Розалин

Если человек не контролирует свои эмоции, он может совершить ошибку. Д.Кунц "Подозреваемый"

      Эбби, схватив меня за руку, повела в дом, а точнее во внутренний двор, где располагался большой бассейн. Было очень много людей и я чувствовала себя... неуютно рядом с ними. Нет, это было не стеснение и не смущение, просто мне не нравилось здесь. Несмотря на то, что после дождя на улице стало довольно прохладно, здесь, именно здесь, стояла духота и что-то ещё. Где-то за углом целовалась парочка, а во-оон там, в бассейне, ещё одна. Эбби сказала, что ей надо проверить всё ли в порядке и оставила меня одну. Тогда мне стало страшно. Я потёрла место, которое она только что держала своими холодными руками и, глубоко вздохнув, оглядела толпу ещё раз. Громкая музыка беспощадно отдавала куда-то в голову, кажется, в виски. Голова словно налилась свинцом и думать стало намного тяжелее. Ничего не обычного не было в гостях. Тогда я успокоилась и подумала, надо взять себя в руки, неужели зря пришла. Из бара, который оказался в паре метров от меня, я взяла банку колы. Ни когда не горела желанием пить что-то крепкое, даже на свое шестнадцатилетие. Видя, алкоголь, я понимаю, что испытываю к нему отвращение. Наверное, я просто боюсь, что быстро опьянею.       Около выхода во внутренний двор, стояла очень громкая компания молодых людей. Инстинктивно, ведомая любопытством, я посмотрела в их сторону. Банка чуть не выпала из моих рук от удивления. Что здесь делает брат? Может, я просто путаю его с кем-то? Нет, я не могу не узнать его. Не хочу, чтобы этот дурак видел меня здесь. Я обвела глазами комнату, чтобы придумать план отступления. Можно с лёгкостью перебраться через ограждение и пойти домой. Думаю, даже никто не заметит, как я сделаю это. Почему я не умею летать, как птица? Потому что я человек. Всё объясняется лишь одним словом. Я-человек и по определению просто не могу летать. Люди слабы. Это не для кого ни секрет. Я опечалена этим. Правда всегда печальна, какой бы она не была. Нет, соврала. Бывает и счастливая правда. Верю ли я во что-то сверхъестественное? Верю. Я верю во всё: Бога, Сатану, Рай, Ад. А как же во всё это не верить, людям необходимо во что-то верить. Я привыкла, что не бывает ничего невозможного. И слухи не берутся из неоткуда.       - Ты куда-то собралась?- спросил кто-то.       Я не поняла откуда шел голос. Ощущение, будто это звучит лишь в моей голове. Я оглянулась, но рядом все равно не было никого. Решив, что мне послышалось и это моё подсознание подшучивает, я издала смешок и перепрыгнула через ограду. Обожаю джинсы, куда же я в юбке, даже толком не побегаешь.       - Игнорирование это лучший способ, конечно.       Предо мной возник высокий парень. Его волосы так смешно взъерошены, что кажется, будто он только-только проснулся.       - Я думала, мне послышалось,- робко сказала я.       - Как видишь, нет. Ну, так?       - Домой.       - Разве вечеринка окончена.       Он грубо схватил меня за руку и хотел вести обратно, но я осталась стоять на месте.       - Вредничаешь?       - Никуда я не пойду, мне надо домой.       - Твой братик ругать тебя не будет, не бойся.       При чём тут брат? Откуда он вообще знает о нём. Я не нашлась что ответить и решила промолчать. Парень довольно улыбнулся и что-то нечеловеческое, маленький красный огонёк промелькнул в его глазах. Он играет со мной? Нет уж, увольте. Мы смотрели друг другу в глаза всего несколько секунд, но мне показалось, что прошло больше, намного больше. Вдруг его кто-то окликнул и он немного ослабил хватку. Через секунду он уже почти отпустил мою руку. А ещё через секунду я высвободилась. Этот парень внушает мне непонятное беспокойство. Будто он и не человек вовсе. Я запомнила одну главную деталь в его образе- серьги в виде черных крестов, которые противно звенят. «Странное украшение»,- показалось мне.       Я пришла домой раньше, чем предполагала: ещё не было одиннадцати вечера. Я сходила в душ и, выходя из ванной, обнаружила, что брат дома. Я поняла это по куртке, висевшей в коридоре. Не знаю когда я завела эту привычку, но после принятия ванных процедур, мне всегда хочется пить. Брат пришел на кухню с черным пакетом. Он достал яблоки и виноград.       - Хочешь яблоко?- спрашивая меня, он протянул фрукт.       - Нет, спасибо. Отравлюсь ещё поди.       - Конечно, я тебе специально мышьяка подложил.       Но брат не отступал, пока я не взяла яблоко из его рук.       - Была не была,- сказала я, моя яблоко под тёплыми струями воды.       - Зачем ты ходила туда?- теперь он мыл яблоки и виноград, а я стояла возле стола виновато опустив глаза.       "Почему ты так виновато смотришь?-спрашивала я сама себя. - Ты, Роза, ни в чём не виновата".       - Тот парень... тебя с ним что-то связывает?       - Нет.       - Не придуривайся, я не слепой. Что ты делала с ним?       - Ничего я с ним не делала. Он попросил меня остаться, но я всё равно ушла, как видишь. И вообще почему я отчитываюсь перед тобой,- последние слова я добавила почти про себя.       - Вот и не связывайся ни с ним, ни с его сестрой.       - Сестрой?       - Эбигейл и Адриан Барма, брат и сестра.       - Они совсем не похожи.       - Разуй глаза и начни оценивать свою подругу трезво.       - Хватит, Мэтью!       Я сама решу с кем и когда мне дружить.       - Как пожелаешь,- сказал он, выходя из кухни.       Эбби немного опоздала на урок, правда, мне показалось, что она проспала.       - Привет,- зевая, сказала она.       - Привет,- вроде и как обычно, но сухо сказала я ей в ответ.       Вчерашний разговор с братом не давал мне покоя. С это чего он решил предостеречь меня? Или лучше спросить от чего? Я поймала на себе недовольный, тяжёлый взгляд. Что ему надо от меня?       - Ты поссорилась с кем-то?- спросила меня Эбби.       - Нет. Это была не ссора, а скорее выговор. Я же говорила тебе, что не люблю такие места.       - Да, ты ушла довольно рано. Жаль. Всё веселье было ещё впереди. Не удивляйся сегодня.       - Не удивляться чему?       Но она оставила мой вопрос без ответа, уставившись на доску. Казалось, что она не хочет о чём-то думать и старается не показывать это, что у неё, конечно, плохо получилось. Учитель на минуту вышел из класса, а вернулся уже с каким-то парнем. Этот звон серёг я запомнила хорошо. А, когда повернулась в сторону переведенного ученика, убедилась на все 100, что это он. У меня было странное ощущение, где-то далеко в подсознании, я знала, что увижу его ещё. Да и не мудрено это было, город у нас небольшой.       - Это ваш новый одноклассник,- сказал он. - Адриан Барма.       Мэтью ещё вчера сказал мне, как его зовут, а я была убеждена, что это шутка.       - Это мой брат,- шепнула Эбби.       Да я итак знала это.       - Он может показаться странным, но на самом деле он очень добрый.       Особенно этот странный огонёк в его глазах. Мы встретились взглядами. Кажется, у него в голове промелькнула странная мысль, от которой он лишь противно ухмыльнулся. Я же всегда стараюсь сохранять самообладание. Зачем выставлять свои чувства на показ? Они никому неинтересны, кроме нас самих.       Каждую перемену Эбби куда-то выходила, а потом возвращалась, чуть ли не опаздывая на урок, а возвращаясь, становилась всё грустнее. Моё любопытство вырвалось наружу, стуча в виски, и умоляя спросить лишь об одном: «Что случилось?» Но схватив любопытство за глотку, я прогнала его прочь. Мне кажется, я знаю в чём причина её проблем и моих негодований- в переведенном ученике, её брате.       - Можно подвезти тебя до дома сегодня?- спросила Эбби перед последним уроком.       - Не стоит, тут недалеко идти.       - А я говорю, стоит,- настаивала она, вынуждая сказать ей правду.       Я дотронулась до её руки,нежно, чтобы доказать правдивость своих слов.       - Прости, Эбигейл. По неведомой мне причине мой брат тебя недолюбливает. Я не хотела бы злить его почём зря.       Она как-то нервно улыбнулась и стряхнула мою ладонь.       - Больше никогда не делай... так,- сказала она, отворачиваясь.       Я не смогла прочесть эмоции в её глазах. Но в голосе Эбби прозвучали нотки страной злобы, будто она злится на саму себя. Почему мне нельзя тебя касаться? У тебя такие холодные руки... будто ты и не живая вовсе. Это опять произойдёт, да? Наверное, меня снова оставят. Снова всё так же. После урока я быстро собрала учебники и пошла на первый этаж, в вестибюль. Мне не хотелось оставаться здесь ни секундой дольше. Душно. В школе мне всегда не хватает воздуха. Я задыхаюсь среди людей. Этих ужасных и лживых существ. На улице приятно моросил начинающийся дождик. Сейчас на было той жары, что совсем недавно морила город. Свежесть одурманивает. Интересно, сколько я так простояла? Хотя, какая разница. Почему-то мне кажется, будто я переживаю эту жизнь вновь. Будто я раньше и вовсе не жила. Не понимаю этого чуда человеческой натуры.       Добравшись до дома, я была приятно удивлена. Ещё никого не было. В голову стали лезть самые разнообразные планы на вечер. Ужиная, я размышляла о том, какой сериал посмотреть или стоит порисовать? Да, наверное, второе более реально и предоставляет моему воображению огромные просторы. Хочу нарисовать портрет Эбигейл. Даже если наша дружба расстроится, мне хотелось бы запомнить эту девушку весёлой. Надев наушники, я включила недавно загруженную музыку. Композитором был Abel Korzeniowski. Я восхищаюсь его композициями. Они такие же грустные и печальные... и как нельзя лучше отражают то, что написано на моей душе. Я начала рисовать давным-давно, в раннем детстве. И мне всегда нравился этот навык запечатлять всё прекрасное на бумаге. Как-то раз в школе выставили мои картины на «День искусства», правда, ценителей нашлось немного. Почему? Какие произведения искусства вы о чём? В современном мире это не столь важно, как ранее. Зато на выставке в музее, мне даже удалось немного подзаработать на новый телефон.       В коридоре сильно хлопнула дверь, по этой маленькой детали сразу стало понятно, что это вернулся Мэтью. В последнее время он стал возвращаться раньше и возвращаться вообще. Ранее он частенько оставался у своих пассий. С чего бы это? Эта резкая перемена в нём тревожит меня, заставляя всё время думать о том, как себя правильно вести в той или иной ситуации. Ведь дома и на людях я абсолютно разная. Да и люди эти никогда не любили меня. Всегда смотрели свысока и поливали грязью... если бы не тот случай, после которого мне дали восхитительное прозвище... Демон.