***
Итак, немножко по полочкам разберём пейринги, окей? Чонгук /Тэхён Познакомились парни очень тупо, Чонгук шёл по улице и на него с окна почти упал горшок с цветами, но Тоха вовремя заметил и предотвратил бомбардировку (Чон Чонгук, а поджигать-то снаряд зачем было, с батей за пульт от телика не навоевался?). Они сразу друг другу приглянулись и решили подружиться. — О, ты из ЮуЭй? Я туда поступать собираюсь! — Так и беги подальше от этого места, собака!*В разгаре поцелуя* Т: Чёрт, Чонгук, ты горяч! Ч: Всё потому, что я глотнул бензина~
Чонгук носит с собой термос с надписью «хаха, ты думаешь, что там чай, а там ВИНИШКО», но это тройной обман, ибо там горючее… И самое важное — «Из твоего рта прёт ГАЗПРОМОМ!» Юнги /Чимин Никто точно не знает, как парни познакомились и сейчас у них тот самый переходной момент, когда они осознают чувства друг к другу. Юнги и Чимин идут в кофейную и Юнги каждый раз создаёт горсть сахара, засыпает это в кофе Чимину и с ехидной улыбочкой ставит чашку на стол. «Пасан, ты чё, к о р о л е в у недооцениваешь?» И каждый раз парень напротив офигевшего Мина опустошает с удовольствием чашку, мило облизнувшись. Юнги не понимает, как это можно пить. Но Чимин то… Чимину надо весь набирать, что бы он мог превращаться в каких-нибудь там оленей, а то всё собаки да кошечки всякие, птички обломинго и немало важные папугеи. Иногда Чимину на столько плохо, что Юнги его балует, давая пососать свой палец, ибо он как леденец высшего сорта и любой уважающий себя сладкоежка никогда не откажется от такого деликатеса. И всё же инцеденты с « ТЫ чуть не откусил мне РУКУ, пёс!» имели место быть. И глаза Шуги горели от злости, но невинная влага в глазах собачки Чимини перед собой всё властно тушила, от чего Юнги было иногда не по себе. — Бубубу, слишком много он себе позволяет… — куда-то в сторонку шепчет Юнги в надежде, что Пак его не слышал, а он слышит. Прекрасно всё слышит. Намджун /Сокджин Они знакомы давно, ещё со средней школы и часто проводили время в общей компании. И если Джин уже признал для себя, что у него на нерадивого друга что-то неприятно тянет в штанах, то Намджун был просто слепым или на подсознательном уровне уже выточил себе «Я не педераст, господибожемой!», но где-то на закорках его внутреннего мира была милая копия самого себя с радужным флагом и плакатом «Im gay for Ким Сокджин». Иногда эти копии непонятным образом плодятся, появляются сокджины, их с Сокджином дети и это перерастает в чёртов митинг. Но нет, пацаны, я натурал и постарюсь ещё побыть на безопасной стороне этого общества. Намджун бегал целый день за Сокджином по академии с криками «ДЖИН, ДАЙ СВОИ ТРУСЫ!», ибо он нанялся на подработку переводчиком с китайского, а одна китаянка с форума отказалась всё-таки отдать ему свою бельевую реликвию. — ТЫ ЧЁРТОВ МУДАК, НАМДЖУН! — Вопли бедного Джина разносились по всем коридорам. — ЧЁРТ, ДА ОТДАЙ УЖЕ ИХ!!! — Парень кричал просто от безысходности, но это ничуть не гармонировало с тем обликом зверюги, которая летела между классов за бедным парнем и оставляла за собой завесы пыли. В итоге Намджун пришёл к Тэхёну, весь запыхавшийся и попросил за символическую плату с фотками Чонгука спиздить боксеры одного китайца в его районе. И вот они с Тохой прилетели на крышу дома (Намджун чувствовал себя очень уверенно, скомкав в руках край толстовки Ви, хотя сам того не понимая, поддерживал себя способностью Тэхёна через одежду) и они совместными усилиями (Ви пытался вытащить труселя из сушки, а Намджун вилял перед блондином заветным конвертиком с фотками) пытались что-то сделать, хотя в итоге даже так не смогли достать нужное, ибо их заметил охреневший сосед, возвращавшийся домой, а тут его бедные трусы нечестиво воруют. В итоге Джун пришёл домой без профита и с потерями (Тэхён выгрыз зубами чёртов конверт), хотел было уже разреветься от досады, но заметил, что на окне лежит коробка, в которых покоятся розовые боксеры Сокджина с подписью «Не возвращай, больной ублюдок». И Джун улыбался, так искренне, что ямочки на его щеках явно всполошились и отправили сигнал мозгу с коротким «радуга», от чего парня слегка пошатнуло. Незабываемое выражение лица его матери, когда она в тот момент вернулась домой и увидела сиреневую коробку с чёртовым розовым бельём в руках сына, наверное, запомнилось ему на всю жизнь… Мир не достоин шипперить Хосока с людьми. Разве что с божественной сущностью. У меня всё.