Цвет пасмурной погоды

      Погода бушевала. Силы ливня хватало, чтобы прибивать молодые деревья к земле, ветер же гнул стойкие и крепкие, от которых со временем раздавался треск ломающихся ветвей. Вода стекала с крытой повозки ручьями, проникала внутрь через редкие отверстия и мочила путников, столкнувшихся с непогодой. Впрочем, из четверых людей двое уже были полностью промокшие, и стянутая впопыхах верхняя одежда не спасала их от стука собственных зубов и мурашек по коже, пробирающих до костей.       — Как же вас так угораздило… — седовласый старик, он же владелец повозки и тот, кто пустил несчастных магов под защиту от непогоды, причитал и охал, поглядывая на парочку. Мальчишка в углу хмуро поглядывал на незнакомцев, не спеша знакомиться; пшеничные волосы были подмочены, как и летняя рубашка.       Макбет нервно усмехнулся. Джерар устало облокотился на стену, опираясь на одно колено рукой.       — Мы решили, что дойти до Норуга пешком — неплохая идея, — мысль об этом принадлежала изначально Фернандесу, но когда они получше изучили местную карту, то этим уже заинтересовался и Макбет. По пути в соседний город от гильдии «Саблезубых», находилось одно из мест силы магии, что обоим показалось весьма занятным.       — Ха! Сразу видно — не местные! — старик засмеялся, тихо пофыркивая при этом. —Ты только погляди на них, Ирон: пришли в лес Лабиринтов, а сами ничего о нём и не слышали, — мальчик кивнул, губами говоря «дураки».       — Но мы не сбивались с главной дороги… — Джерар не понял, что имел в виду старик, — и можно узнать, кому мы обязаны спасением от этого дождя?       — Можете звать меня Сэдос, но, юноша, уверены ли вы в своих словах? — взгляд лукавых карих глаз заставлял задуматься о сказанном, но по-прежнему никаких идей, отчего они, идя по прямой, оказались в лесу, не было.       — Всё точно, — Макбет перехватил разговор, — мы не сбивались с пути. И карта… — он задумчиво прикусил губу, опустив взгляд в пол. Единственное, что ему казалось странным, так это ливень, прошедший словно из ниоткуда. На небе в это время не было ни единого облака, а когда он попытался укрыть их магией от дождя, то капли слишком легко отступили. И это при их силе, укладывающей деревья наземь.       — Дождь, всё из-за него? — Брейн поднял взгляд на Сэдоса. Тот улыбнулся, кивая.       — Понимаете ли, в наших краях легко заблудиться, так что на пару пропавших магов обычно и внимания не обращают, — и видя непонимание в глазах и нарастающее напряжение, тут же добавил: — Моя дочь и её супруг недавно пропали.       — Что?..       — Да вот, не подумайте, что это мы опасны. Но дождь, он-то да… — старик растерял настроение и умолк. Ирон грозно сверкнул зелёными глазами, набирая воздух в лёгкие. Оба мага не понимали, что происходит. Макбет растерянно глянул на Джерара, но встретил такой же взгляд. Кольнуло лёгкое, но маг списал это на усталость.       — Родители слишком хорошо знали лес, не могли в нём потеряться, но в гильдии Норуга сказали — несчастный случай, и отказались нам помочь! Даже не пришли! А ведь даже я не потеряюсь, хоть и половину лабиринта не видел! Но найти дорогу домой… — выпалив это, он отвернулся. Фернандес нахмурился, слыша тихие всхлипы. Ливень снаружи хлестал повозку, не давая забыть людям, что они находятся в эпицентре ненастья.       — Да уж, в тот день стоял такой же ливень, хотя погода обычно не кусается, — старик обеспокоенно оглядел парочку незнакомцев. — Вы хоть и явно маги, но не откажитесь от нашей помощи. Кончится непогода — мы выведем вас отсюда, рисковать не к чему, — серьёзный тон, которым он сказал об этом, заставлял задуматься. Лес лабиринт — как сам Сэдос сказал в начале — сам собой предполагает, что выйти из него трудно. Но разве люди, живущие в нём с детства, не должны знать все дороги?       