смысла. Они сидят на мягком ковре, рассматривают фотографии, которые Ким недавно сделал (в частности фотографии Чонгука). Ким раз за разом повторяет, насколько ему с Чоном повезло, на что тот лишь смущенно улыбается и несильно толкает локтем. ─ Надо бы уже пойти поспать. ─ Техен задумчиво смотрит на часы на стене и сонно потягивается. Чонгук ложится рядом с Техеном, чувствует его тепло рядом и чужое мерное дыхание. Чон обвивает чужую талию своими руками, позволяет сильнее прижаться.

***

Они стараются узнать друг о друге как можно больше. Чонгук, например, неплохо поет (хотя, по мнению Техена, слово “неплохо” нужно заменить на “божественно”). Техен же, оказывается, владеет помимо английского несколькими языками, даже пытается научить чему – то Чона. Но тот не может сосредоточиться, лишь наслаждается низким звучным голосом. Вроде бы все прекрасно, но на душе Чона тяжко от того, что скоро придется вернуться домой, искать работу и вновь погрузиться в убивающую рутину, а Техен останется здесь, будет жить своей жизнью, и, возможно, когда – нибудь вовсе позабудет о Чонгуке. Все эти мысли отдаются болью в сердце. ─ Что тебя на этот раз беспокоит? ─ Техен уже, кажется, знает Чона лучше него самого, замечает перемену в жестах, поведении. Даже со спины видит, как парень напряжен. ─ Я скоро уеду домой, и мы не сможем увидеться долгое время. А может и вообще никогда. ─ голос тихий и бесцветный. ─ Я обещаю приехать, как только появится возможность. ─ Ким подходит сзади, кладет ладони на широкие плечи и легко проходится губами по шее. ─ Давай, все же, не будем думать о грустном. Чонгук чувствует приятные мурашки, разворачивается и губами касается губ Техена. На этот раз напористее, смелее. Смакует чужой вкус, не забывая подключить язык. Техен с упоением отвечает на поцелуй, льнет ближе, комкает чужую футболку. Спускает ниже на нежную шею, прикусывая тонкую кожу на выпирающей ключице, отчего Чонгука ведет. Пышным бутоном расцветает яркий укус, Техен доволен собой. А вот Чон не очень, он чувствует, как тело горит и мучительно сводит живот. ─ Чтоб тебя, Техен… ─ шипение напополам с рычанием. . ─ Я же говорил, не думать о грустном. Я хочу видеть тебя счастливым. ─ царапает пальчиками чужой живот, отчего мышцы напрягаются до предела. Чонгук не выдерживает и, как невесту, несет Техена в спальню. Ким сам по себе, кажется, идеален, но без одежды он и вовсе нереальный: изящный до невозможности, сложенный, кажется, по канонам древнеримских статуй, податливый и гибкий настолько, что голова идет кругом. И все это для одного лишь Чонгука. Чон рассматривает жадно, решая, с чего начать. Сначала припадает к бархатиской коже на шее, осыпая поцелуями, отчего Техен тихо скулит и впивается пальцами в плечи. ─ Почему ты еще одет?.. ─ парень загнанно дышит. ─ Так нечестно.. ─ Так лучше? ─ Чонгук нарочито медленно стягивает мешающую ткань. Ким сглатывает вязкий ком, когда видит молодое подтянутое тело и ухмыляется, давая понять, что так действительно лучше. Чон прижимается ближе, настолько, насколько возможно, сжимает по – девичьи тонкую талию, пока входит мучительно медленно, томительно нежно, старается наполнить момент эмоциями, буквально пропитаться этими пьянящими ощущениями. Смотрит на Техена, что морщит носик, сдавленно всхлипывает, потому что хочется “быстрее”, но Чону такое не по душе. Хочется чтобы тягуче-медленно, отдавая всего себя без остатка. Техен буквально плавится, выгибается навстречу неосознанно и в принципе уже находится в какой – то параллельной вселенной. Хриплые стоны срываются вперемешку с сладостным и тягучим “Чонгука ”. У самого Чона в глазах звездочки от переизбытка ощущений и голова идет кругом. Техен стонет высоко, когда толчки становятся сильнее, выкрикивает чужое имя, почти срывая голос и до боли сжимая пальцы на ногах. В голове бардак, перед глазами пятна, дыхание загнанное, частое, и тела парней подрагивают в сладкой судороге от недавнего оргазма. Чонгук находит в себе силы поднять упавшее одеяло и прикрыть им себя и Техена и оставить легкий поцелуй на чужом тонком плече. За окном сгущаются бордовые сумерки.

