Параллельная реальность

      Говорят, что самое худшее — это когда ты должен ждать и ничего не можешь сделать. Но это неправда. Ещё хуже когда ты должен что-то сделать, а ты сидишь и ждёшь…

***

      Аленгер, не открывая глаз, протянул руку и нащупал бутылку. Сделав глоток красного, согревающего и исцеляющего душу вина, Аленгер сел. Он снехотя открыл глаза и вдохнул запах вечернего воздуха, на крыше было прохладно. Он посмотрел вдаль: шестиэтажные дома на фона заходящего солнца казались прамоугольными деревьями, деревья — людьми, люди — мурашками. Стоит лишь посмотреть с другой точки зрения — и все меняется. Величественное стает менее величественными, среднее приобретает меньшее значение, чем среднее, а ничтожное — стает ещё ничтожней… Взгляд Аленнера упал на четырёхэтажное чернеющее здание. Ещё 10 часов назад он должен был там защитить дипломную работу, а через несколько дней — получить красный диплом инженера высшего степеня. Этот день Аленгер планировал весь год. Это казалось таким точным неминуемым собитием, что на него ничего не должно было повлеять. Но иногда даже такие события могут пойти не по плану…       Аленгер снял с себя одеяло и укрыл спящего рядом Флинна. Он убрал с лица парня светлые пряди, что были спутанны. Студент посмотрел на это бесящее, но в тоже время такое родное лицо. Закрытые глаза, выразительные скулы, острый нос и припухлые губы, на которых виднелись шрамы любви. — Любуешься тем, во что меня превратил? Бессовестный, — блондин слегка приоткрыл глаза. — Думаю, ты вполне заслуживаешь наказание. Аленгер хотел было хмыкнуть, но язык Флинна, нагло врывающийся в его личное пространство, помешал… — Будешь знать, как соблазнять людей, — парень потянулся за вином. — Сам виноват, — Аленгер взял подушку и кинул её, выбив из рук Флинна бутылку алкоголя, которую парень только что приложил к устам. Жидкость разлилась на одеяло, лицо и тело парня, а его светлоруссые волосы местами стали розовыми.       От выражения лица сожителя, с которого наконец-то сошла хитрая ухмылка, Аленгеру стало очень смешно, и его лицо расплылось в победной улыбке. — Неблагодарный, — пробурчал Флинн и начал слизывать остатки вина со своего тела.