Кризализм

— «Девятый» такой горячий, — Тео говорит шепотом, будто боится, что его услышат. — Но не настолько горячий, как «тридцать второй», — так же тихо проговорила Тара и выхватила из рук Тео шоколадку. Нормальные Некоторые люди любят смотреть кино, но у семьи Рэйкенов уже в традицию вошло наблюдение за тренировкой команды по лакроссу. Вместо удобных кресел лавочки болельщиков под деревом, чтобы их никто не увидел; вместо 3D очков у Тео есть очки, чтобы видеть дальше своего носа. А вместо попкорна — шоколад, купленный в школьной столовой. — Это так неуважительно. Они нас впритык не замечают, хотя списывают на каждой контрольной, — Тара говорит так, будто это ей не хватает общения со сверстниками, а не Тео. Ведь на самом деле Тара может подойти к кому угодно и легко начать разговор, когда Тео даже с продавцом без заикания поговорить не может. Знала бы Тара, каких трудов далась Тео покупка шоколадки, которую она сейчас ест. — С нашей стороны это тоже неуважительно. В смысле … Ну, знаешь, мы называем их по номерам на их футболках, — его сестра ухмыльнулась и встала со своего места. — Еще мы поступим неуважительно, если опоздаем на физику, — как только слова Тары долетели до головы Тео, он, чуть не падая, подскочил на ноги. — Я совсем забыл. — Засмотрелся?

***

Тео любит физику, но сейчас в его голове только улыбка «девятого», когда тот закинул мяч в ворота. Потом он сказал что-то вроде: «Учитесь, пока я жив», а потом «тридцать второй» забил мяч с разворота и сказал: «Иногда ты забываешь кто научил тебя». — Тео, подойди ко мне, — Мистер Робинсон обожает Рейкена, ведь Тео лучше всех в классе знает физику, — Ты можешь подтянуть Лиама Данбара по физике? Тео улыбается своему учителю, будто знает, о ком идет речь. Но сейчас в голове Рэйкена только бегущая строка, состоящая из бесконечного «Кто это? Лиам? Кто это? Данбар?». Парень перебирает в своей голове список людей с именем, которое начинается на «Л», но Лиама там не находит. — Конечно, мистер Робинсон.

***

Уже после уроков Тео сидит в кабинете физики и ожидает Лиама. Рэйкен так и не разузнал, кто этот загадочный Данбар. Не то чтобы он стеснялся спросить у кого-нибудь, просто было что-то завораживающее в том, чтобы только сейчас узнать, кто это. Некий сюрприз. Честно. И сейчас он перебирает в голове все лица, которые когда-либо видел в школе, чтобы сравнить с тем, которое увидит. Наконец, спустя полчаса после назначенного времени, дверь в кабинет открылась и в класс зашел «девятый». Его волосы немного растрепаны, видимо, после тренировки, а широкие плечи обтянуты черной футболкой. На секунду Тео подумал, что он перепутал дверь или еще что, но потом девятый начал говорить. — Ты — Рэйкен? — Д-да. — Я Лиам. «Девятый» … простите…Лиам начал пристально смотреть в глаза Тео, от чего тот немного поежился. Для Рейкена это непривычно. Он смотрел в глаза Лиама и думал, что когда люди общаются, всегда неотрывно смотрят друг другу в глаза. Тео считает это пугающим. Но Лиам просто ждал, что Тео скажет что-то. — А твое имя? — наконец сказал Лиам. — А, да… Т-тео, меня Тео зовут. Лиам по-доброму улыбнулся и сел на соседний стул. У Т-тео есть одна плохая привычка — он забывает слова, когда находится в окружение любых красивых людей. А Лиам как раз подходит под это описание. Рэйкену часто кажется, что Вселенная над ним подшучивает. Или она просто дарит шансы? Всё, как в фильмах, которые Тара любит пересказывать по сто раз на день. Вот только в этом фильме, который называется «жизнь», Тео не такой уж смелый, чтобы воспользоваться этим шансом. И от этого становится грустно. — Что-то случилось? Черт. Кажется Лиам заметил, что его пристально рассматривают. — Нет. Все хорошо. Нет. Давай решим эту задачу? — Тео наугад указал в книгу. Парень за соседним стулом издал тихий смешок и улыбнулся, поднимая глаза на Рейкена. — Прочитай, что там написано, — попросил Лиам. Рейкен нехотя перевел свой взгляд с лица парня на книгу. — Натуральный логарифм ln a, где основанием является число Эйлера…* — процитировал книгу Тео и его мозг немного заклинило, — Это не похоже на задачу по физике. — Ага, — ответил Лиам, — Наверное, потому что это — примеры по алгебре. Почему люди все еще не изобрели порталы, с помощью которых Тео мог бы сейчас исчезнуть и перестать позориться? Это облегчило бы жизнь многих. Тео ведь не один такой? — Эм, зачем ты достал книгу по алгебре? — Тео все еще не может понять, что происходит. — Это ты ее достал. — Как я мог достать твою книгу по алгебре? — Ты достал свою книгу по алгебре, — мягко, будто обращаясь к ребенку, проговорил Лиам, а после ласково улыбнулся. После этого урока Тео по дороге домой будет развешивать объявления с надписью: «Ищу человека, который научит меня думать и перестать задавать тупые вопросы. Спасите мою жизнь — Звоните». Но Лиаму это, кажется, нравится. Ведь на его лице расцвела улыбка, которая говорит: «Ты очень сильно тупишь. Это мило. Продолжай». Тео неуклюже положил свою книгу по алгебре в рюкзак, перед этим он, конечно, два раза промахнулся мимо нужного отсека. В первый раз он удержал книгу, а вот во второй она с грохотом упала на пол. Тео закатил глаза, проклиная эту чертову книгу, но все же поднял ее. — Ну так… Физика, — Рейкен мысленно ударил себя по лбу.