***

Техен, ранняя пташка, готовит завтраки на двоих, напевает что–то под нос и каждый раз "не замечает", как его обнимают со спины, шепчут низким голосом пожелания доброго утра, щекочут бока. Он каждый раз театрально пытается выбраться из чужих объятий, но все это лишь игра и романтичные глупости. На самом деле все похоже на рай. Но всему хорошему в этом мире должен прийти конец. В какой - то момент наступает долгая тишина. ─ Мой самолет завтра вечером. ─ тихо, но у Кима в ушах звенит так оглушительно, что хочется забиться в угол, закрыть их руками. ─ Но я могу улететь счастливым, ведь я встретил тебя. У Техена сталкиваются галактики, рушатся старые миры, а на месте их остаются лишь руины, и, кажется, земля уходит из–под ног. Ким в эту ночь не может уснуть: постоянно ворочается, комкает одеяло, то скидывает его, то снова укутывается с головой. Он льнет ближе к Чонгуку и, переплетая пальцы, целует тыльную сторону ладони. Слова вряд ли смогут выразить то, что, Техен чувствует сейчас.

***

─ Я приготовил сюрприз. ─ перед самым отъездом говорит Техен. ─ Но о нем ты узнаешь только тогда, когда вернешься домой. Поэтому внимательно следи за новостями. ─ Я надеюсь, это не своего рода утешение? ─ Это доказательство того, сколько ты значишь для меня. ─ Ким даже не смотрит в глаза, просто не может. Он не смотрит на Чонгука ни по дороге в аэропорт ни во время ожидания рейса. Просто надеется, что это все просто плохой сон, что он скоро проснется рядом с ним, мирно спящим под боком. Но объявляют заветный рейс и пути назад уже нет, вообще нет. Техен обещает себе не плакать, он же многое пережил, ему ничего не страшно. Но сразу же плюет на это все и рыдает на плече Чонгука как маленькая девочка (сам Чон держится из последних сил), до побеления костяшек сжимает чужую куртку, обещает звонить каждый день и обязательно приехать, как только будет возможность. Ким смотрит вслед, пока чужой силуэт не исчезает из виду.

***

Друзья Чона спрашивают, как тот провел отпуск. А рассказать–то особо нечего. Ничего не запомнилось, кроме Техена. Удивительного и прекрасного Техена. В голове всплывают слова Кима, сказанные перед расставанием. Он пытается отыскать как можно больше информации о парне. Сын богатых родителей, филантроп, фотограф с множеством наград, побед в конкурсах фотографии и знакомством со многими известными людьми. Да уж, совершенно другой уровень. Хотя, его аура и внешний вид во всю кричит, что он из другого мира. Однако внимание привлекает самая свежая статья. Чонгук мельком пробегает по тексту, и в животе начинают порхать бабочки. Вот Техен дает интервью по поводу своей последней выставки, с улыбкой рассказывает, откуда он черпал вдохновение. На стенах фотографии Лондона, старые кварталы и самые окраины. Вроде бы, зрелище не самое приятное, но Техен сумел подать это красиво. И на многих снимках есть силуэт человека. Ким упорно не говорит, кто это, аргументируя тем, что "везде должна оставаться загадка". Но Чонгук знает, что это он. Так вот, что имелось в виду под словом "сюрприз". ─ Эту выставку я посвятил одному очень важному человеку. Я не могу выразить словами, насколько благодарен ему и скольким обязан. Надеюсь, он прочитает эту статью и поймет, что я чувствую. Могу лишь сказать, что он значит для меня больше, чем кто–либо на этой земле, и я надеюсь, что мы встретимся вновь.