Это Ада десятый круг

POW Хазан Месяц спустя. — Я так рада, Эдже! Это же так здорово! Девочка! Ты уже думала о имени? — Мы заходим в мою старую квартиру в Плазе. Точнее, в нашу новую. Эдже все-таки развелась с Хазымом, подписав вчера оставшиеся документы. Сестра очень изменилась: стала более тихой, мало разговаривает даже со мной, не говоря уже о других. Мама осталась работать в особняке, иногда приходя к нам в гости, но наши отношения очень натянуты. После того, как меня выписали, я решила переехать обратно в свою квартиру, забрав и сестру из больницы с собой. Она упрямилась, хотела найти себе маленькую квартирку, но я все же настояла. Как я могу ее бросить? Бросить родную сестру, тем более беременную? — Нет, но думаю ты мне в этом поможешь. — Говорит Эдже, снимая пальто. — Сообщить маме? — Если хочешь. — Шепчу я, двигаясь на кухню. Вспоминаю разговор в больнице, невольно закусывая внутреннюю сторону щеки. Нет, она не отказалась от меня. Но не поняла. Не смогла понять, что я чувствую к Ягызу, не смогла принять, как и Хазым. Я знаю, что Фарах отправили в частную больницу в Америке, так как я не заявила на нее в полицию. Синана я не видела уже где-то месяц, что очень хорошо. Достаю из сумки снимок УЗИ, проводя пальцами по маленькому комочку на фото. — Ты будешь самой счастливой малышкой. — Шепчу я, рассматривая уже видимые ножки и ручки ребенка. Ставлю фото в маленькую рамочку, предварительно купленную мною. Двигаюсь к маленькому столику, возле входа в спальню и ставлю фото. — Да, все хорошо. И с ребенком тоже, мама. Это девочка. — Приглушенно слышу голос Эдже из комнаты. Наверняка, мама скажет Хазыму, и тот, возможно, уже сегодня будет под нашей дверью. Он часто заходит к нам, проведывая Эдже, а я успеваю ретироваться в квартиру Ягыза, до того, как он спросит что-то у меня. Слышу тихий стук в дверь, сразу же понимая, кто за ней. Только Ягыз так стучит. — Заходи, мы как раз только пришли. — Говорю я, целуя Ягыза. Он притягивает меня ближе к себе, обвивая талию руками. — Сегодня утром была твоя последняя процедура? — Спрашивает Ягыз, закрывая за собой дверь. Двигаюсь на кухню вместе с Ягызом. — Да, анализы в норме. Через неделю будут повторные и все. — Говорю я, доставая из холодильника продукты. — Отлично. — Говорит Ягыз, как я слышу голос Эдже. — Когда ты успела? — Говорит она, заходя на кухню с рамкой в руках. — Ягыз? Привет. — Говорит она, улыбаясь. — Привет. Были на УЗИ? — Спрашивает он. — Да, ждем девочку. — Говорит она, протягивая рамку Ягызу. Тот внимательно рассматривает ее, невесомо проводя рукой по изображению. Улыбаюсь этой картине, держа в руках пакет с фруктами. — Уже такая большая. — Шепчет Ягыз. — Как-никак шестой месяц. Вы должны будете выполнить одну мою просьбу. — Серьёзно говорит Эдже. — Какую? — Спрашиваем мы одновременно. — Я тоже хочу стать тетей, сроку вам на это 2 года, не больше. Понятно? — Говорит Эдже, а я роняю пакет с фруктами, так что все они высыпаются на пол. Большое яблоко падает прямо на ногу Ягыза, а я зажмуриваясь. — Эдже! — Шиплю я, кидая взгляд на Ягыза. Тот, поднимает фрукты, ухмыляясь, но все же потирая ногу. — Что вы так реагируете? Вы же не фрукты ночью собираете, так что я вас предупредила. — Говорит она, покидая комнату, но перед этим вижу ее довольное лицо. — Почему, когда ты приходишь, то она всегда выдает что-то странное? — Спрашиваю я, тщательно вымывая фрукты. — Не вижу ничего странного в этом. Она ведь права. — Говорит Ягыз, поправляя волосы. Его глаза горят странным огнем, поэтому я выключаю воду, вытирая руки. — Странно то, что она так обыденно об этом говорит, да и еще при тебе. — Говорю я. — Хазан, она же знает. — Я перебиваю Ягыза, закрывая руками его рот. — Нет. Нет. И нет. Мы не будет это обсуждать. Не заставляй меня еще больше краснеть. — Говорю я, наблюдая за Ягызом, который смеётся, убирая мои руки. Поворачивает меня спиной к себе, шепча на ухо: — Думаешь, она не слышит, как ты