***

Тео идет по улице, думая о том, что судьба — не такая уж и выдумка. Ведь это она нашептала на ушко мистеру Робинсону, что именно Рейкен должен подтянуть Лиама по физике. Это судьба понизила оценки Лиаму и повысила их для Тео. «Ага», — шепчет ехидный голос в голове Тео, — «Именно судьба заставила тебя достать ту злополучную книгу по алгебре и упрекнуть Лиама в том, что это — его книга. А потом еще и уронить ее разочек. Эх, судьба-судьбинушка.» Но Рэйкен благополучно затыкает этот голос новыми размышлениями о «судьбе-судьбинушке» и продолжает свой путь домой. Как только Тео вернулся домой, Тара подошла с расспросами в стиле: «Тебе хоть заплатят за то, что ты выполняешь работу учителей?» — Я бы и сам за такое заплатил. — В смысле? — Я учу Лиама Данбара, — Тара лишь приподняла брови, в ожидании продолжения. Тогда Тео пояснил, — «Девятого» Глаза сестры вмиг стали по пять копеек. Долгие две секунды она набирает в лёгкие воздух, чтобы потом высыпать на Тео кучу вопросов. — И как все прошло? Он вблизи так же горяч? Или в нем все же есть изъяны? Но я все ещё готова спорить, что «Тридцать второй» горячее! —На самом деле я даже не знаю, зачем меня попросили его подтянуть. Он пару раз сам меня исправил. — Я думала, ты слишком гениален для того, чтобы тебя кто-то исправил. Тем более по физике. — В моей голове все перемешалось из-за того, что он сидел слишком близко. — Насколько близко? — брови Тары пару раз подпрыгнули, как бы намекая на что-то. — Мы сидели за одной партой. И каждый раз, когда я указывал на что-то в книге, наши плечи соприкасались. — Я надеюсь, ты не убирал руку с книги. — Так и было, — Щеки Тео покраснели от проницательности сестры, на что она лишь посмеялась. — И как часто будут проходить ваши «свидания»? — Тара указала в воздухе кавычки, но Тео все равно поспешил начать это отрицать. — Наши несвидания будут каждый день после уроков. Одну неделю. — Ну, за неделю много чего может случиться… Тара просто обожает смущать Тео. Это ещё одна традиция их семьи. Наблюдать за тренировками самых горячих (по их мнению) парней в мире и смущать друг друга по этому поводу. И они, кстати говоря, совсем не странные.