Пейзаж закрытыми глазами

— Тебе нравится… нравится, когда утром… осенним утром весь яркий цвет синего небосвода прячут серые поникшие тучи, когда на улицах так тихо и совсем не холодно, хотя иногда лёгкий ветер заставляет съёжиться, но это совсем не мешает чувствовать всю чистоту этого мира… его настроение… его мечты… — Мечты? — Мне нравится называть это мечтой… мечта уединения, мечта избавиться от всего живого, от всего, что может причинить тебе боль… но разве это возможно? — Нет. — Да… но ведь есть другие пути… чем избавляться от всех, может, стоит избавиться от внутреннего себя, что разъедает изнутри, что так ненавидит выходить… выходить на уступки с другими и из-за этого отыгрывается на внешних факторах. Я считаю, что ненависть, страх, раздражение рождается из-за недопонимания… из-за тщеславия, подсознательного чувства превосходства… нежелании понять других и просто спихнуть всё на их глупость… но глупых людей не существует… ведь мы всего лишь отражение нашего окружения… Мина смотрела на полотно ночного неба, усыпанное мириадами сверкающих космических светлячков, полностью закопавшись в собственные размышления. Она говорила. Говорила нежно, спокойно, тихо. Она никогда не делала этого прежде. Столь малословная, что создавала впечатление полностью лишённой этого дара, дара речи, а сейчас без каких-либо забот или нитей страха обсуждала всё, что приходило на ум. Даже если по большей части это были просто глупости, для неё это играло очень большую роль. Её бледные худые руки сплелись друг с другом, и приняли на себя вес маленькой головы Мюи. Её нежные губы продолжали активно двигаться, отвлекая Чеён от своего ужина. Если это можно назвать полноценным ужином. Девушки нашли замечательное место — один столик из, примерно, десяти, в закрытом уличном кафе. На улице было тихо и совсем не холодно, хотя иногда лёгкий ветерок заставлял съёжиться, но Мине это нравилось. Она любила такую атмосферу. Купив в уличном автомате закусок и газировки, уставшие Сон и Мюи просто наслаждались красотой ночи. Возвращаться в агенство не хотелось, поэтому они получали удовольствие за разговором под сияющим небом и песней сверчков. Перед глазами Чеён, в данный момент, всё ещё проскакивала танцующая Мина. Сегодня, в танцевальной студии, она была в простой, лёгкой, свободной белой футболке и чёрных лосинах, но даже так выглядела до жути прекрасной, а стиль её танца можно описать как… противоположный стилю Момо? Её глаза постоянно, смущаясь, глядели в пол, движения не могли вызвать того сексуального возбуждения, которое чувствуешь при длительном просмотре хореографии Хираи, но эстетическое наслаждение срабатывало при малейшем шорохе этого худого, белоснежного тела. Она прекрасная балерина, профессионал в области модерна и схожих стилей, где требуется нежность, аккуратность, лёгкость и ощущение власти над своим телом. Из-за своей скромной натуры, её мало кто выделяет как танцора, сосредотачиваясь на Момо, но, думаю, она могла бы стать ей хорошей соперницей и заслужить звание «Непревзойдённой», как Чеён начала называть всех лучших хореографов. В любом случае, и Мюи, и Сон, и Хираи, и остальные участницы группы «TWICE» — коллеги, и никакого соперничества быть не должно. Но, если «перевернуть шахматную доску», то именно желание стать лучше кого-то рождает силы для ещё большего количества работы. Только, по опыту Ченг, с этим лучше не переусердствовать. — Знаешь, Чеён… — Мина, после долгой паузы, собрав серьезную физиономию, повернулась лицом к Чеён. — Есть причина, по которой ты… решила серьезно заняться танцами? — Думаю, да… я, правда, только вечером о ней узнала. И, честно говоря, ужаснулась. — Ченг снова одолевали чувства стыда и сожаления. — Ужаснулась…? — Мюи определённо удивилась. — Чего именно…? — Себя.

