Герой с тысячью лиц

«Девушки теряют терпение, девушки не любят эгоистов. Девушки не верят в везение. С ними надо действовать быстро.»

      Придя домой и снова закрывшись на все замки, мы снова, не сговариваясь, отключили терминалы. — Я знаю, отчего ты не ревнуешь!       Улыбаясь и на ходу снимая с себя школьный пиджак, который был одет сверху ее платья, Юки зашла в комнату. — И отчего?       Чуть ли не мурлыкая и как кошка, выгибаясь, произнесла она. А затем, дойдя до кровати, села так, что её ножки свисали с кровати, а её белье было прекрасно мне видно. А затем еще и развела их. — Ох, все никак не привыкну, что ты вспомнила всё!       Видеть школьницу с такими невинными глазками, и заниматься таким с девушкой, которой не так давно исполнилось шестнадцать лет, но скоро будет семнадцать — это невообразимо интригует. Если не сказать больше. И не скрывая того, что он уже напряжен, я также быстро стал раздеваться, услышав её вопрос: — Тебе что-то не нравится?       Смотря на меня все такими же милыми наивными глазами, улыбаясь светлой улыбкой ангела, она начала себя ласкать. Пока не отодвигая трусики. — Нравится, но видеть, столь развратного ангела, выше моих сил! Но что главное, раньше, ты так на меня не действовала! — Я стала красивее?       Улыбаясь и поманив меня, она чуть сдвинула полоску ткани и всунула в себя свою руку, застонав. Работая сразу четырьмя пальцами в себе и упав на кровать, она все также с разведенными ногами, ждала видимо моего хода. — Ты стала скромной милой развратницей!       Сняв последнюю деталь своей одежды, а именно плавки, я навалился на нее, и только тогда, она убрала руку, чтобы в следующий миг мой член вошел в неё.       Начиная быстро двигаться в ней, я, держа её за бедра, как это не странно продолжал говорить: — Ты ведь знаешь, что люблю я, только тебя настолько сильно, что даже в новой жизни встретил тебя! Прекрасно знаешь.       И ей ничего не оставалось, кроме как стонать и соглашаться. Так было в прошлом, так будет и сейчас, а учитывая, как быстро мы оба заводимся друг от друга, любим, ценим — можно сказать, мы идеальная пара. И сделав ещё несколько движений в довольно быстром темпе, я стал вгонять его изо всех сил, ведь моя любимая была на грани. И её стоны разносились по всей комнате. И поэтому не прошло и минуты, как Юки вскрикнула, а затем мой член сжала её дырочка и я начал изливаться в неё.       Пришли в себя после обоюдного оргазма мы довольно быстро, но учитывая, как мало прошло времени, мы собирались продолжить. И быстро раздев её, сняв с неё все вещи, и аккуратно сложив их, я начал ласкать тело сестренки. Наслаждаясь её прекрасной грудью, целуя, поглаживая её, играясь с её сосочками, рукой я гладил у неё между ножек. Но в этот раз, не позволял ей сильно возбудиться, и стоило ей громче положенного застонать, как я прекращал. — А за то, что ты, любовь моя, сегодня меня шантажировала, я накажу тебя!       Её даже не надо было связывать. Хотя, возможно, эффект от таких моих ласк был бы иным, окажись она без возможности двигаться, но даже так, она послушно лежала, и не шевелилась. Хотя, ей было очень тяжело. А уж когда я, с её груди, переключился на её клитор, девушка не выдержала. И громко застонав, стала просить: — Ох, еще! — Значит, признаешь свою вину?       Оторвавшись от её лона, я поднял глаза, намеренно, прекратив её ласкать, и давая немного времени ей на то, чтобы она пришла в себя. — Делай что хочешь, только позволь кончить!       Снова начиная, не спеша, ласкать её языком и иногда говорить: — Нет, ты не права. Ты должна делать, как я, молча. А не угрожая.       А чтобы она поняла, что я от неё хочу, я, отстранившись от её нижних губ, стал ласкать её пальцами, повторив: — Я ведь разрешаю тебе всё, но и ты, иногда, позволяй сделать тебе приятное.       Не стоит судить, кто перед кем виноват. Я захотел так поиграть с ней и нашел повод, девочка хотела утром пошалить, и она своего достигла. И поэтому, не стоило думать кто прав, а кто нет, а надо было, наслаждаться друг другом. — Тогда, к демонам дела… Ах…       Продолжая громко стонать от моих губ, языка и пальцев, она закончила свою фразу: — Выеби меня сегодня так, чтобы потеряла сознание!       