Брейн шумно вздохнул, машинально положив руку на ребра. Боль, казавшаяся незначительной, усилилась до слёз в глазах, дыхание перехватило.       — Макбет? — в глазах помутилось, всё тело разом напряглось, чтобы в следующий момент расслабиться.       — Ох, парень… Как же так… — маг иллюзий не слышал причитаний, не видел того, как к нему в лёгкой панике приблизился Джерар, не давая безвольно упасть вниз и подхватывая, чтобы осторожно уложить к себе на колени. Макбет спокойно погружался в мир небытия, где всё было приятным и мягким. Крупные капли дождя, бьющие снаружи, словно под гипнозом погружали его сознание всё глубже в непроглядную морскую бездну, конца которой он не видел.       Смотреть издалека на остров, где он провёл так много лет в заточении, было непривычно. Крутые волны с огромной силой разбивались о скалистые берега тысячами брызг, а Миднайт не мог понять, почему так больно расставаться с местом, что являлось его тюрьмой. Его не волновала будоражащая кровь буря, начинающая зарождаться во всём происходившем хаосе вокруг, как и не волновали крики Ангела об опасности, когда он стоит в одиночестве на палубе корабля в эту непогоду. Все мысли, что были у него в голове, оставались направлены в одном единственном направлении: Фернандес выбрал смерть.       Ему морально и физически больно было признавать тот факт, что маг, примеру которого он хотел следовать после того, как Брейн их познакомил, оказался настолько глуп, что позволил девчонке завладеть собственным разумом.       Почему так случилось? Что она могла дать ему, уже могущественному магу? Или его разум был закрыт с их самой первой встречи и всё, что было после, является только иллюзией, построенной опытным кукловодом?       От ненависти к Джерару, самому себе и бессилию, что он испытывал, хотелось кричать. Непогода будто отражала его внутреннее состояние: серые тучи полностью заволокли небо, разрываясь грохотом и молниями; желание ещё раз силой попробовать вправить заносчивому магу мозги навязчивой идеей маячило в голове, однако учитывая опыт первой попытки Миднайт понимал, что у него ничего не выйдет.       Грудь всё сильнее сжимала боль, маг ощущал панику, подкрадывающуюся откуда-то сзади, и не мог объяснить своё состояние. Чего он боится?..       Боя с ним. Очередная девушка, только теперь из светлой гильдии и — о боже! — несмотря на все поступки Фернандеса, она явно к нему не равнодушна. Не даёт возлюбленному даже встать для сражения, в тот же момент настолько мила и заботлива, что противно смотреть.       Чего она от него, тёмного мага, ждёт? У Миднайта приказ убить всех, кто встанет на пути; неужели сложно понять, что единственный выход для всей этой светлой оравы — бегство? По нему не скажешь, но предательство Хотея не оставило его равнодушным. Пускай тот сделал это под влиянием магии, но!.. Раздумья о поступке товарища заводили его совсем не к тому, на чём он должен был фокусировать внимание.       Карие глаза удивлённо смотрели на него со смесью страха, когда он использовал магию на Джераре. Помнить имя девчонки из детства, как и то, что Макбет силён и опасен, — жестоко. Грудь сдавливает боль, а на лице отражается улыбка. Повернуть назад он больше не может. Это не стычка с парой светлых магов, он намеревается их убить. Его иллюзии сильны, он не может проиграть.       Но…       Почему в момент, когда клинок пронзил его, Миднайт испытал облегчение? Будто так и должно быть — человек без внятного будущего должен просто умереть, не оставив после себя ничего. У него ведь нет ни планов, ни надежд, ни желаний, несмотря на свободу от рабских кандалов. Хотя так ли он свободен? Для чего ему вообще эта жизнь? Завидует ли он Хотею или Джерару, что те отреклись от своих тёмных «я»?       На небе ни облака, но душу, как и когда-то давно, внутри разрывает буря эмоций, от которых трудно дышать. Или он перепутал их с болью от ран?       