***

— Так, ноги легче, не долби ими по полу! — Кричала на ухо Чеён тренер Сочон. — Всё, хватит! Давай, прыгай! — После каждой ошибки, она заставляла Сон… прыгать. Прыгать, чтобы приземляться более бесшумно. В общем, это помогало. Но требовалось больше практики. — Мина, сама знаешь, как хороша, булочка! — И ещё она всегда хвалила Мину. И называла её булочкой. Эта девочка кажется всё более странной с каждым днём. Вообще, говоря о странностях, однажды она проспала своё занятие, не придя на него. И это её громко именуют серьезными титулами. Тренер! Профессиональный хореограф! Ха! Если написать на её лбу эти слова, они выйдут оскорблением её существа, потому что там следует нарисовать девочку, кушающую грязный песок где-нибудь в песочнице. Примерно такой вышла бы и её биография… Мюи сидела на скамейке возле стены и просто наблюдала за Ченг, слегка, кажется, переживая. Её всегда освобождали от занятий сразу после их начала, потому что учить было банально нечему, но с каждым днём Чеён рассматривала всё новые грани её совершенства. Тем временем, прошла уже неделя с того самого представления Хираи Момо в комнате для практики. До её выступления на «Hit the Stage» остался один день. Никто не сомневался в победе, но недавно объявился один нюанс. Огромное агенство, занимающее лидирующую строчку среди всех остальных, представило парня с крайне выдающимися способностями. Танцор, которым гордится не только Корея, но и вся Азия. У него там назначено выступление. Но проблемой являлся не он, а именно агенство. Так как оно больше JYP, то имеет, соответственно, больше власти. Больше власти — больше денег. Больше денег — больше шансов на победу. Такой исход был крайне вероятен. Для Момо это могло бы стать ударом, несмотря на её обычную жизнерадостность и приподнятое настроение. Столько тренировок и сил проиграют деньгам. Хотя деньгам, обычно, проигрывает всё. — Постойте, Сочон… — На секунду Мине что-то показалось слегка странным. Она встала и подошла к измождённой тренировками Чеён. — Чеён, о чём ты думаешь, когда танцуешь…? — О… — У Ченг это вызвало лёгкое недоумение. Такое часто случалось во время разговора с Мюи. — Я и не думала, о чём думаю, когда танцую… разве должна о чём-то? — Ты не ассоциируешь себя с чем-то… в зависимости от движений? — Поняв, что Сон ничего не поняла, Мина перешла к практике. — Скажи, пожалуйста… на что это похоже? — Она неловко улыбнулась, посмотрев на Чеён, затем направилась телом вперёд, балансируя на одной ноге, выкинув вверх вторую, и развела скрещёнными до этого на груди руками в стороны. Что-то внутри Ченг в этот момент изменилось. Странное чувство. — На… — Сон задумалась. — На птицу? Грациозную, прекрасную, благородную королевскую птицу, что расправляет свои величественные крылья, а её красота, о которой пишут лишь в книгах… — Воу-воу, ты заставила её покраснеть. — Сочон указала жестом лица на засмущавшуюся Мюи. — С-спасибо… — Мина отвернулась, прижав кулачок к губам. — Вообщем, я х-хотела, чтобы ты ассоциировала себя с чем-то таким… точнее не совсем таким!.. Это как-то слишком… но, поверь, тебе будет легче! — Ну, попробуешь, Ченг? — Подтолкнула тренер Ким. Пожав плечами, Чеён подумала, почему бы и нет. Как часто мечта, что требует множество усилий и времени, в один момент становится реальностью? Как часто кто-то влияет на твоё сознание и даже тело просто своим маленьким вмешательством? Как часто кто-то влюбляется, не сразу понимая, что проглотил этот пирог эйфории, содержащий в себе бесчисленное количество оттенков сладости и аромата? Возможно, этого не происходило ни с кем, до этого момента… Сон закрыла глаза, сконцентрировавшись, представив себе определённый образ. Она и не заметила, как её тело само начало всё делать. Одна нога вытянулась, отступив назад, вторая перенесла на себя весь вес, согнувшись. Спина образовала невероятный изгиб, подобный изгибу кошки, а руки, сложившись вместе, потянулись вверх. Поза моментально сменилась после пируэта в прыжке, Чеён закружилась, остановившись на скрещённых носочках. Ладонь понеслась вправо, затем превратилась в волну, превратив в эту же волну всё остальное тело. Гибкость, о которой раньше никто не знал, профессионализм, который никто не замечал. Но всё ли так хорошо, как кажется? — Ченг? — Лицо Сочон из восхищённого превратилось в испуганное. — Эй, Чеён! — Ч-что… — Мина несколько секунд забыла, что вообще существует. Сон упала, потеряв сознание.