Я не голодна

— Будешь конфету? — произносит тихо Джузо, но в его голосе Юна отчетливо слышит требовательность, а в его глазах видна хитрость, суть которой ей было не понять. — А? — дыхание учащается, становится всё трудней и трудней дышать, от чего кажется, что в лёгкие прекратил поступать такой нужный кислород, от которого зависит вся жизнь на Земле. «Не нужно так пугаться, Юна, иначе он ещё больше заподозрит тебя. Надо успокоиться, да, сделать вдох и подумать о хорошем.» Ямамото живо представила в своей голове, как помогает Ёсико с подготовкой к контрольной, где они обе смеются и пьют только что свежо-заваренный кофе. Вот Ёсико не знает как это решить, ведь она тогда летала в облаках, мечтая о том, чтобы их команда по волейболу выиграла в предстоящем матче. А она всего лишь ругает волейболистку за это, ведь она ничего не знает о волейболе, не может понять это, но зато она понимает каково это—отдавать всю себя чему-то. А потом Юна детальнее представила, скорее вспомнила, яркую улыбку Ёсико, после чего она тихо выдохнула, а на лице сама по себе образовалась улыбка. Джузо, увидев такую быструю смену настроения, немного удивился, но затем вновь задал тот же вопрос, нахмурившись. — Н-нет, спасибо, — вежливо отказалась девушка, натянуто улыбнувшись, пытаясь отвести от себя подозрения и как можно менее подозрительно отказаться от гадкой конфеты. — Почему? — тут же задал вопрос Джузо, прекратив тянуть в сторону девушки руку с конфетой. Ямамото мельком взглянула на парня, тут же отвернувшись, пытаясь укрыться в своих не очень длинных волосах. Она то и дело испуганно смотрела по сторонам, ища пути отступления или просто какое-то чудо, что её спасёт. — Ты же сама сказала, что любишь сладкое, так почему не хочешь съесть конфету? — своим твёрдым, ничуть ни детским и удивленным взглядом и спокойным тоном, он давил на девушку, что готова была уже убежать. — К тому же, это твои конфеты, так почему? Ещё один раз задаёт он один и тот же вопрос. Ещё один раз он произносит эти слова так легко и спокойно, что на душе начинают царапать кошки. Неожиданно Юне стало плохо, начало тошнить, хотя она ещё даже не взяла в руки Это. — Что-то случилось? — Н-нет. Я съем эту… Конфету, если ты так хочешь. — Здорово! — широко улыбнулся Джузо, тут же протянув её Юне. Ямамото сначала стояла как вкопанная, но под пристальным взглядом Сузуи взяла конфету и медленно стала разворачивать, слыша шуршание бумаги. «Спокойно… Боже, если я сейчас съем эту конфету, то меня тут же вырвет. Я же совсем не умею переваривать человеческую еду! Он же меня сразу раскусит!» Развернув конфету, девушка дрожащими руками закинула себе в рот шоколадную конфету, тут же почувствовав отвратительный вкус на своём языке. Этот вкус стал распространяться по всюду. Стало ещё сильнее тошнить, казалось, что её сейчас вырвет, после чего незамедлительно следователь её убьёт, чего она очень сильно боялась. Но кроме этого её ещё досаждали постоянные вопросы Джузо «ну как, вкусно?» или «тебе нравится?», из-за чего Юне стало казаться, что парень всё знает, просто смеётся над ней таким вот способом. — Д-да, в-вкусно! — заикаясь, через силу раскрывая рот, чтобы что-то сказать, чуть ли не плача, ответила на вопросы Сузуи Ямамото. — Правда? А мне почему-то кажется, что всё наоборот, — ехидно произнёс Джузо, — По твоему лицу прекрасно видно, как тебе противен этот вкус, как тебя уже тошнит, а знаешь почему тебе так плохо? — П-почему? — голос дрожит, как и всё тело девушки, по которому уже успели несколько раз пробежаться мурашки. Сердце в этот момент стало сильнее биться, намереваясь и вовсе выпрыгнуть от страха, а глаза сузились. Джузо, спрятав сзади руки, плавной походкой подошёл к девушке, после чего, резко наклонившись, прошептал, обдавая своим горячим дыханием ухо Юны, которое обжигало: — Гули не могут есть человеческую еду. Выпрямившись, Джузо, с то ли сумасшедшей, то ли с кровожадной улыбкой, начал смотреть на Юну, дожидаясь от неё хоть каких-то действий, например, она