И в этот момент я понял, что сегодня мы поздно ляжем спать…       Утро было замечательным. И при этом, мы выспались и были счастливы. Ничего не болело, не чувствовалась слабость, а улыбка не слезала с наших лиц. — Доброе утро, любовь моя!       Вставая с кровати, прежде, чем наклониться и поцеловать сестренку в губы, я стал одеваться. — Доброе утро, брат! Подожди, вместе пойдем, искупаемся. — Только купаться! Хоть мы и не идем к сэнсэю, занятия никто не отменял, а до школы остается два часа.       Одевшись, я стал её ждать, и уже через минуту сестренка была одета. Вот только думать о том, во что она одета, я не хотел, ведь её одежды в моей комнате не было, а именно в ней мы сейчас пребывали, и она одела мой халат. — Юки! Потом переоденься иначе тренировки не выйдет.       Уже по тому, как он напрягся при виде её, можно было судить, чем все закончится. «Ох, а нам еще купаться.»       Но, тем не менее, мы оба пошли в душ, где я снова подвергся испытанию, когда она сняла с себя халат и зашла следом за мной в душ. Но, сдержавшись каким-то чудом, и искупавшись, я вышел вместе с ней из душа, быстро направляясь к себе. Где переоделся в спортивную одежду и пошел в подвальное помещение, где был полигон и лаборатория для исследований. Сестренка присоединилась вскоре. И вот, мы были в помещение, размером десять на пять метров без единого препятствия — в экспериментальном полигоне. А рядом располагалась моя лаборатория, в соседнем помещении. И достав наши УП, начали тренироваться. Я, в скорости движения и точности прыжков, в преодолении гравитации, а Юки в контроле холода и попытках меня достать. — Хватит!       Когда мы хорошо размялись, я снял браслеты, которые всегда были со мной, и даже были экранированы от обнаружения, и встал в стойку нападения. — Начали!       Уже добавила Юки, и я сорвался. Нанося удары по сестре, используя только свое тело и стараясь зацепить её болевые точки. Но, намеренно не выходя за пределы своего и её тела, и позволяя ей блокировать все мои удары. — Я увеличу скорость?       Получив утвердительный кивок, я продолжил атаку, теперь двигаясь со скоростью не меньше семи метров в секунду и постоянно стараясь зайти за спину, пока в один момент не подловил её на том, что она перестала следить за моими ногами. Нанеся удар в ногу, я сразу сместил вес тела и оттолкнулся, налетая на неё, а затем, пока она не восстановила равновесие, провел серию ударов по рукам, на секунду отнимая их подвижность и приставляя руку к её горлу. — Ты забыла следить за моими ногами и как видишь, одна ошибка, и ты проиграла.       А после нежно обнял её, понимая, что если поцелую её, то мы снова задержимся. Но даже тогда, чувствовать её грудь, ощущать её руки на моем теле было приятно, и я мог сорваться. — Брат, ты как всегда великолепен. — Ты тоже, Юки. А теперь пошли завтракать.       А то за всеми этими тренировками прошло слишком много времени, и у нас было около пятидесяти минут.       Завтрак и сборы в школу не отняли много времени, и мы вовремя прибыли на занятия. — Встретимся на обеде!       А после уроков ей следовало идти в Школьный Совет, а мне следовало её подождать, и желательно, недалеко от того места, где она будет. Но об этом я подумаю позже. — Хорошо брат.       И послав, улыбку пошла по направлению к своему классу, а я направился к своему.       Вот и первый учебный день, а одноклассников уже много, но пока не видно ни Эрики ни Мизуки. А поэтому, заняв свободный стол, я сразу же вставил карточку и начал быстро заполнять данные. Пока не ощутил, что на меня смотрят. Подняв взгляд и увидев парня, что повернулся ко мне сидя, будучи впереди меня, я снова опустил голову. Но взгляд не пропал и лишь когда я все заполнил, я спросил: — Я как бы не против, если ты смотришь, но зачем?       И сразу же увидел, как он смутился и произнес: — Извини, просто я никогда не видел такую скорость рук. Ты печатал так быстро. А долго учился?       Понятно, я по привычке печатал около трех символов в секунду, чтобы не тратить время, вот он и заметил. — Года два потребовалось, чтобы выйти на такой уровень. Тоже интересуешься компьютерами?       