Широко раскрыв глаза, Макбет несколько секунд приходил в себя. Обрывки сна всё ещё стояли перед глазами, а сбившееся дыхание не желало приходить в норму. Ему часто снились подобные сны: порой подсознание выкидывало что-то абстрактное, а порой, как сейчас, воспоминания из прошлого, смешанные со знаниями, которые он получил уже после тех событий.       Это было ужасно. Просыпаясь, он понимал, что это лишь очередной сон, злая шутка собственного разума, основанная на очередных переживаниях, связанных с прошлым. Но во сне…       Наткнуться на внимательный взгляд зелёных глаз он не планировал, но пытаться скрыть своё состояние за неловкой улыбкой, решил попробовать, приподнимаясь на локтях.       — Сколько я проспал и… — оглядев быстрым взглядом простецкую обстановку, состоявшую из пары платяных шкафов, столика около окна с мальчишкой и кровать, в которой находился, Макбет замолчал. Маг понял, что это не Норуг, но какого чёрта…        Голова раскалывалась, отчего мужчина стиснул зубы до скрипа, чтобы не вскрикнуть, и аккуратно опустил голову на подушку.       — Вот и правильно, вам сейчас лучше лежать и приходить в себя, — Ирон оторвался от окна и взял со стола кувшин, наполняя из него высокий стакан. — Дед велел дать выпить вам настой, от него станет легче, — мальчик помог Макбету приподняться, одновременно заставляя полностью выпить всё содержимое стакана. Допивая, маг всё же закашлялся, не в силах залпом проглотить горьковато-вязкую жижу с терпким запахом. В его голове не появилось даже мысли о том, что это может быть.       Когда разум слегка прояснился от боли, Макбет вопросительно посмотрел на Ирона. Тот ответил ему хмурым взглядом, понимая, что от него хотят объяснений, но начинать что-то прояснять не хотел. В идеале, когда его просили присмотреть за ослабшим магом, дед обещал вернуться к пробуждению оного, но мальчик не чувствовал его присутствия ни дома, ни в окрестностях леса. Второй маг покинул дом вместе с Сэдосом, и получилось, что его оставили тут одного. Наедине с весьма странным человеком, у которого пусть и зажившие, но ужасающие шрамы поперёк груди.       Макбет прокашлялся — из-за настойки горло нещадно драло, но собрался с силами и сел, крепко хватая Ирона за руку, когда тот решил отшатнуться.       — Только два вопроса: что произошло и где сейчас Джерар? — маг внимательно смотрел мальчику в глаза, зная, что при таком положении у того нет выбора, кроме как ответить. Неправильно использовать магию на детях, но по-другому ему вряд ли удастся чего-то добиться, особенно видя страх в глазах напротив, отчаянно прятанный всё это время за отчуждённостью.       — Я… — голос Ирона дрогнул, но первое впечатление страха и неясности почему-то сменилось на уверенность, будто кто-то внушил ему, что бояться Брейна не стоит. Пускай глаза у того были алого цвета, напоминая пролитую кровь, то взгляд был усталый и участливый, словно ему было дело и до самого Ирона.       — Я не сильно понял, но со слов вашего товарища, когда вы шли под ливнем, то пытались укрыться магией… Но видимо, защита от влияния леса сработала лишь на нём, а вам вот досталось по полной, — мальчишка отвёл взгляд, а Макбет ослабил силу в руке, которой удерживал его, — а потом Сэдос что-то сказал, и они оба ушли из дома, попросив приглядеть меня за вами.       Макбет тяжело вздохнул, заранее осознавая, что Ирону сказать, куда они направились, ни Джерар, ни Сэдос не удосужились. Хотя, может оно и к лучшему.       — Спасибо, — мужчина растрепал мальчишке волосы, в надежде приободрить. Он бы тоже не был рад незнакомцу под боком в родном доме, когда собственный старик ушёл неизвестно куда. Подумав об этом, мага пошатнуло.       Через пару минут Ирон покинул комнату, уложив Макбета, провалившегося в глубокий сон, обратно на кровать, как раньше до него это сделал Джерар, когда они только вернулись в дом.