Сторибрук слезам не верит, Сторибрук верит только фанфикам!

Женщины вышли из мэрии и оказались на милой лесной полянке. Невдалеке стоял домик гнома. Сам гном вместе с супругой о чем-то напряженно разговаривали с двумя дамами у входа в сад. Волосы одной были темными и прямыми, у другой были милые темно-русые кудри и наивные широко распахнутые серые глаза. - Кто все эти люди? - спросила Регина, осматривая четверых собеседников. - И что они делают в нашей истории? - Я.. - Эмма сделала недоуменное лицо. - Не знаю. Наконец, на горизонте показалась Регина, с сердитым выражением лица, направлявшаяся к группе незнакомцев. На некотором расстоянии вслед за ней плелась Эмма, окидывая то радостным, то печальным взглядом стоящие вокруг высокие деревья. - Что с нами? - испуганно спросила мадам мэр, переводя взгляд то на свою копию, то на двойника Свон. Эмма успела только пожать плечами. А затем произошло следующее: как только Регина приблизилась к группе во главе с гномом, темноволосая незнакомка стала открыто и недвусмысленно флиртовать с ней. Мадам мэр и шериф недоуменно переглянулись. - Мисс Свон, неужели вы позволите ей приставать ко мне? - спросила Регина с явным возмущением. Эмма приподняла бровь, удивленная вопросом, а самое главное решимостью королевы хранить верность только ей, и, глубоко вздохнув, направилась к группе людей. - Отойдите! Отойдите от неё! - махая рукой, обратилась шериф к темноволосой красавице. - Не про тебя яблонька цвела. - А про кого? - удивленно спросила женщина, чьи глаза были карими, с таящейся в глубине насмешкой. - Вон видишь ту блондиночку, немного не в себе, - указала Эмма в сторону приближавшейся к ним Свон. - Не волнуйся, дорогая, - незнакомка ласково тронула Эмму за руку. - Я меня свой пейринг. - Свой что? - переспросила шериф. Но ответа не последовало. Вместо него местность вновь поменялась. - Когда все это кончится? - застонала Регина, когда увидела, куда они попали. С одной стороны Спаситель и Злая Королева собирались на бал, причем Королева вела себя как-то настороженно. С другой стороны мадам мэр откачивала на кладбище распростертую на земле блондинку, которая при падении ударилась головой о камень. Регина переводила взгляд с одной сцены на другую, и, наконец, раздраженно выпалила: - У меня от вас уже в глазах рябит, шериф! - А у меня от вас нет, - мечтательно сказала Эмма, вся замерев, когда в сцене на кладбище мадам мэр заботливо обихаживала раненную Свон. Но под пристальным возмущенным взглядом Регины блондинке пришлось согласиться: - Обычно меня несколько меньше. Затем королева приобрела численное преимущество в количестве присутствующих в видении Регин за счет двух брюнеток, появившихся на крыльце особняка мэра. - Подождите, - пробормотала Эмма, изумленно глядя на Регину, которая была лет на десять моложе той женщины, которую шериф знала. - Это вы в молодости? - Не вы же, - недовольно произнесла мэр, окидывая свою молодую копию удивленным взглядом. Взрослая Регина вдруг схватила появившуюся рядом Снежку за сердце и покрутила его в груди у принцессы. А молодая Регина произнесла в ответ на это, ободряюще сжав руку своей приемной дочери: - Я не знаю, что с нами произошло, но сейчас передо мной та, которой я стать никогда не хотела. Эмма с восхищением в глазах смотрела на молодую Регину и поначалу не могла вымолвить ни слова от потрясения. Чуть придя в себя, блондинка все же произнесла: - Так вот ты какой, цветочек аленький... Затем Эмма уставилась на свою Регину: - Ты не хотела стать такой? Ты хотела остаться доброй? Мадам мэр с досадой отвернулась от шерифа. Но блондинка успела заметить, как королева украдкой смахнула слезу. - Регина, - позвала Свон. Так как королева не отвечала, шериф подошла ближе и обняла женщину за талию, прижимаясь к содрогающейся от плача спине. Мэр на удивление не стала вырываться, продолжая сдавленно всхлипывать. И тут, как по мановению волшебной палочки, перед ними вдруг возникла прекрасная конопляная поляна. А на поляне Эмма Свон опускалась перед Злой королевой на одно колено, протягивая Регине бархатную коробочку с колечком. Шериф почувствовала, как королева в её руках расслабилась. Брюнетка теперь только прерывисто вздыхала, не отрывая взгляда от происходящего на поляне. - Какой замечательный фанфик! - прошептала Регина. Затем решительно повернулась к шерифу и спросила, - Почему вы еще ни разу не сделали мне предложение, мисс Свон? Эмма опешила, часто моргая. - Я вам уже столько детей родила, а вы только сегодня делаете мне предложение? - не на шутку разошлась брюнетка. - И то! Лишь в моем воображении? Что вы за человек такой, шериф? Как вам не стыдно? Сейчас же исправьтесь! Делать было нечего. Но едва Эмма собралась опуститься перед Региной на одно колено, как их тряхнуло, и они оказались в салоне самолета, в кабинке туалета. - Что здесь происходит? - каменным тоном спросила Свон, наблюдая за недвусмысленными поползновениями одной пожилой женщины в отношении Злой Королевы. - Кто эта мадам? И почему она к вам все время пристает? «Не только ко мне», - хотела возразить Регина, но вместо этого сказала: - А что, мисс Свон, кроме вас ко мне уже и поприставать никому нельзя? - Да. Я привыкла, что у меня на вас монополия! – уверенно заявила блондинка. - Монополии запрещены в Соединенных Штатах, - заметила мадам мэр, насмешливо глядя на шерифа. - Хорошо, я буду делить вас с Генри и с кучей детей, которые, похоже, у нас появятся, - решительно ответила Эмма. - Никто вас за язык не тянул, мисс Свон. Попробуйте теперь отвертеться! Они вышли из туалета и сели на свободные кресла. Экраны перед ними замерцали, подавая признаки жизни. - Кто на этот раз? – вздохнула Регина, приготовившись увидеть новую надпись. - «Шерифу – по тарифу», - прочла Эмма выплывающие на экране буквы. – Да как он смеет? – тут же возмутилась блондинка. - У нас с вами высокие отношения! - Выше некуда, - скептически заметила мадам мэр, глядя, на каком почтительном расстоянии все время держится от неё Эмма. – Хоть за руку меня возьмите что ли. - А можно? – обрадовалась блондинка. - Это королевский приказ. Свон сглотнула и медленно потянулась к руке Регины, которую брюнетка опустила на подлокотник кресла. Могла ли она подумать еще два дня назад, что жизнь повернется к ней новой неизведанной стороной, и женщина, бывшая её самым главным противником, женщина, бывшая самой большой угрозой, вдруг станет ей так дорога, что необходимость взять её за руку окажется сильнее страха на месте быть стертой в порошок. - Смелее, шериф. А то наши дети так и останутся выдумкой, - подбодрила блондинку королева.