Не выглядел он как парень увлекающийся техникой. А вот как спортсмен, как любитель посмеяться и подраться выглядел. Широкие плечи, искренняя улыбка на лице, высокий рост, накаченные руки и шея, конечно не гора мускулов, но был довольно спортивно развит. — Может по мне, и не скажешь, но да. Моя любимая магия усиления, но помимо этого я учу и создание УП, чтобы самостоятельно поддерживать свое оружие в целостности!       И именно в этот момент появилась Эрика, что имела, видимо, не очень веселое настроение. Так как сразу набросилась на парня, вот так просто, без причины. — Ты, и поддерживать свое оружие? Да ты ничего в этом не понимаешь!       Учитывая, что она из семьи Тиба, есть вероятность, что для нее вопрос о поддержании УП, или меча в сохранности, многое значит и не удивительна такая реакция. Но вот так грубо кидаться на одноклассника. А парень уже отвечал: — Хн, сама не шибко умной выглядишь. И вообще, что девушка в этом может понимать!       А они интересные, оба. Вот только мне точно не нужен ни конфликт, ни её увлечение этим парнем, а поэтому прежде, чем она закончила свою фразу, я сказал: — Будто ты понимаешь… — Доброе утро, Эрика. Может, прекратишь?! Вместо того, чтобы поздороваться со мной, ты устраиваешь разборки, я ревновать начну.       Это было прямое попадание. И она снова даже не знала, что сказать, но покраснела. И теперь, наверно, решала обидеться или извиниться. — Что? — Скоро урок, Эрика садись. Доброе утро, Мизуки.       Меняя тему, проговорил я, смотря на вошедшую одноклассницу. И, о чудо, Эрика таки не найдя что сказать, вначале прошла за стол и только тогда произнесла: — Не знаю, что ты там придумал, но ты за все ответишь.       А что самое приятное, парень также молчал. И то ли не знал, как ответить, то ли понял, что не стоит ему сейчас открывать рот. — Я Тацуя Шиба, обращайся ко мне по имени. — А я Леонхард Сайдзё. Но зови меня Лео. — Приятно познакомиться.       А затем, начался урок. Все быстро или медленно ввели свои данные, заполнили все, что требуется и стали читать представленную на экране информацию. Ведь для второго потока, к которому мы принадлежали, не хватало учителей, и занимались все мы самостоятельно. Вся информация была на терминалах, и задача ученика была разобраться с ней. А карты были нужны, чтобы фиксировать на месте ученик или нет. Данные же мы заполняли дополнительные, такие которых не было в наших картах. Например, домашний адрес и телефон. Наши цели и наши медицинские данные. Или давали разрешение на обработку тех или иных данных. Так или иначе, в течение урока все было заполнено всеми, насколько могу судить, по тому, как каждый печатал, и на перемене все стали общаться. — Тацуя, что значат твои слова? Какая ревность, черт тебя подери?       Сразу как появилась возможность, подскочив, она сделала шаг ко мне, так как сидела неподалеку. — А что не так? Ты мне понравилась, как и Мизуки, и видеть, как ты флиртуешь с кем-то, мне неприятно! — Я не флиртую! И что значит, понравилась?       А свидетели, в виде той же Мизуки или Лео, молчали и тихо, вероятно, выпадали в осадок. — А чего ты ведешь себя сама, как моя девушка? Кричишь? Споришь! — Я не веду себя…       Но затем, замолчав, наконец, разглядев мою ехидную улыбку, она стала брать себя в руки: — Ты это специально? «Дошло-таки»       И не выдержав, рассмеялся. И пусть думает, что хочет: — Немного. Эрика, ты такая милая, когда кричишь! — Тебе говорили, что ты невыносимый человек?       Но и как я мог, вновь над ней не поиздеваться? Ведь она только с виду успокоилась, а сама всё ещё пылает в душе. — Нет, никто не говорил.       Сделав паузу, и вновь ехидно усмехнувшись, я закончил фразу: — Но говорили, что я ужасный человек! Я и не отрицаю!       И в этот момент услышал робкий смех Мизуки и повернувшись к ней, подмигнул: — Но я хороший, по крайней мере, сестра меня любит таким, какой есть. — Конечно, она тебя любит, она ведь сестра. Да и с такими отношениями, как у вас, я даже боюсь представить, насколько вы близки! — Это ревность?       И снова слегка засмеявшись, я сделал вид, что увлекся тем, что написано на компьютере. — Я не ревную!       Но на это, уже никто не обратил внимания, а скоро закончилась перемена. Еще урок, и нас ожидал обед.