могла бы попытаться сбежать, что привело бы к плохому исходу. Довольно наблюдая как серые глаза сузились до микроскопических размеров от страха, а оттенок кожи стал ещё бледнее, из-за чего Ямамото можно было принять за призрака, следователь нарыл в кармане конфету и, пока девушка приходила в себя после сказанного, он стал есть ещё одну конфету. — О, клубничная. «Он понял… Но как? Где я прокололась? Неужели… Ох, если и так, то что мне теперь делать? Он же убьёт меня, если я попытаюсь освободить своё кагунэ. Не успею… Нет, тут надо по-другому.» — Ахахаха! — следователь никак не ожидал услышать от своей жертвы смех, который был… Весёлым? — Что смешного? — недовольно произнёс Джузо с конфетой во рту. С его лица быстро спала улыбка, а брови были сведены. — Ничего, просто… Ахаха, — Юна стала вытирать слёзы, которые как будто появились из-за смеха, продолжая смеяться, — Боже, это так смешно — ты принял меня за гуля! Ахахаха. — Что? Разве это не так? — растерянно произнёс следователь, приоткрыв рот от удивления. «Нет, это точно не ошибка, тогда… Хм, она просто пытается обвести меня вокруг пальца, хочет заставить думать, что она не гуль, всё ясно, — задумался Сузуя, от чего его лицо стало серьёзным. — Что ж, будем играть по твоим правилам, малышка Ю-тян.» — Хм, да, это и правда смешно, Юна! Хах, ведь такая милашка не может оказаться гулем, ведь так? — сколько в его малиновых глазах было лжи, сумасшествия и… Зла? Нет, зла не было, просто была обида на кого-то, кто сделал ему больно, и это было прекрасно видно. — Д-да, — ответила коротко девушка, чувствуя, что лицо стало красным. — Отлично. Тогда… Пока? Ты ведь не против, если я покину тебя сейчас? Я вспомнил, что у меня есть кое-какие дела. — Нет, конечно, я и сама смогу дойти. Пока. Джузо, помахав рукой, улыбаясь как ребёнок, из-за чего на душе стало тепло, ушёл, засунув руки в карманы, в неизвестном направлении, где, наверняка, по догадке девушки, мог жить Сузуя. Юна смотрела вслед уходящему парню, который все удалялся и удалялся, исчезая и вовсе из виду, как будто его никогда и не было. Как будто это была придуманная Юной иллюзия, которая наконец-то исчезла, но надолго ли? Когда следователь и вовсе исчез, лицо девушки скривилось, а после её вырвало. Чувствуя себя паршиво, Юна, держась за живот, медленно побрела в сторону своего дома, думая о том, что на этот раз ей удалось спастись, хоть она и поняла, что Сузуя просто наслаждается этой игрой, что он просто развлекается на данный момент, смотря на реакцию девушки, дожидаясь, когда она сама себя и выдаст с потрохами. И каждый раз, находясь рядом с ним, она одним только своим выражением лица раскрывает свою главную тайну. «Зато он вкусно пахнет,» — усмехнулась Юна, останавливаясь возле дерева. Слишком сильно её тошнило. А это только одна конфета, она даже представить боится, что будет, если «случайно» окажется с Джузо в каком-то кафе, где он опять одним только своим взглядом заставить её что-то съесть. «Мне… Надо… Прекратить с ним общаться… Да. Иначе, я чувствую, всё закончится моей смертью. Но! Он такой вкусный, как? Как можно отказаться от такого десерта?! Но… Ради моей жизни придётся. Ох.»

***

Подкидывая ножи, Джузо не спеша шёл по тёмной улице, дожидаясь того момента, когда ему встретится гуль. А пока что он думал о девушке, что крутилась постоянно возле него, и то, как она смотрит на него, что испугало бы любого человека. Но он не боялся, нет, он наблюдал и выжидал подходящего момента, чтобы напасть и убить гуля, что пытается обмануть его, заставив поверить в то, что она просто человек. И это так смешно, поэтому Джузо смеётся, наслаждаясь этими воспоминаниями. Юна не понимает, что саму себя завлекла в эту ловушку, которую сама и создала, а он, как паук, плетет свои сети, в которых скоро запутается Ямамото, даже не догадываясь об этом, ведь она верит в добро, в то, что Джузо ей ничего не сделает. И это так смешно. Пока она в своей головке представляет, как ест его, он представляет её смерть.