уходишь ночью и приходишь утром. — Ягыз! Перестань! — Бью ладошкой по его плечу, когда он начинает убегать в другую комнату. Бегу за ним, как слышу звонок в дверь. — Я открою. — Говорю я, останавливая Эдже. Передо мной стоит молодой человек, протягивая конверт. — Это вам, госпожа Хазан. — Говорит он, разворачиваясь. — Подождите, а кто отправитель? — Еще раз осматриваю конверт, так и не обнаруживая даже имени. — Вы все поймете, госпожа. Удачного вам дня. — Говорит парень, улыбаясь. Закрываю дверь, прощупывая конверт. Внутри явно письмо. — Откроешь? — Спрашивает Ягыз, сидя на диване рядом с Эдже. Та смотрит на меня встревоженным взглядом. Осторожно открываю конверт, обнаруживая внутри и правда письмо. Руки немного трясутся, когда я разворачиваю его. «Хазан, я знаю, что ты сейчас ненавидишь меня, и я уже смирился с этим, хоть это было и сложно. Знаю, что мне нет оправдания и, что, возможно, эта идея с письмом была не самой лучшей, но уже поздно что-то менять. Я — трус, ведь не смог найти в себе силы, чтобы сказать это вживую. Моему поступку вряд ли найдется оправдание, но, поверь мне, я правда очень сожалею. Тогда, придумывая план по избавлению от тебя вместе с Фарах, я даже подумать не мог, к каким последствиям все это приведет. Я был зол, ужасно зол, поэтому не видел другого выхода. Но сейчас, когда я трезво оценил ситуацию, то понимаю всю свою вину. Ну как трезво — сейчас рядом со мной валяется бутылка мартини, но только так я смог найти в себе смелость написать это в письме. Я желаю тебе найти счастье и любовь, но, как я понял, ты уже нашла того самого. Ты принесла в мою жизнь много ярких красок, смогла изменить меня в лучшую сторону, но сейчас я снова пошел по наклонной. Но я обещаю, что постараюсь все исправить. Передай брату, что я сожалею о выходке с Фарах. Я скоро уезжаю работать в другой город, поэтому увидимся мы не скоро, что, наверное, будет лучше для всех нас. Знай, я уезжаю не из-за тебя, а чтобы наконец найти себя, поэтому не стоит думать обратное.» Синан. Облокачиваюсь на тумбу, опуская руку. Ком в горле не дает сказать слово с первого раза, поэтому мне приходится сглотнуть. — Письмо от Синана. — Шепчу я, моргая несколько раз. Ягыз смотрит с опаской, протягивая ко мне руку. Передаю письмо, располагаясь на диване рядом с ним. Эдже тихо покидает нас. Проходит где-то пару минут, когда Ягыз кладет письмо на стол, задумчиво наблюдая за заходом солнца. — Надеюсь, что этот переезд пойдет ему на пользу. — Шепчу я, не зная, что еще сказать. — Надеюсь. — Шепчет Ягыз, вдруг поворачиваясь ко мне. — Ты же не расстроилась из-за письма? — Нет, просто какой-то неприятный осадок. — Говорю я, облокачиваясь на плечо Ягыза. — Я рад, что он связался с тобой, попросил прощения, хоть и таким способом. — Чувствую, как Ягыз перебирает мои волосы. Тут из комнаты выходит Эдже. — Хазан. — Шепчет она. Я оборачиваюсь вместе с Ягызом, встречаясь с тревожным взглядом сестры. — Что случилось? Эдже? — Я встаю с дивана. — У нас есть киви? Я хочу киви. — Говорит она, переминаясь с ноги на ногу. Я смотрю на нее взглядом «Ты сейчас серьезно?» — Я думала, что что-то случилось. — Облегчение накатывает на меня, как Эдже возмущенно говорит: — Конечно случилось! Я ужасно хочу киви! И вообще, Ягыз, почему ты смеешься? — Она подходит к нам ближе. Он поднимает руки, продолжая смеяться. — Эдже, он просто вдруг захотел сходить в супермаркет, да, милый? — Двигаю Ягыза локтем в бок. — Да, да, все иду. — Он испускает еще один смешок. — Эдже? — Закрывает рот кулаком. — Обещаю, я врежу тебе, Ягыз. Перестань уже! — Говорит она предупреждающе. — Я просто хотел спросить сколько брать. — Его грудная клетка сотрясается и он выдает. — Сколько килограммов? Эдже начинает надвигаться на него. — Ну все. — Шепчет она. Ягыз выбегает из квартиры, а я падаю на диван, пытаясь вспомнить какую-то грустную историю, чтобы перестать сотрясаться от смеха, пока Эдже занята мыслями о своем «киви».